Принц-полукровка и Принцесса нищих

Эльза стала писать эссе. Вроде все было в порядке, но что-то не давало ей покоя. Слизеринка подумала про загадку. И решила положить листок перед собой и продолжила заниматься домашним заданием, время от времени поглядывая на стих. Очень быстро стало понятно, что затея дурацкая. Ни на том, ни на этом не сосредоточишься полностью. Поэтому, промучившись определенное время, Эльза стала сначала доделывать то, что хотела по учебе. Ведь это обязательно, а то — нет. Ну вот хлопоты закончились, и можно было браться за загадку. Было бы правильнее рассказать обо всем Гарри, чтобы вместе думать и найти разгадку. Но слизеринка не желала впутывать друга в свои дела. У него самого дел по горло — таинственная вещь, забранная из банка. Пусть лучше о ней думает. Вместе с Роном. А еще учеба. А еще эта Герман Пейджер (Эльза так решила про себя называть Грейнджер). Эта лахудра точно будет приставать со своей помощью. Да сто лет она ей нужна! Сама справится. С этими размышлениями Эльза взяла лист в руки и стала внимательно вчитываться в текст и пытаться понять смысл. Рассуждать, одним словом. Итак, пойдем по строчкам. Ну, в начале еще более-менее понятно. Основатели Хогвартса спрятали в школе какую-то тайну. Второе четверостишие — тоже все понятно. Неважно, каким главным качеством того или иного факультета ты обладаешь, ты решишь загадку. А вот последние строчки заставили девочку поломать голову. Какие-то изгибы. «Где все началось». Было бы легче думать, если было бы понятно, что началось. Тогда уж можно было бы понять где. Надо подумать. Повороты, изгибы… Как будто какой-то лабиринт. А где в школе полно развилок и поворотов. Вдруг Эльзу осенило. Сама школа и есть этот лабиринт. Полным-полно кабинетов, лестниц, коридоров, восемь этажей. Еще несколько месяцев назад она и представить себе не могла, что сможет все запомнить. Вот где все началось! Девочка чуть не подпрыгнула от радости. Вот что значит чуть-чуть подумать и ответ придет сам. Теперь осталось только понять, где началось. Насколько ей известно, Хогвартс основали в десятом веке четыре человека. Построили. А с чего начинается строительство любого дома? С самого низа. С фундамента. Но слизеринка подумала, что основатели не стали прятать подсказку глубоко под землей. Не верится, чтобы четыре мага так решили поступить, чтобы искателю пришлось искателю рыть. Скорее всего следующая подсказка на первом этаже или даже под ним, а именно в недавно ставших для нее родными подземельях. Точно! Эльза почувствовала, будто камень с души упал. Кажется, пазл начинает потихоньку складываться в единую картинку. Это хорошо. Это очень хорошо. А раз загадка решена, можно и подумать над местом общения наедине. Где бы ей с Невиллом пообщаться? Может, какая-нибудь каморка для швабр? Нет, чушь какая-то. Нужно место поцивилизованней. Какая-нибудь комната. Ничего не придумав, она завалилась спать, не прекращая обо всем думать. Не только о Невилле, но и о загадке, Гарри и о многом другом. На следующий день Эльза планировала прогуляться после уроков по окрестностям Хогвартса и по самой школе. Но все пошло не по плану. После уроков к ней неожиданно подбежал Рон и сообщил, что завтра матч по квиддичу. Первая игра Гарри. Эльза запаниковала. Ну как она могла забыть? В связи с этим, девочка попросила рыжего, чтобы он сюда привел Невилла для разговора. Новоиспеченные друзья встретились. Эльза первая хотела начать диалог, но Невилл опередил ее: — Привет. Как дела? — Все отлично. — Ты помнишь на чем мы остановились? А то я позабыл? — гриффиндорец стушевался. От этих слов Эльза немного успокоилась. Теперь у нее есть немного времени, чтобы подумать, что сказать. — Мы собирались найти подходящее место для бесед. А еще тролль в туалете. Мальчик просиял. — Точно! И мы говорили, что озеро — не самый лучший вариант. — Конечно, тем более погода испортилась, значит будет искать на территории Хогвартса. Думаю, место должно быть уединенным, где мало кто ходит, что увеличит вероятность, что никто нас не потревожит, — по мере размышления, как ни странно, ничего в голову не лезло. А вот Невилл как раз наоборот. — Может, в одной из башен? — Дельная мысль, — одобрила Эльза. — Но в какой именно? Давай рассуждать. Пойдем по порядку. Сколько у нас вообще башен? Есть астрономическая — самая высокая башня в замке Хогвартс. Названа так потому, что на её верхней площадке удобно наблюдать за звёздами. На неё строго запрещено подниматься, кроме как на уроки астрономии. Не подходит. Башни факультетов сразу отпадают. Большая лестничная башня — там скорее всего всегда много народу. Это самая большая по размеру башня Хогвартса (хотя и не самая высокая). Является наиболее узнаваемой частью замка. Имеет круглую форму и конусообразную крышу. Там еще три башенки со ступенчатой геометрией, в которых расположен кабинет директора. К башне примыкает Большой зал. Через центр башни проходят большие движущиеся лестницы. На стенах этой башни висят многие портреты, которые свободно говорят со студентами, которые идут мимо. То есть постоянно будет кто-то ходить рядом. Неудобно. А вот Северная — самое то! От Большого Зала минут десять пешком. Довольно удалена от наиболее часто посещаемых учениками мест. Что скажешь? — Ну не знаю, там Прорицания обычно проводят. — Ладно. Южная башня. Она выходит окнами на прилегающее к замку Чёрное озеро, в котором живёт водяной народ и гигантский кальмар. В башне расположены следующие учебные аудитории: Класс Травологии (кабинет №102), и кабинет №99, где проходили уроки Заклинаний и Трансфигурации. — Вот это место мне больше нравится. — Любишь травологию и юг? — пошутила Эльза. — Травологию. — Невилл не смог сдержать улыбки. — Ясно. И Западная башня. На верхушке башни устроена площадка, окружённая зубчатой стеной. Проход на эту площадку из замка оборудован тесной винтовой лестницей и узким проёмом. Башня расположена недалеко от кабинета заклинаний. Наверху башни расположена совятня. — Эльзу осенило. — Так может там? Никто не подслушает. — А почему сразу подслушивать? — Ну как? Просто так. Из любопытства. А я не хочу, чтобы меня обсуждали. Даже если информация абсолютно безобидна. Просто не люблю. — А если я проговорюсь? — испугался мальчик. — Не боись. Ты честный. Сразу видно. Поэтому тебя ко львам и распределили. Не проболтаешься ты. Я верю. Последняя фраза прибавила гриффиндорцу уверенности. И друзья отправились продолжить разговор в совятне. Придя туда, оба сразу поняли, что в следующий раз подыщут другое место. Помещение было холодным, кругом сквозняки. К счастью, Эльза за все время успела овладеть согревающими чарами, наложить их на себя и на друга. Но даже без них она была довольно выносливой. Сказалась жизнь на улице и в подземелье. Невилл узнал, как девочка попала на змеиный факультет и кто ее семья. — Так ты дружила с Гарри еще до Хогвартса? — Да. Это мой самый первый друг-человек. — То есть у тебя есть и питомцы? У меня жаба Тревор. — У меня пес Сэм и филин Филидор, — про Матильду Эльза промолчала. Не хотела пугать. — Здорово. Но собак же нельзя брать в школу? — Нельзя. Поэтому мы применили уменьшающее заклинание. Что поделаешь? Сэм очень привязан ко мне. Мне его еще щенком купили на шесть лет. А как у тебя Тревор появился? — Жабу, которая постоянно норовит убежать, мне на радостях подарили, когда у меня случился первый выброс магии. А у тебя когда он случился? — Где-то в восемь лет. Я стекло разбила. Не помню зачем. Испугалась чего-то, наверное. А то, что твой любимец свободолюбивый, я поняла еще в поезде. — Эльза опять приврала. Друзья довольно долго болтали и отлично провели время. Наконец, Эльза сказала, что когда будет нормальный снег, место встречи изменится. Также она пообещала мальчику помочь освоить согревающие чары и не только. — Ты, главное, будь уверенным. Кто уверен, тот уже наполовину победил. Морально, — произнесла слизеринка напутствие напоследок. Эльза пошла искать Гарри, чтобы напомнить, что непременно будет за него болеть. А как она это будет делать? Очень просто. Когда кто-то из слизеринцев будет забивать гол, она будет яростно хлопать и даже одобряюще покрикивать. Но эта поддержка будет не для них, а для него. Слизеринка нашла друга во дворе с Роном и Герман. Они грелись вокруг банки из-под джема, повернувшись к синему огню спинами, и вдруг во дворе появился декан Эльзы профессор Снейп. Гарри и Эльза сразу заметили, что профессор сильно хромает. И последнюю это насторожило. Что с ним случилось? Гарри, Рон и Герман поплотнее сгрудились вокруг огня, чтобы Снейп не заметил его. Они не сомневались, что разводить во дворе огонь запрещено. Снейп не увидел огонь, зато, взглянув на их виноватые лица, нашел другой повод для придирки. А Гарри не сомневался, что Снейп его искал, и старательно. — Что это там у вас, Поттер? — сухо спросил Снейп, подойдя к ним поближе. Гарри держал в руках какую-то книгу и показал ее профессору. — Библиотечные книги запрещено выносить из здания школы, — проинформировал его Снейп. — Отдайте мне книгу. За ваш проступок вы получаете пять штрафных очков. — Он только что придумал это правило, — сердито пробормотал Гарри, глядя вслед хромающему Снейпу. — Интересно, что у него с ногой?  — Не знаю, но надеюсь, что ему действительно больно, — мстительно произнес Рон. — А что за книга была? — поинтересовалась Эльза. — «История квиддича». Я ее ему дала, — ответила лахудра. — Я не тебя спросила, — строго ответила слизеринка и переключилась на Гарри. — Может я помогу вернуть ее тебе? Мне просто сделать это проще всего. Я же его студентка. А он тебя не любит. — Нет, нет. Я не хочу, чтобы ты утруждалась, — начал отнекиваться мальчик. — Ну что ты. Мне не трудно. Не переживай. Полная решимости Эльза направилась к кабинету декана. Дойдя до нужной двери, она постучалась. После еще двух попыток попробовала открыть. Не получилось. — «Наверное он в учительской», — подумала девочка. — «Мне говорили, что если профессор отсутствует в своем кабинете, то он может быть в этом месте». Ее предположения оказались верными. В учительской действительно оказался Снейп. Вместе с Филчем. Снейп сидел, поддернув свою длинную мантию выше колен. Одна нога его была сильно изуродована и залита кровью. Справа от Снейпа стоял завхоз, протягивающий ему бинт. — Проклятая тварь, — произнес Снейп. — Хотел бы я знать, сможет ли кто-нибудь следить одновременно за всеми тремя головами и пастями и избежать того, чтобы одна из них его не цапнула? Слизеринка уже собиралась сказать заранее приготовленную фразу, но… — ГУДВИН! Лицо Снейпа исказилось от ярости, и он быстро отпустил край мантии. Профессор явно не хотел, чтобы Эльза увидела его покалеченную ногу. Девушка вздрогнула, вдохнула, выдохнула и спросила: — Простите, профессор, не хотела вас беспокоить. Я только хотела спросить, могу ли я забрать книгу про квиддич, которую вы забрали у Гарри. Это я ему ее дала. — Ты? — удивился профессор. — Да. Не сердитесь только. Пожалуйста, — ласковый котенок двух кошек сосет. Именно это Эльзе всегда говорила мачеха. И девочка решила узнать, правда это или нет, на деле. — Спроси у библиотекаря, — ответил Снейп после минутного молчания. Хоть и по тону голоса профессора и было понятно, что он раздражен, оттого что его потревожили, но не слишком сильно. Видимо, ласка сделала свое дело. Эльза улыбнулась и собралась уже уйти, как декан сказал: — Интересный вы человек, мисс Гудвин. — Почему? — не поняла Эльза. — Давать другу книги не первой свежести. Что, на новую денег пожалели? — язвительный тон, впрочем как и всегда. Девочка успела к нему привыкнуть, а потому за словом в карман не полезла. — Нового экземпляра на тот момент не было. Я и эту с трудом купила. Большущая очередь была. Пришлось чуть ли не драться. Вот что значит верный друг, — с этими словами и гордо поднятой головой слизеринка покинула учительскую. В библиотеке проблем не возникло, в основном благодаря тому же ласковому тону, и этим же вечером Гарри со счастливой улыбкой наслаждался чтением и чувствовал, как волнения перед игрой становится все меньше и меньше. Но если по поводу матча, он не сильно переживал, то по поводу Снейпа — наоборот. А все потому, что Эльза рассказала ему обо всем, что слышала в учительской. А он в свою очередь — Рону и Гермионе. — Поняли, что все это значит? — выдохнул он, закончив рассказ. — Он пытался пройти мимо того трехголового пса, и это случилось в Хэллоуин! Мы с Роном и Эльзой искали тебя, чтобы предупредить насчет тролля, и увидели его в коридоре — он направлялся именно туда! Он охотится за тем, что охраняет пес! И готов поспорить на свою метлу, что это он впустил в замок тролля, чтобы отвлечь внимание и посеять панику, а самому спокойно похитить то, зачем он охотится! Гермиона посмотрела на него округлившимися глазами. — Нет, это невозможно, — возразила она.— Я знаю, что он не очень приятный человек, но он не стал бы пытаться украсть то, что прячет в замке Дамблдор. — Честное слово, Гермиона, тебя послушать, так все преподаватели просто святые, — горячо возразил Рон. — Лично я согласен с Гарри. Снейп может быть замешан в чем угодно. Но за чем именно он охотится? Что охраняет этот пес? Когда Гарри оказался в постели, голова у него шла кругом от тех же самых вопросов. Рядом громко храпел Невилл. Но и без этого звукового сопровождения Гарри вряд ли смог бы заснуть. Он пытался очистить голову от мыслей — он должен был выспаться, просто обязан, ведь через несколько часов ему предстояло впервые в жизни выйти на поле. Но не так-то легко было забыть слова Эльзы про выражение лица Снейпа, когда тот понял, что она увидела его изуродованную ногу. Следующее утро выдалось холодным, но солнечным. Большой зал был наполнен восхитительным запахом жареных сосисок и радостной болтовней — все предвкушали захватывающее зрелище. Все бы ничего, но Гарри с утра устроил себе голодовку. Даже та лахудра, как Эльза заметила, не смогла уговорить хоть что-то съесть. Действительно, мальчик чувствовал себя ужасно. Ведь до его выхода на поле оставался всего час. К одиннадцати часам стадион был забит битком — казалось, здесь собралась вся школа. У многих в руках были бинокли. Трибуны были расположены высоко над землей, но тем не менее порой с них сложно было разглядеть то, что происходит в небе. Рон, Гермиона, Невилл, Симус и Дин уселись на самом верхнем ряду. Чтобы сделать Гарри приятный сюрприз, они развернули огромное знамя, сделанное из той простыни Рона, которую изуродовала Короста. «Поттера в президенты», — было написано на знамени. А Дин, который умел хорошо рисовать, изобразил на знамени огромного льва, эмблему факультета Гриффиндор. Когда они развернули полотнище, Гермиона что-то прошептала себе под нос, и буквы и рисунок начали переливаться разными цветами. — Интересно, что за заклинание использовала эта тупица? — задумалась Эльза, сидящая во втором ряду с биноклем. — Надо будет исхитриться и поинтересоваться. Когда на поле вышли две команды, девочка начала догадываться, как много миллиардов лет назад произошел Большой взрыв. Судила матч мадам Трюк. Она стояла в центре поля, держа в руках метлу и ожидая, пока команды выстроятся друг напротив друга. — Итак, нам нужна красивая и честная игра. От всех и каждого из вас, — заявила она, жестом приказав всем подойти поближе. Эльзе показалось, что она обращается не ко всем игрокам, но лично к сборной Слизерин, видимо ее сокурсники предпочитают грубую игру, не щадя никого. А потом переключилась развернутое на трибуне знамя — «Поттера в президенты». Его сердце екнуло в груди. Тем временем Гарри ощутил, как к нему возвращается смелость. — Пожалуйста, оседлайте свои метлы. Гарри вскарабкался на свой «Нимбус-2000». Мадам Трюк с силой дунула в серебряный свисток и взмыла высоко в воздух вместе с четырнадцатью игроками. Матч начался. Гриффиндорец Джордан принялся комментировать. Сначала все было хорошо, а потом... Капитан слизеринской команды, напоминавший тролля, как бы случайно на полном ходу врезался в Гарри, и тот отлетел в сторону, цепляясь за метлу и думая только о том, как удержаться в воздухе. — Нарушение! — донеслось с трибун. Мадам Трюк свистком остановила игру и, сделав строгое внушение Флинту, назначила свободный удар в сторону ворот Слизерин. Что касается снитча, то когда на поле воцарилась суматоха, золотой мяч, как и следовало ожидать, исчез в неизвестном направлении. — Выгоните его с поля, судья! — вопил с трибуны так и не успокоившийся Дин Томас. — Красную карточку ему! — Дин, ты, наверное, забыл, что ты не на своем любимом футболе, — напомнил ему Рон. — В квиддиче не удаляют с поля. Да, кстати, а что такое красная карточка? К удивлению Рона, Хагрид занял сторону Дина. — Значит, им надо правила менять, да! Ведь этот Флинт запросто мог Гарри на землю сбить! Комментатор Ли Джордан, прекрасно зная, что обязан быть бесстрастным, все же не удержался от того, чтобы обозначить свою позицию. — Итак, после очевидного, намеренного и потому нечестного и отвратительного нарушения... — Джордан! — прорычала профессор МакГонагалл. —Я хотел сказать, — поправился Джордан, — после этого явного и омерзительного запрещенного приема... — Джордан, я вас предупреждаю... Эльза хотела уже на профессора рявкнуть или еще что-нибудь сделать, лишь бы замолчала. — Хорошо, хорошо. Итак, Флинт едва не убил ловца команды Гриффиндора Гарри Поттера, но, вне всякого сомнения, такое может случиться с каждым. — В словах Джордана сквозила неприкрытая ирония, но тут профессор МакГонагалл ничего не могла поделать — Гриффиндор исполняет штрафной удар, у Спиннет, она делает передачу назад, мяч по-прежнему у Гриффиндора, и... Тут ситуация накалилась. Метла, до сего момента никак себя не проявлявшая, словно взбесилась. Начала себя вести, как лошадь на родео. Эльза читала, есть такое соревнование, где надо продержаться в неудобном положении верхом на дикой лошади. Вот и тут похожая ситуация. Метла беспорядочно металась в небе, время от времени настолько резко разворачиваясь вокруг своей оси, что Гарри едва удерживался на ней. Ли продолжал комментировать игру. — Мяч у Слизерина... Флинт упускает мяч, тот оказывается у Спиннет... Спиннет делает пас на Белл... Белл получает сильный удар в лицо бладжером, надеюсь, бладжер сломал ей нос... Шучу, шучу, профессор... Слизерин забрасывает мяч. О, нет... Болельщики Слизерина дружно аплодировали. Всеобщее внимание было приковано к игре, и никто почти не замечал, что метла Гарри ведет себя, мягко говоря, странно. Она двигалась резкими рывками, поднимая Гарри все выше и унося его в сторону от поля. Внезапно кто-то громким криком привлек внимание к Гарри, и все взгляды устремились на него. Его метла резко перевернулась в воздухе, потом еще раз, но он хоть с трудом, но удерживался на ней. А затем весь стадион ахнул. Метла неожиданно подпрыгнула, накренилась и, наконец, сбросила Гарри. Теперь он висел на метле, одной рукой вцепившись в рукоятку. Эльза запаниковала. В отчаянии она сильнее прижала к линзам очков бинокль. Ну где же профессора? Почему ничего не предпринимают? Тут она и обратила свое внимание на Снейпа. Он сидел на трибуне, расположенной прямо напротив нее. Его взгляд был сфокусирован на Гарри, и он что-то безостановочно бормотал себе под нос. — Что он делает? — не поняла девочка. — Тоже волнуется? Или заговаривает? Но кого? Гарри?! А в это время метла так сильно завибрировала, что было ясно: висеть ловцу на ней осталось недолго. Зрители вскочили на ноги и, раскрыв рты, с ужасом смотрели на то, что происходит. Близнецы Уизли рванулись на помощь Гарри, рассчитывая протянуть ему руку и перетащить на одну из своих метел. Но ничего не получалось — стоило им приблизиться на подходящее расстояние, как метла резко взмывала вверх. Уизли немного опустились вниз и кружили под Гарри, очевидно рассчитывая поймать его, когда он начнет падать. А Маркус Флинт тем временем схватил мяч и пять раз подряд забросил его в кольцо Гриффиндора, пользуясь тем, что на него никто не смотрит. Внезапно Снейп громко закричал. Но установить причину крика Эльзе не удалось. А Гарри вдруг удалось вскарабкаться на метлу. Судья Трюк не останавливала игру, игра остановилась сама, но все равно никто не понял, почему Гарри, взобравшись на метлу, вдруг резко спикировал вниз. Внимание всего стадиона было по-прежнему приковано к нему, так что все отчетливо видели, как он внезапным движением поднес руку ко рту, словно его вот-вот должно было стошнить. Гарри выровнял метлу у самой земли, скатился с нее, падая на четвереньки, закашлялся, и что-то блеснуло в его руке. — Я поймал снитч! — громко закричал он, высоко подняв золотой мяч над головой. Игра закончилась в полной неразберихе. —Да он его не поймал, он его почти проглотил, — все еще выл Флинт двадцать минут спустя, но его никто не слушал, потому что это не имело никакого значения, ведь Гарри не нарушил правил игры. Ли Джордан счастливым голосом прокричал в микрофон результат: сборная Гриффиндор победила со счетом 170:60. Однако Гарри ничего этого не слышал. Сразу после того, как он показал всем пойманный им золотой мячик, Рон, Гермиона, Эльза и Хагрид увели его в хижину Хагрида. И сейчас он сидел в ней и пил крепкий чай. — Это все Снейп, — горячо объяснял Рон. — Мы с Гермионой все видели. Он смотрел на тебя, не отводя глаз, и шептал заклинания. — Чушь, — возмутился Хагрид, который, когда с Гарри начали происходить непонятные вещи, с таким напряжением следил за ним, что не услышал, о чем шептались на трибуне Рон и Гермиона, и не заметил, что Гермиона куда-то отлучалась. — Зачем Снейпу делать такое? Гарри, Рон и Гермиона переглянулись, думая, стоит ли говорить Хагриду правду. Гарри решил, что стоит. — Я кое-что узнал о нем, — сообщил он Хагриду. — В Хэллоуин он пытался пройти мимо трехголового пса. Пес его укусил. Мы думаем, что он пытался украсть то, что охраняет этот пес. Хагрид от неожиданности уронил чайник. — А вы откуда про Пушка разузнали? — спросил он, когда к нему вернулся дар речи. — Про Пушка? — Ну да — это ж моя собачка. Купил ее у одного... э-э... парнишки, грека, мы с ним в прошлом году… ну… в баре познакомились, — пояснил Хагрид. — А потом я Пушка одолжил Дамблдору — чтоб охранять... — Что? — быстро спросил Гарри. — Все, хватит мне тут вопросы задавать, — пробурчал Хагрид. — Это секрет. Самый секретный секрет, понятно вам? Эльза чуть не прыснула. Ну и ну! Дать страшному Церберу кошачье и милое имя! — Но Снейп пытался украсть эту штуку, — продолжал настаивать Гарри, надеясь, что Хагрид вот-вот проговорится. —Чепуха, — отмахнулся от него Хагрид. — Снейп — преподаватель школы Хогвартс. Он ничего такого в жизни не сделает. — А зачем же он тогда пытался убить Гарри? — вскричала Гермиона. — Я знаю, что такое колдовство, Хагрид. Я все о нем прочитала и сразу могу понять, когда кто-то пытается что-то заколдовать! Для того чтобы наложить заклятие, нужен зрительный контакт, а Снейп не сводил с Гарри глаз, даже не моргнул ни разу. Я наблюдала за ним в бинокль, и потом видела, когда к нему подкралась! — А я вам говорю: неправда это! — выпалил разгорячившийся Хагрид. — Не знаю, что там с метлой Гарри стряслось, но Снейп бы в жизни такое не вытворил, чтобы ученика попробовать убить! И вообще, вы трое, слушайте сюда: вы тут лезете в дела, которые вас не касаются вовсе, да! Вы лучше про Пушка забудьте и про то, что он охраняет, тоже забудьте. Эта штука только Дамблдора касается да Николаса Фламеля... — Ага! — довольно воскликнул Гарри. — Значит, тут замешан некто по имени Николас Фламель, верно? Судя по виду Хагрида, тот жутко разозлился на самого себя. Но изменить уже ничего не мог. Эльза была с лесничим совершенно согласна. А этой тупице-лахудре она подлянку сделает. Тем более повод есть. Рон проговорился, что она подожгла мантию профессору. Понятно теперь, зачем он закричал. А эта дрянь... Вот кто ей разрешил? Пусть даже это и правда, все равно надо ей насолить. Меньше будет... Эльза не нашла от возмущения слов. В общем, слизеринка решила просто рассказать декану об этом. И пусть сам решает. Эльза, полностью убежденная в правильности своего поступка, направилась к кабинету декана, надеясь застать его одного. По дороге голове всплыл его образ. Весь черный. Черная мантия, развевающаяся за спиной, подобно крыльям. Черный сюртук и брюки. Черные волосы до плеч и черные глаза, непроницаемые, словно два тоннеля без единого проблеска света в них. По правде говоря, он ее вначале напугал. Уж больно мрачное лицо у него всегда, между бровей залегла глубокая складка, жесткая линия рта, губы поджаты строго. А потом привыкла, страх прошел. И теперь девочка могла спокойно к нему обратиться. А Гарри... Он просто молодец! Так ловко снитч поймать! Пожалуй, ему надо дать соответствующее прозвище — Снитч. Идеально. Лучше не придумать. Гарри Поттер — Быстрый Снитч!