С чистого листа, или Новая жизнь Наруто!

*** «От твоего брата недоделанного так и разит злостью.» — Проинформировал Наруто Курама в середине совещания. Гаара и ее отец как раз говорили о торговле оружием между двумя странами. Это было все настолько… скучно и долго, что Узумаки уже успела несколько раз досчитать до двухсот «Кьюби», обсудить с демоном свою жизнь, свое будущее, а также просканировать всю деревню на наличие знакомых шиноби. Серьезно, Наруто не понимала, для чего вообще хотела стать Хокаге в прошлой жизни. Ее голова болела уже после пятнадцати минут разговоров о политике. Взглянув на своего брата, который держал лицо не хуже Учих — удивительно! — джинчурики невольно задумалась о том, что его могло так разозлить, что даже Курама сказал ей об этом. Она еще с самого начала заметила некое напряжение между ним и Итачи, но значения не придала. Может, дело в этом? Они, как знала Наруто, были довольно хорошими друзьями. Из-за чего же эти двое могли поссориться? Такой вопрос она и задала своему лучшему другу. «Я откуда знаю? Мысли читать не умею. Только твои.» — Ответил ей Лис. — Насчет членов той организации. — Донеслось до ушей Наруто, когда та вынырнула из своего внутреннего мира. Гаара подозвал к себе Темари и Канкуро, которые были его сопровождающими и доверенными людьми. — Неделю назад на границе со страной Огня было замечено несколько шиноби. На них не было протекторов, но намерения их были явно не самые хорошие. Канкуро как раз возвращался с миссии, когда они напали на него и его команду. Он сейчас все расскажет. — Собаку но кивнул брату и тот начал говорить: — Они напали на нас, когда мы подходили к границе между странами. Я был без протектора, так как он был потерян, поэтому шиноби подумали, что я из страны Огня. То, что моя группа была с протекторами, их не смутило. Они пытались атаковать меня техниками, но их быстро обезвредили мои. Во время допроса они сказали, что являются членами организации, название которой «Ангрекум», а ещё пытались выяснить у меня, где джинчурики Девятихвостого. — Рассказал Канкуро без подробностей. Минато задумчиво закусил губу. — Как оказалось позже, эти люди не так просты, как кажется. Они убили мою команду и сбежали, пока я, как командир, писал отчет Казекаге. — Именно поэтому я попросил, чтобы Наруто присутствовала на собрании. Чтобы она услышала все из первых уст. — Взял слово Гаара. — Позже было замечено еще несколько неизвестных шиноби недалеко от деревни Песка. — Около нескольких недель назад на границе со страной Молнии было также замечено четверо неизвестных шиноби. Должно быть, они ищут везде, где только можно. Они еще не знают, что джинчурики вернулась в деревню. — Наруто. — Обратился к ней Гаара. — Я прошу тебя, будь осторожна. Я же знаю тебя, полезешь, куда не следует. До поры до времени не выходи за пределы Деревни, находясь рядом с Саске или Итачи-саном. Сейчас я говорю не только как Каге другой деревни, но и как твой друг. Я не могу не переживать за тебя, но сделай так, чтобы я не оставлял здесь, с разрешения Хокаге, Темари для твоей защиты. — Узумаки хотела было возразить, но была остановлена ледяным взглядом Собаку но. Еще чего! Темари он оставит, видите ли. Наруто в ответ послала взгляд, полный злобы и обиды. Это он ее слабой считает? Ну, она еще выскажет ему все после собрания. Что придумал-то, Казекаге фигов. А Минато тяжело вздохнул. Что вообще происходит с этим миром? *** — Какая еще Темари, Гаара? — Возмущению Наруто не было предела. После собрания, когда Минато и старейшины покинул зал совещаний и двое АНБУ ушли за ним, Узумаки гневно зашипела на своего лучшего друга. — Я сама могу постоять за себя! — Я знаю. — Спокойно ответил ей Собаку но. — Но Темари бы докладывала мне обо всех твоих передвижениях и следила бы за тем, чтобы ты никуда не лезла. — Честно ответил ей он. — Я? — Ты. Я тебя довольно хорошо знаю, чтобы утверждать это. Ты определённо куда-то влезешь, Наруто. — Никогда! — На нее скептически посмотрели Саске, Гаара и Итачи. Внутри заржал Курама. Это заговор! Определенно заговор! «Подумаешь, даттебайо!» — Саске, присмотри за ней, хорошо? Не спускай глаз. Ты единственный, кому я могу доверить жизнь Наруто. — Узумаки хотела было снова начать гневную тираду, но теперь уже была остановлена взглядами Итачи и Саске. «Ненавижу!» «Ты бы прислушалась к словам умных людей, Узумаки!» — Пророкотал в голове Курама. — «Твой Казекаге плохого не скажет!» «И ты туда же, Лис неблагодарный! Я сама могу приглядеть за собой между прочим. Мне уже шестнадцать! А если сложить возраст этого мира и другого, то и того больше. Еще охраны мне не хватало!» «Да, не хватало!» «Курама!» «Уже сотни лет Курама!» — А дальше этот Лис перестал отвечать на мысленные окрики. После пятнадцатой попытки Наруто плюнула на это дело, послала друга куда подальше и вернулась в реальность, а точнее — прислушалась к разговору. — Всегда присматривал. — Кивнул в ответ Саске. Это кто еще за кем присматривал! — Полагаюсь на тебя. — Сказал Гаара. А Наруто будто здесь и не было. Эти двое вели разговор, не обращая внимание на свою подругу. Итачи насмешливо посмотрел на то, как Узумаки надулась и отвернулась от своих лучших друзей. Мол, я обиделась на вас. — Я вообще-то еще здесь! — Фыркнула Наруто. — Мы в курсе. — Ухмыльнулся в ответ младший Учиха. — Что ж, мне пора уезжать. Я приезжал только для переговоров, поэтому оставаться не вижу смысла. — Слегка улыбнулся Гаара. — Ну, и посмотреть, не вляпалась ли ты во что-то. — Это уже было обращено к джинчурики Конохи, на что та опять возмущенно засопела. Но взяв себя в руки, Наруто успокоилась и одарила всех присутствующих лучезарной улыбкой. — Давай, хоть до ворот провожу, раз остаться не хочешь. *** После того, как шиноби Конохи проводили Казекаге, все разошлись по своим делам. Саске улетел на крыльях любви к Хинате, Итачи — на крыльях долга к отцу. Наруто же потопала домой. А Акира даже не пошел провожать правителя другой страны, ссылаясь на срочные дела. Вообще, последнее время ее брат ведет себя очень странно. Вроде бы хочет что-то сказать, но не может. Стал каким-то нервным и замкнутым. Не то чтобы она много общалась с ним, но даже самый невнимательный человек заметит это. Акира меньше общается с отцом, его редко можно застать дома — постоянно где-то пропадает. Ведет себя подобно Наруто, когда ей было двенадцать лет и когда она не хотела идти домой вообще. В этом ли причина? На сколько знала Наруто, у нии-сана не было проблем с отцом или с матерью. Возможно, она слишком сильно отдалилась от семьи и не замечает того, что происходит в собственном доме. Но это маловероятно, потому что Узумаки всегда в курсе того, что творится в ее ближайшем окружении. Может быть, у него появилась девушка? Или она есть у него давно, а сейчас у них проблемы в отношениях? Хотя Наруто больше, чем уверена, что никакой дамы сердца у брата не появилось, потому что, если бы это было так, Итачи или Шисуи, или кто-то еще обязательно сказали ей о таком важном событии. Опять же, Наруто всегда в курсе такого. Тут дело более сложное, решила Узумаки, заходя в дом. Может быть, это из-за нее? Они с нии-саном не разговаривали со дня рождения Итачи. И, честно говоря, у Наруто не было желания разговаривать с ним. В конце концов, кто тут старший брат? Узумаки не собирается ходить за ним и спрашивать, что же происходит. За своими размышлениями она и не заметила, что забыла просканировать дом на наличие людей, поэтому почувствовать большее, чем положено, количество народу здесь было неожиданно. Что в гостях у семейства Намикадзе забыла Рин, Какаши и их сын, Наруто не знала. — Наруто-чан! — Весело воскликнула бывшая Нохара, когда Узумаки прошла в гостиную. — Рин-сан, добрый вечер. Не знала, что вы придете сегодня. — Улыбнулась в ответ джинчурики. — Какаши-сенсей. — Кивнула она ему. Хатаке улыбнулся сквозь маску и тоже кивнул. Его сын, который до этого спокойно играл на руках у Кушины, бодро спрыгнул с колен женщины и подошел к Наруто. — Уто! Уто! — Улыбался он своими четырьмя зубками. Дочь Хокаге подхватила его на руки, целуя мальчика в щечку. — Привет, Акио. — Малыш засмеялся и схватил девушки за один из хвостиков. — И чем тебе так нравятся мои волосы, ума не приложу. — После того, как Наруто познакомилась с семьей Какаши, она стала часто заходить к Рин, когда бывала в госпитале, и иногда заставала там маленького непоседу. Тот, как только Узумаки попадала в поле его зрения, весело бежал к ней и хватал за волосы, перебирая их пальчиками. Хатаке сказала, что это из-за яркого цвета. Но Наруто подозревала, что дело тут не только в этом. — Все дело в цвете! — Деловито сказал Акира, смотря на эту картину с умилением. Узумаки села с ребенком на руках в кресло, пока тот продолжал перебирать волосы. — Почему я чувствую две чакры в тебе? — Серьезно спросил Акио. Для своего возраста мальчик был очень умным, уже знал, хотя тут понятно, про чакру и шиноби, а также разговаривал почти без дефектов. Но вот то, что он является сенсором, Наруто слышит впервые. Должно быть, он почувствовал чакру Курамы. — Это все очень сложно, малыш. — Вместо Наруто ответила Рин. — Когда вырастешь, Наруто-чан обязательно расскажет тебе. — Вторая чакра такая горячая и… злая. — Спокойно говорил ребенок, а Узумаки буквально почувствовала напряжение, которое исходило от отца и матери. Только Какаши да Рин были спокойны и не волновались из-за этого. — Хочешь, я расскажу тебе секрет? — Заговорщески прошептала Наруто мальчику. У того сразу загорелись глаза, и он активно закивал головой. — Во мне сидит… зверек. — Узумаки проигнорировала злобный рык в своем подсознании. — Он довольно злой, но очень красивый. — Он делает тебе больно? — Нет, конечно, кто же ему позволит? Он иногда помогает мне. — Кушина одарила ее таким взглядом, что словами не передать, а Минато закусил губу, но ничего не сказал. — А он большой? И как он выглядит? — Да, очень большой. Это рыжий Лис с девятью хвостами, представь, какой он красивый. — А он может выйти? — Невинно спросил ребенок. — Конечно, нет, он же очень большой! Тем более, ты же сам сказал, что он злой, что же будет с деревней тогда? — Но ты ведь будешь держать его, чтобы он не навредил? Ты же сильная, Уто! — Воодушевленно говорил Акио. — Я хочу на него посмотреть! — Какой ты настырный! Если честно, он сам не хочет выходить наружу. Зачем же я буду его заставлять? Хочешь, я тебе его нарисую? И ты посмотришь, какой он. — Хочу. — Кивнул мальчик. — Но ты скажи ему, что я очень хочу на него посмотреть. — Я передам. «Слышал, Курама? У тебя уже есть поклонники!» — Заржала Наруто в своем подсознании. «Дети!» — С явным отвращением ответил Кьюби. — «Я тебя кое-как терпел в детстве, а тут еще один ребенок! Тьфу на тебя, Узумаки! Совсем не любишь меня, бездушное создание!» «И это мне сказал Девятихвостый демон-Лис» — Акио, что же ты такой любопытный? В какого только такой пошел? — Тяжело вздохнула Рин. Ее сын обратил внимание на других присутствующих в комнате. Акио встал с колен Наруто, что-то пробурчал себе под нос и ушел в другую комнату непонятно для чего. Минато не упустил случая метнуть в дочь презрительный взгляд. Кушина закусила нижнюю губу, не зная, что сказать. — Зачем ты ему рассказала? — Подал голос Акира. — Он же ещё маленький, рано ему знать об этом. — Я должна была соврать ребёнку? Он почувствовал, нии-сан, почувствовал. Что я должна была сказать? — Возмутилась Наруто. Акира закусил губу, однако его глаза полыхали злостью и чем-то еще. Чем-то, чего там раньше не было. — Вообще, Акио мне уже говорил про то, что чувствует в тебе другую чакру. — Подал голос Какаши. — Но это только твое дело, поэтому я ему ничего не ответил. Видимо, его любопытство победило и он решил спросить лично у тебя. — Ото-сан, хватит на меня смотреть так, будто я прямо сейчас выпущу Девятихвостого, чтобы показать ребенку. — Обратилась Наруто к отцу. — Ситуацию с Кьюби держу под контролем я, Итачи и Саске, можешь не переживать. — Как ты со мной разговариваешь? — Прошипел Намикадзе. — Минато! — Прикрикнула Кушина. — Сенсей! — Вторили ей Рин и Хатаке. — Простите, господин Хокаге. — С явным презрением ответила ему Наруто. — За то, что проявила неуважение к вашей персоне. Больше такого не повторится. Не дожидаясь ответа от отца, Узумаки встала со своего места. «Можно я его Бомбой Хвостатого шарахну?» «Ты все ещё не можешь их запускать.» «А если бы мог…?» — С надеждой в голосе пророкотал Курама. «Нет. Это все еще мой отец.» Но как же она устала, Даттебайо!