Будь моей деткой

Стэн просто пытался понаблюдать за миграцией проклятых канадских гусей из Дерри. Это было слишком много, чего он мог просить? У Стэна был долгий тяжёлый день: его отец был в ярости, потому что Стэн не запомнил Исход, также господин Харви был с сюрпризом поп-викторины первым уроком, у Ричи была какая-та дата сегодня вечером, и он хвастался об этом бесконечно (Стэн не мог поверить, что Тозиер заполучил подружку раньше всех), кто-то снова украл ямаку* Стэна во время занятий в тренажёрном зале (и эта была его любимая тоже), кафетерий обслуживали только свиными отбивными или таинственным мясным рагу, которое, как предположил Стэн, было просто свиными отбивными в коричневом соусе. А ещё чертовский день был у Ричи и Эдди, которые безостановочно спорили о привычке Ричи к курению. То есть весь этот проклятый день был полон криков, толчков и «не называй меня Эдс». Так что да, у Стэна был стресс, но он с нетерпением ждал миграции гусей, которую он планировал и составлял в течение нескольких недель. Он зарегистрировал несколько радиостанций по всей Северной Америке, чтобы определить, что гуси пройдут сегодня вечером над Дерри. Чёрт, Стэн даже подсчитал, как быстро птицы путешествуют с такими элементами, как погода, остановки и расстояние. Стэн разбил лагерь около полуночи на пустоши, думая о своём собственном проклятом бизнесе, с биноклем, ждущим своих пернатых друзей, когда он услышал шелест в кустах. Стэн решил не обращать на это внимания, не спуская глаз с неба, но вскоре после того, как услышал, как кто-то спотыкается вокруг и поёт Simple Minds** «Не забывай обо мне». Нагнулся и увидел. Вот он, Ричи, который рухнул сквозь деревья, выглядя совершенно разбитым: долговязый подросток сделал большой глоток из бутылки виски, прежде чем понял, что она пуста. Разочарованный отсутствием алкоголя в бутылке, тот разбил бутылку на соседнем валуне, продолжая петь. — Ричи? Что за хрень? — пробормотал Стэн. — Стэн? Это ты, да, мужик? — сказал невнятно Ричи и споткнулся о камень, когда он приблизился, — Что ты здесь делаешь? — Наблюдаю за птицами, а вот какого хрена ты здесь делаешь? Ты что, пьян? — спросил Стэн. Это оказался глупый вопрос, но Стэнли просто не мог понять, что Ричи так опьянило в четверг вечером в ноябре. — Это же я, Стэн-мэн, — просто ответил Ричи, падая на землю рядом со своим другом. — Почему? — А почему нет? — Ричи, казалось, свалился на себя в раздумьях, как испуганный маленький ребёнок на допросе. — Ричи, — твёрдо позвал Стэн — Что произошло? — Чёрт, Эдс, чувак. Он так зол на меня. — У тебя такое лицо, потому что ты поссорился с Эдди? — Стэн моргнул, — Да ты дерёшься с Эдди всё время! Не говори мне, что ты... — Нет! — Ричи протестовал, — Я знаю, что Эдс и я много дерёмся. Мне это очень нравится. Но ведь он так чертовски очарователен, когда злится! Его маленькие щёчки становятся такими красными, и он пытается быть страшным, но он оооочень милый. Нет, я просто дерьмо, чувак. — Да, — Стэн сочувственно улыбнулся, — Хочешь присоединиться ко мне? Канадский гусь, Branta canadensis***, через несколько минут будет мигрировать над Дерри. — Конечно! — Ричи радостно улыбнулся, — Ты же знаешь, мы никогда больше ничем не занимаемся вместе. — Тсс. Начинается! — прервал его Стэн, подняв бинокль, и увидел, как гуси взлетают вверх, их крылья сияют в лунном свете. Стэн попытался насладиться этим опытом, когда огромные скопления, путешествующие в 'v' формированиях, взлетели над головой, но ему пришлось заткнуть очень пьяного Ричи. Ричи продолжал хихикать или кричать: «Это слишком чертовски тихо!» или «Стэн Человек - поклонник… дерьмовых птиц не рифмуется с веером». В общем, начал нести всякий бред. Стэнли целых десять минут наблюдал, как птицы танцуют по ночному небу в идеальном порядке. Наконец, когда он больше не мог видеть крылатых чудес, Стэн повернулся, чтобы найти… Ричи и его велосипед исчезли. — Чёрт! — проклял Стэн, прыгая во всех направлениях, чтобы встретиться лицом к лицу со скалами и деревьями, Ричи нигде не было видно.

***

Когда в окно постучали, Эдди тут же проснулся. Младший парень встряхнулся, резко уронив копии стихов Эдгара Аллана****, которые он читал недавно. Он так зачитался, что уснул прямо на полу. Поражённый мальчик вытер голову, чтобы затем встать и посмотреть в окно. Там он увидел шевелюру из чёрных кудрей, которая могла принадлежать только одному человеку. Ричи Тозиеру. Эдди бросился к окну, чтобы открыть его. Тут же услышав невнятное приветствие: — Привет, Эдс. — Ричи? Что, чёрт возьми, человек? Сейчас полночь, Ричи! — Ааа, ты не скучаешь по мне? — Ричи ввалился в комнату и упал почти лицом на землю. — Тише! — прошептал Эдди, заставляя Ричи упасть. Младший успевает схватить его за плечи. В ту же секунду он поворачивается лицом к двери и слушает, не проснулась ли его мать от шума. Ничего. Эдди вздыхает с облегчением и снова поворачивается к Ричи, чтобы увидеть, как он навис над ним. Лицо высокого подростка было столь близко, что Эдди даже смог увидеть как расширились его зрачки за толстыми линзами. На его лице появилась лёгкая улыбка: — Здравствуй. Эдди почувствовал запах алкоголя. — Ты выпил? — спросил Эдди, широко раскрыв глаза. — Лишь малость, — Ричи покачнулся от своих слов. — О боже, Ричи, ты в порядке? Что произошло? — Я поцеловал Памелу Голдблюм сегодня вечером, — это был провал для старшего подростка. Он слегка упал, после чего его голова оказалась на ключице Эдса. — Это... хорошо... она заставила тебя пить? Потому что, честно говоря, я должен сказать, что не хочу, чтобы ты встречался с ней, если она... — Нет, у нас был отличный вечер. Она оказалась отличной девчонкой. Она просто чудо, даже не пьёт. Мы разошлись в 21:30. Она даже поцеловалась со мной с языком. Внезапно Эдди охладел, как будто его окатили ведром ледяной воды с головы до ног. Он даже не мог себе представить, как его лучший друг мог целоваться с Памелой Голдблюм. Они сидели на задних рядах в кинотеатре, но они оба знали, что их будут разглядывать. Звук от причмокивания их губ разносился на весь зал, но двое подростков всё равно не отлипнут друг от друга и останутся в том же положении. Ричи, положив руки на щёки Памелы, удерживал их близко друг к другу, когда их губы снова соединились. — Ага. — Но всё время я мог думать только о том, что ты злишься на меня... ты злишься на меня, Эдди? — Да... но по другим причинам сейчас. Я просто хочу, чтобы ты позаботился о себе, придурок, — объяснил Эдди, — Почему ты напился? Ричи, пожалуйста... — Всё время, когда я целовал её, я думал только о тебе, — Ричи тихо заплакал в шею Эдди, — Я хотел бы, чтобы это был ты. Эдди застыл. Он не мог бы услышать этого. Звучало это как-то неправильно. Может, ему послышалось? — Я хочу называть тебя своей деткой, и держать тебя за руку, целоваться с тобой с языком, даже если бы ты говорил о микробах. Я люблю тебя, я люблю тебя ещё с детства. Ты просто чертовски милый, Эдс. — Ричи, — Эдди попытался подавить колющую боль в груди, осторожно отступив назад, чтобы отправить друга на кровать, — Ты действительно не в себе: ты не знаешь о чём говоришь... — Я был влюблён в тебя всегда! Мне нравится, как ты заботишься о моём здоровье, ты единственный, кому не насрать на меня, Эдс. Я знаю это. Никого даже не беспокоит, жив я или мёртв, кроме тебя! Чёрт побери, да даже Имма бросил курить, потому что ты тоже сказал мне, потому что я всё для тебя сделаю. Эдди почувствовал, как начали наворачиваться слёзы. Ричи, казалось, не заметил, как он продолжил, не всегда чётко, поскольку он ещё был пьян: — Ты самый храбрый человек, которого я знаю, Эдди, потому что ты самый лучший человек в мире! Ты борешься со своим дерьмом, смотря страху прямо в глаза! Ты почувствовал и прошёл через всё это вместе с нами! И даже не смотря на то, что твоя мама облажалась, испортив твою милую головушку. Ведь ты такой сильный... не физически, ты же крошечный и просто чертовски милый, когда злишься, но ты так любишь... ебать мой мозг. Ты намного сильнее меня эмоционально. Ты не нежный цветок, не сэр, то есть как Билл, Майк и Бен — все мы, неудачники, рассказываем о том, какое дерьмо мы пережили. Я должно быть, напрасно сказал тебе, как сильно я тебя люблю. О боже, я люблю тебя... Теперь слёзы лились по лицу Эдди. Почему Ричи всегда так шутит над ним? Тозиер думает, что это смешная шутка? — Сегодня моя мама так гордилась мной. Она сказала мне повеселиться на моём первом свидании, как это должна делать любая чёртова мать. Она была так счастлива, подумав о том, что я не странный. На минуту я тоже этого захотел, чтобы не быть влюблённым в тебя, потому что ты мой лучший друг, но... Я просто хочу, чтобы ты, Эдди-Спагетти... Это всегда будешь только ты. Не то чтобы ты хотел таких же приключений на свою задницу, как это обычно бывает у меня... Когда я вернулся домой, то мой папа ничего не сказал, но он... он улыбнулся мне, Эдди. За что? Потому что он думает, что я больше не гей? Что я излечился? Поэтому всё, о чём я мог думать, это то, что мне нужно напиться. Это было легко, потому что в моём доме повсюду бутылки. Я не хотел чувствовать... я выпил слишком много... вот дерьмо, я похож на свою мать? — Нет, Ричи! — Эдди, казалось, вернулся в реальность, — Ты не похож на свою мать. Никогда не был похож. И ты не задница: ты умный, весёлый и лучший друг, о котором можно только мечтать, так что больше не думай о себе так. Ричи-Балабол покраснел, глядя на Эдди с благоговением, прежде чем медленная улыбка появилась на его лице. Затем, словно со скоростью молнии, Ричи соединил их губы. Эдди сидел, не двигаясь, прежде чем его глаза закрылись сами собой. Губы Ричи были мягкими, но потрескавшиеся, высокий мальчик потянулся, чтобы обхватить лицо Эдди руками, словно он действительно его любил. Как-будто Ричи никогда не хотел отпускать Эдди. Эдди почувствовал что-то в груди, когда его мозг включил автопилот, его голова обернулась вокруг потолка, как-будто он был тем, кто сегодня выпил лишнего. Эдди не чувствовал себя настоящим: это был просто ещё один сон, и Эдди смотрел, как он целует Ричи через всю комнату. Эдди смотрел, как он наклонился ближе, его нос уткнулся в нос Ричи, прежде чем другой мальчик наклонил лицом ближе, приспосабливаясь. Их лица были так близко, что ресницы Эдди коснулись оправы очков Ричи. Астматик во сне растворился в поцелуе, и Балабол запел в рот маленькому мальчику. Переключатель, казалось, щёлкнул, когда Эдди попробовал виски на этих губах. Эдди должен был оторваться, Ричи всё ещё держал его за лицо и гнался за губами. Эдди снова положил руки на плечи Ричи, сердце ипохондрика разбилось, когда он твёрдо не смог удержать Ричи близко. Ричи открыл рот, как-будто хотел что-то сказать, когда внезапно зажал ладонью рот, его плечи вздымались. Ричи вскочил с кровати, карабкаясь с рвотой в мусорное ведро. Эдди последовал за ним и собрал кудри Ричи в руке. Он держал их, пока парень с тёмными кудрями блевал в ведро. — Хорошо, Ричи. Отпусти, теперь тебе станет лучше, — Эдди охнул, молча поблагодарив каждого бога за то, что Ричи не вырвало у него во рту (какой-то первый поцелуй), и что Эдди выложил плетёную корзину для мусора в пластиковый пакет, которое ему пригодилось. Через минуту Ричи закончил, и Эдди повёл своего друга обратно в кровать, чтобы лечь и самому, — Я принесу тебе воды и поменяю мешок для мусора, оставлю здесь банку, так что, если тебе снова станет плохо, попробуй блевать в корзину, хорошо? Ричи застонал, что Эдди принял как соглашение. Младший вышел из комнаты, наконец-то смог вытереть слёзы, которые заливали его щёки.

***

Стэн собирался убить Ричи, когда найдёт его. Был почти час ночи, и Стэн бродил по Дерри, пытаясь найти своего пьяного друга. Балабол был настолько шумным, что это не должно было быть слишком сложно, верно? Неверно. Нет, громкого рта нигде не было видно! Почему Тозиер всегда пристаёт к тебе, но в ту секунду, когда тебе действительно нужно найти его, он исчезает. — Вот Ричи! Этот Ричи! — Стэн придумывал как можно было бы соблазнить Балабола, чувствуя себя совершенно нелепо. «Думай, Стэн! Куда бы мог пойти Ричи... Эврика!» Всё было так просто, что Стэн не мог вспомнить, почему он не понял раньше. Стэн побежал, только чтобы убедиться, что его гипотеза верна. Украденный велосипед Стэна был проигнорировал и не был замечен на газоне Каспбрака. Глаза Стэна переместились в сторону дома, заметив, что окно Эдди было открыто, и что грязный след от кроссовок, наоборот, украшал безупречный в остальном дом. Стэн проскользнул через чужой газон, когда он подошёл к окну и увидел, что Эдди сидит на кровати, растянувшись без сознания, Ричи был прикован к груди более низкого мальчика. Еврей постучал в окно, Эдди повернулся со слезами страха в его влажных глазах, затем расслабился и кивнул Стэну, чтобы тот смог войти. — Кажется, сегодня моя комната популярна, — пошутил Эдди, но это не сработало. Младший подросток посмотрел вниз на спящее лицо Ричи, покоящееся у него на сердце. Он посмотрел на опьянённое лицо мальчика, а затем осторожно снял очки Ричи. — Извини, Эдди, я не знаю, что случилось с Ричи сегодня вечером. Я нашёл его на пустоши, но он украл мой велосипед и уехал. Он не сделал ничего глупого, не так ли? — Нет, он просто трахался со мной, прежде чем потерять сознание. — Что он сделал? — Стэн почувствовал, как что-то электрическое пронзило его. «Пожалуйста, скажи мне, что Ричи не признался в своей бессмертной любви или каком-то дерьме…» — Он… сказал мне, что влюблён в меня? Смешно, правда? — смущённо ответил Эдди, он фыркнул и посмотрел в потолок. Однажды Стэн где-то читал, что поиск может помочь остановить кого-то от слез, — Пьяный Ричи чертовски весёлый. «О боже, эти идиоты» Стэн прикусил губу, чтобы удержаться от того, чтобы пойти туда и сказать Эдди, что Ричи действительно очень его любил и любил его годами. Но это был не тот случай, когда Стен мог прогнать Ричи… даже если бы Ричи сначала проявил себя. Ричи был пьян, он едва соображал и не хотел, чтобы его самый большой секрет был раскрыт, не говоря уже о Стэне. Ведь он обещал сохранить это в тайне все эти годы назад. Стэн решил: — Ты собираешься рассказать Ричи о его пьяном юморе? — Нет, — Эдди вздохнул, — Он, вероятно, подумает, что это всё странно. Кроме того, судя по тому, как он вёл себя сегодня вечером, я предполагаю, что он достаточно пьян, чтобы ничего не вспоминать на утро, возможно, так будет лучше. Стэн кивнул. — Эй, ты можешь подойти к шкафу? Я думаю, что у меня есть несколько толстовок Ричи и пара пижамных штанов, ему, вероятно, действительно будет неудобно спать именно так. Стэн не мог не смотреть на убитое горем лицо Эдди и думать, что Ричи заслуживает того, чтобы переночевать в неудобной одежде, а также похмелье, которое можно ожидать завтра. Тем не менее, Стэн в любом случае получил свой велосипед и насладится наблюдение за пернатыми товарищами. Сейчас было совершенно безразлично, что в шкафу на самом деле была коллекция одежды Ричи. Стэнли помог переодеть пьяного Ричи, чтобы Эдди не был так смущён, ведь несколько минут назад этот спящий подросток признался своему лучшему другу в любви. Эдди одел своего друга в самую лучшую и подходящую для него одежду. Ричи скулил, когда находился в вертикальном положении, и успокаивался только тогда, когда находился на груди у Эдди, где смог прижиматься к нему ближе. Ричи глубоко вдохнул запах Эдди, пьяный подросток на самом деле слегка улыбнулся во сне, прежде чем снова потерять сознание и провалиться в сон. — Хочешь, чтобы я остался ненадолго? Мы будем командой, которая сможет обработать эту пьяную задницу? — Стэн не мог не чувствовать разочарование по отношению к Ричи, что казалось немного несправедливым... Ричи, в конце концов, действовал так из-за эмоционального расстройства. Независимо от этого, Стэн собирался убить Ричи завтра утром. На ум пришло полное намерение непрерывно издавать неприятные звуки, пока Ричи боролся с похмельем. Стэн собирался замучить своего друга, чтобы он никогда больше не обращался к алкоголю за своими проблемы. — Нет, все в порядке, — Эдди улыбнулся. Стэн проклинал себя за то, что не нашёл Ричи раньше, возможно, он мог бы остановить это, — Ты, вероятно, должен уже давно быть у себя дома. — Увидимся завтра, Эдди, — сказал Стэнли, как он надеялся на ободряющую улыбку. — Увидимся, Стэн, — Эдди слабо махнул рукой. Стэн повернулся и выскользнул из окна, украв последний взгляд, когда Эдди ласкал щёку Ричи и выключил боковой свет кровати. Стэн поспешно забрал свой велосипед, не желая слушать, как Эдди начал рыдать.