Дело началось в заброшке

— Хех, быстрый… — прошептал Даст, сжимая пальцы в кулак и опуская голову вниз. — Но я быстрее! — и, призвав кость, с чуть ли не диким ревом набросился на Рипера. Вздохнув, Смерть расправил большие черные крылья и, взмахнув ими, поднялся в воздух. От чего атака прошла мимо него, попав в основание ветхого дома: — Гх… вот же черт! — глаз сумасшедшего засветился и, призвав с десяток костей, пальцем указал в нужную сторону. Приготовив косы, резким взмахом разрубил их пополам, но второй, ухмыльнувшись, щелкнув пальцами, призвал кости со стороны спины Смерти и они со свистом стали подлетать ближе. Обернувшись, поставив косу наперекор грудной клетке, отбил атаки. Правда, пару из атак попали по косе, но вскоре рассыпались в прах: — И это все? Мне казалось, ты способен на большее. — Не зли меня! — сверкнув злобно, скелет призвал ГБ с костями. Гастер Бластер засветился фиолетовым цветом, а пасть открылась, готовясь выстрелить ярким лучом в любой момент, а кости левитировали вверх-вниз, окутанные фиолетовой магией. Из-под капюшона глаза Даста смотрелись угрожающе, а улыбка, что становилась то шире, то уже, то большая часть уйдет на левую сторону, то на правую, смотрелась недоброжелательной. Но Рипер смотрел на это как на забаву, утомленным взглядом, казалось, играя в поддавки, отражая атаки, но не атакуя в ответ, лишь бросая слабые колкие фразы в адрес второго. Но тот, кажется, это терпеть был не намерен и хотел, даже намеревался довести бой до конца: — Хахаха… ну так что замер, словно умер и рассыпался в прах. Хаха, я ведь прав, Папи? — посмотрел рядом с собой, но там никого не было. — Скучаешь? — спросил Рипер, чем привлек внимание второго. — По кому? — По Папайрусу. — Кому? Папайрусу? Пфха, вот еще! Я его спас! — От чего? От геноцида? От смерти, что следовала за вами, как проклятье? От человека, что был одержим другим человеком? От чего или кого именно ты его спас? От сбросов, которые никто, кроме тебя и не помнил? Отвечай! — «Все эти вопросы… человек… сбросы… от куда ты знаешь…» от куда ты знаешь?! — закричал тот, чуть ли не на всю округу, начиная злиться. — Задел за живое? — спросил бог смерти, не желая спускаться вниз и выяснять это у самого Даста. — Хаха… хахаха… они мертвы… призраки… никто не придет… человек мертв… он убийца, а не я… лишь всех хотел спасти… УР, ЛВ, кровь, прах… хахахахаха… мне было весело! Это было сумасшедшее время! Да, я, я, я убил их, без сожаления, без чувства стыда и совести! Хаха… Папс это оценил! Он… он… рядом… сейчас… — было видно, что скелет стал потерянным, как будто завис, чтобы сказать нужные слова. — Оу, только не плач, я успокаивать не буду. — опустившись вниз и приблизившись к сумасшедшему, стал смотреть. Зрачки второго бегали в разные стороны, а сам он застыл в одной позе: скрючившись вниз, выставив руки перед собой ладонями вверх и смотря на них, словно на святыню. Но внутри Рипера ни дрогнуло ничего, ни малейшей крупицы души или фибра каких-то ощущений. Он был просто равнодушен, как будто ничего не значило для него такой важной ценности. Хотя, разве Смерти важны обычные радости? Разве Смерть заботит что-то простое, что дает радость в мелочах? Вряд ли: — Ты переживаешь? Странно, ты должен быть счастлив. — и, достав часы, смотрел на такт, как стрелки медленно движутся к значку черепа. — Счастлив… да… я счастлив, что убил человека раньше, чем он убил моих друзей еще раз! Да… я счастлив! — вновь засмеялся, но не так красочно и разнообразно, как в прошлый раз. — Ты их защищал, но не защитил. Ты лишь приблизил их кончину. — Но… нет, ты врешь, Рипер! Врешь! Если бы не я, то человек… — Человек бы ушел, рано или поздно, оставив вас. Но, от этого есть плюс. — И какой же? Не томи, Рипер! — Ты бы не стал тем, кем ты есть, убийца.