Хранитель рода. 1 курс

      Отыскать отдельное купе оказалось несложно, но Гермиона забыла, что двери купе в поезде было невозможно запереть никакими чарами. Иногда она понимала необходимость такого шага, а иногда, когда нужно было уединиться — нет. Оно, конечно, понятно — старосты должны в любой момент иметь доступ в любое купе, мало ли что может произойти. Даже старшекурсники порой ведут себя как дети, и, не дай бог, устроят какой-нибудь опыт в купе. И если помощь вовремя не подоспеет, то до конечной станции доедут хладные трупы. Понимала… Но как же это неудобно, когда нужно поговорить так, чтобы никто гарантированно не подслушал…       Девочка замерла перед дверью и задумалась. Да в конце концов, она специалист по магической защите и взлому или нет? Если нельзя решить проблему в лоб, то нужно попробовать её обойти.       Гермиона достала палочку и тихонько постукала ею по стене купе рядом с дверью. Сначала с одной стороны… Потом с другой… Покусала губы. Рон хотел что-то сказать, но встретился с Гермионой взглядом и не решился. Она кивнула и снова постукала палочкой рядом с дверью. Ну и накрутили тут. Сигнальные чары, которые активируются в случае, если все в купе потеряют сознание. А вот и блокиратор чар… М-да… Просто и надёжно. Взломать можно… месяца за два, если заниматься этим непрерывно. Проблема не в сложности, а в тупом подборе ключа к заклинанию.       Хотя можно поступить проще — выломать вот тут кусок стены, и чары пропадут. Проблемы начнутся потом, когда нужно будет убеждать деканов, что она тут ни причём, и стену купе сломали ещё до неё, в прошлом рейсе. Или та тут вдруг сама, раз и развалилась. Репаро ведь уже не поможет. Ну и второй момент: запереть дверь после этого, конечно, получится, но с дырой в стене вряд ли это будет иметь какое-то значение.       — О! Если нельзя запереть, то и не нужно. — Девочка огляделась, достала маркер и быстро начертила несколько рун слева и справа от двери. Закрыла дверь и полюбовалась работой.       Дверь купе, конечно, не заперлась, но все теперь видят не её, а продолжение стены. Нет тут никакой двери и не было никогда. Теперь визуально сжать расстояние между двумя соседними купе, а то странно будет, если все увидят, какое большое расстояние оказалось между двумя соседними купе. Закрепить руной и… готово! И, самое главное, не потревожила наложенные чары — дверь она не заперла — открывай кто хочет… кто увидит.       Гермиона на ощупь обнаружила ручки двери, чары ведь и на неё действовали, и найти можно только если знать, что ищешь, слегка приоткрыла её и понаблюдала, как резко увеличилось расстояние между соседними дверьми и между ними проявилась ещё одна дверь. Кивнула себе, зашла внутрь, закрыла дверь и наложила круг тишины — это уже от подслушивания.       — Вот теперь нас никто не потревожит.       — Что это было? — озадачился Гарри, который до этого с интересом наблюдал за шаманизмом девочки.       — Отваживала любопытных от купе. Не забивай голову. Просто нестандартно применила кое-какие чары, которыми обычно прячут вещи, которые должны быть у тебя под рукой, но с другой стороны их не должен найти посторонний. Одна проблема — если сам забыл, куда их положил, то чтобы отыскать — придётся постараться.       — Круто. Вот бы мне от Дурслей так свои вещи спрятать…       — От Дурслей ТАК вещи прятать не надо. Гарри, ну включи, наконец, голову! Ты же неоднократно сталкивался с маглооталкивающими чарами. Право слово, ничего сложного в них нет, любой первокурсник справится, они же только от обычных людей что-то скрывают, и необходимости городить что-то сложное нет.       — А… — Гарри даже рот раскрыл от удивления. — Я как-то это… не думал…       От взгляда девочки ему стало даже как-то неуютно.       — Эм… а ты можешь меня научить…       — Нет, — отрезала Гермиона. — Гарри, я устала быть при вас нянькой. Достаточно, что я постоянно напоминаю тебе про уроки и вправляю мозги после... некоторых. Гарри, ну ты же среди обычных людей вырос, ну неужели тебе ничуть не интересна магия? Ты же читал или слышал сказки о волшебниках? Неужели вот даже немного не интересно сделать что-то волшебное? А маглоотталкивающие чары, кстати, упоминаются в десятках книг по самообучению для поступивших в Хогвартс. Флитвик ведь несколько книг рекомендовал для самостоятельного чтения. Читал?       — Ну…       — Конечно, Гермиона поможет… Вот когда не надо, ты нос свой сунул… куда не надо.       — Что ты наехала! — вылез Рон. — Не все же такие заучки…       — Да не нужно быть такими же заучками, как я!!! Я говорю об элементарном интересе к новому и непознанному! А, что я тут говорю… Ты вот знал, что придётся возвращаться к родственникам, которых не любишь, хоть что-то предпринял, чтобы защититься?       — Так всё равно колдовать летом нельзя…       — В Хогвартсе! Ты мог наложить защитные и скрывающие чары на свои вещи, связанные с магией, раз уж они у тебя магию не любят! Надолго их не хватит, но до дома хватит, чтоб глаза не мозолили и не раздражали лишний раз, а там уж спрятал бы их!       — Гермиона…       Девочка поглядела в просящие глаза Гарри, вздохнула. Пробормотала что-то типа «подлиза», достала палочку и несколькими взмахами наложила на вещи иллюзию.       — Что-то ничего не поменялось, — задумался Рон.       — Потому что это от обычных людей, а не магов, — раздражённо буркнула девочка. — Гарри, теперь не-магам твои вещи будут казаться самыми обычными, ничем не выделяющимися. Но это в последний раз! Я не смогу быть вечной нянькой!       — Спасибо, Гермиона!       — Ты даже не слушаешь, — махнула она рукой. — Гарри, я хотела поговорить про нашу глупость с походом за камнем.       — Мы защитили его от Волдеморта!       — Точнее, уничтожили, — поправил Рона Гарри и помрачнел. — Фламель теперь умрёт…       — Гарри… как думаешь, что было бы, если бы мы не полезли туда? Нет, неправильный вопрос. Ты говорил, что директор в курсе был нашего похода и позволил туда пойти… Ну в больнице, помнишь?       Гарри настороженно кивнул.       — Ага. Я долго потом думал… Полагаю, он хотел, чтобы я встретился с ним…       — Зачем, как думаешь?       — Потому что… Потому что он будет снова пытаться вернуться… И снова… И он хочет убить меня… Правда, директор не сказал почему… Говорит, что ещё не время.       Девочка кивнула.       — Ладно, об этом подумаем потом, всё равно данных недостаточно. Ясно только, что всё вертится вокруг того давнего события на Хэллоуин восемьдесят первого года. Значит, он знал… то есть, директор также знал, что за камнем кто-то охотится.       Гарри открыл рот, чтобы что-то сказать, закрыл. Кажется, с такой стороны он на ситуацию не глядел.       — То есть… он знал, что когда покинет Хогвартс, то Волдеморт…       — Шпион Волдеморта, Гарри. Директор не знал о присутствии в теле Квиррелла самого Тёмного Лорда. Это ключевой момент. Именно потому он и позволил тебе туда спокойно пойти, потому что, во-первых, Квиррелл, как профессор, не мог тебя убить и, во-вторых, как я поняла со слов директора, почему-то Волдеморту важно убить тебя именно лично, а потому никто из его последователей тебя пальцем не тронет.       — О-о… Но зачем, тогда?..       — Как думаешь, что бы стал делать директор, если бы ты не узнал о камне и не полез его спасать?       — Э…       — Да вспомни ты уже все наши разговоры! Помнишь, я говорила, что, если захочу сообщить всем о чём-то важном, то расскажу по секрету Хагриду. Он патологически не умеет хранить секреты.       — Директор специально подстроил всё, чтобы я заинтересовался…       — Тьфу! — Гермиона в сердцах сплюнула и обречённо махнула рукой. — Гарри, твоя проблема в том, что, раз построив какую-нибудь теорию, ты с поразительным упорством замечаешь только те факты, которые её подтверждают, и напрочь игнорируешь те, которые ей противоречат. Вот упёрся в Снейпа, что он злодей, и танком не свернёшь. Я тебе чуть ли не открытым текстом говорю, что не он, но ты ж всё равно твердишь.       — Эй, ты не спорила, — буркнул Рон.       — А смысл? Тем более, Дамблдор запретил мне говорить прямо.       — Что? — удивился Гарри.       Девочка вздохнула.       — Не хотела говорить, но видно придётся. Гарри, мы дети. Мир не вертится ни вокруг меня, ни вокруг тебя. Это была ловушка Дамблдора для шпиона. Ловля на живца, если хочешь. Я тебе об этом ещё зимой сказала, но ты почему-то сделать дальнейшие выводы не захотел. Мы же влезли как, прости господи, слон в посудную лавку, и стали пытаться перехитрить одновременно и Дамблдора, и Тёмного Лорда. Вот скажи, ты серьёзно считаешь себя умнее и хитрее их? Никто не понял ничего, одни мы тут такие умные? Понятно, что мне не хотелось оказаться между молотом и наковальней. Так что, когда я поняла, что слушать меня ты не будешь — я поговорила с директором. К моему удивлению, он вмешиваться не стал и запретил останавливать тебя. Как я понимаю, тут твоя догадка верна — он хотел, чтобы ты встретился со шпионом Тёмного Лорда. И планам с ловушкой наши трепыханья не мешали.       — И ты промолчала?       — Если ты считаешь, что запрет великого мага — это просто слова, то начни считать по-другому. Помнишь мою лекцию? Подтвердив договорённости, я, конечно, могла их нарушить, но вот чем бы это обернулось для меня… проверять не хочется.       — Но ты договорилась ведь?       — Не говорить прямо — да. Но не делать намёки. К сожалению, как я уже говорила, ты с упорством, достойным лучшего применения, игнорировал все факты, которые не укладывались в твою теорию со злодеем Снейпом в главной роли. И что я должна была делать?       Гарри выглядел… возможно слегка озадаченным и разозлённым.       — Получается, что ты шпионила для директора?       — Шпионила? Новая теория? Зачем бы я стала это делать, и, главное, о чём таком Дамблдор должен был от меня узнать, чего не мог узнать обычным способом? Я хотела, чтобы он остановил наши поиски, раз уж меня не слушали. Получив запрет вмешиваться напрямую, пыталась остановить вас намёками. Хороший такой шпион, который делает не то, что хочет директор.       — Я запутался. Но если директор строил ловушку… Зачем тогда там был я?       — А какой у тебя был шанс победить профессора ЗОТИ? Хотя бы задержать его?       — Э?       — Угу. Камень — ловушка. Первокурсник не соперник профессору и не сможет его даже задержать.       — И?       — Тьфу. И всё. Сам думай!!! Гарри, ну честное слово!       — Она хочет сказать, — мрачно отозвался Рон, — что директор и рассчитывал, что камень похитят. Но зачем тогда эта встреча Гарри и Того-Кого-Нельзя-Называть?       Гермиона по-новому взглянула на Рона.       — Ты умеешь удивлять. Что касается встречи, то тут Гарри прав, полагаю. Если Волдеморт будет пытаться вернуться, то эта встреча будет не последней. Директор не был уверен, что ловушка сработает… По какой-то причине не был в этом уверен и считал, что эта встреча необходима… Всё опять возвращается к октябрю восемьдесят первого. Почему Волдеморт вообще попёрся тебя убивать, Гарри?       — Получается, я всё испортил? — Гарри помрачнел.       — Как ни странно — нет. — Гермиона помолчала. — Дамблдор явно не знал о Лорде в затылке. Если бы ты не полез, то и не узнал. В этом случае его ловушка скорее всего… да наверняка бы, не сработала. И директор бы не получил важную информацию… А умение Лорда захватывать тела — это очень важно.       — Почему? — вылез Рон.       — Почему Почти Безголовый Ник не может захватить тело, даже если кто согласится добровольно себя отдать? И Кровавый Барон не может. Значит, Лорд — не призрак, а нечто иное. Теперь, зная о таком его состоянии, знаешь в каком направлении надо копать, чтобы понять, что произошло десять лет назад. Так что… может я и была не права, когда пыталась тебя остановить, Гарри.       Тот глянул на девочку очень странно. Гермиона хмурилась.       — Знаешь, мне не нравится чувствовать себя дурой. Понимаешь, вот вроде вся из себя умная… И о плане директора догадалась и сообразила, что Снейп ни при чём, вычислила виновного… Да-да, вычислила, не смотри так, я тебе десять раз почти открытым текстом говорила, только ты не слушал. В общем, вроде бы всё посчитала, а всё равно оказалось, что единственно правильным образом действовал ты… Мда… Очень странное ощущение. Словно сама судьба играет… Судьба…       — Ты чего?       — Что? А, нет, ничего, задумалась просто. Очень всё непонятно. Понимаешь, Гарри, у меня такое чувство, что директор сознательно пустил всё на самотёк. То есть он целиком и полностью положился на твой выбор. Вот поэтому он и запретил мне вмешиваться напрямую. Это должен был быть исключительно твой выбор.       — И если бы я не полез?       — То директор продолжил бы выполнять свой первоначальный замысел. Но ты полез. В итоге я единственная оказалась дурой, получается. Очень… непривычное ощущение.       Рон заухмылялся. Гермиона покосилась на него.       — Но, мне хотя бы летом не нужно будет готовиться к повторным экзаменам за первый курс.       Улыбка Рона резко увяла, он злобно глянул на девочку, но в спор вступать не стал.       — Сама-то…       — О нет, Рон. Мне тут в голову пришло кое-что… Директор сказал, что знает причину, по которой Волдеморт пошёл убивать Гарри. Правильно?       Гарри осторожно кивнул.       — Да. Только говорить отказался.       — Ага. Директор обладает какой-то информацией, которой нет у меня. Это и позволило ему сделать выводы, которые не могла сделать я из-за отсутствия той самой информации! Уф, прямо гора с плеч свалилась! А то я уже всерьёз начала сомневаться в собственном интеллекте. Теперь осталось придумать, каким образом эту информацию узнать…       Теперь на Гермиону опасливо косились оба парня.       — Чего? Ну есть у меня один недостаток…       — Один? — с интересом спросил Гарри.       — Один! — с намёком произнесла Гермиона. — Я очень любопытная. Собственно, из-за любопытства и влезла во всё это. Эх…       — Воистину, — хмыкнул Гарри. — Только я не понял, для чего ты вообще затеяла весь этот разговор?       — Как видишь, не зря. Разговаривая с тобой, я тоже заметила кое-какое своё упущение. И, надеюсь, ты тоже сделал выводы. Гарри, если Волдеморт будет пытаться вернуться, то новая встреча обязательно случится. И квиддич тебе не поможет.       — Эй…       — Рон! Гарри, полагаю, это и хотел тебе сказать Дамблдор.       — Я подумаю, — буркнул Гарри.       — Подумай, — без особого энтузиазма попросила девочка, видя, что если Гарри и сделал какие-то выводы, то явно не те, на которые надеялась Гермиона.       Тут уже снова вылез Рон, начавший рассуждать на тему того, что всё хорошо, что хорошо кончается, и раз уж им помогал сам Дамблдор, то ничего плохо закончится не могло. Ту часть разговора, когда Гермиона говорила, что директор не знал о наличии самого Волдеморта, Уизли явно пропустил мимо ушей.       Но в этот разговор девочка предпочла не встревать. Достала книгу и углубилась в чтение. Оторвалась она, только когда Гарри пожаловался на родственников и что ему нужно ехать к ним.       — Нужно? — зацепилось за слово Гермиона.       — Ага, — Гарри скривился. — Директор говорил, что так обновляется защита крови, которую дала мне мама.       — Защита крови?       — Ага. Та самая, что защитила меня от Волдеморта.       — Гм… — Девочка задумалась. — Что-то не помню я в той защите ничего, связанного с кровью… Ах да, это же общераспространённая версия…       — То есть ты хочешь сказать, что никакой защиты крови нет и мне не обязательно возвращаться к Дурслям?       — Что? — вышла из задумчивости Гермиона. — А-а! А куда бы ты пошёл, если бы можно было не возвращаться?       Тут подзавис уже Гарри.       — В Хогвартс? — неуверенно предположил он.       — И что бы ты там делал один? К тому же вроде бы я читала, что Хогвартс летом не просто так закрывается, там защита обновляется. Ради тебя прерывать это никто не станет, извини уж. Лучше скажи, что там Дамблдор говорил про твою защиту? Только точно.       Гарри нахмурился, вспоминая.       — Сказал, что мне обязательно нужно хотя бы несколько недель пожить в доме сестры матери, чтобы защита обновилась.       — Гм… Интересно… Нет, там точно не защита крови… но что именно…       — То есть Дамблдор врал?       — Дамблдор, Гарри, никогда не врёт. Просто не говорит всей правды. Он точно говорил, что нужно обновить защиту крови?       — А? — Гарри задумался. — Нет. Он говорил просто о защите.       — Угу. А о том, что обновляется защита крови, решил уже ты сам. Из всего сказанного директором получается, что ты по какой-то причине должен жить у сестры матери какое-то время. Обновляется ли защита из-за этого или по другой причине — не ясно, и директор об этом не говорил. Это уже твой вывод. Я, кстати, говорила, что важнее не то, что директор говорит, а то, о чём молчит.       — Тогда я могу и не ехать к Дурслям?       — Знаешь Гарри… Ты опять слышишь только те выводы, которые нравятся тебе. Подумай вот о чём… То, что я сказала тебе — это тоже мои предположения, как и то, что говорил тебе директор. И он, и я не знаем, что произошло десять лет назад и каким образом работает защита. А потому его вывод о родственной защите могут быть так же верны, как мои предположения, что к родственникам она никакого отношения не имеет. Но! Я, Гарри, знакома с магией… сколько там… четыре года, если считать занятия с наставником. Дамблдор же изучает магию сколько? Он начал её изучать, когда даже моего деда в проекте не было. Согласись, что к мнению человека с таким опытом стоит, как минимум, прислушаться и серьёзно обдумать его слова. Я не думаю, что он прав с обновлением защиты. Такого рода защиты не работают от чего-то типа аккумуляторов, которые нужно заряжать. Но вот на что-то проживание в доме родственников влиять может — это очень и очень вероятно.       — То есть я живу у Дурслей исключительно из предположений…       — …Великого мага, живущего уже больше ста лет, являющегося мастером в нескольких магических дисциплинах… Знаешь, без серьёзных аргументов против, лично я поостереглась бы игнорировать предположения такого человека. Вот и получается, что с одной стороны предположения великого мага, от которых может зависеть твоя жизнь, а с другой твои детские хотелки…       — Детские хотелки? Ты бы так не говорила, если бы пожила с Дурслями…       — Они тебя бьют?       — Э-э… нет. Дадли с компанией только проходу не даёт.       — Избивают?       — Ну… серьёзного ничего не было. Толкают… Не дают учиться…       — О-о… Тогда понятно.       — Ха! Гарри, тебе с этого и надо было начинать, — хмыкнул Рон. — Бьют, голодом морят — всё это мелкие неприятности, на которые не стоит обращать внимания. Но вот не дают учиться… Это же форменный кошмар!       Вид у Гермионы в этот момент был такой, что расхохотались оба парня.       — Иногда меня заносит, — призналась сама себе Гермиона под нос. — Надо бы уточнить приоритеты.       Фраза вызвала новый взрыв хохота. Тягостная атмосфера в купе исчезла.       Девочка махнула рукой.       — Ладно, придумаем что-нибудь, ты только телефон свой дай и адрес скажи.       — Придумаешь?       — Пока не знаю, — пожала плечами девочка. — Подумаю. Постараюсь придумать до отъезда с родителями, потому и прошу адрес. Не удивляйся, если навещу тебя.       Гарри видимо это так удивило, что адрес он записал на оторванном куске пергамента, не уточняя, что именно собирается делать Гермиона. В её умение что-нибудь придумать он верил.       Девочка прочитала адрес и убрала клочок пергамент в карман.       — Ага. И ещё, раз Дамблдор говорил, что тебе нужно прожить дома всего лишь несколько недель, то на твой день рождения я приглашаю тебя в гости. Я как раз к тому времени вернусь.       — В гости?       — Ага. Я и Джека пригласила, и Невилла… Правда, не уверена, что его бабушка отпустит. Ну и ещё парочка гостей будет. Раз уж тебя так Дурсли достали, то незачем портить свой день рождения с ними. Считай это подарком.       — О… А меня Дурсли отпустят?       — Отпустят, — хмыкнула Гермиона. — У меня есть один знакомый — он кого хочешь уговорит. Так что не переживай, нужно только твоё согласие.       Гарри покосился на помрачневшего Рона. Девочка перехватила этот взгляд, тяжело вздохнула и героически предложила:       — Можешь с собой позвать какого-нибудь друга — места хватит всем.       Единственный друг, которого Гарри мог взять с собой, сидел рядом и он в этот момент старательно обижался на «какого-нибудь». Потом кое о чём вспомнил и вздохнул.       — Извини, Гарри, я не смогу. Мне летом готовиться нужно будет. Мать меня никуда не выпустит, пока экзамены не сдам и не перейду на второй курс.       — Ты там это… держись, Рон, — посочувствовала ему Гермиона, похлопав по плечу.       Рон подозрительно глянул на неё, но никакой насмешки на лице не нашёл — она была предельно серьёзна.       — Тогда я, конечно, согласен, — не очень уверенно согласился Гарри. — А твои родители против не будут?       — Нет. Я им уже написала о том, что пригласила друзей. Они очень обрадовались. У меня ведь в обычной школе друзей не было…       — Да?       — Чего так удивляешься? До встречи с наставником со мной никто не хотел дружить… с заучкой, — Гермиона покосилась на Рона. У того хватило такта покраснеть. — А после того, как наставник взялся меня учить, я узнала, что ведьма и что в одиннадцать лет уеду в Хогвартс, а потому уже сознательно не стала ни с кем сближаться. Зачем, если потом всё равно придётся расстаться? Так вот и получилось…       — Понятно… — Гарри почему-то стало неловко, и он отвернулся к окну. — О, мы уже подъезжаем.       — Правда? Ох, надо бы убрать то, что я тут накрутила. Незачем секреты раскрывать.       Гермиона торопливо достала платок, смочила его чем-то из бутылки, которую достала из сумки и выскочила за дверь.       — Вы тут переодевайтесь пока, а я свои художества сотру…       Наконец поезд прибыл на вокзал Кинг-Кросс, на платформу девять и три четверти. Правда, сразу её покинуть не получилось — пожилой смотритель с морщинистым лицом, стоявший возле чугунной арки, выпускал учеников по двое и трое, чтобы они не привлекли внимания маглов, всей толпой вывалившись из сплошной стены.       — Пожелай мне удачи, Гарри, — мрачно буркнул Рон, заметив направляющуюся в его сторону дородную женщину. — В общем, пока, побежал я. — Он явно опасался, что его мать может начать ругать его прямо тут.       Гарри проводил приятеля сочувственным взглядом. Однако замирать на месте оказалось не самой лучшей идеей. Ребят стали теснить другие учащиеся, шедшие к арке. Некоторые окликали Гарри:       — Пока, Гарри!       — До скорого, Поттер!       — Знаменитость, — хмыкнула Гермиона.       — Только не там, куда я собираюсь, уж это точно, — заверил её Гарри.       — Не переживай, постараюсь что-нибудь придумать.       Вдвоём они прошли сквозь барьер, стараясь не смотреть в сторону Рона, которому что-то яростно начала говорить его мать.       — Ну, ты готов? — тут же прозвучал вопрос.       Это был какой-то багроволицый усатый мужчина. Девочка покосилась на Гарри. Тот уныло глянул на неё и как можно вежливее проговорил:       — Конечно, дядя Вернон.       Мужчина задумчиво оглядел Гарри, явно ища к чему бы придраться. Мазнул взглядом по сундуку и сове. Довольно кивнул.       — Вот, можешь же и человеческие вещи брать, если надо, а не эти ваши сундуки, — он с отвращением покосился на какого-то первокурсника, провёзшего мимо них на тележке большой окованый сундук.       Гарри сначала удивился, потом вспомнил и тихонько пробормотал:       — Спасибо, Гермиона.       — Не за что. Но в следующий раз сам ищи и учи заклинания.       Гарри ещё немного задержался, чтобы попрощаться с Гермионой.       — Увидимся летом, значит.       — Желаю тебе… э-э… хорошо провести каникулы, — пробормотала Гермиона, внимательно изучая дядю Вернона.       Гарри приходилось видеть у подруги такой взгляд… когда перед ней вставала какая-нибудь загадка, которую она не могла с ходу решить. Ему же оставалось только надеяться, что ей удастся подобрать ключик к дяде Вернону, как она и обещала. Хотя сам он даже предположить не мог, что тут можно придумать и, признаться, в успех верил мало. С его точки зрения убедить Дурслей принять магию в принципе невозможно.       — Постараюсь, — ответил Гарри, но тут ему пришла в голову одна мысль, и по лицу его медленно расползлась широкая улыбка. — Они ведь не знают, что нам нельзя колдовать дома. Этим летом я хорошенько повеселюсь с Дадли…       Гермиона улыбнулась и кивнула.       — Только не увлекайся, иначе, если всплывёт правда, тебе может стать мучительно больно.       Гермиона ещё раз кивнула на прощание и отправилась навстречу родителям, которые терпеливо дожидались, когда она простится с приятелем. И, судя по ехидной улыбке папы, подколы на тему красивого мальчика и подросшей дочки были обеспечены. Гермиона печально вздохнула… Как же она соскучилась по ним… Не выдержав, девочка сорвалась с места и помчалась навстречу.