Красавица и Чудовище

Длинные и чёрные пряди, как сама тьма, живущая в глубине души каждого, плавно спускались с хрупких плеч девушки по слегка оголённой спине. Каждый сантиметр её бледной кожи был усыпан тёмно синими отметинами, означающие принадлежность своему господину, что так властно и жестоко обращается с непокорной девчонкой, жаждущей свободы. С отрешённостью рассматривая свои вытянутые пальцы, поникшая девушка криво улыбнулась. — Он ведь не даст мне сбежать... И пытаться бес-по-лез-но.— тяжело вздохнув, подвела итоги долгих размышлений, измученная азиатка. Отбросив мешающиеся перед глазами волосы, Микаса приоткрыла дотоле скрывающиеся под прядями лицо, и повернувшись влево взглянула на своё отражение в зеркале. Она не узнала себя. Впалые глаза. Искусанные в кровь губы. Царапины. Глубокие рубцы. Укусы. Гематомы на шее, груди, животе и бедрах. Всё это ещё одно напоминание о её нынешнем, не радующем положении в этом мрачном и одиноком замке, стоящем посреди огромного леса. Не желая больше видеть своё отражение, девушка встала с кресла и ступая босыми ногами по холодному полу,касаясь его сорочкой, подошла к высокому окну, сквозь стекла которого в комнату просачивался лунный свет. Прижавшись к стеклу, Микаса взглянула на происходящее вне замка. Тихо падая, снег усыпал без того белоснежные дорожки, прибавляя работы трудящейся прислуге. Создавалось ощущение, что снежинки кружатся во тьме под красивую мелодию снов, снящихся детям в эту позднюю ночь. Не выдержав и резко распахнув ставни окна, Микаса полной грудью вдохнула чистый, морозный и до того отрезвляющий от дурных мыслей воздух, что она почувствовала как каждая колючая снежинка бьёт её по лицу. Прикрыв глаза от наслаждения, девушка не замечала пронзающий сердце холод, ведь внутри неё разгорался пожар неистовой силы, потушить который сможет лишь...Месть. Приоткрыв тяжёлую входную дверь, мужчина оказался в заснеженном дворе своего замка. Леви не знал, что с ним происходит. Хотелось напиться и поговорить по душам с Фарланом, которого давно уже нет рядом, да и говоря о душе. Осталась ли она у него вообще? Но как бы он не пытался заглушить непонятное чувство алкоголем, всё было напрасно. Он не пьянел. Глубоко вдохнув холодный воздух, мужчина запрокинул голову, чуть насмешливо улыбаясь Луне, что так ярко светила этой ночью. — Довольно с меня...— прошептал он обращаясь то ли к ночному светилу то ли ещё кому-то.— Осталось совсем немного... Небрежно скинув плащ с широких плеч, мужчина начал расстёгивать пуговицы своих одежд, пока не оказался полностью обнажённым. Его кожа была бледной, а при свете луны она казалась отливала синевой. На широкой спине, несмотря на тусклое освещение, виднелось множество белых шрамов, переплетающихся меж собой и создавая запутанные узоры. А вечно голубые глаза, отражавшие тёмное небо, выражали тоску и отчаяние.«Не хочу» , — с каждым разом он повторяет себе, но «надо», — говорит хриплый, внутренний голос, не желающий погибать вместе с ним. Глубоко вдыхая ночной воздух и собираясь с мыслями, Леви слегка приоткрыл рот, обнажая ровный ряд белоснежных зубов и острые клыки. Он сделал несколько широких шагов, и упав на колени моментально обратился в волка, надолго отбросив человечное. Девушка ещё долго не закрывала окно, вглядываясь в бескрайнюю тёмную ночь. Снег падал на её лицо, оседал на волосах, беспорядочно разметавшихся по плечам, но она всё ещё не собиралась уходить, тем более спать ей уже совсем не хотелось. Вытянув ладонь, Микаса почувствовала ещё больший холод от оседавших на пальцы снежинок, но это по сравнению с предстоящим ничто. Опустив взгляд потухших голубых глаз, девушка прикусила нижнюю губу.

« Я же вернусь в деревню? »

« Или нет? »

Свесив вниз ноги, девушка задрожала. А сердце, что так бешено билось словно навеки замерло. Нет, она не боялась высоты. Она лишь думала о том, что это была бы самая нелепая смерть из всех нелепых смертей. Холодный ветер развивал её тёмные волосы и тихо шептал на ухо

Прыгай