Невыносимый

Две недели спустя.       Чимин вышел из такси и пафосно снял солнцезащитные очки. Он посмотрел на многоэтажку с нескрываемой радостью: ведь там сейчас его гибрид. Интересно, как он проводил все это время? Хоть он иногда и находил свободную минутку позвонить Юнги, чтобы тот дал трубку коту, но это не то: слушать его рассказы про проказы Хосока и то, какой Юн страшный в гневе, было бы намного забавнее и теплее в жизни. Жаль, что он это понял, когда возможности совсем не было. Но сейчас он наконец-то заберет своего Намджуна домой.       Из мыслей его вытащил водитель, который уже открыл багажник, где была куча сумок. Тот уже собирался всё это доставать, как его остановил Пак:       — Мы поедем в еще одно место, так что не стоит.       Мужчина кивнул и сел обратно за руль, а Чимин отправился в подъезд, сказав, что будет через минут двадцать.                                   — Ну здравствуй, работничек, — язвительно произнес Юнги, когда открыл дверь.       — Ага, и тебе привет.       Чимин улыбнулся и зашел в подозрительно тихую квартиру. Обычно было слышно, как Хосок разговаривает с телевизором, или же сам телевизор. Но на этот раз было тихо. Парень прищурился и вопросительно посмотрел на Юнги, приподняв подбородок, тем самым показывая свое недоумение.       — Мы сегодня в парк ходили, — вздохнул Юнги.       Хосок все уши прожужжал, чтобы они туда пошли, ибо там сладкая вата и много голубей. Так еще и Намджуну надо все показать и рассказать. Ведь когда щенок узнал про то, что Намджун толком-то на улице не бывал, ушки дыбом стали. Поэтому он взял всю ситуацию в свои руки и начал вымаливать у Мина прогулку.       — И что? — спросил Пак, чтобы узнать все в подробностях.       — Устали. Хо совсем загонял, ха-ха. Но ему было весело, я внимательно наблюдал за ним.       — Я рад, — мягко улыбнулся. — И где они сейчас?       — Сопят.       Мин махнул головой в сторону коридора, намекая, чтобы Чимин сам посмотрел. Тот же быстро разулся и поспешил за другом, после чего они зашли в гостиную. На диване расположились валетом два гибрида и были полностью погружены в сон. Хосок развалился почти на всей поверхности, оставив коту только сжаться калачиком у мягкой стенки и дремать после такой веселой взбучки. Они еще даже не переоделись в домашнюю одежду, видимо, все это мероприятие было совсем недавно.       — Как-то так, — тихо проговорил Мин и сладко улыбнулся, наблюдая, как его щенок иногда вилял хвостиком.       Чимин тоже ласково улыбнулся и подошел к стороне дивана, где спал Намджун. Затем присел на корточки и мягко почесал за ушком, заставляя Кима тихо мурчать.       — Эй, проснись и пой, — сказал Чимин, слегка взъерошив волосы.       Намджун же только слегка приоткрыл глаза и что-то мыкнул, все еще полностью не проснувшись.       — Джуна-а-а, — заманчиво протянул Чимин, почесав за ушком грубее.       — А?.. — лениво ответил Намджун.       — Не узнал?       — Хозяин, кажется…       Через секунду Намджун распахнул глаза и резко повернул голову в сторону Чимина. Чимин же довольно улыбнулся, не убирая руку с кошачьей макушки и замечая, как у кота глаза начали сверкать от радости.       — Хозяин! — воскликнул Ким.       Он спрыгнул с дивана прямо в объятия мужчины, прижавшись к нему как можно крепче и совсем не обращая внимания, что разбудил Хосока.       — Да, именно.       — Я скуча-а-а-а-ал!       Чимин начал поглаживать его по спине и слегка покачиваться, ощущая, как у гибрида быстро-быстро бьется сердце. Так рад, что даже забавно. И когда это Намджун успел полюбить такого зануду как Чимин?       — Я тоже скучал, котик мой.       Намджун отцепился от плеч парня и умоляюще посмотрел на того:       — Домой?..       — Домой.

***

      Всю дорогу они ехали молча, слушая странную музыку, выбранную таксистом. Обоим в голову вдруг вернулись воспоминания двухнедельного происшествия, заставляя Намджуновы щеки краснеть, а Чимина тихо покашливать в кулак.       До своей родной квартиры они также добирались молча, иногда задевая друг друга плечами. Все же, как бы Намджун не был бы смущен, он все равно очень скучал и сейчас не хотел отходить хоть на метр. Потому вечно то приближался, то отходил от неловкости.       — Дома… — пропыхтел Чимин.       Пока он был на заработках, не думал, что так соскучится по обычной квартире со слегка небрежным балконом. А особенно не ожидал, что будет так тосковать по этому несносному гибриду и сейчас стоять, как школьник, не зная, что же делать.       — Угу… — кивнул Намджун.       Кот присел на корточки, чтобы развязать шнурки на обуви, а затем снять их. Он поскорее хочет пройтись ногами по знакомому паркету и ковру, а затем завалиться с хозяином на диван, чтобы тот его привычно почесал за ушком и помассировал волосы. Быстро разувшись, он выпрямился и посмотрел на Чимина, как бы спрашивая, что делать дальше.       Чимин стоял и как-то загадочно смотрел прямо на Кима. Он заметил, как гибрид смущается, и даже умилился. Намджун даже не как старшеклассник, ну максимум из средней школы: топчется, не знает, куда бы провалиться, и слегка румяный. Хвостик мотается из стороны в сторону, распушившись, и иногда вздрагивает. Ушки полностью прижались к голове, а взгляд такой очаровательный, что у Чимина внутри все заскрежетало отвратительным звуком: словно что-то ломается.       Ломаются принципы? У него их и никогда и не было. Разве что не наедаться на ночь. А может осознание того, что этот гибрид как ребенок? Но Намджун давно не котенок, хотя для Чимина в последнее время только котенок. Не кошак, не котяра, не кот, а именно котенок: милый, забавный и невинный.       — Скучал, правда?       — Я говорил… Конечно… — промурлыкал Ким, рисуя пальцами ног круг на полу.       Чимин лишь хмыкнул и подошел к нему поближе. Пахнет молоком и печеньем, как иронично. Дитя. Но принципов ноль.       — Иди ко мне.       Гибрида постигнул ступор. Точно такая же фраза, такая дурманящая, что даже волосы словно электризуются и сами тянутся к человеку. Но он не сдвинулся с места, лишь ошалело посмотрел на Пака, покраснев. Хочется, но почему-то стыдно.       После полуминутного ожидания Чимин лишь незлобно цыкнул и поцеловал кота в губы, положив руки на талию. Черт, он ведь чмокнул его всего один раз, а уже успел подсесть. Все две недели разговаривал с ним по телефону так непринужденно, а у самого губы пекли от желания повторить. Заполучить мягкие и не тронутые никем губы.       У Намджуна хвост стал словно пистолетом, на пару с ушками, а глазки выпучились от такого поворота событий. Смешанное чувство, словно он знал, что так будет, и терпеливо ждал, ругая себя за такие мысли. А когда его наконец поцеловали, смущение окутало с ног до головы, отчего тело приятно онемело.       — Я тоже очень скучал, — оторвавшись от губ, прошептал парень. — Очень скучал. Так скучал, что хочу съесть.       Как это ванильно и ужасно странно звучит из уст Чимина в такой момент, но Намджуна это не смутило, лишь еще сильнее подогрело, отчего он выдохнул горячим воздухом на влажные Чиминовы губы.       — Ты говорил… — промямлил кот и слегка сжался от непонятного давления.       — Правда?       Чимин припер гибрида к стенке и туманно глянул на растерянно красное личико.       — Да.       — Я могу повторить.       Мужчина прислонился к уху, сжав в ладонях талию гибрида, и дунул по волосам. А когда заметил, как по всей Намджуновой коже прошлись мурашки, усмехнулся и томно прошептал.       — Все две недели я тебя хотел…       Он забыл сказать «съесть», но походу, для Намджуна и Чимина смысл всё равно бы не поменялся, ибо такая интонация говорится только в одном случае: томная, хриплая, и жутко сексуальная. Она плавно прошлась по слуху гибрида, так же, как и Чиминово колено по паху, заставив тем самым бедного кота глухо издать стон. Но было достаточно, чтобы оба слегка охренели и начали пялиться друг на друга.       Один. Два. Три.       Чимин резко вцепился в нежные губки, тиканье бомбы прекратилось — сорвало голову одним огромным взрывом. Не обращая внимания на то, как неудобно толкать этого кошака в спальню из-за разницы в росте, он все равно умудрялся срывать с Намджуна элементы одежды, на секунду отрываясь от поцелуя.       Когда же, все-таки, они добрались до нужной комнаты, Намджун был уже только в одних джинсах, ощущая как ремень также освобождают. После Чимин швырнул Кима на кровать, как маленького котенка, отчего тот даже выставил руки в полёте: для более мягкого падения на матрас. Через секунду парень уже сидел на Намджуновых бедрах и жадно мял губы, не давая обоим вдохнуть хотя бы маленькую порцию воздуха.       Намджун метался глазами из стороны в сторону, не зная, что же делать дальше, но потом додумался положить лапки на плечи парня и потянуть вверх, пытаясь снять расстегнутую рубашку. Чимин без раздумий помог коту снять с себя верх, оторвавшись от поцелуя и слегка приподнявшись, чтобы через секунду рубашка валялась на полу. Он оглядел гибрида, который запыхался от всех действий человека и пристально смотрел на хозяина, не зная, что делать.       Такой милый и невинный. Чимин точно преступник, а может кто-то из высших сил, ведь в этом кошаке разглядеть такое довольно сложно. А Чимин смог разглядеть, хоть для этого понадобилось много неловких и неразумных вещей проделать, но разглядел то дитя, которое он взял из хранилища. Он хочет все это себе.       Две недели были такими долгими, что Чимину даже странно было так скучать по своему питомцу. А что было бы, если бы они не перестали грызться? Он не хочет думать. У него в голове сейчас только свой любимый кот, которого он хочет всем нутром.       — Хо… Хозяин… — хныкал Намджун.       Чимин о чем-то задумался и смотрел прямо на гибрида горящим взглядом, тем самым отправляя Намджуна в огромную панику, ибо что делать ему вообще. Он гибрид кошки, который знает что-то только на уровне объятий и чмоков в щеку, а тут это. К тому же Чимин прижал своей пятой точкой пах, где уже все стоит колом и болит.       — Мне больно… Больно.       Чимин вышел из туманности и ошалел. Ему в задницу действительно что-то упирается. Походу, его дитя возбудилось совсем не по-детски. Это заставило Пака самодовольно и слегка злорадно ухмыльнулся, чувствуя всю власть в своих руках.       — Да, малыш, прости.       Парень слез с возбуждения и быстро сорвал с гибрида джинсы, оставив того лишь в боксерах, тем самым заставляя кошачьи щеки еще больше краснеть. Он устроился между ног Кима и ухмыльнулся. Этот котенок смотрит по сторонам, тяжело дышит и ерзает от смущения — сладкая картина. У Чимина сносит крышу.       — Тесновато, правда? — спросил Пак, целуя жилки шеи.       — Д-да… — проскулил Намджун, когда чужое колено уперлось прямо в зад, а тонкие пальцы пролезли под ткань белья.       — Хочешь, чтобы я тебе помог немного?       У Намджуна и выбора другого нет, как не согласиться. Чиминовы руки уже действительно по-хозяйски ласкали набухший член, а сам Чимин слегка покусывал кожу на ключицах. У Кима сперло дыхание, внутри все раскалилось и закололо, захотелось чего-то неведомого. А действия от хозяина подливали масла в огонь. Собственно, они и вызвали такое странное чувство.       — Хо… Хочу, — сквозь стон процедил гибрид. — Очень хочу-у-у-у-у.       Юноша другого ответа и не ожидал. Он послушно стянул с хрупкого тела оставшийся элемент одежды и потянулся к тумбочке, где в шуфлятке была бутылочка со смазкой. Намджун лишь попытался стиснуть колени, но получалось плохо из-за самого Чимина, поэтому лишь оставалось стыдливо закрывать личико руками, пока не послышался звук открытой пробки, а потом чего-то холодного у входа.       — А-а-а-а-ах!       Руки оторвались от красных щек и вцепились в чужие плечи, обладатель которых сейчас смотрел прямо в глаза туманным взглядом. После Пак лишь наклонился и начал мягко целовать своего котенка в губы, массажируя пальцами мышцы и слегка пропихивая внутрь указательный.       — Ах! Хо…       У Намджуна весь воздух сбивается внутри. Он пытается что-нибудь сказать, но не получается от сбившегося дыхания и поцелуев. Ощущение немного неприятное, но его сбивает чужой язык во рту, который умело управляется и доводит до точки кипения. Это точно его хозяин? Бедный кот ничего не понимает, что становится даже страшно. Он чувствует только невероятное возбуждение и такие умелые ласки — Намджун точно не выживет.       После чувствует, как внутри уже два пальца проходятся по стенкам и делают движения-ножницы, отчего он стонет и скулит еще громче. Его пугает, что Пак молчит, тот лишь целует каждую часть тела и второй рукой поглаживает его руки. Пугает, что эти ощущения уже не такие неприятные. Пугает продолжение, но еще больше пугает, что он сам в огромном ожидании всего этого.       — Джуна-а-а, — хрипло.       Уши сразу же навострились, а сам кот лишь пискнул. Чимин высунул пальцы из колечка мышц, когда они свободно проходили. Мужчина спустил весь низ к коленям и навис лицом над лицом своего гибрида. Личико того уже такое измученное, что так умиляет, ведь это еще далеко не конец.       — Потерпи чуть-чуть.       Затем он выдавил из бутылочки лубрикат на руки и размазал по члену. У самого тоже стояк болел от невыносимого возбуждения из-за этого несносного котенка. Поэтому юноша церемониться не стал. Он подставил головку к проходу и начал медленно входить.       — Ах! Хозяин!       Упирающее чувство тоже было неприятное, заставляя Намджуна метаться глазами по человеку в поисках поддержки. Тот лишь ласково смотрел на гибрида, поглаживая рукой черные волосы, тем самым успокаивая, показывая, что все хорошо. Намджун больно сжимал плечи, но Паку было плевать. Его Намджун теперь действительно его.       В голове Кима ураган из всех мыслей и чувств. Боль менялась на что-то приятное, очень приятное. Хозяин сейчас такой красивый и серьезный. Все это мешается и бьет по черепной коробке.       Член все глубже входит в хрупкое тело. Чимин начал медленно толкаться, понемногу ускоряя темп, чтобы тот привыкнул. По выражениям лица понимает, его котенок чуть ли не в агонии, обвив ногами Чиминовы бедра. Что он сейчас растерян, что ему страшно. Поэтому Пак, продолжая двигаться внутри в том же темпе, принялся слизывать выступившие слезинки с глаз питомца и нежно шептать:       — Самый любимый… — поцеловал лоб. — Самый милый… — поцеловал щеку. — Люблю.       Намджун лишь кивал, иногда кряхтя от распирающего чувства и шмыгая носиком. Он обвил хвостиком талию хозяина и обхватил Чиминову шею руками. Намджун даже немного успокоился, ведь Чимин так постарался, чтобы гибриду было полегче.       Но всё быстро оборвалось, когда Чимин начал двигаться быстрее. Внутри запылало с новой волной, а в голове всё благоразумное окончательно отключилось. Приятные ощущения прошлись по всему телу, отчего Ким немел и постанывал.       — Ах!       Чимин резко толкнулся и попал прямо по простате. Для Намджуна эта была последняя капля. Внутри вспыхнуло одним огромным взрывом — он обильно кончил себе на живот. В глазах все потемнело, внутри все стало непривычно пусто и послышался родной протяжной стон.       Пак прекратил мучить кота и вышел, после излился и плюхнулся на кровать.       Оба тяжело дышат и смотрят на друг друга туманными взглядами.       — Ты молодец, — усмехнулся Чимин, поправляя руками вспотевшие волосы.       Намджун промолчал. Тело полностью онемело, а сзади зудит. Он только продолжил хныкать и держаться пальцами за простыню.       — Я… — все-таки что-то скажет. — Я все правильно делал?       Чимин удивленно уставился на кота, но затем громко рассмеялся и принялся целовать Намджуновы щеки и губы.       — Да… Я люблю тебя…

***

      Уже ночь. Намджун и Чимин успели сходить в душ и закончить все домашние дела, включая и смену постельного белья.       Весь вечер Намджун поскуливал, что у него все болит. Действительно все тело ломило и задница ужасно болела. На что Чимин лишь улыбался и пытался хоть как-то пожалеть, что не очень и получалось.       Сейчас Чимин только что закончил телефонный разговор с директором о своей командировке и тяжело вздыхает. Устал он уже гоняться с этой командировкой. А завтра еще все отчеты сдавать надо, сплошная беготня будет. Но сейчас он хочет лишь завалиться в постель с Намджуном. Кстати, где он?       Обыскав всю квартиру, он пошел в спальню и увидел немного знакомую картину. Намджун тихо посапывал, укутавшись в плед.       И почему Чимин так лелеял этот плед — Бог знает. Сейчас у Чимина есть кое-кто другой, чтобы любить и лелеять. Он лег рядом и тыкнул пальцем в кошачий носик.       — В мой плед закутался, засранец.       Ушки сразу же встали.       — Хах.       Чимин почесал за ушком и чмокнул мягкую щечку.       — Это твое наказание.       Теперь такое наказание будет всегда.