Хранитель рода. 1 курс

      О том, что Гарри и остальные проснулись, Гермиона узнала перед обедом, а потому сразу отправилась в больничное крыло, решив, что тот не убежит. Как оказалось, директор и тут уже отметился, побывав раньше неё. Видимо, специально ждал. А слушая от ребят ту лапшу, которую он старательно развесил всем по ушам, она только диву давалась. И ведь не соврал нигде. Гермионе оставалось только завидовать. А что? Гарри остановил Волдеморта? Остановил. А то, что тут всё старательно для этого готовилось — умолчим. Ну и в самом деле, ведь лучшая импровизация та, к которой старательно готовились. Камень уничтожен? Гермиона могла поклясться, что да. Свою роль он сыграл и перестал быть нужным. В общем, все молодцы. Гермиона даже почувствовала себя лишней на этом празднике жизни.       — Тебе что-то не нравится? — Когда не нужно, Гарри обладал поразительной наблюдательностью.       — Так, в качестве замечания. Когда общаешься с директором, обращай больше внимания не на то, что он говорит, а на то, о чём он молчит.       — Э-э… Как это? А о чём он молчит?       — На кой он вообще позволил тебе туда идти, ты не думал? И спросить, конечно же, не догадался.       — Ну-у-у… Полагаю, что он хотел, чтобы я встретился с Волдемортом… Он сказал, что наша встреча с ним в будущем неизбежна, а потому лучше знать, с кем имеешь дело… Эти же препятствия… они же даже нас не остановили… Может, он считал, что у меня есть право встретиться с Волдемортом, если я этого хочу?       — Ну точно, чокнутый, — с непонятной для Гермионы гордостью заключил Рон. — Слушай, обязательно приходи завтра на прощальный банкет. Баллы уже подсчитаны, — Слизерин победил, конечно — Гарри же пропустил последний матч, и Равенкло нас просто растоптал, — зато вкусностей будет море.       Гермиона наградила Рона убийственным взглядом, но сочла благоразумным промолчать.       — Ладно, — вздохнула она. — Поговорим в поезде. Полагаю, нам найдётся что обсудить. И пойду я, пожалуй, пока меня мадам Помфри не выгнала.       Рона с Невиллом, правда, отпустили к ужину, а вот Гарри мадам Помфри решила оставить до утра, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке.       Невилл подловил девочку в одном из коридоров и несколько неуверенно пригласил отойти куда-нибудь, где их не услышат.       — О! Свидание! Ну, давай.       Невилл покраснел и что-то там забормотал, что его не так поняли. Девочка хмыкнула и легонько стукнула по плечу.       — Да расслабься ты, всё я правильно поняла. Просто ты так забавно смущаешься.       Невилл неуверенно глянул на девочку, наткнулся на насмешливый взгляд и покорно поплёлся в комнату.       — Это… — Молчание. — Я по поводу нашего путешествия… Я не совсем понял, что ты говорила Гарри по поводу предупреждения? Которое зимой.       Гермиона пожала плечами.       — Я предположила, что директор устроил для кого-то ловушку, и что похода первокурсников за камнем как-то не предполагалось, и что оный может помешать планам директора.       Невилл задумался.       — Тогда почему ты никого не остановила? Я это сделать… не смог… — Мальчик опасливо покосился на Гермиону. — А ты смогла бы.       — А почему я должна была это делать, если этого не сделал директор? Он был не против.       — Но ты же сказала, что мы могли разрушить планы?       — Это тогда я так думала. Ты вот попытался погриффиндорствовать и грудью кинулся останавливать поход трёх гриффиндурков. Я же поступила проще — пошла к директору и всё рассказала.       — Ты… что сделала? — опешил Невилл.       — Рассказала, — пожала плечами Гермиона. — Нет, в самом деле, ты реально считаешь, что несколько первокурсников должны встревать в интриги великого мага?       — Но, тогда…       — Угу. Как я и предполагала — он всё знал.       — То есть…       — Нам был устроен увлекательный квест — спаси камень от злодея. Снейп страховал на выходе, у Дамблдора был настроен портал прямо в комнату с камнем. Ну и к тому же Квиррелл, как профессор, просто физически не мог причинить вред ученику. Как-то так.       — Эм… А почему ты мне всё это говоришь? Разве это не должно быть тайной?       — Неа. Директор ничего не говорил по поводу сохранения тайны. А говорю… Потому что ты спросил. — Гермиона помрачнела. — А вот Гарри спрашивать не стал, для него, кажется, всё понятно.       — Эм… — Кажется, Невилл логику не понял. — Так я могу рассказать об этом Гарри?       Гермиона вздохнула.       — Лучше не надо. Видишь ли… в комнате мы встретились с тем, чего директор не предусмотрел, а потому кое-что прошло не совсем так, как рассчитывалось. Поверь, твой рассказ Гарри воспримет… неправильно.       — И что там произошло?       — А вот это директор говорить уже запретил. Извини. Хотя Гарри не запрещал, вроде бы. Так что если будешь настойчив, то он может и рассказать. В конце концов, ты тоже с нами туда шёл.       — И как оказалось, напрасно.       Девочка глянула на него исподлобья.       — Думаешь? А то, что ты нашёл трёх друзей, не считается?       — Друзей?       — Тебе решать, — пожала плечами Гермиона. — Кстати, хочу тебя летом пригласить к себе в гости. В августе. Гарри тоже постараюсь вытащить — ему, судя по всему, у родственников не очень хорошо. А вот Рон, — девочка буквально расплылась улыбкой, — будет летом очень сильно занят.       — Ты его так не любишь?       — Я вообще не люблю тех, кто назначает меня врагом. Хотя… Какой из него враг? — Гермиона скривилась. — Надеюсь, в следующем году он возьмётся за ум.       — Я всё равно не понимаю…       — Ой, да ладно. Я и сама себя порой не понимаю. Невилл, расслабься. Так, что там насчёт прихода в гости?       Мальчик печально вздохнул.       — Я спрошу бабушку, но не думаю, что она меня отпустит.       — Гм… Может мне с ней поговорить?       — Нет-нет, не надо. Я сам скажу.       — Ну, ладно… Жду тогда письмо — ждать тебя или нет.       Судя по всему, Невилл и сам не верил, что его отпустят. Девочке вообще это казалось странным. С одной стороны, похоже, бабушка задалась целью воспитать из внука копию его отца-аврора… и зажала его до такой степени, что он превратился в неуверенного в себе человека. Да ещё и из дома никуда не пускают. И как он должен друзей заводить?       Но тут ничего не сделаешь — не полезешь же в чужую семью с советами?       Когда Невилл ушёл, Гермиона задумалась.       — Ага, — щёлкнула она пальцами. — Джек.       А Джек обиделся. Причём демонстрировал свою обиду настолько ярко и показательно, что становилось даже смешно. Пришлось по примеру Невилла тащить его в пустой класс, дабы он не устроил выступление в общей гостиной.       — Я думал, что тебе друг, — сразу высказал он претензии.       — Друг, — кивнула девочка. — А в чём вопрос?       — Я тут слышал, что вы вчетвером вечером отправились в какой-то поход…       — И тебя не взяли?       — Именно! Могла бы хотя бы намекнуть! А то тут ходят слухи, что вы воевали с последователем Ты-Знаешь-Кого!       — Все эти Ты-Знаешь-Кто, Ты-Не-Знаешь-Кто, Тот-Который-Задолбал-Всех… Достало! Не знаю, кого. Если знаешь — говори прямо.       — Эм… Чего это ты?       — Логика магов. Папа ругается на женскую логику… он с логикой магов незнаком. Ну что за клички эти? Боятся сказать имя? Тёмный лорд. Просто и понятно.       — А ты знаешь, что так его только последователи называли?       — Серьёзно? — искренне изумилась Гермиона. — То есть Волдемортом его даже последователи не звали? Гм… Занятно. В этом страхе имени что-то есть, видать. Просто так такие табу не появляются. Ну, значит мы с тобой будем тайные последователи Тёмного Лорда.       — Да?       — Ага. Настолько тайными, что и Тёмный Лорд о нас знать не будет.       — Разве что так, — рассмеялся Джек.       — Так ты чего хотел? Обиделся, что тебя не позвали совершать дурость?       — Дурость?       — Не, а ты что, серьёзно полагаешь, что кто-то в здравом уме отправит детей воевать с последователем Того-Чьё-Имя-Наводит-Ужас-На-Магов?       — А сама-то? — снова засмеялся Джек.       — Мне можно, — отмахнулась Гермиона. — А тебе не приходило в голову, что я не позвала тебя именно потому, что считаю другом? Как-то не принято тащить друзей совершать глупости.       — Да? А что ты тогда там делала?       — Ну начнём с того, что это не я мальчишек потащила куда-то, а они меня. Гарри взбрело в голову, что тот самый последователь Лорда хочет украсть хранящийся в школе артефакт, способный вернуть этому самому Лорду жизнь…       — Серьёзно?       — Нет, конечно. Директор может и странный, но в маразм ещё не впал, хранить тут такую вещь. Это была ловушка для шпиона Лорда, которая и предназначалась для того, чтобы её похитили. Но вот убедить в этом Гарри я не смогла. Он посчитал, что умнее и Дамблдора, и Лорда, и только он сможет спасти мир… повторно. Я-то его пока не разубеждаю, но видимо придётся, иначе синдром героя пустит корни. Хотя, директор вроде бы и не против его появления…       — Гм… — похоже, Джек запутался. — А ты?       — А я его друг и считаю своим долгом этого самого друга спустить с небес на землю, чтобы он, наконец, перестал страдать фигнёй и занялся делом. А то ведь только квиддич на уме. Не компостируй я ему мозги, то и на уроках учил бы только то, что задают. Это ж надо быть настолько нелюбопытным…       — По сравнению с тобой…       — Джек, вот только не говори, что ничего не узнал об этом мире, кроме того, что говорят на уроках.       — Я же к тебе с вопросами подходил. Потом книги читал, что ты рекомендовала… и всего понемногу.       — Вот! И Гарри некогда было бы фигнёй страдать со спасением артефактов разных, если бы учился.       — Про Рона не спрашиваю…       — Ага, его было не жалко.       — Злая ты.       — Добрая, Джек. И не советую в этом сомневаться. — В последней фразе отчётливо прозвучала угроза и Джек поспешил согласно кивнуть — да, очень-очень добрая.       — Ясно-понятно. А Невилл?       — Сам влез, — вздохнула Гермиона. — Узнал о походе и постарался нас остановить… Вот честное слово, умей он применять хоть какое-то заклинание типа петрификуса, даже сопротивляться не стала бы. Позволила бы и себя уложить, и эту парочку героев. Но с кулаками против троих… несерьёзно.       — Он кулаками пытался остановить вас?       — Ага. Говорю же, несерьёзно. И ладно бы умел…       — Я умею. Был бы я там…       — То, скорее всего, оказался по другую сторону баррикады и сам бы тащил нас на спасение артефакта впереди Гарри.       Джек растерянно почесал затылок, но вынужден был согласиться.       — Как бы это…       — Мальчишки, — вздохнула Гермиона. — Всё бы вам погеройствовать. Так что, без обид?       — Закончилось-то хоть всё чем?       — Чем? Да всё ожидаемо — дракой. А потом явился лесник… в смысле Дамблдор, и всем накостылял. Рон, Гарри и Невилл в больнице…       — Так серьёзно?       — Не — это они уже под конец Снейпу попались, и тот их сонным заклинанием приложил… перестарался малость… хотя…       — Ну да, ну да, — сделал вид, что поверил, Джек. Даже покивал. — Всех троих?       — Гарри от шпиона главгада досталось реально, но ничего серьёзного. И, кстати, я же тебя чего искала…       Джек, похоже, забыл, что это не он к Гермионе подходил, а она к нему.       — Да?       — Я тут вечеринку организовываю в августе, приглашаю всех друзей.       — Эм… А на какой день?       — Ты не понял. Не на день, а на весь август. До этого я с родителями уезжаю по делам, вернусь как раз к августу. Ну и собираю всех. Каждому отдельную комнату гарантирую.       — Ты так богата?       — Дом не мой… точнее мой… в общем, наследство от наставника. Настоящий волшебный дом. Собственно, я хотела Гарри позвать, у него там с родственниками проблема. Думаю, как раз на его день рождения и заберу… Правда, ещё не спрашивала — в поезде спрошу, но вряд ли он будет против. Звала Невилла, он пообещал спросить у бабушки…       — Если я правильно понял — его не будет?       Гермиона пожала плечами.       — Если сумеет уговорить… — Ребята переглянулись и дружно вздохнули. Похоже, в такое не верил никто. — В общем, будет ещё одна… первокурсница… Точнее, будет поступать на первый курс Хогвартса. Нужно её подготовить чуток. Возможно… — Гермиона задумалась… — появится её брат.       — То есть ты не уверена?       — Ну… мы с ним не очень хорошо расстались в последний раз. Понимаешь, они чистокровная семья, и в Хогвартсе никто из них не учился. Младшая — единственная из семьи, кто поедет сюда…       — Эм… А почему?       — Семейные обстоятельства, — коротко ответила Гермиона, давая понять, что тему развивать не намерена. — В общем, о мире обычных людей они не знают ничего. То есть совсем ничего. Все были уверены, что по улицам до сих пор ездят повозки…       — Да уж… И в чём проблема?       — Попыталась раскрыть глаза Майклу, это который брат… В общем, поругались капитально. Потом вроде бы ничего, общались, но так…       — И ты хочешь его пригласить?       — Несмотря ни на что, он брат Рины, за которую я некоторым образом несу ответственность… можешь считать её моей крестницей… в какой-то мере. И ей, в отличие от братьев, нельзя оставаться в неведении относительно большого мира — ей предстоит жить и общаться с теми, кто этот мир знает. Собственно, больше из-за этого я её и беру, а не из-за подготовки к первому курсу. Чтобы она узнала большой мир. И ваша помощь… твоя и Гарри, была бы кстати. А Майкл… да не оставит он сестру. Что я, его, не знаю? Да и примирился он уже с реальностью, полагаю. Тоже узнать мир захочет. Так что наверняка приедет. Тем более, я пообещала его тоже поучить. Так что, будет желание, тоже присоединяйся.       Джек похмыкал, но как-то неуверенно.       — Хорошо, что Уизли не будет, а то накрылись бы твои занятия.       — Ты меня плохо знаешь, Джек. Надо было бы, и Уизли университетскую программу сдал бы. Причём по обычному образованию, не магическому. Но оно мне надо? Нет, никого силком я заниматься заставлять не намерена. И да, кстати, пора бы нам на прощальный обед. Если меня сейчас ещё и Гарри ищет…       — А что ты ему сразу не сказала про приглашение?       — Не успела. Да и кроме приглашения есть ещё что обсудить. Может последнее приключение поставит ему мозги на место. Всё, давай-давай, шевелись. Ты же не хочешь пропустить знаменательный момент?       — Какой это момент? Всё равно же мы проиграли — победил Слизерин.       — Что-то мне подсказывает, что директор найдёт, чем удивить. В конце концов, те сто пятьдесят баллов, что отняла у нас профессор Макгонагалл, явно чрезмерны. Только есть у меня подозрение, что их возвращение мне не понравится.       — Почему это? Если вернут, то мы, э-э-э… выйдем на второе место.       — Хорошо, если так. Всё, идём.       Гарри они заметили у самого входа в большой зал. Он стоял рядом с Роном и крутил головой, кого-то разыскивая. Когда заметил их, ткнул локтем Рона и двинулся к Джеку и Гермионе.       — Вот ты где, — он покосился на Джека, но всё-таки кивнул ему. — Я тебя обыскался уже.       — Я там сначала с Невиллом общалась, потом Джека ловила. Поговорить надо было… Кстати, с тобой тоже хочу, но я решила отложить это до поезда.       — О-о… А о чём?       — О каникулах и способе их проведения. Гарри, давай позже, а то не успеем до начала, а поговорить нам с тобой нужно и разговор коротким точно не получится.       Гарри, видно, сообразил, о чём именно с ним хотят поговорить и нахмурился.       — В принципе я тоже хотел поговорить о произошедшем, но согласен — стоит разговор отложить.       Рон, стоявший позади, отчётливо скривился. Наверное, он был единственным человеком в Хогвартсе, который не радовался началу каникул. Близнецы по секрету (знал уже весь Гриффиндор) сообщили, что их мать прислала Рону письмо с планом летних занятий и многочисленными обещаниями на тему того, что с ним случится, если не оправдает надежд родителей. Преувеличивали, скорее всего, как обычно… А может и нет. Молли Уизли Гермиона лично не знала, но вопиллер Рону прекрасно помнила. Да и близнецы, похоже, единственно кого боялись, так это родительницу, что как бы намекало.       К счастью… правда, неизвестно для чьего, как раз в этот момент подвалила основная толпа гриффиндорцев и стало не до разговоров. Всех в этой толпе и занесло в зал. Обычная суета с рассаживанием по местам, хотя вроде бы уже и сложился определённый и привычный за год порядок рассадки, но гриффиндорцы и тут умудрялись устроить локальный хаос. Слизеринцы привычно посматривали на это свысока — там свои места знали и порядок соблюдали строго. Всё было чинно и благопристойно… и тоскливо до ужаса. Хотя Гермионе и самой этот постоянный хаос не нравился, но порядок Слизерина навевал на неё тоску. Попади она туда, из принципа устроила бы локальный Армагеддон… Наверное, поэтому шляпа и не отправила её на Слизерин.       В этот момент появился Дамблдор, и всеобщий гвалт как-то быстро стих.       — Миновал ещё один учебный год! — бодро начал Дамблдор. — И, прежде чем мы вонзим зубы в наше угощение, я немножко побеспокою вас пустой старческой болтовнёй. Какой это был год! Надеюсь, ваши головы слегка потяжелели за это время… Впрочем, у вас есть целое лето, чтобы полностью опустошить их к началу занятий… А кое у кого и наполнить… — Директор многозначительно глянул на Рона. Тот покраснел и постарался слиться со скамьёй.       — Итак, как я понимаю, настало время объявить победителя, — продолжил директор не прерываясь. Места распределились так: на четвёртом Гриффиндор — триста двенадцать баллов; на третьем Хаффлпафф — триста пятьдесят два; на втором Равенкло — четыреста двадцать шесть; и наконец, Слизерин — четыреста семьдесят два.       Слизеринский стол взорвался торжествующими возгласами и оглушительным топотом. Было прекрасно видно, как Драко Малфой колотит по столу кубком… Аристократус вульгарис. Гермиона с отвращением посмотрела в его сторону, вспомнив уроки с наставником. Правда, тот честно предупреждал, что преподаёт этикет начала двадцатого века российского императорского двора, а потому на особом знании его и не настаивал. Но вряд ли в магической Англии этикетом допускалось такое…       — Да, да, браво, Слизерин, — кивнул Дамблдор. — И всё же, следует учесть и недавние события…       Ага, напряглась Гермиона. А вот и ожидаемая пакость. Вот нутром чуяла, что что-то тут директор приготовит. Не может он оставить безнаказанной выходку их четвёрки.       В Зале воцарилась полная тишина. Улыбки слизеринцев увяли — в сообразительности им не откажешь.       — Кхем, — кашлянул Дамблдор. — Пока что не все получили свои заслуженные баллы. Дайте-ка подумать. Так-так… Прежде всего — мистеру Рональду Уизли…       Рон побагровел и приобрёл сходство с обгоревшей на солнце редиской.       — …за лучшую шахматную партию, что когда-либо видел Хогвартс, дом Гриффиндора получает пятьдесят баллов.       — И минус пятьдесят за проваленные экзамены, — буркнула под нос Гермиона. Рон, к счастью, не услышал её из-за восторженных воплей гриффиндорцев. Перси во всеуслышание объявлял другим префектам:       — Это мой брат! Мой младший брат! Он выиграл в заколдованные шахматы Макгонагалл!       Наконец все успокоились.       — Невилл Лонгботтом! За отличное знание гербологии и умение точно определить степень важности проблем — пятьдесят баллов.       — Далее — мисс Гермионе Грейнджер… за хладнокровное применение логики пред лицом жаркого пламени — пятьдесят баллов дому Гриффиндора.       Ага, её роль в самой комнате директор предпочёл утаить. Ну конечно — герой должен быть только один. Да и понимал, что вряд ли она обрадуется огласке. А вот Гарри не понял, а потому косился на неё удивлённо.       — Потом, — прошипела одними губами девочка, спрятав лицо в ладонях, делая вид, что крайне смущена.       — И наконец, мистеру Гарри Поттеру… — продолжал Дамблдор. Наступила мёртвая тишина. — За его необычайное самообладание и исключительную храбрость я присуждаю дому Гриффиндора шестьдесят баллов.       — Герой должен быть только один, — снова буркнула Гермиона, подсчитывая баллы. Они опережали Слизерин на пятьдесят баллов. Что-то тут не то. Не мог Дамблдор — этот лис, так явно подыграть Гриффиндору. На балл, два, максимум десять — запросто. Но вот так…       Директор поднял руку. Зал постепенно умолк.       — К сожалению, кроме награды вынужден назначить штраф, — Дамблдор нахмурился и покачал головой. — Мисс Гермионе Грейнджер минус пятьдесят баллов за некорректное поведение в присутствии двух педагогов.       Вот же… ж… Припомнил-таки подставу с Лили и тёмным жертвенным ритуалом. Видно профессор Снейп в тот раз много чего высказал в адрес директора и его предположений. А если её догадка правильна, и профессор и в самом деле любил маму Гарри, то ей бы очень хотелось послушать то, что он говорил… и записать… под мантией-невидимкой, естественно. А судя по довольному лицу Снейпа, он тоже мог бы кое-что припомнить некоей гриффиндорке и сейчас буквально лучился довольством. Даже несмотря на то, что баллов у Гриффиндора и Слизерина получилось поровну. Ведь такую потерю в шаге от выигрыша ей на факультете точно припомнят.       Хотя и директора Гермиона понимала. Ну не мог он оставить ту выходку безнаказанной. И хорошо, что баллы уравнял, а мог бы и больше снять. Но вот что теперь делать ей? Выход нужно было найти какой-то и срочно, иначе ей точно на факультете достанется. Что-то такое неожиданное и не развивающее дальнейшее противостояние с профессорами. Особенно с директором. Он вроде бы ратовал за сближение факультетов? Ну что ж… и подыграем, и малость подгадим… Хе-хе…       Девочка мысленно усмехнулась и поднялась. Как говорится: никогда не нападайте на Гермиону Грейнджер! Ибо на любую вашу мудрость и хитрость она ответит вам своей непредсказуемой гриффиндуростью!       — Господин директор, я понимаю, что моё поведение было не совсем корректно! — едва она заговорила, как директор сначала напрягся, потом расслабился, а теперь, словно поняв, что она задумала, хотя, кто знает, заулыбался. Снейп наоборот — нахмурился. — Потому хочу извиниться. Единственное, что мне может служить в какой-то мере оправданием — это переживание за друзей, которые пострадали в происшествии. Ещё раз прошу прощения, господин директор, профессор Снейп. Профессор, я сожалею о том, что сказала вам тогда.       Рядом присвистнул Фред… или Джордж.       — Это что ж ты такого сказала Снейпу, что аж на пятьдесят баллов? Хотел бы я это слышать.       Похоже, ситуация на Гриффиндоре резко развернулась. Теперь все обсуждали не отобранные балы, а что же там такого наговорила прилежная и лучшая ученица первого курса Хогвартса «всеми любимому» профессору Зельеварения, что её оштрафовал аж на пятьдесят баллов сам директор. В то, что она что-то там наговорила директору, никто не верил.       Гермиона вежливо улыбалась. Снейп, кажется, скрипел зубами — сообразил, какие сейчас споры начнутся в школе. Простор для фантазий откроется… И, хочет он того или нет, многие эти догадки он услышит. Директор же, похоже, был абсолютно счастлив и весело посматривал в сторону декана Слизерина. Кажется, он был против такого наказания, и это Снейп настоял на нём. И, похоже, сейчас подтвердилось какое-то предупреждение Дамблдора, сделанное им декану Слизерина, и которое тот проигнорировал. Иначе трудно объяснить настолько мрачное его настроение.       Гермиона же вышла чуть вперёд и развернулась к столу факультета Слизерина. Воздела сжатый кулак к потолку.       — Ура!!! — Возвестила она. — Победила дружба!!! Я не помню в истории Хогвартса ситуации, когда два факультета набирали одинаковое количество баллов! Мы установили своеобразный рекорд, о котором будут говорить даже наши потомки! Эй, Слизерин, в следующем году мы вас всё-таки сделаем без всяких добавочных баллов в конце года!       — Поглядим, малявка, — вдруг раздался в воцарившейся тишине весёлый голос Маркуса Флинта, капитана слизеринской команды по квиддичу.       — Поспорим? — тут же азартно включилась в спор Гермиона. — Если побеждаем мы, то… то все вы на прощальном обеде три раза громко кричите «Слава Гриффиндору».       — А если мы, то после подсчёта баллов в общем зале и до отъезда поезда вы все обращаетесь к каждому слизеринцу не иначе как «уважаемый господин…» ну или «…госпожа из Великого Факультета».       — Замётано!       Гриффиндорцы было возмутилось таким договором за спиной, но сама идея спора многим пришлась по душе. Гриффиндорцы… Особенно близнецам, которые тут же громко всех заверили, что ради того, чтобы услышать, как слизеринцы будут славить Гриффиндор, они согласны отложить свои шалости.       — Что ж, а мы, — подвёл черту под праздник Дамблдор, когда все вокруг более-менее угомонились, — сменим убранство.       Убранство и в самом деле сменилось. Теперь стену украшали два флага — Гриффиндора и Слизерина. Наверное, впервые в истории соревнование факультетов закончилось таким странным образом.