Передружба

      Пытаюсь разомкнуть тяжёлые веки. Одиннадцатичасовой сон, после вчерашней тусовки с компанией подруг, затянувшейся до рассвета — всё, что нужно для счастья. Хотя я не выпила ни капли алкоголя (всё ещё держу слово, данное кое-кому несколько лет назад), голова всё равно раскалывалась от громкой музыки и криков пьяных подружек. Доползла до большого зеркала в конце комнаты, по совместительству гостиной. Я снимала маленькую квартирку-студию в соседнем доме от родителей. Люблю их, но жить одной просто нереально классно. Хоть квартира небольшая, зато очень уютная и удобная. Я сама её обустроила, сама продумала всё до мелочей, даже сама делала ремонт. Вложила в эту квартиру всю свою душу, и плевать, что она съёмная. Люблю это место всем сердцем. — Ооо, Лика, сейчас ты явно не дотягиваешь до первой красавицы универа, — воскликнула я, увидев своё отражение в зеркале. От вчерашних красивых кудрей почти не осталось и следа, длинные каштановые волосы висели сосульками, а мой прекрасный макияж размазался, и теперь я похожа на голубоглазую панду. Нужно срочно приводить себя в порядок, но для начала позвонить родителям. Я должна была зайти к ним в обед, но, кажется, уже проспала всё на свете. Беру телефон с тумбочки. В глаза бросается сегодняшняя дата. — Твою маааать, точно! Сегодня утром Головин приехал домой после чемпионата.       Саша Головин. Ну, он мой лучший друг. Я знаю его столько же, сколько помню себя. Наши семьи очень тесно общались еще до нашего рождения, да и сейчас продолжают. Он старше меня ровно на 7 месяцев, но в развитии я ему никогда не уступала. В детстве Саня был ужасно вредным, я так не любила ходить к ним в гости. Он вырывал волосы моим куклам и вытирал свои сопли о моё любимое платьице, а ещё, футбольный мяч этого мелкого засранца постоянно прилетал в мою голову. До сих пор все удивляются тому, что у меня не возникло никаких умственных отклонений от такого количества ударов по черепушке. Зато потом, когда мы перешли в среднюю школу, очень сблизились. Даже не знаю, что этому поспособствовало, но мы стали прямо-таки лучшими друзьями. Вместе прошли все стадии взросления, но я бы не сказала, что он мне как брат. Брат не подходит, а вот лучший друг — как раз про него. Я гоняла вместе с ним мяч по полю, а футболист, тем временем, выслушивал мои сопли о парнях и подругах. В общем — идеальная дружба. Но я слукавлю, если скажу, что мы никогда не обнимались, не целовались, не чувствовали себя неловко и всё в этом роде. Мы целовались, но лишь однажды. Нам было лет по 13. Это было так… неуклюже и странно. Как только у меня появился первый в жизни парень, я все уши прожужжала Саше о том, что не умею целоваться и этот парень бросит меня из-за этого. Тогда Головин не выдержал моего словесного поноса, длиною уже в три часа и со словами: «Как же ты уже достала», он резко потянулся к моим губам. Нет, это было не противно, я бы даже сказала, что неожиданно приятно. Но, когда ко мне пришло осознание того, что он мой лучший друг, так нельзя, это неправильно, я отстранилась и убежала домой, не сказав парню ни слова. А потом ещё долго избегала его. Как и любая девочка, я мечтала о первом поцелуе, но в этих мечтах представляла себе его совершенно по-другому. А все получилось во дворе на скамейке, с лучшим другом. Я злилась на Сашку, что он украл у меня этот момент. Но, когда я наконец-то согласилась с ним поговорить, он признался, что это был и его первый поцелуй. Вот такая забавная история.       Не успела я выйти из душа, как раздался звонок в дверь. Гостей я вроде бы не ждала, интересно, кого это принесло. — Приветствую, — произнёс парень, стоящий на пороге. Убрал одну руку за спину, а второй грациозно поклонился. — Головиииин, — закричала я, запрыгивая на друга. — Не думала, что мы сегодня увидимся. Как же я соскучилась по этому балбесу! Пусть он теперь и герой чемпионата, герой детских грёз миленьких школьниц, но для меня он всё тот же. — Я не на долго. Пока родители собираются, решил заскочить к тебе, — как обычно поправляет свою причёску, которую я всегда называла «не успел причесаться после бурной ночи». — Оо, как мило, ты всё ещё помнишь обо мне, — отстранилась от него, давая пройти в квартиру. — Да тебя забудешь, блин, — весело произнёс друг. — В могиле, наверное, сниться мне будешь, — мы направились на кухню. Взаимно, Головин. Ох, как взаимно. — Ой, как мы заговорили. А я вот, между прочим, рада тебя видеть, — моя фирменная улыбочка. Я шла спиной вперёд, и, конечно же, в свойственной мне манере косячить во всём на свете, налетела на журнальный столик. Блять, ну это твоя квартира, Лика. Неужели ты не знаешь, где стоит этот столик. Парень залился смехом, помогая мне подняться. — Кстати, мама передала тебе пирожки. Сказала, чтобы все съела. Тёть Света замечательный человек. Такая открытая, душевная. Они с мамой очень похожи характером, даже имя у них одинаковое, хотя, наверное, именно имя сыграло важную роль в их такой сильной схожести. Мы виделись буквально пару дней назад, она всё охала, как сильно я похудела и грозилась раскормить пирожками и булочками. Похоже, уже приступила. — Обожаю! Передай огроомное спасибо. Ну что, я жду твоих рассказов. Зазвонил его телефон, перебивая меня. На экране «Ангелина». Нет, я не подглядывала, просто телефон лежал на барной стойке между нами, и не увидеть было просто невозможно. Чувствую укол ревности, а сердце, после той истории, по-прежнему предательски сжимается, когда я представляю его с другими девушками. Ну всё ведь уже давным-давно забылось, ну почему эта тупая бессмысленная ревность всё ещё не покидает меня? Как убить это чувство? Он отклонил. Саня никогда раньше не отклонял её звонки. Заглядываю в глаза. Это выражение лица я хорошо знаю — злится, причём сильно. Неужели поругались. — У вас всё нормально? Я всегда желала другу только счастья. А с ней он был счастлив. Ангелина хорошая девушка, пускай и ненавидит меня. И правильно делает, я бы тоже себя ненавидела на её месте. — Не обращай внимания, не будем о ней, — довольно весело произнёс Головин. Не будем о ней, серьёзно? В последнюю нашу встречу, я молилась всем богам, прося, чтобы он наконец-то прекратил говорить про неё и их идеальные отношения. Меня уже выворачивало от имени Ангелина, но я, как хорошая подруга, всегда выслушивала рассказы парня об Ангелине и футболе. Скажу честно, слушать про футбол было намного интереснее. Телефон снова зазвонил, но на этот раз на экране «Мамочка». — Походу мне пора. Увидимся завтра, — Сашка невесомо чмокнул меня в макушку, и побежал в прихожую. — Родителям привет, и передай маме спасибо за пирожки, — крикнула в след, спускаясь с барного стула. — Обязательно! До завтра, мелкая, — я успела лишь помахать рукой. Футболист подмигнул и захлопнул дверь. Пф, мелкая. Ненавижу, когда он так называет. Как будто младшую сестру. А я тебе не сестра, чёртов Головин. Я развалилась на большом диване, а все мысли заполнили старые воспоминания.       В 17 лет я связалась с плохой компанией. Наркотики, алкоголь, травка, вписки каждые выходные. И так продолжалось несколько месяцев. Но, к счастью, до наркотиков и прочего, лично у меня, дело не дошло. Саша вовремя вытащил меня оттуда. Он изначально предупреждал, что эти ребята мне не друзья, что они испортят меня, но я психанула, сказав, чтобы не лез в мою личную жизнь, и вообще оставил меня в покое. Всё это время мы не общались. Даже не переписывались, а в гостях сидели по разным углам. Но однажды, на очередной гулянке, я напилась настолько сильно, что потеряла девственность с еле знакомым парнем. После этого «дела» я поняла, что качусь в огромнейшую пропасть, из которой не смогу выбраться, если сейчас же не остановлюсь. Я чувствовала себя последней шлюхой. Такого отвращения к себе никогда не испытывала. Тогда я убежала в ванную комнату, трясущимися руками набирая Санин номер. Мне некому больше было позвонить, и я молила Бога, чтобы парень не проигнорировал звонок. А он мог, ведь я так сильно его обидела. Но Сашка ответил сразу же, несмотря на то, что была середина ночи. Я была очень пьяна и плохо соображала, но этот разговор навсегда останется в моей памяти.

***

4 года назад. — Лика, это ты? Что-то случилось? — парень сразу же ответил, увидев на экране телефона имя подруги. — Сань, я дура. Я такая дура, — голос девушки дрожал. Она еле держалась, чтобы не разреветься. — Ты где? Что ты натворила? — Прости меня за всё, прошу. Он уже давно простил. Саше так не хватало их общения, он ужасно переживал за свою подругу, видя, как та рушит свою жизнь, связавшись с этой непонятной Аней, которая познакомила её со своими дружками-алкоголиками. — Потом с этим разберёмся, говори быстрее, где ты? — Забери меня отсюда, пожалуйста. — Скинь адрес, я скоро буду, — футболист выбежал из дома, направляясь в нужное место. Головин приехал буквально через 15 минут, врываясь в этот приют наркоманов, по-другому это место назвать нельзя. Всё было в дыму от сигарет и травки, повсюду валялись пустые бутылки, некоторые спали прямо на полу, но большинство продолжали пить, курить, танцевать, кто-то целовался в углу. От всего этого парню стало жутко противно и хотелось поскорее уйти отсюда, забрав Лику. «И как только она могла впутаться во всё это, глупая», — пронеслось в голове. Саша метался по комнатам, видя не очень приятные зрелища. Наткнувшись на запертую дверь, сразу понял — она там. Громкий стук, со словами «это я, открывай», глухой щелчок спустя пару секунд. Лика сидит на полу, обняв свои колени. В таком состоянии он её не видел никогда. Слегка волнистые волосы, которые всегда аккуратно уложены, сейчас были запутаны и растрепаны. Глаза, всегда сверкающие от счастья и доброты, сейчас были красными, опухшими от потока слёз. — Ну что, доигралась? — ему хотелось добавить «Я же говорил», но это явно было лишним, учитывая её состояние. — Давай, поехали домой, — Головин поднял девушку на руки, направляясь к выходу из этого отвратительного места. Он чувствовал, как её всю трясёт, но не мог понять почему. «Да что же случилось, неужели что-то приняла? Нет, она бы не докатилась до такого», — мысли в голове футболиста путались, но сейчас он понимал, что самое главное — увести отсюда девушку, и лишь потом приставать с вопросами. — Саш, мне нельзя сейчас домой, — дрожащим голосом произнесла Лика. — Знаю. Боюсь представить, что подумает Тёть Света, увидев тебя, — парень усадил подругу на переднее сидение своего автомобиля. — Мои родоки на даче по выходным, помнишь? — ребята тронулись с места. Добравшись до дома, Головин завёл девушку в душ, чтобы та хоть немного пришла в себя от прохладной воды. Парень был специалистом в этом деле. Он спортсмен, поэтому не мог позволить себе набухаться до потери сознания, чем пользовались большинство его друзей: раз в пару недель обязательно кто-нибудь попросит забрать с тусовки. Саше это уже порядком надоело, но Анжелике он отказать не мог. — Я не хочу, мне холодно, — подруга сопротивлялась, пытаясь выйти из ванной комнаты, но Головин стоял прям в проходе, не давая покинуть ванную. Девушке казалось, что это физический холод, потому что всё тело трясло так, словно она находилась голая на сорокаградусном морозе, но с температурой в комнате, да и на улице, всё было в порядке. Нельзя так трястись от холода в середине жаркого лета. — Какой холодно, ты вся горишь. Лика, это поможет прийти в себя. Залезай под воду, или я сам тебя закину, — довольно строго проговорил футболист. Сверлит грозным взглядом, чтобы та сейчас же встала под этот чёртов душ. — Нет, — не хочется применять силу, но девушка явно вынуждает это сделать. «Даже в таком состоянии умудряется вредничать», — подумал парень. — Окей, я предупреждал, — закидывает подругу в ванну, та пытается вырваться первые пару секунд, но потом успокаивается, понимая, что вода действительно помогает. — Ну что, полегчало? Кивает головой. Лёгкое чёрное платье до ниточки мокрое, прилипает к телу, заставляя девушку покрыться неприятной дрожью. Друг заметил это, отлучился на пару минут, вернувшись с тёмно-серой футболкой в руках. — Ты говорила, что обожаешь её, — она улыбнулась. Да, это была самая любимая его футболка. Лика обожала, когда он надевал её и всегда грозилась однажды забрать майку себе. Девушка вылезла из ванны, босиком вставая на прохладный кафель. — Помоги расстегнуть, — повернулась спиной, убирая мокрые волосы вперёд. Головин потянулся к молнии на платье, осторожно опуская её вниз. Лёгкое прикосновенье пальцев к обнаженной спине вызвало странное чувство внутри обоих. Непонятное, странное чувство. — Спасибо, дальше я сама, — парень направился к выходу, кинув последний взгляд на подругу, отметил про себя, как же ей идёт это платье. Анжелика надевает футболку, которая оказалась чересчур огромной. Ну и хорошо, ей нравятся такие свободные вещи не по размеру, чувствуешь себя комфортно и уютно. Девушка медленно направилась в комнату друга, опираясь на стены, ибо тело всё ещё штормило так, словно она плывёт на маленькой лодочке во время сильного морского шторма. Осторожно присела на кровать рядом с Сашей, подминая руки под себя. Тишина. В воздухе чувствуются импульсы напряжения, словно затишье перед бурей. Сейчас всё тихо и мирно, но ты знаешь, что вот-вот грянет гром, сверкнут молнии и начнётся ураган. Так и произошло. Глаза, смотрящие в пол, постепенно наполнялись слезами, в один миг по щекам потекли солоноватые ручейки, а спустя пару секунд, девушка разрыдалась в голос. Она дала волю эмоциям, нисколечко не сдерживая себя, так как знала, что рядом самый близкий для неё человек, он не будет осуждать, он успокоит, поддержит, поможет справиться со всем. — Поплачь, должно полегчать, — футболист крепко прижал подругу к себе, поглаживая по голове. Душа разрывалась. За 17 лет он никогда не видел её настолько подавленной. Он никогда не слышал, чтобы она так сильно плакала. Лика — самый позитивный и весёлый человек из всех его знакомых, поэтому больно было смотреть на то, как человек, который практически всегда улыбается и заряжает всех своей энергией, сейчас давится от слёз у тебя на груди. — Всё хорошо, я рядом, — тихо повторял парень, и, кажется, это помогало. Она понемногу успокаивалась. Он не знал, что случилось. Но сейчас не смел налетать с допросами, хотя так хотелось это сделать. — Ну вот, теперь твоя футболка в моих соплях и слезах, — начала девушка, всхлипывая от слёз. — Ты специально начала рыдать, чтобы обслюнявить и забрать себе, — усмехнулся Головин, надеясь, что получится вызвать улыбку на её лице хотя бы на секундочку. И у него получилось. — Ты простишь меня? За мою тупость, за тупые слова, что наговорила, — заглянула в болотные глаза парня, пытаясь найти там нужную эмоцию. — Всё в норме. Уже простил, — улыбнулся. Уголки её губ тоже слегка поднялись вверх, но, отведя взгляд на пол, Лика снова изменилась в лице. — Я переспала с ним, — тихо произнесла девушка, отчего сердцебиение парня, сидящего в паре сантиметров от неё, резко участилось от услышанных слов. — С кем? — также тихо прозвучал вопрос. — Ты не знаешь его. Мы, вроде как, встречаемся около недели. Она даже не рассказала ему о своём новом парне, хотя они всегда делились важными событиями друг с другом. Причём первым делом именно друг с другом. Он не бежал к своим друзьям, а она не звонила с воплями своим подругам. — И как тебе? «Блять, хреново выбираешь вопросы», — футболист уже ударил себя несколько раз в своих же мыслях. — Не очень. Я так сильно напилась, что ничего не соображала. — Этот уёбок изнасиловал тебя? — внутри всё кипело, Саша уже готов был вернуться в ту квартиру и лично избить до смерти этого её «парня». — Нет, я сама позволила этому случиться. Молчание. Она не знает, что ещё сказать. Он не знает, что ответить. Подбирает в голове тысячи фраз, но все они кажутся такими неподходящими сейчас. — Да, я сама виновата. Ты ведь предупреждал, — спокойный тон, но голос всё ещё немного дрожит. Лика сделала глубокий вдох. Смахнув с щеки последнюю слезинку, повернулась к Саше. Улыбка. В глазах снова тот самый огонёк. Теперь он узнаёт свою подругу, несмотря на опухшие, заплаканные глаза, видит во взгляде её прежнюю. Такую, какой она была пару месяцев назад. — А знаешь, зато теперь мой первый поцелуй кажется не таким уж и ужасным, по сравнению с первым разом, — они засмеялись. В памяти всплывает тот момент. Головин не особо осознавал, что делает. Ему просто хотелось как-нибудь её заткнуть, потому что было просто невыносимо выслушивать битый час одно и то же. Где-то глубоко в подсознании всплыла такая безумная идея — заткнуть её поцелуем, тогда Лика прекратит свою панику. Всё произошло в долю секунды, поэтому собственные действия осуществились раньше, чем до мозга дошло осознание происходящего. Сначала подумать, а потом сделать — это явно не про этот случай. Но он не жалеет. Да и она тоже. — Не стоит так загоняться. Знаю, что для тебя это было важно, но не всё ведь складывается идеально в этой жизни. Она прекрасно это понимает. — Всё, с этого момента я снова за ЗОЖ. Никакого алкоголя. Вообще ни капельки, — громко заявила девушка, поднимаясь на ноги. — Пообещай, — строго потребовал Саша. — Торжественно клянусь не употреблять спиртное. Ну, если только по праздникам. — Пятница не считается за праздник, — усмехнулся парень. — Дурак, я тебе не алкоголичка, — возмущенный тон, обиженные глазки, даже сложила руки на груди. Было видно, что она почти пришла в себя, что очень радовало парня. — Я имела ввиду день рождения, новый год… — И всё, — Головин перебивает, чувствуя, что это будет длинный список. — Да, и всё, — милая улыбочка. Напряжение спало. Снова та дружеская атмосфера, они снова лучшие друзья. Но это только сейчас кажется, что они лишь лучшие друзья. Спустя несколько часов, один из них поймёт, что теперь всё иначе.

***

      Наверное, я слишком близко к сердцу восприняла тот случай. После этого Сашиного поступка, я увидела в нём совершенно другого человека. Я всегда знала, что он очень добрый парень и прекрасный друг, но тут я увидела его с другой стороны. Такой переживающий, заботливый, искренний, такой… родной. И действительно, ведь лишь он один всегда приходил мне на помощь, лишь он один вытаскивал меня из всяких передряг, и он один всегда был рядом. Тогда просто весь мой мир рухнул, я оказалась в совершенно другой реальности. Тогда я начала осознавать, что влюбилась в своего лучшего друга. Не просто влюбилась, а влюбилась по уши. И я бы не сказала, что это такое прекрасное, трепетное чувство. Наоборот, я чувствовала себя просто отвратительно, на душе скребли тысячи кошек, а тяжесть в груди не давала набрать полные легкие воздуха. Мне никогда даже не приходила в голову такая мысль, что я могу влюбиться в Сашку, и когда это произошло, я действительно словно оказалась в другом измерении, потому что всё стало по-другому. Абсолютно всё. Мне стало невыносимо трудно оставаться с ним наедине. Я так боялась спалиться, боялась испортить такую прекрасную дружбу, ведь полностью осознавала, что я для него лишь подруга, и вряд ли когда-нибудь смогу стать кем-то большим. Саня начал замечать моё странное поведение, постоянно спрашивал, что же не так, а я лишь мотала головой, выдавливая жалкое подобие улыбки. А затем и вовсе начала избегать любых физических контактов, хотя раньше спокойно висела у него на шее, он катал меня на спине, мы дурачились на футбольном поле, боролись. Но после этого случая, любое его прикосновение отдавало прямо в душу, вызывая стадо мурашек, расползающихся от места прикосновения по всему телу. Я начала бояться смотреть ему в глаза. Каждый раз, когда смотрела в них, не могла оторваться, не могла отвести взгляд, потому что просто растворялась от его внимательного взгляда и тонула в болотных глазах этого, как оказалось, прекрасного парня. И так продолжалось до тех пор, пока Головин не переехал в Москву. Я так скучала. Так безумно скучала по нему первое время. Никто не узнает, сколько слёз я проливала каждую ночь на протяжении почти полугода. У меня осталась та самая футболка, которую я всё-таки забрала у Сани. Она так пахла им. Голова кружилась, когда я вдыхала такой родной запах. А потом, мама закинула её в стирку. Эта грёбанная стиральная машинка отобрала у меня последнюю иллюзию ощущения его рядом. Ну, а потом, расстояние и слишком долгое время в разлуке сделали своё дело, я постепенно переставала думать о нём, постепенно он покидал мои мысли, в которых нагло поселился, из которых не выходил и на секундочку, хотя я пыталась прогнать всеми возможными способами. Первый курс универа, новые друзья, знакомства, весёлая, насыщенная студенческая жизнь и новый объект обожания. Ну, не страдать ведь мне всю жизнь по Головину. Первый год мы не виделись вообще, а потом футболист стал чаще приезжать в Калтан, но это уже было не то. Позже у Саши появилась Ангелина. Узнав о ней, моя реакция была неожиданной для себя самой. Он всё рассказывал о своей новой девушке, а я сидела и чувствовала, что вот-вот разревусь. Тогда я сделала вывод, что какая-то часть моей души всё ещё влюблена в него. Пусть и совсем малюсенькая часть, но она, похоже, останется со мной навсегда. А сейчас я просто очень рада видеть его. Я игнорирую эту крохотную часть, запирая её глубоко внутри. Мы с Саней не больше, чем лучшие друзья. И так, пожалуй, будет всегда.