Между водой и пламенем

***

Прошла без дня неделя, проведённая на судне, дарённом Эриком. Как и обещал Жерар — та ночь, последняя проведённая в Вененуме, была последней, что они провели вместе. Эльза всё это время обдумывала слова Эрика, что он сказал ей перед отъездом. Несколько раз даже порывалась поговорить с Жераром. Но… что-то изменилось между ними. Исчезла лёгкость. Они начали общаться дежурными фразами. Но хуже всего, было то, что: «Нам нужно снова перейти на «Вы». Негоже обращаться столь фамильярно к будущей королеве». Эльзе начало казаться, что Жерар вымещает всю накопившуюся злость на ней. И теперь она боялась подойти к нему, чтобы снова не услышать хлёсткое, словно пощечина «Ваше Высочество». Но осталось слишком мало времени до прибытия. И она либо сейчас поговорит с ним, либо всё останется как есть. А хуже может быть только — выйти замуж за отца любимого человека.

***

Жерар обнаружился на носу корабля, глядевшим в подзорную трубу. А чуть в стороне стоял матрос, видимо, эту самую трубу ожидая. Эльза выдохнула, собралась с силами, прихватила всю свою решимость и пошла к принцу. Матрос поклонился и хотел поприветствовать её, но Эльза жестом приказала ему молчать. И парень, откланявшись, исчез, так и не дождавшись возвращения трубы. Эльза молча встала рядом. Сказать что-то было так трудно, в горле словно застрял ком, а в животе зашевелилось тягостное переживание. Жерар обернулся на неё. Заметил. Хмыкнул. И передал трубу ей в руки. — Смотрите, Ваше Высочество, вон там ваш будущий дом. — Жерар указал прямо и чуть поправил трубу, чтобы был виден остров. Экворис, что до того был разве что точкой на горизонте, предстал перед глазами во всем великолепии. Эльза даже смогла рассмотреть выглядывающие из-под густых крон деревьев высокие башни замка. — Так близко! — спохватилась, Эльза. — Мне же нужно подготовиться! И она, всучив трубу обратно Жерару в руки, быстрым шагом пошла в каюту. Совсем позабыв о разговоре. Эльза не могла показаться перед королем в том виде, что была сейчас. Её когда-то шикарное платье совсем износилось. Из собственных украшений осталось всего два браслета. Даже по палубе она ходила в плаще из Вененума, прикрывая свой наряд. Но выход был.

***

Жерар был морально истощён. Он сидел на сваленных в кучу мешках, откинув голову на фальшборт и закрыв глаза. Вдыхал свежий и приятный, после тяжёлого густого воздуха Вененума, запах моря. И почти уснул под мерное покачивание корабля, когда услышал активные шепотки и возгласы команды. — Прекрасно выглядите, Ваше Высочество! — выкрикнул молодой матросик. Жерар сцепил руки в кулаки так, что на них проступили вены. Скрипнул зубами, открыл глаза и… оторопел. Эльза и вправду выглядела шикарно. Самые наглые даже посвистели ей вслед! — Ты… такая красивая. — Он совсем позабыл об этом дурацком «вы». Глядя на неё такую, странно, что он вовсе смог что-то сказать. Нужно было срочно взять себя в руки. — Отцу точно понравится, — выдавил он из себя. Девушка, что секунду назад сияла под софитами комплиментов, мгновенно погрустнела. Но даже грусть на лице не омрачила её красоту. Наряд Эльзы был более закрытым, чем всегда. Насыщенно-малинового, переходящего в красный цвета кимоно, с крупным розовым бантом на поясе сзади, переливалось и сверкало на солнце, облегая точеную фигурку девушки. Слегка убранные по бокам волосы, сбоку венчала цветочная заколка в тон. А в руке, на которой красовалось два браслета, Эльза держала веер с двумя кисточками у основания. Такая милая, нежная, чистая и невинная. Словно ангел, сошедший с небес. И он только что обидел этого ангела. — Не видел раньше у вас подобных нарядов. — Жерар попытался завязать разговор. — Это подарок Кинаны. — Кислое выражение на ее лице сменила натянутая улыбка. — Моё платье совсем потеряло вид. — Ясно. — Жерар отвёл взгляд от неё, не в силах смотреть на грусть в её глазах. — Я не хотел обидеть… вас. — Пожалуйста, хватит! — Не выдержала Эльза. — Хватит этого «вас». Давай хотя бы пока мы не сошли на берег, будем общаться как раньше. Пожалуйста. И что-то внутри треснуло. — Прости. — Жерар сделал шаг ей навстречу. — Я просто не могу. Я зверею, когда представляю, как отдаю тебя отцу. И каждая секунда, проведённая с тобой, делает мне ещё больнее. — Жерар не думал, что скажет всё это. А Эльза опешила от этих откровений. — Понимаю, — выдохнула она. — Поэтому не сержусь. Но мне нужно тебе кое-что сказать. Давай поговорим как раньше. Последний раз перед тем, как я стану твоей мачехой. — горько усмехнулась. Вот так просто она разрядила накалившуюся обстановку. Как всё-таки по-разному звучат его: «невеста моего отца» и её: «мачеха». — Мы общаемся уже достаточно времени, чтобы немного узнать друг друга, — начала Эльза издалека. — И я знаю, каким авторитетом является для тебя отец. И так же знаю, что он считает тебя юнцом. — Это было опасно давить на больную мозоль, но ей нужно было, чтобы он услышал её. — Не юнцом, — поправил принцессу Жерар, — а несмышлёным непоседой-ребёнком. — Но я с ним не согласна. — Твёрдый тон и пронзительный взгляд, она вложила в них всю свою внутреннюю энергию. — Жерар, ты сильный человек. Благородный и бесстрашный. Сколько раз ты спасал меня? Я не боюсь доверить тебе свою жизнь. Ты уже не ребёнок. Так покажи это своему отцу. Дай ему понять, что тебе можно доверить королевство. Она сказала. Он услышал её.

***

Корабль вошел в гавань. Пришвартовался. Жерар помог Эльзе спуститься по трапу. Они снова перешли на «вы». Эльза осматривала настоящий рай на земле, с его ярко-зелеными деревьями, усыпанными фруктами и цветами садами, водопадами и реками, и произведениями архитектурного искусства — всё это был Экворис. Жерар, пока Эльза осматривалась, отправил юнгу с просьбой сообщить об их запоздалом приезде отца. Они гуляли по пристани, Жерар рассказывал об устройстве его страны. Потом поспрашивали у капитанов, не видел ли кто из них людей подходящих под описание Леона и Мелди. К сожалению, не видел никто. Жерар смотрел, как мужчины проводят взглядом его спутницу и снова начинал ревновать. Но одергивал себя. Понимая, что ему пора подавить в себе эти чувства. И тогда начинал просто любоваться девушкой. Скоро за ними приехала карета. Брэйна, как ожидали оба, в ней не оказалось. Лишь один из министров, что по прибытию во дворец вежливо направил их отдыхать. Сказав, что Его Величество Брэйн занят, и они увидятся с ним за ужином. Дворец поразил Эльзу своим великолепием как снаружи, так и изнутри. Хоть и выполнен он был из игниского камня, архитекторы Эквориса оказались куда искуснее, чем в Игнисе. Тонкие колонны, изящные купола, многоуровневые надстройки и много-много украшенных лепниной окон. Цветущие сады с водопадами на террасах, режущие глаз яркостью красок — были куда красивее и «живее» чем в Вененуме. Статуи богов из белого мрамора, кружевные беседки увитые зелёным плющом, фонтаны, витые лестницы — всё это в окружении зелени деревьев создавало подобие Эдема. И завершала впечатление её комната: светлая, просторная, усыпанная живыми цветами в горшках и вазах. С огромным зеркалом во весь рост и большой кроватью под бежевым балдахином. — Отдыхайте, госпожа, — сказала милая служанка в очаровательном чепчике. И когда за ней закрылась дверь, Эльза, наплевав на то, что её наряд может помяться, упала на большую кровать и позволила себе расслабиться.