"Мамочка" из наемного убийцы.

Мир, проснувшись, ласково улыбнулся, видя как Аслан, немного свесившись с кровати, спал. Его золотистые волосы лежали на лице, руки так и зачесались поправить их, погладив мягкие пряди. Собравшись и заплетя свои волосы, Мир тихо вышел из дома, чтобы успеть до пробуждения малышей сходить в таверну и заказать завтрак с собой. Ждать пришлось около получаса, и Мир уже не находил себе места. Зверь внутри метался в груди, стремясь обратно к детям, видимо, и без клятвы приняв их в свою семью. Обратно Мир практически бежал. Хотелось поскорее вернуться. Хотелось порадовать детей небольшим тортиком, который он прихватил с собой. Хотелось увидеть их довольными и счастливыми но, зайдя в дом, он услышал плач и всхлипы.  — Что произошло? — влетев в комнату, где были дети, Мир осмотрел комнату на возможную опасность для детей. — Вас что-то испугало? — спросил он, сгрузив еду на столик и садясь на кровати около детей, которые рыдали, а Аслан пытался их успокоить. — Маленькие мои, не плачьте. Я с вами, и вас никто никогда не обидит, — повторял Мир, обнимая близнецов, которые переползли к нему на колени, сжимая маленькими кулачками рубашку и Нику, которая вцепилась в его руку, уткнувшись лицом, плача. Аслан сидел на кровати и смотрел на них потерянно, словно его лишили всего. Мир понимал, что именно он заботился о них всех и был старшим и сейчас, когда именно Мир занял это место, чувствовал себя потерянным и лишним.  — Аслан, — позвал Мир, показывая, что места хватит и на него. Тот подошел нерешительно, но Мир притянул его рукой и прижал, как и всех к себе, шепча всякие нежности и глупости. Обещая им и дом большой, и комнаты личные, и игрушки, какие они захотят, и одежду красивую. И любить обещал и защищать.  — Что произошло? — спросил Мир, когда все понемногу успокоились.  — Мы думали, ты ушел и бросил нас, — ответила Ника, стыдливо пряча заплаканное лицо.  — Проснувшись и не найдя тебя, мы решили что ты ушел, — подтвердил Аслан, обнимая Мира за талию руками и вдыхая его запах. Запах семьи. Родной и теплый. Ника права, в него хотелось завернуться, спрятавшись от всего.  — Маленькие вы мои! Я просто пошел за завтраком, чтобы, проснувшись, было что вам покушать, — пояснил Мир, целуя каждого в макушку. — Я бы не ушел! Никогда! — уверенно заверил Мир, удивляясь все больше и больше своему отношению к детям.  — Правда? — спросил Аслан, впервые позволяя слезам появиться на его глазах. Впервые за четыре года.  — Конечно. Вы же мои! Даже если решите найти себе другую семью, я всегда буду рядом и всегда поддержу и помогу вам. Защищу от всего на свете, — проговорил Мир, заглядывая в глаза такому сильному, но, все же, ребенку, который защищал всех долгое время, беря на себя бремя, которое не каждый взрослый возьмет.  — Мы согласны остаться с тобой, — неловко проговорил Аслан. — Но нам нужно тебе кое в чем признаться, — добавил Аслан, пытаясь отступить, но Мир взял его за руку, поддерживая и давая понять, что даже вспоминая кошмар, он больше не один. Мальчик схватился за предложенную руку, как за спасательный круг.  — Если тебе больно и страшно, то это не обязательно. Вы можете рассказать, когда будете к этому готовы.  — Нет, нужно чтобы ты знал, что на самом деле с нами сделали до того, как привяжешь себя к нам, — уверенно проговорил мальчишка, не желая отступать, пока еще есть решимость рассказать. — Алос испробовал на нас много всяких экспериментальных зелий и ритуалов. Пока не буду вдаваться в подробности, но та смесь, что он в нас вливал, дала свои результаты, не те, что он хотел но…. Ника чувствует ложь. Даже если это полуправда, она с уверенностью сможет это определить, и у нее проявилась интуиция. Она может почувствовать раньше, чем это произойдет. Или найти лучший выход, чувствуя правильность. Близнецы, из-за того что проходили всё вместе, научились превращаться и сливаться. Они пантеры, маленькие котята, но если сольются, то превращаются во взрослую кошку, что скоростью и силой сравнится с действительно сильным воином, — рассказал Аслан, изумляя Мира, ведь такое даже представить сложно. — Даже порознь они едины. Могут говорить друг с другом телепатически, соединяя сознания.  — А ты? — спросил вдруг охрипшим голосом Мир, но не от страха или отвращения, а потому что понимал, насколько их искалечил чернокнижник.  — А я, как случайно выяснилось, невосприимчив к магии. Совсем, — проговорил парень, начиная дрожать. — Я поглощаю её, преобразовывая в щит. Любую.  — Кошмар, — прошептал Мир, качая головой но, заметив вздрогнувших детей, озвучил всю свою мысль. — Как вы пережили такой кошмар?  — У нас не было выбора, — просто ответил Аслан, расслабляясь, поняв, что их не считают уродами и монстрами.  — Теперь будет! — пообещал Мир. — Так, для начала произносим клятву принятия меня, как старшего семьи, потом завтракаем и отправляемся домой. Там будем думать, как обезопасить вас от тех уродов, кто захочет изучить такую диковинку, — проговорил Мир, а дети просто поверили, что он справится. Что теперь они в безопасности. Сделав надрезы на руке каждого, Мир слил немного крови в тарелку, принесенную с кухни, зализав раны детям и себе.  — Аслан, дай руку, — проговорил Мир, и тот без колебаний протянул её. Мир вывел руну семьи на запястье их общей кровью, как и всем остальным, и про себя не забыл. — Говорите «Подтверждаю, что решил по доброй воле вступить в семью Мирида из семьи пантер».  — Подтверждаю, что решил по доброй воле вступить в семью Мирида из семьи пантер, — проговорил Аслан, и его руна превратилась в тату принадлежности к клану пантер.  — Подтверждаю, что решила по доброй воли вступить в семью Мирида из семьи пантер, — проговорила Ника, а за ней и близнецы.  — Клянусь стать отцом и старшим, заботиться о детях. Клянусь помочь и поддержать. Принимаю их в свою семью, — проговорил Мир свою часть клятвы. После вспышки вокруг руки Мира появилась вязь, на которой распустились четыре цветка розы. Это знак того, что у него четверо детей. Мир вокруг не изменился. На улице было солнце. Птицы пели. Люди и нелюди занимались своими делами, но внутри Мира все изменилось. Он почувствовал детей как часть себя. От него к ним шла незримая нить, связывая их навсегда. Теперь они семья!  — Пап, мы будем есть? — спросил Аслан, словно смакуя новое для себя слово, а вот Мир едва не расплакался. Притянув всех к себе и сжав в своих объятьях, он наслаждался запахом, который неуловимо изменился, приобретя запах семьи. Дома. Детей!  — Конечно, мои родные, — целуя всех по очереди в лоб, проговорил Мир, понимая, что вот теперь он на самом деле счастлив. Они приняли его, действительно, поверили в него. И то, что назвали «папой» только подтверждает это.