iris

Джехён приезжает домой после важных переговоров около полуночи, отпускает своего личного водителя и поднимается по широким лестницам двухэтажного фамильного особняка. Он изрядно устал, потому отказывается от ужина и всю прислугу тоже отпускает на покой. Сейчас ему не до еды, у него совершенно другая цель. Цель эту зовут Ли Тэён — он наследник не меньшего состояния, чем у семьи Чон, но Джехёна к нему тянут далеко не деньги. Этот парень особенный. Нет, в смысле, у него нет третьего глаза или шестого пальца на левой руке, он просто… Воплощение искусства? С детства привыкший к роскоши, он вырос не заносчивым и стервозным, а по-хорошему изнеженным, не капризным и требовательным, а прихотливым. Он напоминает Джехёну цветок из оранжереи, его хочется оберегать, безмерно любить, баловать и превозносить. Осыпать бриллиантами, жемчугами и драгоценными камнями, закутывать в тончайший шёлк нежнее крыла бабочки, украшать золотом и серебром — всё потому что каждый «бесценный» бриллиант, каждое «бесценное» произведение искусства по сравнению с Тэёном — дешёвка. И Джехёну не жалко денег на всё это, чтобы только его мальчик никогда не забывал, насколько он ему дорог. А Тэён не забывает, отплачивает ему сполна своей любовью — не за побрякушки стоимостью в цифры с шестью нулями, отнюдь. Их любовь настолько чиста, насколько это вообще может быть, а роскошь — всего лишь повседневность, которая для них так же привычна, как для среднего класса постоянные жалобы на нехватку денег. Джехён обходит каждую комнату второго этажа и находит Тэёна в библиотеке. Тот дремлет на небольшом диванчике, прислонив согнутые ноги к спинке, прижимает к груди открытую книгу. Он одет в любимый халат из китайского шёлка, не прикрывающий колени, и от этого вида у Джехёна заходится сердце. Он расстёгивает верхние пуговицы рубашки и освобождает манжеты от запонок, перешедших ему по наследству от деда, оставляя их на низком столике, осторожно садится на краешек дивана и накрывает ладонями изящные колени, поглаживая большими пальцами, оставляет на каждой по несколько поцелуев и утыкается в них носом, потому что они пахнут лепестками цветов и маслами экзотических растений, как пахнет после ванны и весь Тэён, который, кстати, уже проснулся, и смотрит с лёгкой улыбкой на губах на Джехёна. Он вдыхает эфиры масел, смешивающихся с запахом нежной кожи, прикрывает глаза и шепчет: «Я так соскучился», снова целуя в коленную чашечку. Тэён протягивает руку, касаясь щеки Джехёна, и тот подаётся навстречу, щекотно выдыхая в ладонь. — Пойдём спать, — шепчет Ли. Джехён ловит пальцами ласкающую руку, целует полосы голубых вен на запястье и крохотную родинку около среднего пальца и с усмешкой возражает: — Нет, ты никуда не пойдёшь, — отпуская запястье, он закрывает всё ещё лежащую на груди книгу и откладывает её на столик, а потом с лёгкостью поднимает Тэёна на руки и несёт в спальню, несколько раз тормозя по дороге, чтобы поцеловать. В спальне Джехён осторожно кладёт Тэёна на огромную кровать, мягко целует и отстраняется, чтобы быстро раздеться, покидав всю одежду в кресло, и вернуться к парню. Забирается сверху и сразу лезет целоваться, а Тэён и не против, обвивает руками его шею и притягивает к себе ближе, улыбаясь в поцелуй, прочёсывает волосы на затылке, большим пальцем щекочет кожу за ухом. Джехён на это усмехается и разрывает поцелуй, опускаясь с ласками к шее, тянет носом воздух, вдыхая свой самый любимый в мире запах, выцеловывает каждый сантиметр нежной кожи. Тэён тонет во всепоглощающей нежности, которая обволакивает, как тёплый медовый кокон, отключая понятие времени, оставляет только их двоих и их неизмеримую любовь друг к другу, ощущение губ на коже и трепещущее в груди сердце. Джехён спускается руками к поясу шёлкового халата и раздевает Тэёна, открывая себе доступ к его коже, оглаживает стройное тело и покрывает его десятками трепетных поцелуев, лёгких, словно пёрышко. Тэён не сопротивляется действиям чужих рук ни когда они освобождают его от единственного предмета одежды, ни когда они ненавязчиво раздвигают его ноги, потому что прекрасно знает, что Джехён не будет его ни к чему принуждать. Сейчас ему нужен далеко не секс, он нуждается в простом физическом контакте: обнимать, гладить, целовать, касаться; показывать, насколько Тэён ему дорог, насколько сильно он его любит и ценит, хоть оба они знают, что их чувства в полном объёме невозможно выразить ни словами, ни действиями, ни поступками, ни подарками, ни спасением целого мира. Их любовь на совершенно другом уровне, который не сможет постичь никто, кроме них, особенная химия, неизвестная науке. Джехён спускается поцелуями по бёдрам, доходит до коленей, садится и сводит их вместе, поглаживает кожу с тыльной стороны и попеременно целует каждую, исподлобья наблюдая за Тэёном. — Прости, что оставил тебя на целый день в одиночестве. Тэён мягко улыбается в ответ: — Не извиняйся, я же знаю, что такое деловые переговоры. Ничего страшного, как видишь, я не умер. Джехён оставляет очередной поцелуй на точёной коленочке. — Тогда я быстро в душ, и потом спать. Он уходит в ванную, а Тэён в это время расстилает кровать, забирается под одеяло и прислушивается к шуму деревьев за окном, проваливаясь в полудрёму. Сквозь сон он чувствует, как за его спиной проминается кровать, и Джехён обвивает руками его талию, прижимает к себе и целует в плечо. Тэён мысленно желает спокойной ночи в ответ, счастливо улыбаясь.