Anapneo

Драко невесело смотрел на то, как чертов Гарри Поттер нанизывает пирог на вилку. Дурень, тут надо пользоваться ножом и разрезать пирог на кусочки, чтобы отправлять в рот по одному. Чертов Поттер продолжал держать весь кусок одной вилкой на весу и даже умудрился отвлечься на что-то говорящего Уизли. Слишком тяжелая часть пирога этого дурачины закономерно отвалилась, упав обратно на тарелку, для самого Поттера почему-то неожиданно. Драко резко втянул воздух носом после того, как Поттер, объясняя что-то своему туповатому нищему другу, ткнул уже свободной вилкой в сторону их слизеринского стола и сам тут же резко посмотрел на него. Взгляды встретились, немного удивив, но не сильно смутив Поттера. После их "теплого" начала учебного года, когда они сцепились в вагоне Хогвартс-экспресса, все шло странно. Все шло неправильно. Видит Салазар, Драко избегал всякого рода общения с Поттером, потому что так продолжаться уже не могло. Но если теперь ему нельзя будет на Поттера даже смотреть... Внутри все противно заныло и Драко отвел взгляд первым. Вырывать такие вещи надо с корнем. А точнее ампутировать. Чтобы избавиться от того, что творилось с ним, ампутировать от этого здорового организма необходимо было голову. Просто бред какой-то! Драко порывистым движением схватился за затылок, осознал, как себя ведет, и поймал моментальное успокоение. Ничего он никому не должен. И точно ничего не помешает ему провозить Поттера по полу носом. Возможно, легкое заклинание на подножку, когда перед ним окажется кто-нибудь из наиболее пышногрудых девушек. Первое, что сделает национальный герой, это зальется краской и начнет блеять всякую чушь. Второе - схлопочет звонкую пощечину и громкое обвинение, от чего покраснеет снова. Губы Драко непроизвольно растянулись в улыбке. Парень с факультета отважных перед девушками обычно робел. В голове шевельнулась какая-то неприятная мысль: а что, если девица не закричит? Или что, если национальному герою такое подспорье поможет в диалоге, или даже... понравится? Да к черту! Пусть подавится тысячу раз! Никаких тебе девушек, Поттер! Получишь подножку на Флинта и наслаждайся его рожей как самой приятной, что тебе светит в округе! Ах блин, Флинт-таки закончил учебу в прошлом году. Драко поднялся со скамьи, стоило только гриффиндорскому трио неудачников пересечь порог Большого зала. Он нетерпеливо кивнул на выход Крэббу и Гойлу, которые уже и сами поднимались, тоже заметив уход Гарри Поттера. "Надеюсь огромный тролль бродит где-то рядом," — злорадно подумал Драко, прежде чем припустить из зала. Драко остановили прямо после выхода. Какая-то девушка нервно одергивала рукава мантии, смотря за спину на спутников Драко, и попросила поговорить. Наедине. Синий галстук и нашивка относили девушку к дому Когтевран, но Драко ее точно не помнил. Означало, что она примерно на два курса младше. Красивые волосы, аккуратный внешний вид, какие-то странные глаза. Кожа бледная, но нездоровая. Помады на губах нет. Внешний вид явно не кокетливый, и Драко почему-то ощутил, что отшучиваться в ситуации лишнее. Он растерянно обернулся на Крэбба и Гойла, думая, что девушке могло понадобиться от него. Парни хмыкнули, переглянулись и дружно сделали шаг обратно в Большой зал, к незаконченному ужину, а Драко остался с девушкой вдвоем. — Камбелл Райли. — Малфой Драко, что привело тебя ко мне? — Мы можем немного пройтись до менее оживленного места? Они пошли по Хогвартсу в сторону подземелий, но намеренно взяв широкую дугу обхода гостиной Слизерина. Вся ситуация напоминала романтическую прогулку, от чего Драко уже в скепсисе выгнул бровь, ожидая, когда девушка решит заговорить. — Может, выйдем на улицу? — С ума сошла? Там в такое время уже темно, да и ветер во всю хлещет. Черт, Поттер же совсем бессмысленно уйдет от него просто так этим вечером. Куда он, интересно, пошел? Они с Уизли, может быть, могли и на метлах захотеть потренироваться. Хотя нет, с ними была грязнокровка, она точно ни за каким квиддичем в такую погоду не потащится. — Ладно, ты прав. Девушка остановилась напротив Драко, развернулась к нему и посмотрела снизу вверх. Ровный свет от факелов освещал ее решительное лицо. Драко не особо стремился помогать этому диалогу и продолжал выжидать. — Дело в том, что... Я бы наверное никогда не решилась на этот разговор. Вот только я умираю. Меня госпитализируют в больницу Святого Мунго через час. Девушка (кажется, Райли, да?) протянула руку вперед и сжала ладонь Драко в своей. От этого Малфою резко стало сложнее реагировать на продолжение ее слов спокойно. — И теперь мне уже совсем не так страшно признаться. Драко Малфой, я люблю тебя. Я люблю тебя. Люблю. Она улыбнулась как-то резко и подалась вперед. Прильнула к Драко всем телом, мягко надавила на губы, разжимая. Это оказался самый неожиданный поцелуй в жизни Драко. Камбелл отстранилась и снова посмотрела на него своими глазами. Они вдруг показались Драко изменившимися. Какими-то более живыми, более яркими. — Драко Малфой, ты согласен принять мои чувства? Мы, м-мы будем встречаться? Райли сжимала мантию у его предплечья. После поцелуя она не сделала шага назад и теперь смотрела на него, задрав голову. И - о чёрт! - происходящее точно выбивалось из планов Драко на вечер. Мерлин и Моргана, пусть она выживет, и он пришлет в её палату букет любых цветов! Драко Малфой будет предельно аккуратен и вежлив с ней, хотя бы это он мог сам себе обещать. — Райли, я принимаю твои чувства, и не могу ответить на них взаимностью. Я знаю тебя первый день. Я не влюбляюсь в девушек с первого взгляда и не думаю, что смогу лишь по прихоти полюбить тебя. Драко наклонился и прижался губами к ее лбу. Какое-то время они стояли так, молча. Девушка всхлипнула. — М-может со временем? — Нет. Плечи Райли затряслись и Малфой обнял ее. Камбелл выглядела несчастной, как попавший в бурю крохотный совенок, еле пробившийся, выпотрошенный и смертельно усталый, но хорохорящийся из последних сил. — От чего ты умираешь? — Это неважно, - кажется, девушке хотелось смеяться сквозь слезы. Похоже на приступы подступающей истерики. Драко хотелось бы помочь ей сгладить впечатление от разговора. Да, он отказал, нет, он не чувствует за собой вины. Определенно точно не чувствует. Совсем. Ни капельки. Внутреннее самоубеждение еле догоняло разгрызающее голову и расползающееся во все стороны ощущение полного уничтожения эго. — Тогда, можно последний вопрос? Девушка отстранилась и кивнула. — Какие цветы ты бы хотела? Заплаканное лицо Райли приняло какое-то совсем странное выражение. Она оттерла влагу с щек и снова посмотрела на Драко. — Эхинацеи. Розовые. И убежала. Это было очень странное признание в любви, по мнению Драко Малфоя.