Когда реальность лучше

-Нет,-говорит Мерлин, когда Артур толкает его на трон и наклоняется, чтобы поймать его губы в поцелуе. Рука мага упирается в грудь королю, и Мерлин уклоняется от поцелуя. – Ты король,- добавляет он. -Вчера я тоже был королём. И неделей раньше, и несколько лет назад, когда ты лёг со мной. Что-то изменилось? Артур хмурится, пытаясь понять причину странного поведения Мерлина. -Твоя жена.- Мерлин пробует встать, но Артур опять удерживает его, почти нежно прижимая запястья к подлокотникам. -Моя жена спит с Ланселотом.-Артур улыбается, когда добавляет:- Я надеюсь, хотя бы только с ним… -Ты знал?!- Мерлину всё-таки удаётся встать. –Ты знаешь сколько я собирался рассказать тебе об этом?! Я готовился….. -Так же как, когда рассказал мне, что ты маг? Артур смеётся, опускается на трон и притягивает уже несопротивляющегося Мерлина себе на колени. -Ты… только не говори мне, что ты… Мерлин обиженно смотрит на короля, но не может сдержать вздох, когда губы Артура касаются его шеи. - Когда ты собирался мне рассказать?- говорит он тише. Артур проходится губами вверх по шее и втягивает в рот мочку уха Мерлина. -Тебе не кажется, что мы поменялись местами? – Артур улыбается, чувствуя, что Мерлин расслабился под его руками и поцелуями. -Поэтому ты не злился тогда,-понимает маг. –А я всё думал… -Я был влюблён в тебя по уши,- говорит Артур, расстегивая фибулу на плаще Мерлина. Золотой дракон царапает хвостом пальцы, и никак не желает отпускать ткань, пока маг не произносит неизвестное Артуру слово. От Мерлина пахнет дымом и травами, которые он собирал, полуденным солнцем, оставившим легкий загар на шее и руках. Король проводит губами по полоске светлой кожи , оттягивает пальцами ткань и касается языком. -Был?- неуверенно говорит Мерлин. Губы Артура вызывают дрожь в его теле, и, кажется, совершенно невозможно привыкнуть к прикосновениям, ласкам и таким родным губам. Вместе с тем, Мерлин отчетливо различает звук шагов Артура и слышит его среди множества других, знает каждый шрам, каждый взгляд и тембр голоса, как помнит запах и умирает от желания, каждый раз, когда чувствует, видит, слышит и дотрагивается. В этом нет любовной магии и какой-либо ещё, но осознание того, что Артур испытывает такие же чувства заставляет его сердце биться чаще. -Теперь ещё больше,-продолжает Артур, и запускает руки под ткань рубашки. Мерлин замирает. Ладони Артура теплые, но эти почти невесомые прикосновения вызывают щекотку и желание одновременно. Мерлин ерзает, откидывая голову назад, и поворачивается, сам целуя своего короля. Артур усмехается в поцелуй, обнимает за шею и поглаживает темные завитки волос на затылке. Губы Мерлина мягкие, влажные, когда он целует во второй и в третий раз, но неуступчивые. -Здесь неудобно,-жалуется маг, в то время как Артур опускает руку его на пах, и поглаживает.- Пойдём в башню… -В твоей башне холодно. Зачем ты живешь там? – Артур справляется со шнуровкой на брюках, сдергивает их, смыкает руку на давно вставшем члене и гладит большим пальцем влажную головку. -Ты приходишь ко мне,- отвечает Мерлин. Ему трудно говорить, когда Артур так настойчиво ласкает его и одновременно с этим, маг чувствует твердый член Артура между ягодиц: два слоя ткани совсем не кажутся ему препятствием. Артур подается вверх бедрами и двигает рукой, заставляя Мерлина продолжать объяснение. Артура то сжимает, то отпускает его, скользит сомкнутыми пальцами вверх-вниз, трогает яички и поглаживает вход, и Мерлин дрожит, чувствуя сладостную тяжесть и томление в теле. -И когда ты поднимаешся,-прерывисто продолжает он,-по ступенькам… Ты злишься… Мерлин шепчет короткое, давно выученное полезное заклинание и шнуровка штанов Артура расплетается. Артур понимающе кивает и кусает его в шею, всасывает солоноватую кожу губами и проводит языком по месту укуса. Мерлин приподнимается, заводит руку назад и трогает его, отпускает и опускается так, что член Артура соприкасается с его задницей. -И ты такой…сердитый…, и не можешь сдержаться… И забываешь про… Артур нажимает пальцами на нижнюю губу Мерлина, заставляя его приоткрыть рот и облизать их. Мерлин мягко проводит языком по линии ногтей и фалангам, выпускает их и стонет, когда Артур вставляет в него сразу два пальца. Это почти обязательная прелюдия, за исключением тех случаев, когда Артур груб, а Мерлну хочется этой грубости и подчеркнуто властных движений внутри себя. Но сейчас и не тот случай, когда,проснувшись от бьющих в лицо солнечных лучей, они долго целуются, почти сонно занимаются любовью и валяются в постели ещё до полудня…. Мерлин приподнимается… -И берешь меня…,-выдыхает он, когда Артур входит в него, чуть медлит и начинает двигаться. Мерлину жарко от этих движений, от солнца, пульсирующего в его груди и под кожей закрытых век. Он опускает руки на подлокотники, приподнимается, опускается и рвано дышит, пока Артур берёт его, не переставая ласкать ладонью… -Я приду к тебе вечером,- шепчет Артур ему в ухо. – И возьму тебя снова. А потом ты забудешь об этих глупостях, своей башне и я смогу брать тебя, когда захочу, и сколько захочу, не тратя силы на эти дурацкие ступеньки. От этого шепота, от движений внутри, и снаружи Мерлин громко, неосторожно стонет и ловит ртом воздух, и выгибается, выплескиваясь на пальцы короля. И, когда, Артур хрипло дышит в шею Мерлина, и кончает, его посещает мысль, что лестницы по дороге из башни, это тоже неплохо…