И все равно ты влюбишься

      Чанбин в прекраснейшем настроении приходит на работу.       — Кажется у кого-то сегодня был секс? — подначивает друга Чан, поигрывая бровями.       — Пока нет, но будет! Мы поговорили с Хёнджином…       — Поговорили что у вас будет секс?! Что вы за люди? Всё должно быть спонтанно! Ужасы посмотрите, чтобы он прижимался к тебе…или в ванную случайно зайди…       — Ты что мне вашу с Уджином жизнь описываешь? — судя по тому как покраснел Бан, Чанбин попал в точку. — У вас самих- то что-то было уже?       — Буквально вчера. Почему думаешь я трубку не брал?       — И как оно?.. Ну…       Чан мечтательно улыбается:       — Разница между, когда ты актив и когда — пассив, огромна! Пассив получает двойное удовольствие, потому что…       — Ой, нет, стоп-стоп! — Чанбин мотает головой, не желая слушать друга, хоть сам и спросил. — До чего ж ты без комплексов- то!.. К тому же я не собираюсь быть снизу!       — Не зарекайся!       Чанбин весь день прокручивает в голове разговор с другом. У него были отношения с парнями, но он, так же как и Бан, предпочитал вести. Правда как-то на вечеринке, по поводу выпуска из универа, он переспал с каким-то парнем и был таки с низу, но с пьяну он помнит только ноющую поясницу на утро.       Вечер подкрался незаметно.       Хёнджин в очередной раз отдернул руку от ноутбука, на экране которого смазливый парнишка профессионально и пошло заглатывал фиолетовый фаллоимитатор.       — У тебя что вместо горла труба канализационная?! — удивляется Джин.       Парень, будто в ответ, издает противный давящийся звук, от чего Хвана передергивает и вкладка стремительно закрывается.       Бегающие по комнате глаза цепляют черный пакет, что лежит на кровати. В этом пакете все нервы парня, а именно: черная силиконовая анальная пробка, небольшой вибратор, смазка с обезболивающим эффектом, несколько упаковок презервативов разных размеров (он- то еще не видел богатств Чанбина, поэтому) и атласная лента — зачем? — да кто бы знал!       Все вычитанные «процедуры» Хёнджин морщась и матерясь, выполнил, и теперь вот сидит, в одном полотенце на бедрах, гипнотизирует взглядом пробку:       — На что я подписался, Господи? — вздыхает, закатывая глаза к потолку. Вообще- то он не из стеснительных, и в секс-шопе чувствовал себя практически как дома, но осознание того, что у него будет секс с лучшим другом, да еще и в роли пассива…ну тут у кого угодно нервы сдадут!       Взяв в руки игрушку Джин прикинул ее размеры, сморщился и потянул руку к смазке — любовь требует жертв. Повозившись на кровати в поиске лучшей позы, он снова обращается к ноутбуку — там с десяток вкладок с инструкциями.       Первое, что слышит Чанбин вернувшись домой — сладостный протяжный стон.       Он заглядывает в спальню Джина и видит парня (своего, на минуточку!) голого, раскинувшего ноги, всё ещё ласкающего себя, но явно только что кончившего. Ах да — и с вибратором в заднице.       — Это всё для меня? — довольно облизывается старший, расстегивая рубашку.       — Ммм… Бини… — Хван с трудом открывает глаза, затуманено смотря на Со. — Я не думал, что ты так рано вернешься…ну или что я так затяну…       — Всё идеально, малыш! — Чанбин садится на кровать и ласково проводит ладонью по ГЛАДКОЙ ноге Джина. — Это тоже для меня?       — Ммм, а как ты думаешь? — кажется у младшего совсем не осталось сил, поэтому Со вытаскивает из него игрушку и, игнорируя собственное возбуждение, накрывает покрывалом. Пусть отдохнет.       — Если ты скажешь что передумал — я тебе нос сломаю, — сонно предупреждает Хёнджин. — Я что зря брился что ли?!       — Вся ночь впереди, малыш, отдохни немного.       — Из нас двоих «малыш» явно не я!       Чанбин улыбается:       — Еще какой малыш!       Пока младший дремлет, Бин успевает приготовить ужин, принять душ и начать нервничать.       — Ммм? Бини, а когда ты вернулся? — сонно растрепанный Хёнджин появляется на кухне одетым в широкие шорты.       — А ты не помнишь?       — А должен? Я, кажется, вырубился после…стой! Не говори, что видел меня таким?!       — Каким, солнышко? — Со медленно приближается к парню, проводит пальцем от шеи до резинки шорт. — Раскрепощенным? Сексуальным? Таким, как в моих мечтах? Правда, я немного обижен, что ты начал без меня, но…думаю, мы исправим этот момент?       У Хвана колени подкашиваются — старший вроде ничего не делает, а от него такая сумасшедшая энергия прёт, что хочется скулить!       — Ты голоден? — притворно вежливо интересуется Бин, поглаживая подрагивающие под его рукой кубики пресса младшего.       «Ага, голоден! Вот только речь совсем не о еде!» — думается Хёнджину, и он не сдерживает всхлип, когда Со оставляет несколько набухающих царапин на его теле.       — О, малышу нравится грубость?       — Малышу нравится всё, что связано с тобой!       Чанбин кусает за подбородок, затем за ключицу, а после грубо втягивает в рот напряженный сосок, и у Хвана набухают не только царапины.       — Господи, Бини, ты собрался трахнуть меня на кухонном столе?!       — И на нём тоже, — ухмыляется старший, чувствуя реакцию на свои действия животом, — но не сегодня. — и он подталкивает Хёнджина в сторону спальни.       Вообще по ситуации, как в дорамах, нужно было подхватить его за зад и, целуя и сшибая углы, тащить в спальню, но — Хван на голову выше и значительно тяжелее, так что…сам дойдет! Тем более, что смотреть на его задницу ничуть не хуже, чем жамкать её!       — Ты что, пялился на мой зад?! — игриво изогнулся Джин, поигрывая бровями. За что тут же по обозначенной части и получил.       — Топай давай!       Издавая странные «ахаха», Хёнджин бежит, как девушки из аниме по цветочному полю, а Чанбин идет за ним, посмеиваясь. Какая бы любовь между ними не витала, они были и остаются лучшими друзьями и то, что сегодня должно произойти накаливает нервы, а вот такое поведение младшего немного развеивает напряжение.       — Мне называть хён…или лучше оппа?       — Как на счет «папочка», детка?       — Фу, хён, где ты этого нахватался?! — за кривляниями Джин спотыкается о собственноручно разбросанные по полу «игрушки» и валится на кровать. В коленно-локтевую.       — Ммм, мне нравится, — Бин облизывается, пристраиваясь сзади. Наклоняется, проводя руками по животу и груди младшего, целует метку-ветку, и очень тихо говорит, без шуток: — Если тебе некомфортно, ты боишься или не уверен — мы можем не продолжать. Такое не должно происходить просто «потому что», это должно идти от сердца!       — Бини, я сегодня с собой такое делал — тебе и не снилось! Если не ты трахнешь меня, то я трахну тебя! Хватит строить из себя героя, я не маленький мальчик в конце кон…ммм…       «Ну не маленький, так не маленький» — решил Чанбин, одной рукой зажимая рот говорливому парню, а другой проникая под резинку его шорт.       — Так ты определился, что будешь стонать подо мной? Хён? Оппа? Или папочка? — поласкав чужой член, Со отпускает парня, переворачивая его на спину. — М? Малыш!       — А это обязательно? Мы что в дораме? — в глазах Хёнджина горит желание, язык постоянно облизывает пухлые губы, что привлекает внимание Бина, и он припадает к ним в быстром поцелуе. — Ммм…хён, я буду стонать только твоё имя!       Чанбин доволен.       — Хён…а на тебе не слишком много одежды? — Хван приподнялся на локтях, представляя из себя, наверное, самое эротичное зрелище в жизни Бина.       Красивый.       Одним рывком он сдернул с младшего шорты, позволяя себе мимолетно пробежаться ладонью по чужим ногам, а после встал с кровати.       Теперь уже для Хвана лучшее эротическое зрелище: Со стянул футболку мощным движением, специально поиграл мускулами, чтобы младший сглотнул в предвкушении (он уже видел его без верха и не раз, но эта ситуация делает всё чувства острее), потянулся к штанам…и Хван мысленно поаплодировал себе, что купил несколько разных размеров защиты! У Чанбина добро не меньше, чем у него самого, если даже не крупнее!       — Все еще хочешь продолжить? — спрашивает Чанбин, а сам усаживается на ноги младшего.       — ДА! — Хёнджину надоели эти игры! Он вскинул бедра, опрокидывая своего парня на постель, и навис над ним сверху. — Я уверен! Точно! Действительно уверен в том, что хочу этого! Уверен в том, что хочу тебя! Если у тебя какие-то проблемы с этим то…это твои проблемы! Потому что я уже настроился на то, что у меня сегодня будет секс с моим любимым парнем! И прекрати сомневаться во мне!       Чтобы подкрепить свои слова он опускается на колени перед кроватью.       — Джинни, что ты… — Бина тряхнуло, когда он почувствовал горячее дыхание на своих бедрах.       Хвана слегка трусило от неуверенности, но он нежно обхватил головку губами и продолжил движение головой в низ на сколько смог погружая член в свой рот, но казалось, что не вошло даже половины. Он был таким горячим и таким сладким. Чанбин только лишь слегка дернулся и вздохнул. Джин выпустил его член изо рта, взяв рукой слегка раскрыл головку от нежной плоти. Собрал побольше слюны и снова поглотил член до предела, стараясь быть очень осторожным (а не как тот парень из видео). Нужно что бы Со это непременно понравилось.       С легкими вздохами старший стал поддаваться вперед, задавая ритм, разве что руки на затылок не складывал (наверное, все же боялся за Хвана и его решимость). Младший сосал очень старательно: то погружал член в свой рот, то вынимал до головки и снова насаживался.       Хёнджин слышал, как участилось дыхание парня, и предпринял смелый шаг, начав рукой нежно гладить прилегающие части: яички, бедра и живот. Движения становились все более частыми, а дыхание срывалось на стоны. Хвану неожиданно нравилось сосать. Член был твердым и гладким и буквально сам просился на язык. А в Чанбине кажется не осталось терпения и вскоре Хвану в рот полилась горячая сперма.       — П- прости, — Бин неловко отстранился, пока младший вытирал губы о простынь. — Прости я…       — Всё нормально. Это было лучше, чем я думал… Теперь я хочу поцеловать тебя, но не думаю, что…       Со, с улыбкой, подтянул парня на себя, быстро целуя. А потом еще и еще.       — Сам же сказал — быть уверенней!.. Теперь моя очередь?       Чанбину потребовалось несколько минут на то, чтобы восстановить свою эрекцию (хорошо быть молодым), за это время он чуть ли не вылизал всего Хвана. Особенно нравились ноги.       — Кто надоумил тебя побрить их?       — Не смешно, — фыркает младший. — Я ходил на шугаринг! А это такое себе развлечение, знаешь ли! — он дергается, когда чувствует легкий укус на своей заднице. — Сожрать меня хочешь?       — Угу, — Со проложил дорожку укусов-поцелуев до самой шеи, вжимаясь пахом в ложбинку между ягодицами Джинни. — По классике или?..       — Я хочу видеть тебя! Знаю, что будет сложнее, но хочу этого!       — Хорошо, как скажешь.       Бин чуть отодвигается, давая парню перевернуться, и тут же утягивая в поцелуй. Хёнджин капризно захныкал, стискивая торс Чанбина бедрами, тем самым соединяя их члены.       — Джинни…       — Давай уже, хён! — младший сунул тюбик со смазкой в руку Со и опустил её вниз. — Не вздумай затирать про «всю жизнь впереди»! — даже в такой ситуации он остается юмористом…иначе двинется от нервов.       Чанбин, следя за его реакцией, выдавил немного геля прямо на промежность и стал растирать ладонью. В принципе, Джин хорошо поигрался с собой вечером и проблем быть не должно, но перестраховка не помешает.       Один палец вошел свободно, на втором младший коротко сморщился, на третьем — цыкнул.       — Не тяни, хён, пожалуйста! — почти слёзно просит, и Чанбин, раскатав презерватив по своему «дружку», медленно входит.       Хван зажмуривается и не дышит, в уголках глаз скапливаются слезки, которые сцеловывает Бин.       — Тише, солнышко, потерпи теперь. Смотри на меня, Джинни, смотри на меня! — с трудом, но младший делает первый короткий вдох и открывает глаза. — Умничка! Все хорошо?       — Да, — хрипит, облизывает губы и кивает. — Нормально, хён.       Со делает небольшой толчок, и чувствует ногти в своих плечах.       — Тише, тигренок.       — Блять, хён, ты накой такой шланг отрастил? У меня чувство, что меня сейчас на пополам рвут!       — Привыкнешь! — фыркает старший. Если из Хвана шутейки полезли, то всё уже хорошо. Во время долгого мокрого поцелуя, он начинает двигаться, и ловит стон губами. С каждым новым толчком Хёнджин все больше расслабляется, распаляется и стягивает Со ногами и руками. Его член зажат меж их телами и младший начинает подаваться вперед, за движениями хёна, чтобы получить больше трения.       — Черт…я и…не думал…что…это…так…хён!!!       Чанбин довольно ухмыляется, поддевает длинную ногу Джинни, забрасывая себе на плечо и меняя угол проникновения, от чего Хвана выгибает и Со присасывается к выступающей ключице, оставляя багровый засос-укус.       Чанбин не набирает темп, двигаясь в одном ритме, наслаждается видом раскинувшегося под ним парня. Хёнджин, наконец отпускает его плечи, закидывая руки за голову, давая свободу. Со садится, подтягивая младшего себе на колени так, что он упирается в кровать лопатками, а ноги сцепляет за спиной. Комнату, и наверное всю квартиру, заполняют стоны, пошлые шлепки мокрых тел друг о друга и поскрипывания кровати.       Хёнджину нравится. Неожиданно, но нравится! Нравится, то что имеет не он, а его. Скажи ему кто-то пару месяцев назад, что он будет пассивом в сексе с парнем, и что он будет получать от этого удовольствие, то Джин размазал бы его по асфальту! Но сегодня он плывет от ощущений, и еще это властное биново «смотри на меня!»…       Хван на секунду отводит взгляд и ловит их отражение в широком окне: шорокая спина старшего, его ритмично двигающиеся бедра, ноги Джина за его спиной, и сам младший с выражением страсти на лице- всё это настолько завораживет, что Хёнжин не выдерживает и громко стонет.       Чанбин прослеживает его взгляд, ухмыляется довольно и берет на заметку, на будущее, а пока…       Он подхватывает Джина под спину, полностью усаживая на себя, а сам опирается спиной о стену:       — Давай малыш, как хочешь ты! «Малыш» возится какое-то время, выискивая лучшее положение, мычит довольно, и начинает осторожно раскачиваться.       Бин довольно жмурится, поглаживая упругий зад младшего, а тот вдруг замирает, полностью опускаясь на бедра Со.       — Смотри на меня, хён! — сжав ладонью щеки старшего, Хёнджин довольно ухмыляется на его удивленный взгляд и грубо целует вытянутые губы.       В пару будто вселяются демоны секса: они сменяют позу за позой, целуются, кусаются, царапаются, кончают, отдыхают и вновь идут по кругу.       За окном уже светлеет когда Хёнджин с удовлетворенным стоном падает на грудь Чанбина, тут же вырубаясь. Со из последних сил снимает его с себя, обтирает сбитой простыней, заматывается вместе с ним в одеяло и проваливается в сон.