Директор Бён.

Докатились. Сначала ненавидеть девушку и презирать её, а теперь чувствовать себя выродком, потому что она не заслужила такого отношения это во-первых. А во-вторых, какого черта Юра вообще такая идеальная, что даже доебаться негде? Незаметно для себя, Бён начал сравнивать всех окружающих его женщин с ней, а после брезгливо отводить взгляд, потому что в лицо била их неестественность, кукольность и желание не быть собой, а стать тем, кого общество признало бы. Заиметь статус, влияние, материальное положение не для собственных целей и благ, которые позже можно направить в семью и на помощь близким, а на зависть остальным и пусть не самым честным способом, возможно грязным. Но ведь главное результат? Незаметно для себя, он стал наблюдать за Юрой всё больше и чаще. Вот она сонная идёт скорей умываться, чтобы почистить зубки, освежить кожу лица и взбодриться. Вот сидит перед телевизором, смешно насупившись и бормоча под нос возмущения о происходящем на экране. Вот стоит и увлеченно разговаривает с комнатными растениями, понемногу поливая их. Каждый день он видел её с такой простой, милой стороны, что в груди невольно становилось тепло и щекотно. Но потом словно просыпаясь, Бэк одергивал себя. Ведь время неумолимо утекало, а договор не вечен. Нельзя к ней привыкать. Потому что когда Чхве покинет его дом, нуждаться потом в её присутствии и страдать, он не особо хочет. Был обычный рабочий день, но что-то определенно шло не так. Всё валилось с рук и Бэкхён никак не мог сосредоточиться на необходимом, срываясь по поводу и без на каждого работника. Злиться на себя, но обвинять всех вокруг и искать причину в них, как это похоже на него. Бён не мог перестать думать о ней, и это чувство раздражало его, словно навязчивая мысль, которая не покидала голову вот уже далеко не первый день. Последней каплей стал момент, когда Бэкхён понял, что каждый раз, трахая очередную девушку, представляет на её месте свою жену. С каких пор он желает её? С каких пор произносит её имя между стонами словно в бреду? Именно тогда он решил, что с него хватит. Остановившись прямо посреди процесса, он просто выставил голую девушку за порог, а после начал разносить и ломать всё, что попадалось под руку, лишь бы только выпустить пар. Он пытался найти оправдание своему поведению, не хотел признавать того, что привязался к девушке. Но внутренний голос только смеялся и твердил, что это всё пустые отговорки и он никогда не сможет убедить себя в обратном. То, что испытывал Бэкхён — не было каким-то высшим чувством на данный момент, которое смело можно было бы назвать любовью. Однако присутствовало чёткое желание видеть свою жену чаще обычного и иметь возможность прикоснуться к ней. А ведь он сам выстроил между ними толстую стену. Всеми силами обижал, лелея в душе надежду, что девушка ответит взаимностью, начнёт игнорировать его и развод по истечению договора, закончится без каких-либо последствий для них обоих. Сердце в груди начинало стучать сильнее обычного, причиняя глухую боль и напоминая своему хозяину о забытых эмоциях и чувствах. Чтобы Бэкхён не говорил, он скучал именно по этому. По любви. Больше ничто не могло его так встряхнуть и заставить жить не проклиная окружающих. Он хотел любить, заботиться и дарить кому-то всего себя, ощущая крепкий тыл и поддержку в ответ. «Сколько можно избегать очевидного? Да, она мне симпатична, подкупает терпеливое отношение и забота за которую она не требует ничего взамен. Будь мужчиной в конце концов и сделай хоть какой-то шаг, хватит вести себя как последнее ссыкло.» Сидя дома Бэкхён смотрел телевизор, хоть и мысли его были сейчас в другом месте. Рабочий день уже закончился, на улице поздняя ночь, а Чхве всё ещё нет дома. И часто она пропадает так на своих прогулках? Он даже этого не замечал. Сам же сказал, что она может быть где угодно и с кем угодно. Вынув из домашнего бара бутылку хорошего крепкого вина, Бэк принялся её осушать. Хотел ли он привести мысли в порядок, или же просто избавиться от них, не знал даже он сам. Но идея напиться именно сейчас, казалась единственным подходящим занятием. Вечер Юры же проходил намного веселее, ведь очередная прогулка с Чондэ выдалась на «ура». Он водил её по разным развлекательным центрам, на премьеру нового кино и даже выиграл в тире смешного крокодила, которого после торжественно вручил ей. Каждые выходные он придумывал что-то новое для совместных впечатлений, хотя девушке нравилось даже просто сидеть с ним на лавочке и разговаривать обо всем, что взбредет в голову. Каждый раз, в довершение прогулки, Ким мог то потрепать Юру по голове, ероша волосы, то потискать за щёчки, то приобнять. А она и не противилась, лишь улыбалась в ответ. В конце же этого дня, Чен нашёл в себе смелость чмокнуть её в щёчку, вызывая алый румянец и смущенный взгляд. Сама по себе эта атмосфера была так полна юношеских надежд, симпатии и зарождающейся любви в молодом сердце. И все бы хорошо, только им невдомек, что с окна за всем происходящим наблюдает Бэкхён, вновь и вновь заливая в горло обжигающую жидкость. Дверь оказалась открытой, что немного напрягло девушку. Тихо проходя и осматриваясь, она уже боялась увидеть грабителей, пока не напоролась на не совсем трезвого Бёна с пустой бутылкой в руках, потускневшим взглядом и взлохмаченными волосами. — Ты напугал меня… — облегчённо вздохнув, что это не воры, Юра подошла ближе к нему, — Что с тобой случилось? Все в порядке? — обеспокоенно пытаясь посмотреть на его лицо, она наклонилась. — Ты сейчас серьезно? — горько усмехнувшись, поднял взгляд, рассматривая её черты, — Даже сейчас ты… — закусив губу, он старался смотреть куда угодно, но только не в эти большие, проникающие в самое сердце глаза. — Что…? — Нет блять, я похож на человека у которого все в порядке?! — швырнул бутылку, которая тотчас разбилась о стену, заставляя Чхве сильно вздрогнуть, — Какого чёрта ты засела в моей голове и занимаешь все мысли, что я даже работать не могу? Какого чёрта продолжаешь быть такой? Образцово-показательно выносишь меня, и даже умудряешься заботиться в ответ на все колкости, зачем? Из-за этого твоего поведения, мне теперь тоже не всё равно! Мне не всё равно на то, что с тобой может случиться в столь позднюю ночь. Мне не всё равно где ты и с кем можешь быть. И сейчас я не знаю на кого зол сильнее, на тебя, или же себя. А так да, я в полном порядке! — разведя руки в стороны, он отвернулся, не зная куда себя деть после того, как выпалил всё накипевшее прямо в лицо той, которая стала причиной происходящего. — Ты пьян и тебе нужно отоспаться… завтра уже забудешь всё, что сказал мне. — в пол-голоса ответила Юра, после недолгого молчания. — Я из-за тебя напился, идиотка. Надеялся, что это поможет перестать думать о тебе. Произнесённая Бэкхёном фраза ввела девушку в ступор. А преобладало в нём скорее всего смущение, в то время как мозг отчаянно кричал, что такого не может быть. «Он действительно думал обо мне?» Давящая тишина повисла в комнате и, на этот раз Юра нарушить её не решалась. Она не знала как реагировать на то, что только что услышала. Сердце бешено стучало в груди, гулко пульсируя во всём теле, от чего казалось, что оно немеет. Вся симпатия, которую она испытывала к Бёну вновь дала о себе знать, раздувая в душе ещё более сильный пожар. — С кем ты стояла там внизу? — поинтересовался Бэк, охрипшим голосом, прерывая неловкую паузу. — Какая разница? Сам же говорил, что моя жизнь тебя не волнует, что я «могу шляться где угодно и с кем угодно». Мы ведь никто друг другу. — Чхве цитировала его, стараясь сделать голос максимально твёрдым, а вид более невозмутимым, что у неё получалось довольно плохо. — Ты не представляешь, как бы я сейчас сам хотел верить в свои слова… — сжимая переносицу, Бён смотрел в никуда, пытаясь собраться. — Иди спать. После этого, тяжелым шагом Бэкхён покинул кухню, оставляя Юру наедине со своими мыслями. Уснуть обоим удалось лишь под утро. Девушка всю ночь думала о том, что произошло. Как теперь вести себя рядом с ним? Что говорить? Стоит ли делать вид, будто ничего не произошло? Чтобы хоть как-то оклематься от происходящего и отдохнуть, Бэкхён взял двухнедельный отгул, взвалив все обязанности на своего товарища и подчинённого по совместительству — Чанёля. Ведь он мог доверить компанию только ему, пусть и на такой короткий срок. Тот с пониманием отнёсся к нервному состоянию друга и сразу же согласился помочь. Хоть Бён и помнил события прошлого вечера, но в какой-то степени жалел, что не смог промолчать. Ведь теперь уже остывший мозг понимал, что лучше он этим разговором не сделал никому. Юра не выходила с комнаты и сидела крайне тихо, как показалось парню. Она не вставала как обычно и не готовила завтрак на двоих, хотя уже пришло время обеда. Да и сам парень не особо горел желанием пересекаться с ней, а тем более смотреть в глаза после всего, что наговорил. Поэтому какая речь может идти о том, чтобы обсудить произошедшее между ними? «Наверняка она даже не хочет меня видеть.» Проснулась Юра с сильной головной болью, но не от неё, а от настойчивого копошения за дверью и постепенно проясняющимися голосами. Один из них был до боли знаком и принадлежал Бэкхёну, ну, а другой совершенно незнакомый, женский, чуточку охрипший и, судя по тембру, он принадлежал не совсем молодой женщине. — Оставь её комнату, Делайла. Она сама себе там хозяйка. — бросает Бён шёпотом и не очень довольным тоном. — Да она судя по всему хозяйка во всём доме, а не только в своей комнате! Я хочу посмотреть на неё. Пришла просто проверить, в каком хаосе ты находишься, а что обнаружила на самом деле? Всё в идеальном порядке, только разбитая бутылка… небось обидел девочку, вот она и заперлась там. — словно мама, она ворчала на Бэкхёна, а после тяжёлым шагом ушла в другую комнату. Когда возня за дверью стихла, Чхве окончательно проснувшись, поднялась с кровати. Просидеть весь день в запертой комнате было довольно заманчиво, но не жить ведь теперь так? Тем более это не выход из положения. — Она тебе нравится? — с интересом спрашивала женщина, ставя на стол перед Бэкхёном свежеприготовленный, горячий суп, который он всегда любил. — Много болтаешь. — нахмурившись, он отложил телефон в сторону и приступил к еде. — Эх, ты всё тот же грубиян. — тяжело вздохнула Делайла и присела рядом, подпирая ладошкой подбородок и наблюдая за ним с тем же снисхождением, как и тогда, в детстве. Робко выглядывая из-за угла, Юра заставила женщину приятно удивиться и привстать, что не осталось без внимания Бэкхёна. Увидев девушку, он задержал на ней взгляд буквально на мгновение, а после с вернулся в исходное положение. Его поведение заставило сердце сжаться, а дыхание на долю секунды сбиться, разминая трясущиеся от волнения ладошки. — Милая, проходи, давай садись и покушай, — спохватилась дама и начала накрывать стол ещё на одного. — Ты меня наверно ещё не знаешь, я Делайла — домработница в семье Господина Бёна, а к этому засранцу прихожу иногда проведать и помочь по хозяйству, так что не стесняйся меня. — улыбнулась так, как обычно улыбаются самые добродушные тётушки. Было видно, что Делайла относится к Бэку, словно бабушка к внуку. От неё чувствовалось тепло, энергия, спокойствие, шарм и такой приятных запах мыла. Пышная фигура, которая ей безумно шла, а также широкая улыбка, внушающая доверие. Поэтому не ответить взаимностью и отказаться от предложения, было как минимум невежливо, даже если сесть рядом с Бэкхёном, где она оставила порцию для неё, было мягко говоря «неловко». Еда, приготовленная женщиной, выглядела очень хорошо и пахла настолько приятно, что в животе невольно заурчало, из-за чего та искренне засмеялась. — Кушай скорей же, совсем проголодалась, бедняжка. Итак, вон какая худенькая. Не успела Юра приступить к своему обеденному завтраку, как Бэкхён практически сразу встал и оставив посуду в раковине, со словами «Я всё» — покинул кухню. — Не обращай внимания на него, спокойно кушай. — заметив у девушки замешательство в глазах, сказала Делайла, — Он хороший, хоть и нервный немного. — присаживается рядом, всё с тем же тёплым взглядом. — Ты не осуждай, тяжело ему было в жизни. — Кому сейчас легко живётся, разве это причина так относиться к окружающим? — нахмурившись, Юра смотрела как переливался наваристый бульон у неё в тарелке. — Знаешь, после того, что с ним произошло, я вообще удивлена, что он справился с собой и отпустил прошлое. Хотя, нет, не отпустил… Бэкки был в такой глубокой депрессии, что хотел умереть. — взгляд женщины изменился и стал более обеспокоенным и грустным, — Он не всегда был неотёсанным грубияном, знай ты его 3-4 года назад, сейчас бы подумала, что это другой человек. Он был и милым, и доброжелательным, отзывчивым, обходительным, ласковым, вежливым, такого человека только искать, вовек не сыщешь. — с легкой улыбкой вспоминала она. — А что же могло его так сильно изменить? — не веря своим ушам, она перевела взгляд на выход из кухни, в котором скрылся Бён. — Любовь, золотце. Только она нас меняет. Разбитое сердце, которое он не смог залечить. У него было много девушек, но любил он сильно лишь один раз. — выдержав паузу, женщина задала наводящий вопрос, — Ты точно хочешь знать об этом? — и заметив, как изменился взгляд Чхве, Делайла остановилась. — Я не думаю, что мне приятно будет слушать о его истории любви, но я должна знать. Поэтому пожалуйста, расскажите мне. * flashback * — Бэкхёни! Я вернулась. — в квартиру заходит молодая особа лет двадцати пяти, приятной внешности, модным макияжем и с множеством пакетов, на которых красовались имена и лейблы дорогих фирм одежды, бутиков и ювелирных магазинов. — Ты ждал меня? — Вообще-то да. Надеялся, что хоть один день ты встретишь меня дома и мы посидим вместе. — изображая обиженность, он сидел и с важным видом перелистывал отчёты об активах компании. — Ну сладкий, ты же знаешь, что так я снимаю свой стресс… Беременным нельзя нервничать, переживать и что-то там ещё. Я должна получать только позитивные эмоции! И вот вместо того, чтобы тухнуть дома, я вышла погулять. Тем более, что свежий воздух мне тоже полезен. Разве нет? — Эх, если ты так каждый раз гулять будешь, то я обеднею к рождению малыша и насчет второго ты заставляешь меня задуматься. — хохотнув, он притянул девушку к себе, утягивая в продолжительный поцелуй, — Скорее бы уже можно было увидеть его на узи и почувствовать пинки. — приложив ладонь к ещё совсем плоскому животику, прошептал Бён. — Да наверное… Я пойду к себе, отдыхать хочу. — она ловко выскользнула из объятий и направилась в другую комнату, — Не хочешь взглянуть на новый комплект нижнего белья? Я долго его выбирала. С надеждой, что тебе понравится… — игриво поманила мужчину пальчиком и скрылась в спальне. В отношениях Лира с Бэкхёном состояли уже почти год. А после заявления о беременности от девушки, Бэк всерьёз задумался о том, чтобы сделать ей предложение руки и сердца. Новость о скором прибавлении в их маленькой семье, перевернула что-то в его сердце. Ему казалось, что теперь он может достать звёздочку с неба, свернуть горы и переплыть моря ради них. — Может заведём альбом для нашего малыша? Делать снимки узи каждый месяц и подписывать всё? А потом продолжить вести и после рождения! Вот будет здорово потом пролистывать его, когда мои дети уже вырастут… — улыбаясь своим мечтам и мыслям, он сидел и делился ими, забыв даже про ужин. — Да, — вмиг став серьёзной, Лира ковыряла вилкой гарнир из овощей. — идея хорошая, но… — Но? — подняв на неё сияющий взгляд, он наконец засунул что-то в рот и с улыбкой начал жевать. — Почему всё время ты сводишь разговор к этому? «Ребёнок, ребёнок». А не интересуешься, как у меня дела например? — А у тебя что-то не так? — немного испугавшись, шумно сглотнул, не отрывая взгляда от невесты. — Нет, но мог бы спросить. — А чего спрашивать? Я наблюдаю твои дела ежедневно. Каждый твой шаг не остаётся без моего внимания. И я знаю, что каждый день твои дела — это находить, куда потратить очередную кругленькую сумму. Все твои разговоры только о том, куда бы сходить. Тебе мало того, что я уже не ограничиваю в средствах из-за беременности? Балую всеми способами и по дому ты освобождена от всех дел. Всё делает Делайла. — Бэкхён искренне не понимал поведения невесты. — Чего ты ещё хочешь? — То есть, когда он родится, ты перестанешь меня баловать? — Ну, нет. Просто… тебе самой не хочется включить материнский инстинкт и подумать о том, что всё будет уходить на дитя? Ты должна быть рядом с ним, а не гулять по магазинам выискивая очередное платье, которое ни разу не наденешь. Разве тебе самой не хочется подарить ему лучшее, или ты ставишь свои потребности выше, чем нужды ребёнка? — впервые за долгое время Бэкхён чувствовал, что начинает злиться на поведение девушки, которую так любит. — Для этого существуют нянечки. Можно нанять женщину и пусть она возится с памперсами и смесями. Я подобным заниматься не готова. Ребёнка хотел ты, поэтому не заставляй меня делать что-то чего я не хочу. — с шумом встала из-за стола и удалилась из кухни, оставляя слегка шокированного Бёна наедине с собой. Как бы то ни было, ему приходилось стойко выносить все выходки Лиры, списывая абсолютно каждый из них на всплеск гормонов. Но чем дальше, тем подозрительнее складывались обстоятельства. Прошло уже почти два месяца и свадьба должна была состояться на днях, но ни растущего животика у любимой, ни обещанных фотографий с узи не было. С каждым днём это угнетало его всё больше и больше, пока в конце концов он не решил поговорить с ней серьёзно. Вот тот день, в который как по жанру кино и многих романов, он вернулся домой пораньше, чтобы побыть больше времени с семьёй и наконец узнать причину отговорок будущей жены. Но какого было удивление и потрясение парня, когда он застал её в компании некого мужчины за интересным и пикантным занятием на его столе в рабочем кабинете. Нахала за шкирку выставили за порог едва не выбив все зубы, а Лиру ждал допрос с пристрастием. — Как ты объяснишь мне всё это? — хлопнув дверью, он из последних сил держал себя в руках. — Никак. Не было заметно, что мы делали? И да, к слову, это не в первый раз. Я не люблю тебя и уже давно, просто оставалась, потому что ты очень щедр на тех кого любишь. Мне повезло оказаться в их числе. За это спасибо тебе большое. — на ходу одеваясь, она даже не смотрела на Бэкхёна. — Ребёнок я так понимаю тоже не мой? — спросил дрогнувшим голосом, всё ещё не веря в происходящее и наблюдал за каждым движением девушки пустыми глазами. — Ещё и так наивен впридачу ко всему, — искренне рассмеялась она, — любой бы уже понял, что никакого ребёнка на самом деле нет. Беременность была лишь предлогом продлить это безумие. — разведя руками, она стала собирать чемодан, наспех кидая в него все свои вещи. — Это… это неправда ведь? Это пранк и ты меня разыгрываешь? Скажи, что это шутка. Так ведь? Где камера? — Бэк суетно оглядывался по сторонам, в надежде убедиться, что всё происходящее ложь. Но Лира лишь усмехнулась и минуя парня, направилась в сторону выхода, всем видом показывая, что она вовсе не шутит. Бён не узнавал в ней ту, которую когда-то так сильно любил, останавливая и крепко держа за запястье, не желая отпускать. — Уже ничего не будет как раньше. Отпусти. Мы не сможем жить как раньше. Это не нужно ни тебе, ни мне. — освободив руку, она покинула обитель Бэкхёна, захлопывая за собой дверь. * end *