Ёкаи тоже могут любить

***

      — Ты хочешь... Мне помочь? - блондин посмотрел на нечисть. Как не на ту нечисть, а как на ангела, что пытался переубедить его встать на верный путь.       — Да-да, так ты согласен? - переспросил ёкай, после добавил - ах, да, ещё ты должен будешь раз в день исполнять по одному моему желанию~       По одному его желанию в день, он и кровать выделит, накормит. Но для одного желания, всё-таки много.       — Не думаешь, что одно желание в день — это уж очень много? - переспросил Накаджима.       — Хорошо, как насчёт двух желаний в день?~ - уже стебался лис.       — Я согласен и на одно...       — Вот и договорились - подал руку ёкай, дабы помочь тому встать.       Взяв руку тёмноволосого, Ацуши задал, интересующий его, вопрос:       — Могу ли я узнать, как вас зовут?       — Это так необходимо? - вздохнул он, взглянув в глаза беловолосого, и завидев ясный ответ: "Да", всё же сказал - Дазай - притянул лис Накаджиму, тем самым поставив его.       — Спасибо - поблагодарил его Ацуши, то ли за помощь встать, то ли за то что Осаму сказал своё имя.       — Темнеет, - заметил лис, и взяв мальчишку за руку повёл к деревцу.       Заприметив дерево, что так необычно, среди всей этой темноты, освещала небольшое местечко, тем самым создавая, своеобразное поле с собственным тусклым, но таким нежным светом. От слабого ветерка, его листва шевелилась, от чего некоторые из слабых листьев опадали на мягкую почву. Это выглядело так аккуратно и необычно, что можно было бы сказать что это просто хорошо переданная картина, одного из лучших художников. Поскольку плавность деревца, да и тем более как колышится листва. Всё это трудно уместить на одном холсте.       Идея Дазая, спать под этим деревом, казалась Накаджиме несколько оригинальной. Когда двое легли на мягкую травку, Ацуши удивился. Никогда он не лежал на такой траве. Так как в его семье, если ребенок не слушался, нарушителя мигом выгоняли спать на улицу. Там же трава была столь неприятной, покалывающей кожу даже через одежду. И чаще всего, ребенок не мог уснуть. Но куда деваться, таково суровое наказание. Так что никто, даже не пытался подшутить над взрослыми. Всё так же раздумывая, о том как всё было раньше, Накаджима целиком и полностью отдался сну.

***

      — Просыпайся, - послышался голос, то ли в самом сне или же где-то за его пределами, в общем это не понятно. Но почувствовав острый коготок, что аккуратно тыкал в щёку парня. От чего тот, естественно, и проснулся, перед ним уже сидел давно проснувшийся лис - как же долго ты спишь! - указал прямой недостаток Накаджимы Дазай.       — А зачем вставать в такую рань? - в свою очередь спросил беловолосый. И уже обратно хотел поддаться соблазну, и вновь очутиться в царстве Морфея.       Что ему не удалось, из-за Осаму который упрашивал парня пойти и собрать хоть пару ягодок. И всё же встав с травы на которой спал ранее, пошёл с лисом в неизвестном для него направлении.

***

      После сбора пропитания, которого всё же у лиса не оставалось. Они последовали обратно. Такая работа напоминала Накаджиме о его семье, как он с ними искал на грядках свежие продукты. И в голове крутилась мысль:       "Кто мог рассправиться с его родителями так? И зачем ему это было надо?"       Ведь у них нету врагов, и не было, и уже даже не будет. Ведь их семья ни с кем не контактировала. Вроде бы, была одна богатенькая семейка, что предлагала деньги на некоторые грязные услуги для них. Но вряд ли, что за отказ они решат так рассправлятся. Их максимум — это унижение. Но до убийства никогда не доходило, да ещё и до такого жестокого. Хотя они вполне могли нанять убийцу, но за что им, собственно, мстить? Они взрослые люди, а не дети в конце-концов. Каждый должен уметь принимать отказ.       Поток мыслей и размышлений белобрысого, прервал кареглазый, что жаждил своего исполнения одного желания:       — Ацу-у-у-уши, - растягивал имя парня Осаму, как резину - ты ведь помнишь про уговор? - напоминал он.       — К сожалению, да - ответил Накаджима, вновь вспоминая его первый раз, что так нагло отобрали в лесу. Такими альфы и запомнились беловолосому.       — Не беспокойся ты так, - будто почувствовал те дрожащие нотки, лис - не будет всё, как в тот раз - пообещал тёмноволосый.

***

      Дазай уже нависал над худощавым телом парня, постепенно снимая с того верхнюю одежду Автор не придумал одежду потому что, он дебил. Оставив белобрысого, уже без этой самой верхней одежды. Лис принюхался к шее Накаджимы, после чего и последовала дорожка нежных поцелуев. Так же начав играться с соском, тем самым выдавливая из мальчишки сдержанные вздохи. Сжав его сосок подушечками пальцев, проявился уже полу стон, естественно, он был громче сдержанных вдохов, да и был уже больше похож на настоящий стон.       Желание играться постепенно пропадает, его место занимает получить удовольствие от данного дела. Сделав мокрую дорожку от поцелуев что, вела от самой шеи, до низа живота. Наконец добравшись до данного места, дорожка из нежных поцелуев сразу же прервалась. Взявшись за штаны белобрысого, лис принялся их снимать. Избавившись и от нижней одежды, ёкай посмотрел на свои ногти, осознав что такими-то ногтищами, он вряд ли сделает что-то приятное омеге.       Наблюдая за Осаму, Накаджима поняв в чем дело, спросил:       — Может я сам себя растяну? - сам же смущался от такого вопроса Ацуши.       Сам лис, может и хотел сам растянуть парня, но ногти мешали этому. Так что пришлось лишь согласится и наблюдать за его дальнейшими действиями.

***

Продолжение будет, скорее всего...