Нет преграды для любви

Я медленно наклонилась вниз и достала кочергу, тихими, почти не слышными шагами, дошла до комнаты, опираясь одной рукой о стену. Заглянув в комнату, я опешила еще больше. На диване был силуэт человека, хотела подбежать и треснуть как можно сильнее, но потом голова неожиданно повернула в мою сторону. Я с облегчением вздохнула, радостно улыбаясь. В животе запорхали бабочки, а глаза сами стали гореть от счастья. — Фриск, как же ты меня напугала! — встала сестра с книжкой в руках, постепенно двигаясь ко мне. Темноволосая подойдя ко мне, крепко обняла, заставляя растаять прямо в объятиях. Последний раз мы виделись две недели назад, что безумно долго. Фриск долго меня обнимала, давая почувствовать всю родную любовь. У меня проступили мелкие слезы, полные радости и горечи одновременно. С ней мы всегда ссорились, видимо поэтому я никогда не понимала, как сильно сестра мне дорога. Каждой частичкой своего сердца, люблю ее, она может напугать до полу смерти, доказывая, что сегодняшний случай неоднократный… Но не смотря на это, она остается той родной частичкой меня. Сестрица, отстранившись от меня, вопросительно, изгибая бровь, посмотрела на кочергу, всё еще находившуюся у меня в руке. Я замялась. Как-то неудобно получилось… — Ты действительно могла меня убить? — немного смехом спросила Фриск. — Могла бы…но в этом ты виновата, нефиг так пугать! — уже со злостью говорила, забыв, что пару секунд назад мы не могли оторваться друг от друга. — Ну, ты и жестокая женщина! — улыбнулась шатенка, снова обняв меня. — А где папа? — девушка возвращалась на диван, укутываясь в плед, полный пыли. Я села тоже, но на другой конец. — Слушай, тебя будто целый год не было! Он работает, как и работал, ничего не изменилось… — я подсела к сестре, отобрала книгу одним движением руки и уселась обратно, начиная читать. Сестра с негодованием посмотрела на меня, начиная выхватывать книгу из рук. — Так и есть, я будто не видела вас целую жизнь, очень…скучала, отдай книгу! — крикнула Фриск, тяня книгу на себя с таким серьезным лицом, напрягаясь еще больше. — Я всё папе расскажу! — Блин, я так соскучилась по твоему жалованию, ябеда! — громко начиная смеяться. — За что я себя ненавижу, так это за то, что родилась на 10 минут позже… — близняшка отвернулась от меня, отступившись от книги. — На, подавись! — не думала, что буду ссориться с сестрой, с которой не виделась огромное количество времени только из-за книги. — Так бы сразу. — фыркнула эта девчушка в след, когда я уходила в комнату, чтобы уснуть от столь тяжелой работы.

***

Ночь. Темнота по всему городу, единственным освещением был костер, который становился больше. Языки пламени прямо пытались коснуться монстров, которые стояли вокруг и будто были прикованы взглядом к огню. Будто там кого-то заживо жарили. — За предательство, вам не будет пощады. Обоих постигнет смерть! — крикнул монстр, со злым видом, желая увидеть смерть, только было не понятно кого, никого, похожего на грешника рядом не было, а этот…по виду главный смотрел в огонь, кровожадно и беспощадно, восхищаясь своим поступком. Зловещий смех разносился в голове и отдавал эхом прямо в уши, заставляя резко проснуться и прокричать во весь голос. На мой крик прибежала Фриск с испуганным взглядом, она быстро села на кровать, хватая меня за руки. Я отдышалась. Всё время вдалбливала себе, что это всё лишь сон, он ничего не значит, бояться нечего. — Что случилось? — спросила сестра, немного похлопывая ладонями по ему лицу. — Кошмар? — я кивнула, пытаясь забыть всё подробности сна, да что там подробности, весь сон целиком, лишь бы его не помнить. — Последний раз кошмары тебе снились в начале войны, когда умерла мама. Ты что-то знаешь? Папа болен? — начала паниковать Фриск, окончательно выведя меня из себя. — Нет, всё нормально, с папой тоже. Ничего не случилось. Успокойся! Не накручивай себя, это всего лишь сон. — Ага, сон, посмотрим… — загадочным взглядом смотрела на меня сестра, уходя из комнаты. К сожалению, уснуть мне больше не удалось, боялась, что сон приснится снова. Поэтому весь день до работы, я старалась не уснуть. Вечером папа вернулся с работы, с куском хлеба, колбасой и молоком. Не ясно откуда он это взял, в принципе не важно, главное, что еда есть дома. Ночь прошла довольно тихо, без снов, без происшествий, в первые за долгое время смогла нормально выспаться. На утро, Фриск спала, а папа уже был на работе, в прочем дорога у меня была туда же. На работе всё как обычно, постоянно бегущие медсестры спешат на помощь, одни лишь пятки сверкают. Переоделась в рабочую форму и встретила Альфис. — Привет, есть что-то новенькое? — она посмотрела на меня и улыбнулась во всю ширину рта. — А тебе больных мало? Они кстати, поступают со всякими новыми болезнями, ранами, в общем очень интересно. На. — сунула мне бумаги Альфис, отчет о новых больных и пошла дальше работать. В процессе разглядывания бумажек, я заметила знакомую фамилию и тут же вспомнила про него. Зайдя в палату, парень не спал, а смотрел в потолок. — Придумываешь план побега? — усмехнулась я, убирая бинт с раны. Снова намочила вату спиртом и стала протирать рану. Тот снова зашипел. — Если бы… Мне интересно, почему ты мне помогаешь? — Что за глупый вопрос? Я помогаю всем, кто в этом нуждается. — четко ответила на его вопрос. Бинт уже был слишком грязный, а запасного не было, один бинт на одного выделяется. Ну не бросать же мне его умирать, оторвала тряпку со своего подола, намочила холодной водой и завязала. — Но если ты так хочешь, могу тебя оставить здесь умирать, я не против! — снова улыбнулась, продолжая свою работу. — И давно ты врагам помогаешь? — к этому вопросу я была не готова. Парень смотрел на меня загадочным взглядом, желая услышать ответ. Странные вопросы у него, какие-то. — Ты это к чему? — наверное, я показалась дурочкой. Отрезала остатки ткани, чтобы не болталась и ни мешала, оставила ее себе, пришью как-нибудь. Я не люблю общаться со своими пациентами, ведь у них скучные разговоры. Как они на поле боя сражались, такие смелые по их рассказам, а позже оказывалось, что он убегал, как последняя сволочь. Большинство случаев просто на просто говорили медленно и тихо, что-то бубня себе под нос, что раздражало и слушать не было никакого смысла. Я медленно опустила руки, пожирая взглядом Санса, пыталась понять, что он имеет в виду, какое-то время меня можно было считать больной, но потом я нелепо улыбнулась…