Слухи

—И как скоро ты собираешься рассказать тем двоим？－спрашивает Норт. Сначала Саймон не понимает, о чём она говорит. Но минуту спустя до него доходит, и он отвечает: —Я не собираюсь с ними об этом говорить, －решительно сказал Джонсон. —Ну ты и трус, －призрительно фыркнув, сказала Уильямс. —Я знаю, －ответил её друг. —Ну и чего ты боишься？Что они тебя не примут, перестанут общаться? Ты же знаешь, мы столько времени дружим. А если они так сделают, то я буду мстить, да так, что они сами прибегут и будут вымаливать прощение, －она сказала это с такой садистской улыбкой, какой улыбаются всякие маньяки и садисты, вот садистом её назвать можно было. Поэтому парень решил не спрашивать о том, что она собирается сделать в таком случае. Девушка знала, что причина не только в страхе. Она давно подозревала, что Саймону нравится Маркус. Только слепой не заметил, с каким восхищением смотрит он на него. Рыжеволосая часто видела его волнение, когда приходил Маркус, конечно, со временем оно почти сошло на нет, слышала его печальные вздохи. Ну и конечно, никто не знает, почему Маркусу не давали покоя волосы Саймона, он каждый день взьерошивал его волосы, поэтому второй перестал их укладывать совсем. Но самое главное, каждый раз светловолосый жутко краснел от этого, кажется, простого действия. Конечно, она не видела, каких усилий ему стоило, так долго запихивать свои чувства так глубоко, как это было возможно. Сколько было слёз, мыслей о том, чтобы это скорей прекратилось. Принять такое даже самому сложно. —Тебе-то легко об этом говорить, ты не была на моём месте. —На каком месте？－вклинился в разговор такой знакомый и бросающий в дрожь голос. —Не на каком, －сразу же равнодушно сказал Саймон, будто ничего не было. Если это касалось раскрытия его секрета, то он умел быстро собраться и даже врать в такие моменты. —А мне показалось, что вы о чём-то таком говорили. —А мне кажется, что это не твоё дело, －ответил Джонсон, от его не очень доброжелательного ответа друзьям стало не по себе, но так же Норт испытывала гордость за своего мальчика. —Ладно, я не хотел тебя обидеть. Думали, вы сможете бросить нас там и не увидеться с нами？－тут же сменил тему Манфред. —Он идёт с нами в пятницу, －проигнорировав вопрос, сказала девушка. —А я думал тебе не удастся уговорить его, －сказал разноглазый, передавая рыжеволосой десятидолларовую купюру. Саймон привык к этим ставкам по типу《Придёт ли Саймон сегодня в той же одежде?》или 《Пойдёт ли Саймон к Джошу или найдёт тысячу и одну отговорку, чтобы остаться дома?》. Так было всегда, он привык ко всему, но не привык к низкому голосу своего друга и тому, что он стал выше, а ведь до восьмого класса именно светловолосый был выше. А глаза, какие у Маркуса глаза, в них был целый мир, но Саймону нельзя тонуть в них, ведь если утонешь, не выберешься. Маркус не знал, что у Норт есть козырь - ей приходит на помощь безотказность её друга, она часто просит Саймона, говоря, что она проиграет деньги, если он не сделает то, на что она ставила. Может он только делал вид, что не знает, ему нравилось, когда девушка побеждала, её радостное лицо, да даже её взгляд, адресованный ему, всё нравилось. А Саймона это всё забавляло, даже если это и не его. Он знает о чувствах Маркуса к рыжеволосой, он сам рассказал ему. Было неприятно, но Саймон не дурак, он не будет убиваться и думать о самоубийстве только потому, что его чувства не взаимны. Он стерпит и продолжит радоваться, его должны запомнить, как никогда не унывающего человека. Может вы и скажете, что это не сила и это глупо, но поверьте, так лучше, чем показывать всем, насколько тебе тяжело и больно. Всем всё равно, всех заботит только своё благополучие. Извините, я немного съехала с темы. На самом деле Норт думала о Маркусе в таком плане, но её кое-что останавливало, и нет, это не чувства Саймона. Её останавливало то, что они с ним слишком похожи, они оба слишком властные и упёртые, они повстречаются максимум два месяца, просто не уживутся вместе. Ей нужен либо кто-то сильнее, либо наоборот, кто-то больше похожий на Саймона. Кстати, теперь ей придётся оплатить своему другу обед, этими деньгами. А вы думали, что он настолько мягкий, что даже свою долю не просит？Нет, чувство справедливости у него развито слишком хорошо. —Ладно, увидимся на обеденном перерыве, －сказал он своим друзьям, заодно напоминая девушке, что теперь она ему должна. —Что с ним творится？- спрашивает Маркус после того, как их друг скрылся, свернув в другой коридор. —Ха, тебе не понять, мне кажется, все кроме тебя это уже давно заметили, －сказала девушка, акцентируя на словах "тебе" и "тебя", а рядом стоящий всё это время Джош только кивнул в знак согласия. —Да, я признаю, что не очень-то проницателен, но он ведёт себя не так, как всегда, －сказал парень. —Да ты вообще слепой, не знаю, как у тебя получается так красиво рисовать, если даже не можешь понять, что на душе у твоего друга не очень спокойно, да там вообще ураган, цунами. А ты ещё себя художником называешь! －с насмешкой сказала девушка. —Ну ладно вам, давайте как-нибудь в другой раз, мы уже почти опоздали, －сказал Джош. И они направились в кабинет. Встретились они во время обеденного перерыва. Отправились есть, Норт купила Саймону булочки с вишнёвым джемом, которые он так любит, а сама она на диете. —Ох, как же я люблю, когда выигрывает Норт, －сказал Саймон, доедая вторую булочку. —Как ты это делаешь？－спросила девушка, смотря, как её друг с таким удовольствием ест сладость, ей тоже уже хочется бросить эту затею и чего-нибудь поесть. —Ты о чём？- непонимающе посмотрел на неё голубоглазый. —Как ты ешь и при этом остаёшься таким худым？- прояснила рыжеволосая. —А ты спроси, когда он последний раз ел что-то нормальное или даже просто булочки, －сказал Маркус, про существование которого все уже забыли, но только не Саймон. Ну может только капельку. —Ну, ем я всего два раза в день, иногда один. А вот булочки я ел в прошлый четверг, когда Норт опять выиграла в ваших спорах, －улыбнувшись, сказал он. —Саймон, Саймон, ты себе так весь желудок угробишь, －сказала Норт таким тоном, как будто он - ребёнок, а она его мама, и голубоглазый что-то натворил. —У меня нету желания, да и часто я просто забываю, — всё, что сказал Саймон была чистая правда, и ему было стыдно за это, поэтому он старался не смотреть ей в глаза. —Какой же ты у меня рассеянный, －насмешливо сказала девушка. —Ну, уж какой есть, －печально на неё посмотрев, сказал он, даже его улыбка была пропитана горечью. Саймон встал из-за стола и ушёл. Он просто взял и ни с того ни с сего встал и ушёл. Порой он просто поражал своих друзей, они не знали, что творится в этой светлой головушке. А Саймон пошёл к окну, ему надо было успокоиться. Он не знает, что на него нашло, ему просто надоело это всё, эти пустые разговоры, да и вообще всё. Встретились они только после занятий. Саймон уже выглядел как обычно: улыбался и источал ауру доброжелательности и радости. —Как позанимались？－спросил он. —Да всё как обычно. Давай угадаю, ты получил А с плюсом по химии, а теперь весь светишься от счастья？－спросила девушка, вспомнив, что её друг упоминал какую-то контрольную по химии, с которой у него не очень хорошо. Хоть у него и были все отметки очень хорошие, но вот по химии он зарабатывал их своими кровью и потом. —Да и это тоже. А у вас разве ничего нового？ Я слышал, у вашего класса сегодня была самостоятельная по биологии, которую я писал в пятницу. —Была, но кое-кто отказался давать ответы, －сказал Маркус немного раздражённо. —Во-первых, нужно уметь попросить, а во-вторых я дал ответы от своего варианта Норт вчера. Разве она вам об этом не сказала？А ещё я не единственный ваш знакомый из этого класса, могли бы у Коннора попросить, －сказал Саймон. —Правда？Но Норт сказала, что их у неё нет, －сощурив глаза, сказал Джош. —Ну не знаю, может она сочла, что вы не достойны этих ответов, －улыбнувшись, сказал светловолосый. Последнее время он сам стал замечать, что стал более раскрепощённым, стало проще врать, грубить, язвить, общаться с людьми, даже перед Маркусом он не чувствовал волнения. По дороге домой они говорили о чём-то вообще не важном. Зайдя домой, Саймон сразу же пошёл в ванную. Набрал ванну с пеной, залез в неё и задумался. Он не помнит, сколько точно он просидел так, думая о жизни, что через два года он будет поступать в университет, это уже не так далеко, как казалось. Скоро он расстанется со своими друзьями, скорее всего, если они не поедут с ним в один город. Когда он вылез, сразу же пошёл в свою комнату. Сделав домашнее задание, он услышал, как мама зовёт его кушать. Он снова забыл поесть, а ведь он ел сегодня всего один раз. Ну вот кажется всё, он сделал всё и лёг в кровать, но нет надо же кому-то написать. Сначала написала Норт: Норт: Не спишь？ Вы: Нет. Норт: У тебя всё хорошо？ Вы: Да. А у тебя？ Норт: За меня не переживай, у меня всегда всё хорошо) Вы: Конечно. Это всё, что ты хотела у меня спросить？ Норт: Да. Саймон уже лёг спать, когда его телефон завибрировал. На этот раз это был Маркус. Маркус : Извини, если разбудил. Но мы все очень переживаем. Может ты хочешь поговорить？ Вы: Спасибо за беспокойство, но всё в порядке. Я не знаю, что на вас нашло, но поговорить ни о чём не хочу, если захочу, вы об этом узнаете. Маркус: Да, что ты взъелся тот на меня? Я вроде ничего такого не сделал, за что на меня можно было бы взъесться. Вы: Давай завтра поговорим, я не в настроении. Через секунду на экране появляется входящий звонок от Маркуса —Ты думал, я так просто отстану？－спросил Маркус, усмехнувшись, Саймон мог даже представить его ухмылку в этот момент. —Да, я всегда знал, если тебе что-то надо, то ты прилипнешь как банный лист к одному месту,－ответил он. —Так ты можешь ответить мне на тот вопрос или нет？－теперь уже серьёзно спросил разноглазый. Саймон знал, что сейчас его друг хмурится и от этого между бровей появляется складочка. —Если бы ты смог понять, но нет, прости. Это слишком долгая история, не подумай ничего дурного, я не обижаюсь, просто дайте мне пережить этот промежуток времени самому. Скоро всё вернётся в нормальное русло, обещаю,－сказал светловолосый, чуть не плача, он не понимал, кого он больше пытался успокоить этими словами: себя или Маркуса. —Сай, мы ведь друзья, ты можешь рассказать мне, ну если не мне, то Норт, всё, мы поймём, Я пойму,－сказал разноглазый, он знал, что его друг может вот-вот расплакаться. —Как ты не поймёшь, есть вещи, которые нельзя никому рассказывать. Норт поймёт, я знаю, а ты нет,－уже плача, говорил он. Повисло молчание, которое прервал Саймон, как только успокоился. —Тебе лучше переживать о себе. Ну и когда ты скажешь Норт о твоих чувствах？ —Я не уверен, что скажу о них, мне кажется, что это уже даже не симпатия. Сейчас я к ней почти ничего не чувствую, кроме дружеских,－он говорил это с каким-то облегчением. —Как быстро. Мне вот один человек нравится уже около трёх лет,－сказал он, открывая окно, ему нужен был свежий воздух. —Вот это да! И ты об этом не говорил?! Я думал, мы друзья,－обиженно сказал разноглазый, было понятно, это его задело. —Так получилось, не было повода,－растерянно сказал он в ответ. —Значит я тебе душу излил, а ты даже про то, что тебе кто-то нравится, при том ещё так долго, рассказать не мог. Так кто это？－уже не обижаясь, спросил он, сейчас можно было понять, что ему уж очень интересно. —Это не важно,－тихо ответил светловолосый и добавил,－Спокойной ночи. —И тебе спокойной,－сказал парень, и Саймон сразу же сбросил. На такой не очень приятной ноте, закончился понедельник.