- давай ты умрёшь прямо сейчас?

Ренджун смотрит в потолок, а его мысли заняты тем, кто сейчас сидит за компьютером и играет во что-то. Его большой тонсен уже давно выше него на полторы головы и шире в несколько раз.

- Джено, не хочешь порисовать со мной?

Так часто проскакивало раньше, когда они были младше. Сейчас им восемнадцать, им не до рисования, их мысли заняты учёбой, работой. А мысли Хуана заняты корейским мальчиком, который однажды по-пьяне сказал, что любит его и хочет подарить ему счастье. Он дарил счастье, первое время, правда, а потом всё пошло по наклонной и Ли стал игнорировать нежные чувства хёна, небрежно целуя его куда-то в щёку и отворачиваясь, бурча, что хён выглядит как-то болезненно. Руки Хуана всегда в розовых, красных, иногда белых бинтах. Никто не знает причину, кроме него самого. Любимый парень сказал, что ему не до Ренджуна и утнкулся в учебник по корейскому, не обращая внимания на обиженное лицо Рена. Рен в свои восемнадцать весил меньше сорока пяти, но ничего не делал с этим, ведь Джено сказал, что он полненький, а быть идеалом для своего парня - лучшая мечта Хуана на данный момент. Чтобы не делал Рен, Ли игнорировал его всегда и везде, даже не говорил заветное "доброе утро" по утрам, отчего у последнего слёзы на глазах и новые порезы на руках, несколько таблеток успокоительного и новые загоны о том, что он не самый идеальный. - Хён, ты какой-то странный,-сказал ему однажды Джемин, который всегда переживал за Хуана, который по уши влюблён в Ли, а Джено, в свою очередь кормит его ложными надеждами и новыми слезами. Сейчас Хуан лежит и смотрит в потолок, сейчас он хочет умереть, сейчас ему хочется спокойствия, а он получает лишь ноющее сердце и боль во всём теле. Сейчас, спустя много времени, Хуан чувствует, что умирает, чувствует, что его сердце бешенно бьётся, пытаясь выбраться из грудной клетки, кажется он умирает, кажется его сознание что-то тревожит, кажется Джено снова выпил больше обычного. Сейчас Ли стоит в дверном проёме и грустно смотрит на Рена, что сейчас, кажется, сгорит от взгляда. Ли подходит ближе и садится на кровать, беря худую и слабую ладонь в свою и гладит большим пальцем, грустно улыбаясь. - Хён, а ты знал, что я не люблю тебя? один вопрос - одна разбитая жизнь, которую никогда не починить, ведь её больше нет. Хуан смотрит всё так же в потолок, будто ему всё равно, а Джено собирается уходить, как тихо зовёт его Рен: - Джено, спи спокойно сегодня, сладких снов,-всё та же тёплая улыбка, полная боли и ненависти к себе. Джено уходит в другую комнату, а Хуан захотел высказаться листу бумаги, на котором он написал следующее: "дорогой Джено, или может уже не дорогой? я не знаю, но я хочу сказать, что ты тот, кто заставлял меня улыбаться, даже несмотря на то, что любил только я, дорожил нашими отношениями только я, а ты, дорогой, просто наплевал на меня. ты захотел быть с кем-то рядом? так почему упустил такой шанс? я не был тем самым - самым, о которых говорят в книжках и, о которых мечтал ты? так о чём ты можешь мечтать, Ли Джено? сейчас не об этом. спасибо, что стал тем самым - самым, кто подарил улыбку, короткую тогда, помнишь? когда мы впервые встретились? я думаю, что нет, ведь ты был совсем маленький, несмотря на разницу лишь в месяц. для меня ты всё тот же мумийтролль, которых мы вместе смотрели и рисовали. спасибо, что подарил необычные чувства. прощай, Ли Джено, зови меня своим хёном." Это письмо Джено нашёл утром. Нашёл с Ренджуном на фотографии, но не здесь, не в этой квартире, его нет, больше никогда никто не услышит ругань на китайском. По новостям района крутят спокойное: - Сегодня было найдено мёртвое тело подростка, который, видимо, выпрыгнул из окна,- а дальше Джено не слушает, ему всё равно, ему всё так же всё равно на Хуана и его глупые детские чувства.