С чистого листа, или Новая жизнь Наруто!

*** Наруто стояла на полигоне вместе с Итачи, ожидая, когда придут Саске и Акира. Сегодня должна была состояться тренировка, которую организовали драгоценные старшие братья для младших своих. Точнее, об этом их попросила сама Наруто, но не важно. Она хотела разобраться в ситуации между двумя джоунинами. Все же, не чужие люди. После того, как Хокаге запретил Узумаки ходить на миссии в связи с «возможностью захвата джинчурики вражескими шиноби», Саске, Итачи и Акиру приставили к ней, как охрану, назвав это миссией В ранга. Нельзя же допустить, чтобы «оружие деревни» оказалось не в тех руках, как подумала Наруто, но вслух ничего не сказала. Связываться с Минато — себе дороже. — Наруто, я хочу с тобой поговорить. — Тихо сказал Учиха, обнимая ее за шею и кладя голову на ее. — О чем? — Мягко спросила Наруто, млея в его руках. Все же, Итачи вызывал в ней такие теплые и нежные чувства, что невольно становится страшно. Разве может один человек так действовать на другого? Когда Учиха рядом, то хочется обнимать его постоянно, а когда его нет — хочется, чтобы он никуда не уходил. Серьезно, в жизни Наруто впервые такое. Первый раз осознание чувств пришло в тот момент, когда она увидела его после четырехлетнего путешествия. Узумаки поняла, что Итачи ей очень не хватало все это время. Конечно, она скучала, писала ему, но тот момент, когда он заключил ее в свои объятия, Наруто поняла, что это единственное, что она хотела все это время. Оказаться в таких крепких и надежных руках, почувствовать себя защищенной. Итачи так нежно и ласково гладил ее по спине, целовал ее в макушку, что хотелось просто расплыться лужицей по земле. И Наруто очень боялась своих чувств. Она не могла дать им название, но они были очень сильными. «Ты влюбилась, Узумаки» — Сказал ей как-то Курама. А она не хотела верить. Что, если из-за этих чувств она потеряет его? А джинчурики не хотела терять такого важного для нее человека. Он уйдет, забудет ее, а она будет страдать… и любить его. Нет, Наруто отказывалась принимать их. Ничего хорошего не принесет, только лишь боль да разочарование. — О чем? — Переспросил Итачи. — О чем-то важном. — Джинчурики буквально почувствовала, как тот улыбнулся. — Так говори. — В этот момент на поляне появились Саске и Акира. И почему эти двое всегда выбирают такой «подходящий» момент для появления? «Даттебайо!!!» — Выругалась Узумаки. «От твоего брата опять разит злостью. Причем не злостью, а яростью.» — Руки убрал от нее. — Прошипел братец, подходя к парочке. Наруто даже опешила от такого выпада. Саске удивленно на это посмотрел. Однако Итачи так и остался стоять на месте. И ни один мускул не дрогнул. — Я непонятно выразился, Учиха-сан? — По-моему, мы уже говорили на эту тему, Акира-кун. — Спокойный голос Итачи резанул по слуху его брата и Наруто. Учиха, как-никак, в ярости. И если Намикадзе показывает ее, то Итачи подавляет все свои эмоции. — Мы не закончили. — Мы закончили. — В глазах Итачи сверкнул шаринган. — Что произошло между вами, аники? — Удивленно спросил Саске. — Нет, серьезно, я впервые вижу тебя в таком состоянии. — Наруто выбралась из объятий Учихи и повернулась к нему лицом. Тот стоял, чуть наклонив голову вправо, что выдавало его ярость. О, да, Узумаки очень хорошо изучила этого парня, чтобы говорить о его состоянии только по одному жесту. — А ты, Сасу-чан, не лезь не в свое дело. Ты вообще здесь лишний. — Намикадзе это буквально выплюнул. И игривое настроение младшего Учихи вмиг сменилось на убийственное. Наруто буквально кожей чувствовала темную ауру двух самых дорогих ей людей. Что нашло на ее брата? Его что, отец покусал? — Поаккуратнее с выражениями, Акира-сан. — Прошипел Саске. — Все, что касается моего брата, касается и меня, ясно? — Вы, Учихи, все такие. Безэмоциональные твари, неспособные увидеть что-то, кроме себя. — Фыркнул старший брат Наруто. И тут она охренела, по-другому не сказать, очень сильно. То есть, это Учихи такие? А на себя Акира не хочет посмотреть? Или на Минато? В отличии от Намикадзе, Учихи всегда держатся за свою семью и в первую очередь думают о ней. Конечно, в том мире Саске хоть и был «напыщенным индюком» в академии и после нее, он думал о семье. Сейчас, Наруто просто уверена, семья у Учихи на первом месте. Про Итачи и говорить не стоит. И все Учихи, которых она знает, очень дорожат своим кланом. А что Минато? Или тот же Акира? Они никогда не дорожили Наруто, всегда презирали ее и боялись. И теперь нии-сан что-то смеет говорить про Итачи и Саске? Да как у него язык повернулся? Наруто почувствовала, как чакра Кьюби выходит из-под контроля. Курама, если честно, даже не пытался это предотвратить. Зачем? Пусть Намикадзе испытает на себе весь гнев юной Узумаки. Хоть он и не любил клан Учиха от слова совсем, семейство ее дражайшей джинчурики вызывало в нем еще большую ненависть. Красноглазые хотя бы заботятся о Наруто, а эти «родные» просто бросили на произвол судьбы. В следующее мгновение Акире в солнечное сплетение прилетел кулак, напитанный чакрой. Братишка отлетел и врезался в ближайшее дерево, а за спиной у Узумаки появился один хвост оранжевой чакры. Намикадзе невольно вздрогнул, смотря в красные глаза своей сестры. Давно он их не видел. «Что ж, я не жалею об этом» — Мысленно усмехнулась Узумаки. «Я тем более». — Ответил ей Лис, чувствуя весь спектр эмоций своей джинчурики. — Значит так, нии-сан, — Пропела Наруто, убирая свои «спецэффекты». — Ты можешь презирать меня, ты можешь игнорировать меня, избивать и так далее по списку, я все пойму, но никогда, слышишь, никогда не смей оскорблять Итачи и Саске, ты меня понял? — Прошипела она, подходя к брату. — Я никогда и ничего не требовала от тебя или от своей семьи. Я никогда не жаловалась, когда мне было больно, ты знаешь это? Я ведь тоже человек, пусть и с демоном внутри. Но у кого из нас их нет, правда? Просто мой немного больше и… хвостов у него много, пожалуй. — Хмыкнула девушка. — Если бы не Итачи и не Саске, то Девятихвостый давно бы был на свободе, понятно? Ты знаешь, как трудно сдерживать этого Лиса? Нет, ты не знаешь. Так давай я расскажу, нии-сан. Когда все твои чакроканалы жжет от ядовитой чакры, когда голос в твоей голове постоянно нашептывает тебе слова убийства, единственным желанием остается — избавиться от этого, выпустить на волю то, что давно этого хочет. А когда твоя семья не желает даже видеть тебя? Это желание становится в сто раз сильнее. Скажи спасибо им за то, что он все еще внутри меня. Они спасли меня от самой себя и помогли справиться с голосом внутри. Они моя семья, и всегда ей будут. — Я твоя семья. — Подал голос Акира, впечатленный словами сестры. — Я твой старший брат, Наруто! И я хочу им быть! — А где ты был, когда действительно был нужен мне, нии-сан? — Тихо спросила Наруто, а одна слеза предательски скатилась по ее щеке. Впервые все ее эмоции вырвались наружу. Она сказала то, что хотела сказать давно. И стало значительно легче. — Я видела только ваши спины, и больше ничего. А Итачи и Саске были рядом. — Тяжело вздохнула она. — Ты не знаешь их, а я знаю. И я люблю их, понятно? Я люблю их больше всех, поэтому не смей больше оскорблять, унижать или угрожать им или кому-то еще из их клана. Поверь мне, я узнаю, если это случится. За них я порву любого, даже своего старшего брата. *** После той пламенной речи Наруто сбежала. Эмоции били через край, слезы текли по щекам, а мысли разбегались. Узумаки сказала брату то, что должна была. И ничуть не жалела об этом. Только это вскрыло старые раны на сердце, которые опять начали кровоточить. Давно она не испытывала таких эмоций. И она давно не плакала. Сейчас все чувства, что копились в юной джинчурики несколько лет, вырвались наружу. Всю ненависть, что она ощущала по отношению к своей семье, которая никогда и не была таковой, Наруто выплеснула на брата. Больно ли ей? Несомненно. Стало ли легче? Определённо. Жалеет ли? Никогда. Она добежала до монумента Хокаге по крышам домов Конохи, чтобы ее никто не заметил. На своем любимом месте она увидела какого-то шиноби, который ей показался смутно знакомым. Просканировав чакру, она узнала в парне Шисуи. Только что он здесь забыл? — Привет, Наруто. — Привет. — Она сёла рядом с парнем. — Что ты здесь делаешь? — Слезы уже закончились, осталась только горечь и немного боли. Даже Курама не мешал своей носительнице, понимая, что ей сейчас нужно. — Сижу. Думаю. Итачи мне говорил, что это место помогает ему привести голову в порядок. — Коротко сказал Учиха. — Что-то случилось? Почему ты здесь? — Поссорилась с братом. — Обобщила она. Учиха понятливо кивнул. — Что у вас с Итачи? — Спросил Шисуи после двух минут молчания. — Я желаю своему лучшему другу только счастья, пойми меня, поэтому я хочу знать, что ты чувствуешь к нему, Наруто. — Я… люблю его. — И эта мысль была единственной, что четко отображалась в ее голове. Та вспышка гнева помогла понять и принять такую простую истину: она влюбилась в Итачи Учиху. Точнее не так. Она любит его. Да, вот так. — Не бросай его. — Я тебе скажу то, что сказал мне Джирайя-сенсей несколько лет назад. — Вздохнула Наруто. — Любовь — чувство очень сложное. Она всеразрушающая, всепоглощающая. Много людей в мире познали ее, но не каждый смог сохранить ее. И не каждый сможет найти одного человека на всю жизнь. Во все времена существовало только три клана, представители которых могли любить одного человека всю жизнь. Это Сенджу, Учиха и… Узумаки. — Шисуи задержал дыхание, так слова Наруто действовали на него. — Если мы любим, то любим до конца. Если мы любим, то никогда не бросаем. Если мы любим, то полностью отдаемся этой любви. Хоть и фамилия у меня Намикадзе, но я всегда была Узумаки. Шисуи улыбнулся. Наруто тяжело вздохнула. Вдруг раздался мощный взрыв. Коноха подверглась нападению.