Кинестетик

      — Наруто, Саске, пройдите в центр поля на тренировочный бой.       Саске чувствует эмоции своего противника — невысказанная ярость и раздражение, одиночество. Саске и сам одинок, одинок в своей ненависти, в тупом непонимании происходящего. В один миг ушли и самые любимые мамины руки, и ободряющие отцовские. Пропали сухие братские прикосновения — осторожная нежность Итачи и тихий успокаивающий шепот на ночь. Все, что осталось последнему из Учих — это светловолосое нечто напротив, надеющееся хоть ногой, хоть рукой задеть лучшего ученика Академии.       — Чего ухмыляешься, придурок? Ты придурок, даттебайо! — До чего же жалкий и писклявый голос. Лицо Саске невольно скривилось. — Раз боишься нападать первым, я сделаю это сам!       Учихе моментально становится скучно. Расхлябанные и неточные движения, никакого контроля своего тела в пространстве, обычный уличный сорванец — один из сотен подобных. Саске с легкостью уходит от неумелого захвата, и в насмешку унизительно щелкает противника по носу.       — Да ты даже ударить по-человечески не можешь, — пыхтит Наруто.       Маленький Учиха вспыхивает и моментально нависает над поваленным противником, занеся правую руку. Не спешит бить, наслаждается унижением и злобой в голубых глазах.       — Бой окончен, Саске победил. Примирительный жест, и расходитесь.       Мальчик не спешит слезать с распластавшегося тела, просто не хочет. Ему нужно прикоснуться рукой лица, чужого человеческого лица. Ему так нужно почувствовать эту загорелую кожу своей. Непонимание и страх в глазах напротив отрезвляют сразу, но этому не остановить точного удара кулаком. В толпе школьников послышались девчачьи визги, а после повисла тишина. Саске смотрел в непонимающие глаза Наруто, обиженные и мокрые. За ворот потянула учительская рука — взрослые будто бы намеренно избегали дотрагиваться до него. Отойдя немного в сторону, Саске обернулся и увидел брезгливое лицо сенсея, пытавшегося поднять горе-бойца. Не за оголенные участки тела, нет. Только за одежду. Выглядело это нелепо и унизительно.       Саске подошел к мальчику и протянул ему руку, несмотря на то, что тот почти встал. В глазах Наруто было удивление и недоверие, но помощь все же принял. После молча разошлись в противоположные края детского сборища.       Это было не в первый раз, когда Саске замечает странное поведение взрослых, такое особенное именно к нему. Но в первый раз он увидел, что не одинок в этом.

***

      Мальчику снились сны о прошлом. О его семье, о безмерном домашнем спокойствии. Снился тихий шепот брата в ночи, что сидел на пятках рядом с постелью мальчика, гладил по волосам и говорил о будних вещах. Первые часы после пробуждения были самыми тяжелыми. Где правда, а где сон, было или не было, может его мозг сам создает нежные образы, пытаясь заполнить пустоту в сердце. Саске чувствовал себя обманутым каждое утро. Теплые сны резко контрастировали с жестокой реальностью, и тоска грозила поглотить без остатка. Мальчику казалось, что он находился в яме, чья глубина увеличивалась день ото дня, но на самом деле это была глухая пропасть. Разницы не почувствуешь до тех пор, пока не решишь оттуда выбраться.       — Ты ведь знаешь, у Наруто никогда не было родителей. Вообще никакой семьи. Он глупый и невоспитанный беспризорник. Моя мама в шоке от того, какой мусор начали принимать в Академию.       Саске не в первый раз слышал подобные слухи. И его мало это волновало, лишь возводило еще одну стену между ним и таким же одиноким ребенком. Пока он сам вынужден вариться в бреднях собственного сожалеющего, беспомощного сознания, Наруто был по-настоящему свободным от болезненных воспоминаний и желаний дотянуться и прикоснуться к прошлому.       Узумаки был свежим, девственно чистым и незапятнанным грязью человеческих разочарований. Саске завидовал, но все же не понимал, отчего при взгляде в эти синие глаза появляется такое знакомое ощущение падения в пустоту.