Акела

Акела, так её представлял Клинт. Через три месяца после того февраля он дал ей ключ от квартиры, документы на имя Гарри Бартон, сказав, что фамилию меняют только в браке. У него даже свидетельство о регистрации нашлось спустя несколько дней, вместе с простыми парными кольцами. Это был договор. Она его глаза и уши среди разных бродяг Нью-Йорка и личный врач первой помощи на случай необходимости. - У меня нет образования, - заметила Гарри, перед тем как подписать своеобразные бумаги, - я не квалифицированный врач. - Мне нужен кто-то, кто зафиксирует переломы, проследит за мной после хирургических операций и затащит на кровать, если я упаду в обморок. На это ты способна. - Хорошо, - Гарри ставит размашистую подпись на документе, который после этого сжигается над кастрюлей. Наташу он привел к ней спустя три года. Тогда брюнетка с карими глазами, она была абсолютным беспорядком из синяков, ссадин и пулевых ранений. - Клади её на стол, - скомандовала тогда Гарри, - аллергии, наркоз? - Без, - захлебываясь собственной кровью, выхаркивала девица. - Понятно, - кивнула ведьма, - нет наркоза, держи её, - уже Клинту, - будет адски больно. - Так ты? - после всего этого, полулежа на жесткой кушетке, специально приобретенной для этого, проговорила девица. - Его личный полевой врач, - кивнула Гарри, - правда из образования всего-то школа медсестер. - По тебе не скажешь, - вылив мутно-бордовую воду, произнес Клинт, появляясь в комнате, - курсы массажа точно были! - Куда без них, - допивая сладковатый чай с молоком и ставя кружку на тумбочку, - ложись, - скомандовала ведьма, - у тебя тоже ведь что-то найдется. Бартон без слов раздевается, оставаясь в одних боксерках, и подвергается тщательному обследованию. Часть синяков смазывается гелем, часть травяной мазью. - Ты не используешь таблетки, - однажды замечает Наташа. Она пришла, хотя скорее залезла через окно по пожарной лестнице, с пустяковым ранением, которое сама же и обработала, а потом уселась на кухне и принялась наблюдать за приготовлением обеда. - Их не так просто достать без рецепта, - пояснила Гарри, - да и многие можно заменить травяными настойками, отварами и мазями. Хотя приходится регулярно закупаться антибиотиками в разных аптеках. - Фальшивые рецепты, - довольно улыбается рыжая. Гарри знает, что таким людям, как она, гораздо спокойнее всегда держать в наличии какой-нибудь компромат на собеседника. Чего про неё ничтожно мало, её ведь не существовало в этом мире четыре года назад, а люди на улицах быстро меняются, особенно в Гарлеме. У неё репутация по-доброму чудаковатой травницы в их районе, наркотиков не найти, а вот первую медицинскую помощь окажут. В окно, выходящее на пожарную лестницу и потрескавшуюся стену соседнего дома, вползают не совсем порядочные элементы, а еще Клинт и Наташа. Навязчивая мелодия на телефоне прорывается даже через репортаж о разрушениях в Манхеттене. - Акела, - отвечает девушка незнакомому номеру. - Это Наташа, - раздается из трубки, - ты можешь подойти к Башне Старка? Тебя впустят. - Чемоданчик брать? - Да. Гарри редко покидала Гарлем, но как попасть к Башне Старка знала, пусть даже и та была в не самом лучшем виде. Высотка вблизи напоминала далекую астрономическую башню в Хогвартсе, после битвы. В последний раз, когда она её видела, та тоже была в строительных лесах, с пробоинами, чуть дымящаяся. Гарри зябко потерла ладони и укутала их в теплый свитер ручной вязки. Его связала старушка с соседней улицы, у неё не было средств на поход к лицензированному врачу, а Гарри была известна демократичными ценами и, изредка, соглашалась на бартер. Клинт не появлялся в районе уже несколько месяцев, и не то чтобы она горела желанием попасть в неприятности, но для неё проще было войти в башню, проверить самоуверенного циркового трюкача и исчезнуть так же тихо, как она делала раньше. Высокий ворот крупной вязки и обмотанный шарф едва ли мешали запаху крови, смраду смерти и гари проникнуть в её дыхательные пути, но снимать скрывающее лицо предметы она не желала. Вход в башню был немного покорежен, однако мешающие проходу куски уже убрали. Гарри прошла в вестибюль и мимо пустого стола секретаря, замешкалась перед лифтом, но вошла в приветливо распахнутые двери и нажала на случайный верхний этаж. - Прошу прощения, мисс, - раздалось из динамиков, - не могли бы вы продемонстрировать ваше лицо для опознания? - Акела, - разматывая шарф, пробормотала Гарри, - вас должны были предупредить. Полагаю, я к Лучнику, если только первая медицинская помощь больше никому не нужна. - Да, мисс Романофф предупредила. Вам на восьмидесятый этаж, вы увидите мистера Бартона в гостиной. - Благодарю, - складывая шарф в сумочку, отозвалась ведьма. Звонок в лифте раздался через несколько минут, табло над дверью оповещало об этаже, и Гарри вошла в немного утилитарную, но чистую комнату. Клинт сидел за столом в одной майке, обмотанный бинтами и прикладывал к голове пакет со льдом. - Что с тобой? - осматривая, по привычке, знакомое тело в поисках новых шрамов и проблем, Гарри положила на стоящий рядом стул снятый с себя свитер, демонстрируя футболку с принтом Леголаса. - Другой футболки у тебя, конечно, не нашлось, - устало ухмыльнулся Бартон, - тебя вызвала Наташа. - Разумеется, - кивнула Гарри, - что с головой? Внутренние повреждения? - Сотрясения и ушибы. Тебе не стоило приходить, меня залатали эскулапы ЩИТ. Гарри достала из сумочки травяной отвар и налила в крышку от термоса, молчаливо протягивая собеседнику. Тот хмыкул, одним глотком выпил и поморщился: - Какой гадостью ты меня поишь на этот раз? - Рябиновый отвар, помогает при ранениях внутренних органов. - Знаешь, ты не Акела, ты ведьма. И зелья у тебя, как и положено, преотвратнейшие. - Единственное зелье, которое приятно пить - приворотное. Уверена, что ты не хочешь воспылать неземной любовью к таинственной незнакомке с сотней бородавок на носу, - усмехнулась Гарри, надевая свитер и оттого говоря чуть приглушенно. - В выделенной мне комнате есть диван, - словно в пустоту заметил Клинт, - и, будь так добра, оставь свой набор юного потрошителя за пределами душевой кабины. Я еще от прошлого раза не отошел. - А что было в прошлый раз? - звонко спросила Наташа, входя в комнату перед усталым мужчиной с морщинами, - позвольте представить, доктор Роберт Брюс Беннер. Биохимик и гениальный физик-ядерщик. Доктор, это Акела, наш с Клинтом полевой хирург. - У меня нет лицензии, - устало выдохнула ведьма, - не слушайте их. Я только и могу, что оказать первую помощь пострадавшим. - А нам больше и не надо, - хмыкнула Вдова, - само заживет. Укоризненный взгляд исподлобья был единственным ответом.