Возьму на пользование.
24 сентября 2018 г., 17:40
За окнами пустой аудитории только-только стало понемногу светать. Тишину в просторном помещении нарушал лишь слабый шум и тихие голоса двух парней, эхом отдающиеся между стен. Неторопливо разбирая бумаги и выкладывая из сумки необходимые вещи, Мика старался настроить себя на предстоящие пары, которые должны были начаться приблизительно через час. Однако он никак не мог сосредоточиться и избавиться от ненужных и назойливых мыслей, постоянно отвлекаясь на посторонние и совершенно бесполезные в данный момент раздумья. Хоть он и не хотел признавать этого, но его безусловно радовал тот факт, что у Юичиро сегодня будет занятие по его предмету. Задумчиво, еле заметно улыбаясь, Хакуя пропускал мимо ушей все, что с блеском в глазах рассказывал его друг Батори, будто рассуждая на какую-то безумно интересную тему или рассматривая жизненноважную проблему.
— Мика-кун, — негромко с доброй улыбкой произнес Ферид, замечая, что его совершенно не слушают. — Долго еще собираешься витать в облаках? Хоть бы делал вид, что слушаешь.
— Нигде я не витаю! — мгновенно нахмурив брови, чуть тише пробормотал Хакуя.
— Тебя что-то беспокоит? Или, например, кто-то? — с еще более теплым выражением лица засмеялся Батори, устремляя свой немного хитрый взор прямо на друга, который в эту же минуту успел сменить целую палитру эмоций, будто стараясь как можно скорее выбрать, какое чувство нужно изобразить, чтобы сейчас же не выдать себя и все, что вертится на уме.
— С чего ты взял? — опуская голову, ответил последний.
— Ладно, тянуть не буду, — Ферид поднялся со стула и медлительно проследовал к Мике, вставая прямо у него за спиной. — Я знаю, что все дело в том мальчишке, по тебе это заметно. Вы уже двое суток не виделись, так? — с усмешкой вполголоса проговорил он на ухо другу и отстранился.
Хакуе же оставалось лишь молча выслушивать Ферида, не прерывая его речь, ведь он прекрасно понимал, что у него таки не получилось обмануть Батори. Теперь у Микаэлы не было ни единого шанса попытаться скрыть от друга главную причину своего настроения или же попробовать сменить тему, так как тот уже заметил странное его состояние.
Его приятель был неимоверно внимательным человеком, которому без особого труда удавалось, не имея на то разрешения или согласия, будто проникать в потаенные уголки разума, вытягивая самое сокровенное из человека и обязательно указывая на это. Практически никогда он не мог обойтись без смеха или хитрого взгляда, которым словно пронзал людей насквозь. И Микаэла за долгое время их с Феридом взаимоотношений все же смог свыкнуться и даже немного полюбить эту черту характера в нем.
Хакуя был уверен, если Батори снова старается пробраться к тебе в душу или добиться каких-либо откровений, то он обязательно достигнет своей цели и препятствовать ему нет абсолютно никакого смысла.
Самому Мике же, впрочем, как и всем людям, нужна была опора, поддержка, и он, все-таки прекращая сопротивляться, медленно поднял взгляд на друга, в глазах которого читалось чистое превосходство, и тихим голосом, с каждым словом будто открываясь все больше, начал свой рассказ о интернет-знакомстве и о чувствах, которые, к большому разочарованию, совершенно безрезультатно старался побороть. Не скрывая и даже не пытаясь сдерживать поток эмоций, так внезапно нахлынувших на него, Мика продолжал повествовать и о том, как сильно его могут задевать неаккуратно сказанные слова, и о том, как ему хочется быть с Юи, однако сердце последнего уже занято кем-то другим.
Понемногу успокаиваясь, голос Хакуи становился все тише, а завершая речь, он и вовсе прикрыл веки и почти шепотом произнес:
— Ферид, я не то зол, не то… слишком расстроен, — дрожь в голосе уже невозможно было сдерживать, а подошедший к горлу ком не позволял юному преподавателю восстановить неровное и судорожное дыхание.
— Мика-кун, ну ты даешь, конечно. Знаешь, зачастую на сложную ситуацию стоит взглянуть со стороны, как она в ту же секунду потеряет всю свою тяжесть, которой, казалось, обладала ранее, — начал, не глядя на Хакую, Ферид. — Почему ты не допускаешь варианта, что именно ты можешь оказаться объектом его симпатии? Куда делась твоя прежняя самооценка? Я теряю былого Микаэлу, при взгляде на которого можно было сразу же кидаться к нему в постель, — залился он совсем не злым, а довольно искренним и добрым смехом. — Несомненно, я понимаю, что ты впервые испытываешь что-то подобное, но поверь мне, из любого положения можно найти выход. К примеру, вспомни свои же слова. Ты рассказывал о том, как этот твой Юи дрожал в уборной в первый день вашей встречи. Ты не задумывался, что ему ничего не стоит влюбиться в тебя после такого? Может, его била дрожь по особым причинам? Был бы я на его месте, вообще бы не стал церемониться и там же перепихнулся с тобой, ха-ха. А парень такой шанс упустил! — еще громче рассмеялся Батори. — Слушай, Мика, у меня есть идея. Я думаю, тебе все же стоит проверить чувства Аманэ, ведь ты и вправду можешь даже не знать, что он, возможно, питает к тебе взаимную… Ну, назовем это любовью.
— Хорошо, а что за идея-то? — поинтересовался Хакуя, с нетерпением ожидая ответа на вопрос, ведь от Ферида можно было ожидать чего угодно, особенно после подобных откровенных разговоров.
— Ты же любишь развлекаться по-взрослому? Ну так вперед, затащи его в постель! Посмотрим, как он будет извиваться под тобой, это и будет доказательством в твою пользу, — бодрым негромким тоном сказал Батори.
— Что ты несешь? Я уже давно со…
— Да ты только представь! Как он стонет от каждого твоего прикосновения… Мечта просто, не так ли? — выразительно облизывая верхнюю губу, перебил Хакую собеседник, думая, что тот собирается пойти на попятную и отказаться.
— Да приходилось уже представлять… — пробормотал себе под нос Микаэла. — Вообще-то я и не собирался отнекиваться. Мне уже приходила в голову такая идея, — закончил он и уверенно взглянул на друга, который радовался, казалось, даже больше самого Мики.
— Ох, я ждал этого момента! — взбудораженно проговорил Ферид и спешно направился к своей сумке, находящейся неподалеку. — В таком случае мне есть, что тебе предложить, — сказал он и, расплываясь в ехидной улыбке, аккуратно достал непонятного назначения белую упаковку маленьких размеров.
— Что это? — с подозрением спросил Микаэла, тело которого через пару мгновений будто током пронзило от осознания. — Ты надо мной издеваешься?! Я не собираюсь пичкать его наркотиками, — не сдерживаясь, завопил он, со злостью выхватывая пакетик из рук Батори и начиная напуганным взглядом осматривать его.
— Ха-ха, да не издеваюсь я, — уже более твердо и серьезно проговорил Ферид, наигранно вздыхая и уводя взгляд куда-то вверх. — Ну хорошо, дело твое, — замечая, что Мика, стараясь быть незаметнее, убирал предмет в карман брюк, пролепетал он. — Уверен, твоему мальчику и без того понравится. С таким партнером как ты, ему и наркотик не понадобится, так ведь? — захихикал друг Хакуи и, подойдя ближе к нему, потрепал светлые волосы. — Удачи.
Спустя минуту Батори уже покинул аудиторию, оставляя Мику наедине с собой.
«Боже мой, сейчас же пара уже начнется», — только в это мгновение заметил Хакуя, обращая свой взор на часы, стрелка которых указывала на скорое начало занятия. Погружаясь в раздумия о сказанных другом словах и дальнейшем плане действий, Мика медлительно направился к рабочему столу и, усаживаясь за него, стал нервно отбивать по гладкой поверхности непонятный ритм подушечками своих пальцев, ожидая прихода людей, которые уже через минут пять начали постепенно наполнять помещение и погружать его в тихий гомон.
Провожая взглядом каждого студента, Хакуя заметил среди них знакомое лицо, на котором будто было написано «Купите мне успокоительного, я слишком взволнован». Оглядев Юи с ног до головы, он только сейчас заметил, что тот уже не первую минуту откровенно пялится на него. Не снимая маску равнодушия, Микаэла даже не подумал отводить взгляд, а даже наоборот, стал еще пристальнее всматриваться в немного напуганные глаза. По внешнему виду Аманэ он сразу же заметил, что того словно мучает нечто важное, словно он пытается что-то донести или сказать преподавателю, но не может по каким-либо причинам.
***
— Доброе утро) Что делаешь? Отправляя сообщение, Хакуя искренне не понимал, для каких целей он это делает. «Так хочется видеть выражение его лица, когда мы переписываемся. Естественно, было бы лучше, если бы это была не просто переписка, а виртуальный секс, но сейчас идет занятие… Не думаю, что это хорошая идея», — думал про себя Микаэла, дожидаясь ответа на отправленное секундой назад СМС. Обращая внимание на Юи, который, впрочем как и всегда, занимался совершенно посторонними делами на паре, достал телефон и, с непониманием глядя на экран, быстро начал что-то печатать. — Привет, на паре сижу, а что? — Просто интересно. Какой предмет? — Гребаная математика T.T Вообще ничего не понимаю Хакуя не смог сдержать смешок, но через пару мгновений, возвращая себе невозмутимый вид, спросил: — Не любишь математику? Может, просто учитель плохой попался? — Она мне не нравится уже давно, а вот учитель… Вообще он хорошенький)) — Воу, так это он тебе нравится? — Ну да >///< Глаза Мики в эту же секунду распахнулись, а телефон, находящийся под столом, чуть не выпал из рук. Он, конечно же, хотел услышать от Юи хоть какой-нибудь ответ, но предполагал, что будет проигнорирован. Однако, Аманэ, видимо, решил застать его врасплох, начиная откровенничать. — Интересно было бы посмотреть на тебя, когда ты его представляешь на моем месте в наших переписках) Мика отвел взор от светящегося экрана и направил его прямо на Юи, который беспокойно сидел за партой, ерзая на месте и нервно небыстро щелкая ручкой. Последний же заблокировал гаджет и, стараясь быть более незаметным, краем глаза с легким оттенком печали, смешанной с волнением, посмотрел на учителя. И снова их взгляды пересеклись, заставляя обоих резко разорвать зрительный контакт. На щеках Аманэ появился еле видный румянец, от вида которого Хакуя мог только слабо улыбнуться и порадоваться за себя, ведь это можно было считать за победу. Наконец, все точки расставлены над «i», и теперь он имеет возможность поступать, как захочет. Отныне, зная о чувствах Юи, Хакуя мог пустить в ход фантазию и поступать с партнером, как ему вздумается. По крайней мере, Мика считал эту точку зрения правильной, не отказывая себе в старых привычках, заключающихся в использовании людей по своему усмотрению и исключительно ради собственной выгоды. Единственное, что изменилось с тех пор, — Хакуя также, в свою очередь, был неравнодушен к студенту, что заключало его в определенные рамки. Например, он не был способен даже представить, как причиняет любого рода боль по отношению к Аманэ. В отличие от былых времен, он желал доставлять только удовольствие другому человеку, приносить радость и удовлетворять его, требуя в ответ лишь взаимности. Хакуя вновь, но уже более аккуратно, направил взгляд в сторону студента, который, будто стараясь скрыть свое смущение за какой-то иной эмоцией, принял вальяжную позу и, натянув нервную улыбку, стал беседовать с одногруппниками, более не заглядывая в интернет-чат. «Детский сад, ей богу», — с негодованием думал про себя Микаэла.***
По окончании занятия среди торопливых учащихся только один неуверенно и мучительно долго, будто выжидая подходящего момента, собирал вещи с парты — Юичиро. Заметив это и слегка улыбнувшись, Мика негромко, чтобы не привлекать лишнего внимания от еще находящихся в помещении людей, с какой-то особой интонацией обратился к Аманэ: — Чего мнешься там? Хочешь что-то сказать? — Эм, — сразу же отозвался Юи и неспешно повернулся лицом к Мике, затем осторожным шагом направляясь в его сторону. — Я всю ночь думал… О своих словах, — фразы давались ему заметно тяжело, но парень понимал, что отступать уже некуда. — И о тебе, — он зажмурил глаза, словно боясь острой реакции на сказанное. — И-и? — чуть приподнял брови Хакуя, всеми силами сдерживая себя, чтобы прямо в это же мгновение в порыве теплых чувств не накинуться на студента. — В общем я хотел извиниться. Мне не хотелось отказывать тебе, просто иногда грубые слова сами вырываются из моего рта, — смущенно опустил голову Аманэ, понимая, что после этой кратковременной речи он даже не сможет нормально, не краснея, смотреть на преподавателя. С каждой минутой Хакуе все больше нравилась эта картина и ситуация в целом. Еще с самой первой встречи с Юичиро где-то внутри его разума зародилось желание обладать им и доминировать над этим, с первого взгляда, наглым парнем. Однако в душе Аманэ оказался довольно мягким человеком, способным улавливать и замечать тонкие детали, в которые, зачастую, и вложен самый глубокий смысл. И сейчас Мика ловил себя на мысли, что ему хочется и дальше наблюдать за раскрывающейся, словно бутон хрупкого цветка, душой Аманэ. Он желал знать о нем больше, а точнее, абсолютно все. Желал запомнить каждую эмоцию на его лице. Желал присвоить себе все до единой клеточки его тела, которое так и манило к себе, будто моля о прикосновениях. Только через минуту Хакуя осознал, что в внизу живота что-то дрогнуло, а на лице появилась легкая испарина. — Пойдем со мной, Юи, — полушепотом сказал Мика и, нервно сглотнув, поднялся со стула и направился к выходу из аудитории. — К-куда? — ответил Аманэ и быстрым шагом проследовал за преподавателем. — Я пару дней назад забыл распечатать кое-какие бумаги, а мой принтер не работает. Ты сходишь со мной в библиотеку? Заодно и поговорим, ты же этого хочешь? — с улыбкой пролепетал Микаэла, оборачиваясь на студента и бросая на него кроткий взгляд, в котором Юи не мог разлечить то ли усмешку, то ли долю хитрости. Однако сам Хакуя прятал под ней доброту, теплоту, но на данный момент считал, что сегодня не время показывать настоящего, искреннего себя, а дать себе пару дней на развлечения. Ему хотелось немного поиграть с чувствами парня, будто поддразнивая того, одновременно предвкушая и даже оттягивая момент начала каких-то более-менее серьезных отношений. Ответа на вопрос не последовало, а Аманэ уже покорно шел вблизи с учителем и, ощущая некую неловкость, опустил взгляд, стараясь как можно скорее сообразить каким образом лучше продолжить диалог. Заходя в светлое помещение этажом выше, парни сразу же, шагая между полками с многочисленными книгами, прошли в сторону, где находился принтер. — Какую литературу любишь? — с непринужденным видом спросил Аманэ, принимаясь разглядывать находящиеся рядом книги. — Ну… Я люблю детективы и иногда могу почитать романы, — чуть заметно улыбаясь, ответил Хакуя. — Кстати, поищи себе пока что-нибудь. Думаю, мы здесь немного задержимся. — Хорошо, — тихо проговорил Юи, уже читая оглавление какого-то произведения. Все-таки чувствуя некое стеснение в брюках, Хакуя недовольным взглядом посмотрел на студента, который в эту минуту тянулся к верхней полке для того, чтобы поставить небольшую книжку на место. Слегка облегающие стройные формы джинсы черного цвета и свободная светлая рубашка, расстегнутая сверху на пару пуговиц не позволяли Мике отвести взгляд. Немного открытый, оголенный участок около ключиц, изящная шея и худые ножки. «Хочу…» Хакуя медленно направился к парню. «Заполучить целиком и полностью». Разум затуманивается. Руки сами тянутся к желаемому, обвивая со спины хрупкое тело, по которому от горячих прикосновений пробегаются мурашки. Сзади обнимая ученика, Мика обхватил его талию и чуть подрагивающими ладонями поднялся к его груди, на что тот выдал лишь громкий от внезапности выдох, а затем с трудом, заикаясь, прошептал: — Ч-что ты делаешь? Мика наклонился еще ближе к Аманэ, заключая того в настолько крепкие объятия, что тот не мог не почувствовать твердую плоть, сквозь штаны упирающуюся в него. — Ах… — непроизвольно выдал стон Аманэ. — Мне н-надо идти… Отпусти. — Нет, милый мой, — процедил Хакуя, горячим дыханием словно обжигая кожу шеи Юи. — Сегодня ты станешь моей собственностью, — нежно кусая мочку уха студента, а затем облизывая ее, вполголоса сказал Микаэла и потерся бедрами о партнера. — Я возьму тебя на пользование, надеюсь, ты не против?
