Брачные ритуалы пони

      — И… она улетела. Больше я её не видела.       Ссутулившись, Твайлайт почти касалась мордочкой потёртого металлического стола, за которым сидела. Сидящий напротив голубого окраса жеребец с короткой серой гривой и в толстых очках деловито строчил в блокноте. Кроме них в комнате присутствовали только королевские сёстры. Лицо Луны было озабоченным, но Селестия вовсе выглядела крайне встревоженной, и если бы Твайлайт увидела её сейчас, то расшиблась бы в попытках убедить принцессу, что ей вовсе не стоило так беспокоиться.       — Хорошо, ваше высочество, у меня всё, — сказал пони-следователь, заканчивая делать пометки. — И позвольте поблагодарить вас за столь подробные показания, несмотря на личную боль, которую, я уверен, вы испытали.       Шелохнувшись, Твайлайт еле заметно кивнула. Селестия встревожилась сильнее, однако Луна только рассердилась:       — Признаюсь, я вельми разочарована в нашей племяннице. Помыслить, что она так поступит! Да ещё с теми пони, которые наши хорошие друзья, не меньше!       — Одна из них воткнула нож тебе в спину всего месяц назад, — напомнила Селестия.       — Да, и это тоже разочаровало меня. Мне должно научить Кризалис правильно орудовать ножом. То есть если… мы когда-нибудь увидим её снова.       И без того не слишком бодрое настроение в комнате стремительно упало. Твайлайт тяжело осела, опустившись лицом на холодную столешницу. При виде такого у принцессы дня пролегли морщинки на лбу, и, стиснув зубы, она приблизилась к столу и опустила копыто возле жеребца.       — Послушайте, — сказала она тихо. — Учитывая… личные обстоятельства, окружающие это дело, я думаю, будет лучшим изъять из заявления Твайлайт все события после усмирения Кейденс.       — Что? — моргнув, он воззрился на неё сквозь толстые стёкла. — Я не уверен, что так будет правильно…       — Считайте это личным одолжением для меня, — отрезала принцесса, выразительно постучав копытом по углу стола. От всей силы выразительности тот согнулся на сорок пять градусов.       — Ну, я не совсем уверен, можем ли мы законно… — попытавшись снова, он обнаружил вокруг себя сгустившиеся тени.       — Если ты беспокоишься только о законности, то не печалься, друг мой Стенотайп, — тихо сказала Луна позади него, — ибо ты находишься в одной комнате с законом. И мы говорим, что в этом случае приемлемо придержать показания.       — Кхем, да, очень хорошо, — Стенотайп быстро выдрал последние страницы из блокнота и протянул слегка дрожащим копытом. Синяя магическая аура выхватила их у него, скомкала в шарик, который затем тихо и аккуратно испарился в незаметной вспышке солнечного света.       — Теперь ты можешь идти, — милостиво сказала Луна, и благодарный пони поспешил уйти из комнаты.       Три пони молчали, пока не захлопнулась дверь и не стих торопливый цокот копыт в коридоре. Лишь затем Селестия шевельнулась и, гулко простучав накопытниками, обогнула стол и опустилась на колени рядом с младшей аликорной, обернув вокруг неё крылья.       — Твайлайт, — сказала она полным печали голосом. — Мне жаль.       — Правда, — проговорила Луна с другой стороны. — Ежели мы впрямь видели королеву в последний раз, то утрата огромна сия для Эквестрии.       — Нет-нет, вам не нужно извиняться, — Твайлайт подняла голову. Она не выглядела настолько плохо, как ожидали обе принцессы — больше смирившаяся, с едва различимым проблеском решимости. — В случившемся нет вины любой из вас.       — Однако ж есть, — тихо сказала Луна, — ибо мы не остановили сие до того, как всё началось.       — Она права, — Селестия кивнула, когда Твайлайт повернулась и посмотрела на неё. — Мы знали — все мы, включая Шайнинг Армора и твоих родителей — как жестоко Кризалис обошлась с Кейденс в их первую встречу.       Смутившись, Твайлайт отвернулась, и Селестия сжала её крыльями.       — Я знаю, мы решили… закрыть глаза на то, что делали чейнджлинги на свадьбе, учитывая весьма деликатные причины, по которым они так поступили. Или, как минимум, на те причины, по которым они впоследствии так поступили. И всё же это не значит, что мы должны избегать называть их действия такими, какие они есть, как и не должны пока прощать Кризалис за её проступки.       — Я знаю, — прошептала Твайлайт.       — В то же время мы оказали плохую услугу Кейденс, самонадеянно предположив, что она простила и забыла травму, которую перенесла, — продолжила Селестия. — Никто из нас кроме Шайнинг Армора не подумал поговорить о случившемся с ней, и мы все виновны в этой ошибке. К несчастью, когда она не объявилась немедленно, изрыгая огонь, мы просто решили, что она молчаливо одобряет. Никто из нас и не подумал, что она будет искать более… продуманные способы выместить свои обиды на королеву. Нам всем расплачиваться за эту ошибку. Общение — одна из главных опор дружбы, и нам не следовало дожидаться, когда Кейденс заговорит с нами первой.       — Мы не должны винить её, — мягко добавила Луна. — У неё и так хватает забот на челе. Это наше, и только наше упущение, и оно не должно добавляться в список её прегрешений.       — Поддерживаю, — Селестия кивнула вместе с Твайлайт.       — Что будет с Кейденс? — неуверенно спросила юная аликорна, переводя взгляд между принцессами.       Селестия вздохнула.       — Это тяжёлое решение. С одной стороны, без какого-нибудь наказания не обойтись. Кейденс напала на двух принцесс Эквестрии, вдобавок сильно повредила частное заведение, и мы не можем допустить просто оставить это без каких-либо замечаний. Возникнет плохой прецедент. Вдобавок, если мы просто без оглядки помилуем её, то не обойдёмся без очевидных — и давайте признаем, справедливых — обвинений в кумовстве.       — Будто бы её впервые кто-то обвиняет в этом, — пробормотала Луна уголком рта.       — Что ты сказала?       — Ничего.       — С другой стороны, — продолжила Селестия, выразительно глянув на Луну, — в этом случае нам стоит быть снисходительными. Кейденс пострадала от копыт Кризалис, и неважно, о каких извинениях или «культурных различиях» идёт речь. Она заслужила возмещения, или хотя бы объяснений и сердечного извинения, и не получила ничего. В данном случае мы понимаем, почему она взяла дело в свои копыта, если вовсе не одобряем. Да, какое-нибудь наказание необходимо, однако какое именно, как и его строгость, нам с сестрой всё ещё надо обсудить.       Движение сбоку привлекло внимание Твайлайт, и она посмотрела туда. Луна указывала на Селестию, потом, заметив взгляд пони, провела копытом по восходящей дуге, словно изображая запускаемую в небо фигурку, и одними губами произнесла: «На луну!».       Селестия резко обернулась, но лишь увидела сестру, стоящую с невинным лицом как ни в чём не бывало. Она пристально посмотрела на неё, затем тихонько фыркнула и повернулась обратно к Твайлайт.       — В любом случае… да, мы накажем Кейденс. Мы ещё не пришли к соглашению о строгости наказания, и не придём, пока не состоится суд, где у Кейденс будет шанс защитить себя, но в любом случае она не выйдет сухой из воды.       — Хорошо, — кивнув, тихо сказала Твайлайт. — Спасибо, принцесса.       Она соскользнула со стула и направилась к двери, но мягкое белое крыло остановило её на полпути.       — Тебе не кажется, что мы можем ещё что-нибудь обсудить? — спросила Селестия с тёплой улыбкой, и смущённая Твайлайт отвела взгляд.       — Н-ну, есть кое-что, о чём мне нужно посоветоваться, но… эм-м… принцесса, я не знаю, должны ли вы… должны ли вы быть той. В этом конкретном случае. Я всегда ценю ваш совет, и я знаю, что вольна спрашивать вас о чём угодно, но тут у вас может быть личное предпочтение о том, какое решение я приму, а я ненавижу ставить вас в ситуацию, когда ваши чувства могут повлиять на совет, который вы дадите…       Смех Селестии прервал бессвязную речь Твайлайт. Принцесса вернулась и присела с другой стороны стола, где к ней присоединилась сестра, и она кивком головы показала Твайлайт вспрыгнуть обратно на стул.       — Ты всегда была моей глупенькой маленькой пони. — Твайлайт покраснела. — Я уже говорила, что мой интерес к тебе — всего лишь интерес. Любые мои романтические чувства растут из любви к тебе как моей самой верной ученице и, как бы холодно это ни звучало, мне не составит труда отодвинуть их в сторону. И если я испытываю что-либо прямо сейчас, так только досаду на себя за столь долгое ожидание, чтобы рассказать тебе о своих чувствах.       — Возможно, оно и к лучшему, что вы так сделали, — Твайлайт выдавила нетвёрдую улыбку. — Не думаю, что Кризалис обрадовалась бы, если бы её невеста встречалась с другой пони.       — Да уж, вышло бы весьма неловко, — со смехом согласилась Селестия. — Хотя я понимаю твоё беспокойство обо мне, в нём нет нужды. И пожалуйста, не трать время, пытаясь найти способ сделать нас обеих счастливыми. Лично я страшусь тех магических мерзостей, которые появятся на свет от твоего решения. Вряд ли мы с Кризалис оценим, если, например, нам достанется по половинке тебя. Даже если подобное нечто будет ходить и разговаривать. Как ни крути, нет идеального выхода для нас обеих в этой ситуации.       — Но оно могло бы быть, — пропела Луна соблазнительно. Она вынула свиток из-под крыла и пронесла его по воздуху к лицу Селестии. — Я уже подписала. Сделай то же самое, и полигамия будет законной в Эквестрии…       Пергамент испарился во вспышке света из рога Селестии, и Луна уселась обратно с разочарованным вздохом:       — Рано или поздно ты сдашься.       — Однажды я выясню, где ты их прячешь, — проворчала Селестия.       — Суть в том, что мы хотим твоего счастья, Твайлайт, — Луна повернулась лицом к ней. — Мы заботимся о тебе, и посему твои чувства первостепенны для нас. Невзирая на наши собственные интересы, моя сестра и я никогда не сделаем, что может навредить тебе.       — Просто скажи нам, чего ты хочешь, Твайлайт, и мы поможем тебе получить это, — спокойно закончила Селестия.       — Но это же просто. Вы только что слышали всю мою историю. И я не знаю, чего хочу, — Твайлайт тяжело опустилась грудью на стол. — После нашей свадьбы — ну, нашей второй свадьбы — когда Кризалис отказалась принять сказанное мною и заявила, что собирается завоевать моё сердце… скажу честно, она заинтриговала меня. К тому моменту мы были вместе несколько недель, и я довольно хорошо познакомилась с ней. Я так восхитилась, узнав, что у неё правда есть сердце, что под холодной, надменной, порочной внешностью находится по-настоящему добрая и заботливая пони. Конечно, не совсем в том смысле, в каком мы представляем, но она там есть, и различия, противоречия только сильнее заинтересовали меня. Мне хотелось знать больше о ней, и, наверное, именно в этом заключалась первоочередная причина, по которой я согласилась встречаться, — она задумчиво склонила голову набок. — Действительно, вполне хорошая причина, чтобы начать романтические отношения с пони-будь.       — А что же с твоими чувствами сейчас? — спросила Селестия осторожно.       — Я… ну, говорю же: не знаю. Но я хочу провести больше времени с ней, хочу быть рядом с ней. Я просто не знаю, хочу ли этого как друг или как кто-то большая… И если чисто по-дружески, тогда она была вправе уйти. Она сказала, что я заслуживаю кого-то, кого смогу полюбить, но и она заслуживает кого-то, кто любит её. Если это не я, тогда нечестно просить её оставаться рядом, когда даже просто видеть меня будет невыносимой мукой для неё. Даже если… д-даже если это ранит меня, я предпочла бы избавить её от страданий.       — Глубина твоей любви к королеве Кризалис поразительна, — Селестия подалась вперёд, чтобы прикоснуться к её плечу. — Будь то любовь к другу или кому-то больше.       — Тогда почему у меня нет ответа? — в отчаянии спросила Твайлайт, переводя взгляд между принцессами, пока на глазах её набухали слёзы. — Если я забочусь о ней так сильно, почему не могу сказать, люблю я её или нет?!       — Любовь очень сложна и зачастую скрытна, — тихо сказала Селестия. — Она легко может прятаться за другими чувствами. Иногда… вне зависимости, как сильно ты заботишься о ком-то, эти самые чувства могут возобладать и застлать твою любовь.       Обе принцессы обменялись печальными взглядами, а после ненадолго положили крылья друг другу на спины.       — Что же мне делать? — спросила Твайлайт, едва сёстры разомкнули объятие. — Мне нужно понять свои чувства. Я знаю, я не должна просить о простом ответе, но существует ли он? Или по крайней мере некий план, путь, по которому я могу проследовать?       — Порою ответ прост, — ответила Селестия. — Иногда тебя просто вдруг озаряет. Пришедшая на ум мимолётная мысль раскрывает твоё сердце для тебя. Или в воспоминании об особом моменте внезапно находишь больше, чем когда-либо прежде видела. В других же случаях тебе придётся потрудиться. Ты должна взвешивать свои чувства и мысли, размышлять о своих отношениях, думать о каждом случае, когда ты общалась с этой пони. В любом случае непросто заставить свои чувства проявить себя. Это требует времени и зачастую толику удачи, чтобы найти ту самую зацепку.       — Я не знаю, сколько времени есть у меня. Вполне возможно, что Кризалис уже отправила вам письмо с просьбой о разводе, — Твайлайт, пофыркивая, рассмеялась, но прозвучало больше как всхлипывание. — Вот уж не думала, что скажу что-нибудь, даже отдалённо похожее на это… или что загрущу из-за этого.       — Пока ты хорошо начала, — Селестия улыбнулась, когда Твайлайт подняла на неё взгляд. — Ты решила спросить своих друзей, пони, которые знают тебя лучше всего. Если кто и способен помочь тебе понять, что лежит у тебя на сердце, так только твои друзья.       — Хорошо. Так… поможете мне?       Она говорила тихим голосом, смотря на принцесс широкими, полными надежды глазами; сёстры едва сдержали свой первый порыв обнять её и растаять от умиления. Взамен они обменялись взглядами, и Луна кивнула и подалась вперёд, пока Селестия отодвинулась.       — Ведаешь ли ты, что в последние месяцы я сама довольно много времени проводила с королевой? — Твайлайт кивнула, позволив Луне продолжить. — Я тоже мыслю её своим дорогим другом. Как и ты, я узрела в ней добрую сердцевину, что во всех смыслах лежит под жёстким покровом, и мне бы хотелось, чтобы она впустила меня так же, как и тебя. Рядом с тобой её охватывает веселье, и она становится весьма забавной. Что говорить, её розыгрыши над моей сестрой явный тому пример.       — Луна, в последний раз говорю, что есть разница между розыгрышами и покушениям, даже если намеченная жертва бессмертна. И мне совсем не нравится, когда ты помогаешь ей, — фыркнула Селестия, скрестив передние ноги. — За всю жизнь меня столько не поджигали. Не будь я неуязвимой, сейчас я была бы весьма недовольна.       — Я пытаюсь сказать, Твайлайт, что я знаю её так же, как знаю тебя, — продолжила Луна, игнорируя наверняка беспочвенные жалобы сестры. — Возможно, я не знаю любую из вас так хорошо, как мне хотелось бы, но достаточно, чтобы звать вас друзьями. Вот почему я была так озадачена твоим поведением в те первые дни, когда ты представила нам твою жену. Любовь королевы к тебе была очевидной. Всё, что она говорила и делала, кричало об этом. И казалось, она испытывала почти телесную боль, когда разлучалась с тобой. Тебе же, напротив, её близость доставляла заметное неудобство. Ты деревенела, когда она обнимала тебя, а выражение на твоём лице всякий раз, когда она пыталась потереться о тебя носом, я находила крайне забавным. Я полагала тебе просто неуютно публично оказывать друг другу знаки внимания, какими бы банальными они не были. Когда же известия о твоих истинных чувствах вышли наружу, твоё отчуждение внезапно обрело смысл. И всё же… пока я наблюдала за вами за минувшие полгода, я видела, как эта нерешительность пропадает. Я видела тебя, гуляющей копыто о копыто с ней по коридорам дворца, я видела тебя обнимающейся с ней на диване в нашей гостиной… и не думай, что я не видела, как ты пыталась урвать её поцелуй в тот наш вечер кино, Твайлайт Спаркл!       Твайлайт покраснела, немедленно сообразив, о чём говорила Луна.       — Всё было совсем не так! Я просто хотела сказать ей кое-что, и…

* * *

      — Поверить не могу, что моя повозка сломалась, — жаловался жеребец свой подруге, пока они с трудом пробирались за своими друзьями через лес. — Я ведь недавно заменил ось!       — Ну-ну, не всё так плохо. Нам повезло найти заброшенный летний лагерь, — кобыла бросила на него страстный взгляд. — И я уверена, у нас будет достаточно возможностей улизнуть и остаться только вдвоём…       Твайлайт подвинулась, чуть сильнее прильнув к уютному телу Кризалис позади себя. Ещё когда Луна настраивала проектор, чейнджлинг растянулась на диване, и уже знавшая своё место юная аликорна запрыгнула к ней. Она удобно прижалась к мягкому животу Кризалис, которая обхватила её передней ногой, и пока они все устраивались поудобнее для просмотра фильма, Твайлайт понемногу сползала вниз до тех пор, пока не устроилась головой на другой ноге Кризалис. Это было очень удобно, если не обращать внимания на попытки чейнджлинга задушить её до смерти при каждой страшной сцене в фильме.       Теперь она, приподняв голову, глянула в сторону Селестии и Луны. Они сидели на отдельном диване с другой стороны проектора под одним одеялом. Всякий раз, пугаясь, они сначала вздрагивали, затем заливались смешками.       Улёгшись обратно, она перевела взгляд на Кризалис. Фильм полностью увлёк чейнджлинга, в её широких глазах отражался свет экрана, и Твайлайт нервно облизала губы.       В последнее время Кризалис была довольно милой… точнее, милой для Твайлайт; ей всё ещё нравилось досаждать другим пони. Не случилось ни одной странности, которые регулярно происходили с их первого свидания, и теперь ей хотелось выразить свою признательность. Поэтому, возможно…       — Кризалис? — она тихонько прошептала, заставив себя приподняться и приготовиться встретить губы чейнджлинга, которая уже поворачивалась для ответа.       — Да, Твайлайт? Что… — прежде, чем аликорна сделала движение, Кризалис дёрнула головой обратно и снова стиснула ногой шею Твайлайт.       — Нет! Не входи туда, Пони-крюк прячется в шкафу!       Твайлайт со вздохом опустилась обратно, когда хватка Кризалис ослабла, вся её решимость улетучилась с этой неудачной попыткой. Но всё же… Кризалис заслужила что-нибудь. Поэтому она лежала, вполглаза смотря фильм и медленно набираясь смелости на ещё одну попытку. Наконец, она снова взглянула на Кризалис.       — Криз…       — Он не умер! Не проверяй его тело, беги отсюда!       В очередной раз Твайлайт встряхнули, а когда отпустили, она тяжело легла на диван. Времени попытаться снова уже не хватало, и она сомневалась, что вообще сможет пересилить себя. Отчего впала в пространную меланхолию…       Поэтому спустя несколько минут она приподнялась и потёрлась мордочкой о шею Кризалис. Чейнджлинг удивлённо посмотрела вниз на маленькую пони, затем ласково ткнулась носом в ответ.       — Всё в порядке, не волнуйся, — мягко прошептала она. — Они окончательно убили Пони-крюка. Ничто не могло пережить такое.       Твайлайт тихонько хихикнула, прильнув к Кризалис. У неё не хватило духу рассказать ей, что она уже пересмотрела каждый фильм из серии «Ночей Кошмаров».

* * *

      Твайлайт притихла, свесив голову, когда осознала всю бесполезность своих возражений.       — Хорошо, вы правы. Должно быть, это случилось, когда Якякистанская делегация остановилась в Кристальной империи, потому-то Кризалис и вела себя так мило в ту неделю. Я хотела сделать что-нибудь приятное для неё и решила, что она заслуживает поцелуй, но… она была так поглощена тем глупым фильмом, и у меня никак не получалось привлечь её внимание, а затем я струсила.       — Да, я знаю, — усмехнулась Луна. — Я видела твои попытки, и у меня был соблазн помочь тебе. Но подумала, что лучше дозволить тебе самой развить события.       — Ты целуешь всех своих друзей, когда хочешь сделать что-нибудь приятное для них? — лукаво спросила Селестия, смутив маленькую пони. Как обычно, принцесса дня уловила самую суть.       — Нет, конечно же нет, — Твайлайт прервалась. — Ну, был один случай с Рэрити… Но, в смысле, мы же были в спа, расслабились после массажа, затем остались одни в сауне, а дальше одно за другим…       Она кашлянула в копыто, притихнув, и все три принцессы с покрасневшими лицами постарались не смотреть друг на друга.       — Что-то я не припомню этого отчёта дружбы…       — Ладно, допустим, мне нравится целоваться с Кризалис, — Твайлайт торопливо перевела тему. — Мы встречались, она радовалась этому, и… да и мне самой нравилось. Это ли любовь? Больше похоже на физическое влечение. Конечно, в общем-то, оно считается частью любви, ведь обычно обоим партнёрам нужно найти, по меньшей мере, нечто привлекательное во внешности друг друга. Не хочу сказать, что ум не важен, конечно, но…       — Хмм… — Луна смерила взглядом Твайлайт. — Ты знаешь, отчего Кризалис влюбилась в тебя прежде всего?       Твайлайт оцепенела, а затем с пренебрежительным фырканьем отвернулась.       — Потому что я принцесса, очевидно, — горько сказала она — и взвизгнула, когда Луна стремительно перегнулась через стол и копытом отвесила ей затрещину. — Ай!       — Довольно, Твайлайт Спаркл! — строго сказала Луна; её взгляд смягчился, когда Твайлайт с надутыми губами взглянула на неё. — Ты знаешь, что это неправда, и теперь должна понимать лучше, чем вот так принижать себя. Королева Кризалис полюбила тебя за то, что увидела в тебе потенциал, который увидели моя сестра и я: возможность быть лидером. Ты уже была отважной, сильной и умной, когда она впервые повстречалась с тобой, когда она впервые увлеклась тобой. А то, как сильно ты выросла за следующие года… как ты вообще можешь удивляться, что она влюбилась бесповоротно?       — Простите, но… — Твайлайт неуютно поёжилась. — Это по-прежнему звучит, словно вы говорите о моём возвышении до принцессы.       — Хорошо, тогда подумай вот о чём, — ответила Луна. — Ты говоришь, что знаешь, как сильно Кризалис любит тебя, но в самом ли деле? Скажи, ведаешь ли ты, как она называла тебя в наших разговорах? — Твайлайт покачала головой. — Она называла тебя «хисс читтер чирп».       Селестия просто озадаченно нахмурила брови, но Твайлайт ахнула, в шоке подняв копыта ко рту. Отчасти от того, что Луна говорила на хемпидже — она даже не догадывалась, что Луна могла разговаривать на языке чейнджлингов, к тому же так чисто и без акцента. Но куда важнее был смысл произнесённых слов.       — Понимаешь ли ты что-нибудь? — спросила Луна, приподняв бровь. — Королева была превосходным учителем, но отказывалась объяснять мне значение сих слов. Я пыталась расспрашивать её, но её упорство приводило меня в недоумение.       — Она… она вправду звала меня так? — Твайлайт сглотнула, пытаясь смочить пересохшее горло. Когда Луна кивнула, маленькая пони почти что остолбенела. — Я никогда не знала… она всегда говорила, как сильно любит меня, но я никогда не знала, что она настолько неравнодушна… что её чувства настолько сильны…       Она умолкла, и спустя несколько секунд Селестия откашлялась:       — Если это личное, ты можешь оставить это при себе, Твайлайт.       — О! Нет, всё в порядке, принцесса, я просто никогда не думала, что она скажет… — прервавшись, она потёрла лицо копытом, затем глубоко вздохнула. — «Хисс читтер чирп» означает что-то вроде… дословным переводом будет «моя королева», но тут есть дополнительное значение, выходящее далеко за рамки титула. Вроде того, как мы временами зовём вас «ваше высочество» или «ваше величество» вместо простого «принцесса», однако это не просто формальное обращение к королеве. Это означает доверие. Абсолютную верность. Готовность исполнить каждый приказ, который отдаст королева, поставить её превыше всего в твоей жизни. Умереть за неё, если нужно. Твоя преданность ей выше любых других обязательств, — лицо Твайлайт просветлело, и, наклонившись вперёд, она цокнула копытом по столу. — Вот это слово! Преданность. Полнейшая и неоспоримая преданность твоей королеве.       Она уставилась на своё копыто, затем медленно опустилась обратно.       — А… я позволила ей уйти. Она испытывала такое ко мне, любила меня всем сердцем и была полностью преданна мне во всех смыслах… а я просто дала ей выйти за дверь.       Остальные принцессы хранили молчание, оставив Твайлайт со своими размышлениями, и спустя некоторое время она приподняла голову.       — Меня словно… словно под дых ударили. Словно я полностью опустошена. Значит ли это, что я люблю её? Вот так оно бывает, когда уходит тот, кого ты любишь?       — Истинно так, — без колебаний ответила Луна. — Ты любишь её, и ты должна отправиться к ней сейчас же и рассказать о своих чувствах…       — Луна! — рявкнула Селестия, перебив её. — Ты знаешь, что это не так!       — Ты обвиняешь меня за попытку помочь моим друзьям? — с невинным лицом Луна пожала плечами.       — Всё-таки я отправлю тебя пожить с Твайлайт. Тебе точно нужно позаниматься уроками дружбы, как и Старлайт, — Селестия повернулась к меньшей пони. — Твайлайт, не слушай Луну. Это не обязательно значит, что ты любишь её… просто, что ты заботишься о ней очень-очень сильно. Представь это… как ещё один элемент данных для учёта. Можешь даже схему составить.       — Думаю, это немножко улучшит моё настроение, — Твайлайт неуверенно улыбнулась.       — Есть ещё кое-что, чем мы можем воспользоваться, Твайлайт. Если ты позволишь мне.       — Позволю вам?       — Я хочу… загипнотизировать тебя, в некотором смысле, — смущённо объяснила Селестия. — Заклинание успокоит твой разум, позволит тебе ответить абсолютно правдиво на любой вопрос, который мы зададим. Я не знаю, будет ли оно как-то полезнее заклинания Кейденс, но мы хотя бы попытаемся.       — О. Вообще-то это звучит прекрасно, принцесса. Я верю вам.       — Очень хорошо.       Селестия подняла голову и зажгла рог, золотое сияние окутало голову Твайлайт. Сразу после этого лицо юной аликорны расслабилось, морщинки беспокойства разгладились, а её веки опустились.       — Твайлайт, Кризалис стоит перед тобой, — тихо начала Селестия. — Скажи мне, что ты видишь, когда смотришь на неё?       — Я вижу… королеву чейнджлингов, — сказала Твайлайт мечтательным голосом. — Она та, кто похитила Кейденс и попыталась захватить Эквестрию. Она также обращалась со мной так ужасно, когда мы встречались, даже если виной тому была Кейденс. И… она та, кто любит меня, сильнее любого другого пони во всём мире. Она сделает что угодно, чтобы сделать меня счастливой.       — А что ты чувствуешь, когда видишь её?       — Я чувствую счастье, — Твайлайт улыбнулась. — С ней забавно говорить и просто быть рядом. Я чувствую себя в безопасности, чувствую себя любимой, чувствую себя уютно, когда она со мной.       — Я была права, это ненамного полезнее заклинания Кейденс, — вздохнула Селестия. — Скажи мне, Твайлайт… ты любишь королеву Кризалис?       — Я… — брови Твайлайт нахмурились. — Я люблю её так же, как всех моих друзей. Иногда это слегка отличается, но… но я не знаю, что это значит, и это пугает меня, поэтому я стараюсь не задумываться об этом.       — Ну, хоть что-то, — пробормотала Селестия, глянув на Луну. — Вряд ли мы получим ответ от неё таким образом.       — Хмм… — Луна посмотрела на Селестию, затем повернулась к Твайлайт, и золотое сияние вокруг головы пони сменилось на синее. — Твайлайт, теперь Селестия стоит перед тобой. Что ты видишь?       — Это принцесса! — всё беспокойство на лице Твайлайт сменилось широкой улыбкой. — Она была моей наставницей почти всю мою жизнь. Я думаю, она одна из самых красивых пони в Эквестрии, особенно её грива.       Селестия удивлённо моргнула, её лицо раскраснелось, а Луна с ухмылкой продолжила:       — Что ты чувствуешь, когда видишь её?       — Конечно же счастье! Она мой самый старый друг. Практически нипони другой, кроме неё, не заставляет меня чувствовать себя особенной. Я всегда переживаю, что разочарую её, но я знаю, как она гордится мной. Мы всегда обнимаемся, когда видим друг друга, и я надеюсь, она и сейчас обнимает меня.       — Э-это нам не поможет, знаешь… — заикаясь, произнесла Селестия, не отрывая глаз от улыбки пони.       — А теперь, Твайлайт, Селестия одета в седло и чулки. Что-нибудь шёлковое из дальней комнаты бутика Рэрити. Что ты теперь чувствуешь?       — Луна, нет! — крикнула Селестия прежде, чем покрасневшая Твайлайт смогла ответить. — Прекрати это!       — Мы выясним правду, сестра!       Свет вокруг головы Твайлайт замерцал, меняясь с жёлтого на синий. Пони начало мотать туда-сюда, пока королевские сёстры боролись за её разум, затем от особенно сильного рывка она опрокинулась и свалилась на пол.       — Посмотри, что ты наделала! — пропыхтела Селестия, поспешив на помощь ученице.       — Так, больше никаких издевательств над моей головой, хорошо? — простонала Твайлайт, потирая лоб.       — Мне правда жаль, — сказала Селестия.       — Мы не должны были позволять себе чересчур увлечься, — признала Луна.       — Всё хорошо, всё хорошо, — Твайлайт вздохнула. — По крайней мере, я узнала чуть больше, чем показала мне Кейденс. Теперь я знаю, что и впрямь чувствую нечто. Мне просто нужно пересилить себя и взглянуть этому в лицо. Даже если я люблю Кризалис, мои чувства ничего не стоят, если не могу по-настоящему испытывать их.       — Что ты теперь сделаешь? — спросила Луна, пока Твайлайт сделала несколько шагов к двери.       — Поговорю с моими друзьями и семьёй. Это и есть мой план. Вы помогли мне, как и Кейденс, поэтому, если я поговорю с каждым, то наверняка смогу во всём разобраться.       — Мы желаем тебе удачи, — сказала Селестия, и Луна утвердительно кивнула. — Мне кажется, тебе стоит сначала навестить твою семью. Не только потому, что они здесь, в Кантерлоте, однако разговор с Шайнинг Армором скорее всего будет… неприятным. Вполне возможно, тебе хочется покончить с ним как можно раньше.       — Вы правы, — Твайлайт кивнула, затем после секундного размышления в волнении посмотрела на принцесс. — Кстати об этом… когда я говорила с Кейденс, она попросила меня замолвить за неё слово перед вами. Поэтому… не будьте так суровы с ней?       Селестия тепло улыбнулась.       — Ты заступаешься за неё, пускай она и обошлась с тобой несправедливо, поэтому твои слова будут иметь вес для нас. Тебе не стоит бояться.       — И когда вы увидите её в следующий раз… передайте ей, что я готова простить её. Если она сама готова сделать всё, чтобы её простили, и исправить сделанное.       — Мы передадим, Твайлайт.       — А Кризалис готова так же простить Кейденс? — спросила Луна, подбавив в голос дразнящую нотку, и Твайлайт всхрапнула.       — О да, представляю себе, как она отреагирует на такой вопрос, — аликорна привстала на копытах, прижала ногу к груди и заговорила низким голосом, изображая гулкие интонации Кризалис. — Эта розовая пони вызвала меня на битву, и я разгромила её в пух и прах. Насколько я могу судить, между нами всё решено.       Со смешком Твайлайт опустилась обратно на копыта.       — И теперь она разозлится на меня… — она посмотрела рядом с собой и замерла, затем поникла. — О, точно.       — Ты правда скучаешь по ней? — мягко спросила Селестия, положив копыто на плечо.       — Скучаю, — прошептала Твайлайт, подняв на неё мокрые глаза.       — Тогда иди дальше, моя верная ученица, — сказала Селестия, провожая её к двери. — Иди и найди то, что в твоём сердце.       — И, Твайлайт, — сказала Луна, когда юная аликорна уже открыла дверь, и пони оглянулась через плечо. — Не забывай, хоть полигамия пока ещё, к сожалению, вне закона, но это не касается открытых отношений. Поэтому до тех пор, пока Кризалис согласна, нет причин, что ты и Селестия не можете…       — Хорошо, пока! — выпалила Твайлайт, выскочив в коридор и захлопнув дверь за собой.       — Поверить не могу, что ты сказала это! — прокричала Селестия, едва Твайлайт ушла. — Ты зашла слишком далеко!       — Я просто пытаюсь помочь тебе, сестра, — невинно ответила Луна, со взмахом хвоста отвернувшись.       — Ты слишком резко подталкиваешь её! Ты так только перепугаешь её. У меня достаточно времени, чтобы быть терпеливой. Если мне придётся ждать десятилетия, пока она заинтересуется моим предложением, то я справлюсь.       — Да наплюй! — потребовала Луна. — Если ты любишь её, то не должна ждать.       Мгновение Селестия сердито смотрела на неё, затем с лёгкой улыбкой склонила голову.       — Я удивлена, что ты так сильно пытаешься свести Твайлайт и Кризалис. Учитывая твои чувства к королеве…       — Ч-что ты имеешь в виду? — с широкими глазами Луна повернулась к Селестии.       — Ох, сестра, прекрати. Я видела, в каком возбуждении ты находилась при каждом визите Кризалис, как ты сопровождала её и ловила каждое её слово. Также я видела, как ты пялилась на её круп.       — Ложь! Ложь и подлая клевета! — Луна встала на дыбы, яростно тряся головой.       — Ну-ну, Луна, тут нет ничего плохого. У неё по-своему весьма привлекательный круп, — она изогнула бровь. — Вообще-то, учитывая наши чувства к ним обеим, возможно мы должны подготовить Твайлайт к перспективе небольшого… четверничка.       — Что?! — лицо Луны покраснело от дикого смущения. — Сие может оказаться вельми неловко для нас двоих. Не считая всю неуместность…       — Неужели? — мурлыкающим голосом спросила Селестия, взглянув на Луну из-под полуприкрытых век и двинувшись навстречу. — Мы всего лишь сёстры. Не похоже, что нам грозят несчастливые последствия, которые случились бы, если бы одна из нас была жеребцом.       — О чём ты говоришь? — заикаясь, Луна попятилась.       — Я говорю, почему бы нам не стать большим, чем сёстрами? Почему не доказать, как сильно мы на самом деле любим друг друга?       — Это не… мы не можем…       — Почему мы не можем? Неужели настолько неправильно столь тесно любить друг друга?       — Я… я… — в маленькой комнате не хватало места для отступления, и Луна слегка подскочила, когда наткнулась крупом на стену. Не успела она отодвинуться, как Селестия оказалась прямо перед ней, положив копыто ей на грудь.       — Кто лучше твоей сестры даст тебе любовь, которую ты заслуживаешь? — хрипло прошептала Селестия. Её крылья распахнулись и обернулись вокруг Луны, нежно скользнув по её крыльям и бокам. — После стольких веков мы знаем друг друга лучше, чем любой другой пони когда-либо смог бы. Я знаю, что тебе нравится, что тебе нужно, где тебе нравятся прикосновения…       Её крылья сдвинулись вниз, кончиками кружа по животу Луны. Ночная принцесса застыла на месте, пока её тело ласкали, и лишь слегка дрожала. Селестия наклонилась и горячо выдохнула прямо в ухо сестры:       — …и я знаю точно, где тебя лучше всего щекотать.       Её крылья ткнулись в рёбра сестры с меткостью и беспощадностью ассассина, и Луна повалилась с пронзительным хохотом.       Она пыталась увернуться, но Селестия продолжала нападать, неустанно прохаживаясь крыльями вверх-вниз по бокам. Приступы смеха сотрясали её тело, делая любые попытки отползти бесполезными и так ослабляя её, что Селестии не составляло труда удерживать её на месте одним копытом; даже добавляла им. Оставшись без выбора, Луна была вынуждена обратиться с мольбой.       — Нет-нет! Ха-ха! С-сестра, пожалуйста… ха-ха-ха! Прошу, остановись! Я сдаюсь!       — О? — Селестия остановилась, продолжая дотрагиваться крыльями ровно настолько, чтобы у Луны не хватило сил разработать план побега. — Итак, ты извиняешься за то, что наговорила сегодня? И обещаешь прекратить давить на Твайлайт?       — Никогда! — выдохнула Луна непоколебимо. — Я делаю это ради твоего блага!       — Тогда никакой пощады!       Она снова накинулась без всякого сострадания, как на всякого врага Эквестрии, и возражения Луны растворились в безудержном хохоте.