Owners of Seoul

Чонгук ушёл, оставив Юнги собирать себя по крупицам, искать потерянные частички души, приводить мысли в норму. Младший принц долго сидел на полу, куда успел сползти с ненавистного стола, восстанавливая сбитое дыхание. Ему противно от самого себя. Он сам позволил так с собой обращаться. Чонгук растоптал его, застрелил тем пистолетом, убил всё мнение, которое о нём сложилось. Если до изнасилования Юнги считал, что Чон вполне хороший, то сейчас он при первой встрече готов вцепиться ему в глотку и похуй, что Намджун не разрешит это сделать — выстрелит сразу же. И никто не будет жалеть безликого принца, прятавшегося двенадцать лет. Юнги сейчас умирать нельзя. Он взял за смысл жизни избавить мир от грязных рук Чонгука. Сейчас принцу в голову пришло, что, возможно, есть ещё и другие изнасилованные. Но почему они молчат? Они, собравшись вместе, смогли бы засадить Чона за решетку. Юнги едва поднялся и натянул на себя одежду, все тело невыносимо болело, особенно задница. Благо, что Чонгук не порвал его. На ватных ногах он спустился вниз, где его встретил обеспокоенный Хосок, который заметил долгое отсутствие омеги. И Юнги свалился ему прямо в руки и перед тем, как сознание окончательной его покинуло, прошептал «домой». Не стоило закрывать глаза. Одна-единственная картина перед зеницами, выгравирована на внутренней стороне века — глаза, голодные красные глаза Монстра напротив, что смотрели прямо в душу, сметая остатки гордости омеги. Юнги мог поклясться, что видел Зверя, живущего внутри Чона. Он своим щупальцами управлял альфой, дергал за ниточки, игрался с чувствами. Только сейчас он понял, что есть кое-кто страшнее Чонгука, — его внутренний Монстр. Юнги пришел в себя уже лежа в кровати, заботливо укрытый до носа одеялом. Рядом не было никого, лишь тусклый свет фонарей из приоткрытого окна освещал небольшое помещение, неся в душу омеги грусть и сожаление. Младший принц схватил в охапку подушку, поднялся с кровати, несмотря на боль в теле, и, качаясь со стороны в сторону, босыми ногами прошлепал к окну. С трудом забрался на подоконник и, обняв подушку ногами и руками, дал волю слезам. Долго выл, растирал слезы по щекам и подбородку, жалел свою шкурку, звал маму, Чимина, Хосока, но никто не отзывался. Юнги впервые за всю свою недолгую жизнь хочется сброситься из раскрытого окна, впасть в тьму, в вечные объятья сна. Омега привык бороться, жить вопреки всему и несмотря ни на что. Привык драться до кровавого месива на костяшках, колко отвечать, терпеть боль и унижения. Но сейчас, сейчас он разрушен, расщеплен на атомы, разбросан по свету. И собраться воедино невозможно. Под конец самобичевания Юнги пришел к мысли, что несмотря ни на что не умрёт. Он не доставит Чонгуку удовольствия лицезреть свое тело, обтянутое в белый костюм, в деревянном гробу. Когда уж начало светать, Юнги заваливается на кровать и, только коснувшись головой подушки, засыпает, совсем опустошенный. Без кадров перед глазами, остервенелых картин и красных зрачков. Просто спит. В таком темпе он проводит целую неделю, иногда выходя, чтобы выпить ванильного латте, который успокаивает. От прислуги он узнал, что Тэхен вместе со своими друзьями отправился отдыхать в Пусан.

—————~ஜ۩۞۩ஜ~—————

Просыпается омега ровно в восемь вечера в среду. Первым, кто предстал перед ним, был прозрачный Чимин. Друг выглядел совсем жалким. — Что случилось? — Юнги пугается своего совсем охрипшего голоса. Чимин лишь покачал головой и смахнул упавшую челку Юнги. — Чим. — Прости меня. — Голос парня предательски задрожал. — Прости, что не помог. Прости, что бросил. Прости, что не остановил его. Он много успел сделать? Омега глубоко вдохнул и совсем треснуто улыбнулся. — Забудь о нем. — Даже имя этого чертового альфы не хотелось произносить в голос. Юнги от одного воспоминания о Чонгуке в дрожь бросает. Не хочется ещё раз с ним встретиться. — Что с тобой произошло? — Выгляжу не очень? — догадался Чимин. — Хреново совсем, — честно признался принц. Чим слабо улыбнулся. — Будто тебя волочили по дороге несколько километров, а потом ещё и на машине переехали, раз так двадцать. — Невесело, — понуро отозвался Чимин и сел на пол. — Невесело. — Поддакнул Юнги, тяжело вздыхая. — Ты знаешь, где Хосок? Чимин отрицательно качает головой. — Объясниться с ним хочу. Некрасиво вышло на свадьбе. Да и дядю поздравить надо. Ещё и этот праздничный завтрак. Ненавижу эту традицию. Призрак улыбнулся, вспоминая, как на прошлом праздничном завтраке Юнги разнес половину малой столовой, разбил чистый хрусталь и пролил красное вино на дорогой белый коврик. В позапрошлый раз— вообще не явился, Ван рвал и метал тогда, нашел даже в закоулке Сеула и за швырку притащил на завтрак, правда уже было поздно. А год назад — так вообще пришел под вечер в стельку пьяный. Лицо его отца покрылось красным пятнами, Хосок долго и упорно ржал, издеваясь над омегой. — Найди, где все, а я пойду в душ. Надо смыть с себя его прикосновения. — Скомандовал Юнги, вскакивая на ноги. Чимин улыбнулся, наблюдая изменения на лице друга. — Я быстро! Чимин нашел семью Юнги в малой гостиной. Джинхо нервно расхаживал со стороны в сторону, врезаясь в предметы, и тихо матерился себе под нос. Ансон, держа руку на сердце, сидел вместе с Кихеном, который обеспокоенно сжимал запястье омеги. Ван стоял у окна, сложив руки на спине, и задумчиво смотрел в даль. Енсо сидел в кресле, локтями опираясь на колени, и искренне недоумевал, как так могло случится. Хосок ворвался в комнату, словно вихрь, пробегая сквозь прозрачного Чимина. — Что случилось? — Тэхена, — всхлипнул носом Ансон и громко заплакал. Кихен зашептал успокаивающее слова ему на ухо, а Чимин скривился. Он явно переигрывает. Поняв, что от новоиспеченного Короля ничего не добьешься, как, собственно, и от папы, Хосок перевел взгляд на Енсо, ожидая объяснений от него. — Его высочество, — убито начинает премьер-министр, — похитили. Чимин удивленно раскрывает глаза, недоумевая. Да такого не может быть! — Кто? — Чон Чонгук. Хосок глухо зарычал, схватившись за голову. Эта крыса посмела позариться на наследника Кореи! Украсть прямо из-под носа. Чимин скосил глаза на Хосока, ожидая хоть каких-то обьяснений от него. Конечно же, альфа ничего не объяснил, но вместо этого сказал другое, что потом поможет омегам: — Чертов мафиози, гребанный клан Чон, твари, блять! — емко выругался Хосок. Чимин удивился, ему ещё никогда не приходилось слышать столько матов из уст этого альфы. Обычно так выражался Юнги, но не всегда вежливый Чон Хосок. — Он перехватил его по дороге в Пусан? Его друзья не пострадали? — На свадьбе. — Глухо отозвался Ван, не отрываясь от окна. — Что? — Его украли на свадьбе. — Чимин подпрыгнул на месте от неожиданного глухого удара Вана. — Моего сына украли на твоей свадьбе. — Он обвинительно посмотрел на своего старшего брата. Джинхо замедлил свой ход. — Хосок, иди к Юнги. Я обеспокоен его состоянием. — Прекрати беспокоиться об этой чертовой омеге. — Ван внезапно оказался рядом и схватил Короля за шиворот. Енсо в два шага оказался рядом и сжал руку взбешенного альфы. — Ван, прекрати. — Потребовал у него отец Хосока. Ансон испуганно икнул, снова завыв: — Принц Ваааан! — Юнги не принадлежит к нашей семье, слышишь? Он не наш. Он не мой сын! — Ван, отпусти меня немедленно! — рычал злой Джинхо. — Нет, хен, пока ты не усечешь. Юнги. Не. Мой. Сын. Джинхо со всей силы отталкивает своего брата. Ван падает в руки Енсо, который сразу же перехватил его поперек талии, удерживая на месте. — Ансон, прекрати выть. — Омега сразу же заткнулся, чтобы не злить своего альфу. — Ван, у тебя есть два сына. Два сына! Неважно, Тэхен это или Юнги, они оба твои сыновья. Не смей говорить, что Юнги не принадлежит к нашей семье. Он — Мин, так же, как и я, ты и Тэхен. Прекрати немедленно. Хосок остановил руками Джинхо, который начал двигаться в сторону своего брата, еле оставшегося на месте. Енсо едва удерживал Вана, который рвался в драку со своим старшим братом. Под дружный вой Ансона и Кихена Чимин смылся в комнату к Юнги, чтобы рассказать о всём случившемся в малой гостиной. Юнги проникся событиями, которые случились пока он принимал душ, и мысленно поставил галочку у себя в голове потом отомстить отцу за такие ужасные слова. Хоть он был рад, что узнал это именно от Чимина, потому что если бы сам омега присутствовал в комнате, то без кровопролития бы не обошлось. Юнги не терпит оскорбления в свою сторону. — Что ты собираешься делать? — поинтересовался Чимин у друга. — Сначала найдем информацию о Чонгуке, а потом поедем освобождать Тэхена из его лап. — Юнги твердо решил, что вернет брата домой. Он делал это не для Тэхена, он хотел, чтобы Чонгук проникся мощью и возможностями Юнги. Jeon Corporation — одна из самых известных марок в мире. Коллекционные автомобили, которые стоят целое состояние, дизайнерские вещи, которые пользовались популярностью по всей Корее, и 5-ти звездочные отели, расположенные по всему миру. Да у этого Монстра денег — мама не горюй. Юнги отчётливо видит перед глазами, как Чонгук ест из золотой ложки заморские деликатесы и запивает всё это коньяком, стоящим больше, чем весь гардероб омеги. Да у Чонгука побольше возможностей, чем у Юнги, из-за чего он бесится еще больше. Юнги впечатлился набитостью карманов Чонгука, когда впервые за неделю вышел на улицу. — Что это? — ошеломленно поинтересовался он у начальника охраны. Мужчина потупил взгляд, не решаясь смотреть младшему принцу в глаза. — Т-там, — дрожащим пальцем мужчина указал на автомобиль, перевязанный красным бантиком на капоте. — Он для вас. «Спасибо за приятное времяпровождение, Мин Юнги. Надеюсь на нашу скорую встречу. Целую взасос.» Юнги в руке сжал бедный листок, не сдерживая свои эмоции. Чёртов Чон Чонгук, он снова достал Юнги. Ему даже не нужно находиться рядом, чтобы разозлить младшего принца. — Юнги? — позвал принца Чимин. — Что будешь делать? — Мы поедем в его главный офис и заберем Тэхена, а потом все вместе забудем о выскочке на имя Чон Чонгук.

—————~ஜ۩۞۩ஜ~—————

Голова раскалывается, будто после недельного запоя, тело болело от сковывающих веревок, конечности онемели от долгих часов в одной позе. Сколько уже Тэхен здесь? Несколько часов? Дней? А может недель? Он потерял счёт времени после первого избиения плетью. Его украли на свадьбе, умыкнул и прямо из-под носа у дяди и его доверенных людей, оставив их с ничем. Чонгук ведь обещал, что лично познакомиться с наследником Кореи. Но Джинхо надеялся, что этого не произойдет, что он успеет спрятать своего племянника, что этот Монстр не получит омегу. Тэхен в каком-то подвале, здесь холодно, сыро и чертовски темно. Ему в перерывах между избиениями и наркотиками страшно от воя собак и звуков приближающихся шагов. Омега вздрагивает от яркого света, который проникает в подвал с приходом людей клана Чон. Они спрашивали что-то о пакте О-Чхве, о том, где сберегаются бумаги, и времени их подписания. Тэхен впервые слышит о таком документе и честно отвечает, что ему ничего не известно, за что получает первый удар в живот. Они приходят регулярно, два раза, утром и вечером, и спрашивают то же самое. Ответ не меняется. — Я ничего не знаю. — Сплевывая кровь на пол, отвечает Тэхен. Сил сопротивляться не оставалось. За столько дней пребывания в руках клана Чон Тэхен последний раз нормально ел и спал только пред свадьбой дяди. Страх отступает после каждой дозы наркотиков, которыми пичкают принца. После них он уже забывает собственное имя. Удар приходится прямо в скулу. Тэхен прикусывает язык, полость рта заполняется слюной, смешанной с кровью. Жмурится до разноцветных пятен перед глазами. — Еще раз спрашиваю: когда подпишется пакт О-Чхве? Тэхен отрицательно качает головой. — Я не знаю. Вдруг дверь в помещение открывается. Амбалы поклонились. Тэхен поднял взгляд и глазами встретился со своим похитителем. Чон Чонгук, как и всегда, одет с иголочки, в черный костюм с красным галстуком, серебрёнными запонками и усмехающимися глазами. Омега мелко задрожал, чувствуя, как альфа одним взглядом выбил воздух из легких. И его вечный сопровождающий Ким Намджун вместе с ним заходит. — Мин Тэхен, приятно познакомиться лично. Я много слышал о тебе от Юнги, — альфа довольно усмехается, видя, как принц округляет глаза. — У тебя прекрасный младший брат. Он явился ко мне в офис с ружьем и заставлял отпустить тебя. Даже поугрожать успел. Тэхен поражается глупости младшего брата. Омега бы даже не пошевелил пальцем, если бы Юнги сейчас был на его месте. Просто бы оставил гнить в этом подвале. Лучше бы Юнги страдал от ударов, стонал и задыхался от запаха крови. Его не жаль, он — никто. — Раз так понравился мой братец, почему он сейчас не сидит на этом стуле? Чонгук вопросительно поднял бровь и посмотрел на Намджуна. Ким хмыкнул. — Или он превосходная давалка? Теперь хмыкал Чонгук. Мужчина даже не догадывался, что у братьев такие отношения. Признаться, он был удивлен, когда вместо Короля к нему заявился Юнги с пушкой в руках. Больших сил Чонгуку потребовалось, чтобы не засмеяться, когда он угрожал ему и неистово дрожал. Но теперь, когда Чонгук узнал, что Юнги — младший принц Кореи, да ещё и владеет родовой силой клана Чон, ему хочется ещё больше поиграть с омегой. — Его вырубить и выкинуть где-то недалеко от клуба Рейна. — Скомандовал Чонгук амбалам. — И вколите ему тот препарат из новых, что возвращает запах. — Тэхен умоляюще посмотрел на Чонгука, но тот был непоколебим. — Пусть почувствует себя в роли давалки. — Повторяя интонации Тэхена, смеется Чон. — Нет. Пожалуйста, нет! — В этом и ваше различие. — Задумчиво говорит Чон, наблюдая, как его люди достают пузырек с желтой жидкостью. — Ты слишком мягок и любишь только собственную задницу. — Пояснял он. Амбал подошел со шприцом в руках к плачущему и стонущему о пощаде Тэхену. — А Юнги ещё ни разу не просил меня, не умолял, пытался бороться, а не плакать. Тоже мне, братья. Мужчина больно уколол в шею принца. Картинка стала расплывчатой. Тэхен не успел даже что-то сказать перед тем, как провалится в тьму.