Акела

Гарри для Клинта кто-то вроде плюшевого мишки, спасательный светящийся круг в ночной тьме. Она всегда там, где безопасно. К ней можно приползти раненым, больным, ленивым, испуганным или иным другим и она его примет, обработает, уложит спать, а с утра накормит вкусным завтраком. Он помнит, как они встретились впервые. У него - неудачное задание, несколько ранений средней тяжести, погоня на хвосте, возможно отставшая, потерявшаяся среди сотен поворотов в Гарлеме, и день без сна. Ни денег, ни вещей, ничего. В той подворотне, он это просто знал, его ждала драка, и, когда местный авторитет направился к нему, меньше всего он ожидал услышать голос от ближайшей стены. Девушка напоминала ему об их соседе, когда тот не пил. Серая кожа, обноски на несколько размеров больше, усталые впалые глаза, но при этом, сама по себе, она была относительно чистой, видно было, что не путана, не пьяница, а просто девушка, которой не повезло. Она за него вступилась, отвела к куче одеял, протянула бутылку с алкоголем, пачку относительно чистых бинтов, напоила холодным травяным отваром и уселась напротив, прикрыв глаза в изнеможении. Он оставил её чуть позже, немного отдохнув и собравшись с силами, забрав с собой те из лекарств, в которых был уверен. Найти информацию о бездомном бродяге в Нью-Йорке? Это оказалось невероятно трудно. У него не было ни имени, ни возраста, только внешность. Их следующая встреча - это случайность. Она сменила место обитания, вставила в рот сигарету, отрезала волосы и, неожиданно, стала другой. Если бы не усталость в глазах, он бы даже не понял, кто позволил облокотиться на него и куда ведет. У него болела голова от передозировки угарным газом. Позднее, он думал, что она пахнет озоном. Третья встреча - еще хлеще. Она сверкает синяком на скуле, бережет правый бок, а на голове - бинт, пахнущий какой-то травой. - А, гость, - ухмыляется одними глазами, - прости, сегодня у меня бинтов нет. Только пластыри. - Кто тебя так? - Какое тебе дело? Ты мне ни брат, ни друг, ни муж. Проваливай. Тогда он уходит, размышляя над её словами, вспоминая немногочисленные рекомендации от пропавшего старшего брата, а Фил давно сватал ему "соседок". Если его предложение спасет одну заблудшую девушку, то кто ему поставит это в упрек? Найти Гарри даже с ресурсами ЩИТ - не самая простая задача. Словно она возникла из ниоткуда, перед тем как её задавил автомобиль. Он ищет её. Тщательно. Клинт знает, что она неплохой медик, из тех, что могут вытащить тебя с того света при полном отсутствии ресурсов, но теряются среди чистоты больниц и высокомерия обученных узкоспециализированных врачей. Гарри неплохо дерется, замечает однажды Бартон, наблюдая, как та выпроваживает двух не самых хороших агентов ЩИТ за шиворот из её квартиры. На нем нет живого места, эти ребята должны следить за его состоянием. Но, это территория миссис Бартон, и они пришли в грязной обуви. - Эта девушка умеет вертеть словами, - говорит ему Фил. - Если бы мы нашли её первыми, стала бы первоклассным агентом - дополняет Хилл. Ей не нравится известность, она презирает пьяниц, любит сов и подкармливает собак. Разбирается в мифологии, рунах, истории древних времен. Клинт бы сказал, что когда-то она была агентом в какой-нибудь организации по типу ЩИТ в Великобритании или её бывших колониях. Но есть что-то, что выбивается. Вроде её знаний, близких к степени доктора по одним вопросам, и полный провал в других. То, как она следит за лунным циклом, перемещается по стране в поисках трав, заводит друзей среди викканов и амишей. После Тора думает, что пришелец - но ДНК нормальное, показатели адекватные. Ничего выпадающего из картины. Клинт просто делает закладку на будущее. Когда Локи захватывает его мозг. У тебя есть сердце Когда он спрашивает об Инициативе "Мстители", о ресурсах ЩИТ, о возможном отпоре, о прочем и прочем и прочем, - Клинт не позволяет себе думать о ней. Не сейчас. Не тогда когда рядом это существо, способное контролировать его разум. Вот только кажется, что Локи и так о ней знает. Он смотрит, чуть прищурившись, но не задает вопросы. Перед тем, как начнется операция по извлечению иридия, асгардец просто заглядывает в его глаза, на секунду кажется, будто они такие же зеленые, как и те, о которых он старается не думать, и ничего не говорит. - Акела, - ломается Бартон. Его ликующая усмешка на долю секунды заставляет собой гордится. Он провел его.