Я или Он

***

      - Она была и остается для меня ребенком. По другому я не могу на неё смотреть. Пожалуй, это было самым страшным и больным ударом для Михримах в её жизни. Молодая Султанша совсем растерялась, ведь её второй раз отвергли, а хуже того - теперь она обязана выйти замуж за противного ей Рустема. Это так неприятно. Ей казалось, что после слов Малкочоглу она сорвалась в пропасть с кинжалами и огнём. А Рустем, словно дьявол, предлагает ей жизнь в обмен на подчинение его издевательствам и жестоких, похотливых игр. Она не видела в нем своего насильника, но почему-то, случайно, такая мысль ударилоударила в голову девушке. Наступила Ночь хны. Невесту Паши одели в роскошное красное платье с длинным подолом и фатой, закрывающей печальное личико любимой дочери Султана Сулеймана. Вот она ступает по золоту в зал для исполнения ритуала. Говорят, если невеста в ночь хны заплачет во время исполнения песни - жизнь с супругом будет спокойной. А от счастья ли заплакала Луноликая? Мы знаем, почему. В семнадцать лет она потеряла невинность. Жгучая хна - клеймо для неё. Теперь и Михримах правит в гареме. Сегодня Никях и первая брачная ночь Михриах Султан и Рустема Паши. Малкочоглу почему-то не мог уснуть перед церемонией. Неужели он волнуется за Михримах? А может просто бессонница? -Заработался ты, военачальник. - Произнес вполголоса Бали Бей. Он встал с кровати, облачился в своё одеяние прямо посреди ночи, похоже сегодня он так быстро не уснёт... Выйдя на балкон, Бей взглянул на окна Михримах, и увидел, что в комнате горит свеча, кажется, она не спит, оттуда донёсся тихий девичий плач . Это заставило сердце мужчины вздрогнуть и опечалиться. Вот так. Уже завтра она покинет дворец своих родителей, и они не смогут видеться чаще. Бея, как в лихорадке беспокоился, сам того не зная, о чем. Он вспомнил, как катал маленькую Михримах на своем рыжем коне, её детские смех и улыбки, которые, по всей видимости она дарила Малкочоглу не просто так. А может пойти, и поговорить с ней в последний раз? Поздно. -Что ты здесь делаешь, Бей? - донёсся голос сорока-летнего мужчины. Бали Бей оглянулся, это был Рустем. Он также одет в праздничное платье, бодр, словно днём, но спокоен. -Я снова вышел подышать воздухом, никак не могу уснуть. - с лёгкой насмешкой ответил Паше Военачальник. -А вы-то почему не у себя в покоях? -Я испытываю небольшое предсвадебное волнение. - пошутил визирь. - однако, счастлив, завтра моя любовь станет моей. - С лица Бали Бея исчезла лёгкая улыбка, на её месте появилась едва заметная грусть, но Рустем смог её уловить и очень чётко. Малкочоглу побледнел, опустил взгляд на прекрасные сады, за которыми дремали леса Османской империи. -Вот, глянь-ка! - Рустем протянул шкатулку из красного дерева со вставкой из серебра и рубинов. Бей, немного недоумевая, взял изделие в руки. Открыв, он увидел кольцо с белым топазом в форме звезды и месяца, вокруг которого была россыпь чистых бриллиантов. - Как думаешь, достойный подарок для невесты? Бей немного растерялся, но быстро сообразив, ответил не совсем тем, чем хотелось бы. - Да, я думаю, моя Госпожа будет довольна такому великолепному украшению, вы выбрали камни, которые ей подходят. - Выразил он, отдав шкатулку Визирю. -Твоя. - буркнул Рустем, закрывая свой подарок его будущей жене. -Простите? - Малкочоглу сделал вид, что не расслышал. -Да ничего, думаю, ты прав, она оценит. Я помню, как она мне сказала, что никогда не будет со мной, а я молил Аллаха о счастье с ней. - сказал довольный, как слон Рустем -По-моему вы рано говорите мне об этом. - немного строго заявил военачальник визирю. Рустем опешил от таких слов своего "товарища". -Бей, у тебя всё хорошо? -Предельно хорошо. - дав ответ, Малкочоглу покинул большую мраморную веранду, на которой остался Рустем Паша со шкатулкой в руках подарок для Повелительницы солнца и луны.