Выход есть всегда

«…после чего в 1964 году Хрущев был снят с поста», - дочитав последнюю строчку, Вера закрыла тетрадь и отложила ее в стопку к остальным. - Нет, так больше не может продолжаться. Они, что все с одного ГДЗ писали? – устало вздохнула девушка, откидываясь на спинку кресла. – Нужна передышка. В этот момент раздался стук в дверь. - Господи, кто бы там ни стоял, благослови этого человека, – с этими словами Вера подошла к двери и открыла её. Увидев на пороге Машу, девушка искренне обрадовалась. Ведь из-за этого задания ей было запрещено заводить лишние знакомства, а имя Маши Князю уже в мозг въелось, благодаря Володе, конечно. - Привет! Ты спасла меня от проверки нудных тетрадей! – радостная Вера кинулась на шею к Маше. - Привет, у меня к тебе дело, – девушка прошла в комнату и села на стул. Вера закрыла дверь, села напротив подруги. - Что случилось? - Помнишь, я тебе говорила, что не смогу выбрать между Володей и Виктором? - Вера кивнула, внимательно смотря на подругу. - Ну, так вот. Я сказала им, что не могу выбрать и, что разрываю отношения с обоими. - А они что? - А они нашли свой выход из ситуации, – Маша наклонилась и суетливо зашептала на ухо подруги. Лицо Веры поочередно менялось, когда же девушка закончила свой рассказ, Назарова залилась смехом. - Да, сколько можно? Может, хоть кто-нибудь объяснит мне, что тут смешного?! – взорвалась Маша. - Ну, ничего себе подсуетились, ребята, – произнесла Вера, успокоившись. - А что, Маш, это выход. - Да, какой, к чёрту, выход?! Это же как-то... ну, неправильно что ли. - Так, Маш, подожди. Ты Володю любишь? - Да. - А Виктора? - Да. - А кого сильнее? - Одинаково! - Так в чем проблема-то? Маша не знала, что ответить на это. Вера, безусловно, была права. Это выход, но, чёрт возьми, какой-то неправильный выход. - Что именно тебя в этом смущает? То, что их двое что ль? Так это ничего. У каждого раз в жизни, что-то подобное было. Маша удивленно посмотрела на Веру. - Ну, что ты так на меня смотришь? Универ и жизнь в общаге – это время экспериментов. - Тебе виднее, – засмеялась Маша. - Вот именно. Только не говори, что это у тебя первый раз, когда их двое. - Ну, не то, чтобы первый... Пять лет назад… Темноволосая девушка сидела на ядовито зеленой скамейке. Старый, голубой пуховик почти не спасал беднягу от суровых декабрьских морозов, заставляя вздрагивать при малейшем дуновении ветерка. - Все, время прогулки закончилось, - безразлично бросил санитар. Маша послушно встала и поплелась в здание. За столько лет проведенных здесь она, наверное, единственная, смогла выучить весь распорядок дня. Остальные были не способны на это ни физически, ни психологически, однако и её пытались сломать. Уже много раз. И способы каждый раз были разные... Вот и сейчас, бесследно путаясь в бесконечных и, порой, совсем одинаковых коридорах, девушка шла как на виселицу. Было страшно представить, что ей придется сейчас пережить. Широкие двери распахнулись, и девушка вошла внутрь светлой комнаты. Некогда белые обои на стенах пожелтели то ли от времени, то ли от проливных весенних дождей и протекающей крыши, и теперь походили больше на холщовую бумагу. Белая краска на потолке вздулась и кое-где даже потрескалась большими кусками, казалось, что они вот-вот упадут на голову. Девушка сделала несколько шагов вперед. Бетонная крошка противно захрустела под ногами. Маша огляделась по сторонам. Она впервые была здесь. На первый взгляд комната казалась заброшенной. Старые пожелтевшие обои, потрескавшаяся штукатурка, из предметов мебели одна железная пружинная кровать в углу комнаты. Маша сделала ещё несколько шагов вперед, желая подойти к единственному источнику света в помещении – небольшому деревянному окошку. После электрошока каждое движение давалось девушке с трудом, бетонная крошка больно впивалась в ноги, делая движения ещё более неуклюжими. Наконец, послышался звук открывающейся двери. В комнату вошел главврач больницы. При виде его все пациенты предпочитали забиться по углам, лишь бы не видеть эти маленькие, полные абсолютной злобы глазки и звериный оскал, который, казалось, можно было увидеть за километр. Все, но только не Маша. Безусловно, ей тоже было страшно, но гордость не позволяла пасть ещё ниже. Вот и сейчас, выпрямив спину, девушка посмотрела в глаза своего мучителя, пытаясь догадаться, что ждет её сегодня. - Ну, что, дорогуша, до сих пор думаешь, что у тебя есть сын? - Я не думаю, я знаю, - холодно ответила Маша, не отводя взгляда. Прямолинейность и чрезвычайно высокая гордость - вот что бесило врача в этой, казалось, совсем беззащитной девушке. А ещё отсутствие страха. Порой он задумывался - чем же врач отличается от своих пациентов? Ему самому впору полечиться. Кто знает, откуда в таком с виду добродушном человеке может взяться такое непреодолимое желание, чтобы его боялись. Чтобы от одного его вида у пациента замирало дыхание, бешено билось сердце, а в глазах появлялся тот самой огонек злости. Кажется, вот-вот и он набросится на мужчину, но этого не бывало, ведь страх намного сильнее ярости, ну, в данном случае. А вот у Маши не было такого, и это его злило. - Ай-яй-яй, не хорошо, Машенька, не хорошо. Сколько ты у нас уже лечишься, а успехов никаких, – с усмешкой проговорил врач. – Что же мне делать с тобой. - Отпустить, наконец. - Как же я тебя отпущу-то больную такую. Не положено, дорогуша, не положено, – мужчина обошел вокруг Маши, оценочно рассматривая девушку. – За то я знаю, что сделать, чтобы ты, наконец, пошла на поправку. - Неужели? – язвительно произнесла Маша. - Да, ты мне еще потом спасибо скажешь, – усмехнулся врач и вышел из комнаты. «Господи, что он задумал?» - Маша села на железную кровать, пряча лицо в руках. В этот раз, прежде чем открыться, дверь издала такой ужасный скрип, что девушка чуть не оглохла. В комнату вошли двое амбалов в спортивных костюмах. Девушка инстинктивно отодвинулась как можно дальше и вжалась в стенку. Мужчины переглянулись, подошли к девушке, стаскивая её с кровати. Маша не успела и заметить, как её раздели и поставили на четвереньки. Когда же до неё дошло, в какой ситуации она оказалась, девушка попыталась вырваться, но один из амбалов, ещё сильнее прижал девушку к бетонному полу. - А лекарь ваш не ошибся, для умалишенной ты очень даже симпатичная, – усмехнулся один из них. – Ну, и сколько клиентов уже обслужил этот ротик. Мужчина взял девушку за подбородок и посмотрел в испуганные глаза девушки. - Она вообще разговаривать умеет? – послышался голос второго. - А это мы сейчас проверим, – с этими словами мужчина изо всех сил пнул Машу в живот. Девушка повалилась на бок, с громким вскриком. Из голубых глаз покатились слезы, которые она с таким усердием сдерживала всё это время. - Вот и голосок подала, – мужчины громко засмеялись. - Чёрт возьми, смотри, какая фигурка, так бы издевался и издевался, – сказал один из них. - Да, жаль, что всего на час дали, – согласился второй. - Ладно, давай уже приступим. Маша посмотрела на своих мучителей сквозь пелену слез, в надежде, что они сейчас уйдут. Но сбыться этому, было не суждено. Её подняли на руки и грубо бросили на пружинную кровать. Мужчины подошли вплотную, по дороге расстегивая ремни. Первым в неё вошел, тот, который с такой силой пнул девушку в живот. Резко. Без подготовки, даже без смазки. Маша громко закричала от боли, пронзившей её тело. Слезы потекли с новой силой. - Ты даже не представляешь, какая она узкая, – сказал мужчина. - Интересно, а ротик рабочий, – усмехнулся второй, вставляя член в рот девушки. Невозможно описать словами, что сейчас чувствовала Маша. Она могла ожидать от врача всё, что угодно, только не этого. За время, проведенное здесь, девушка испытала, наверное, всевозможные пытки, но молилась по ночам, что санитары не додумаются до того, что с ней делают сейчас. Видимо, Бога нет. Похоже, сейчас Маша осознала это в полной мере. Сейчас, когда в её тело буквально вдалбливались, не думая о том, что чувствует девушка под ними. А чувствовала она боль. До ужаса бездумную и настолько сильную, что, казалось, ещё толчок, и она потеряет сознание. Холодный метал обжигал кожу, спирали остро впивались в грудь девушки, силы медленно покидали её. Тем временем мужчина, всё это время насиловавший в рот, казалось, отстал от неё, но он лишь обошел вокруг и вошел вторым. Маша громко закричала, сильнее вжимаясь в кровать. Через несколько минут безмолвной пытки девушка почувствовала, как теплая сперма, смешанная с кровью, стекает по её бедрам. Руки подкосились, и Маша со всей силы упала на пол. Подняться она уже не могла, она слышала, как мужчины одеваются, обсуждая преступный акт, который только, что совершили. Их слова становились всё тише и тише, пока совсем не перестали долетать, до потерявшей сознание девушки. Когда Маша закончила свой рассказ она уже откровенно рыдала на плече у плачущей Веры. Назарова понимала её чисто по-женски, понимала, сколько ей пришлось пережить, ради сына, понимала, как ей тяжело вспоминать все это. На удивление автора (и читателей, наверное), Маша успокоилась намного быстрее Веры. - С ребятами-то мне что делать? – наконец, возобновила разговор Маша. - Ну, по-моему, это реальный шанс для тебя. И хороший выход из ситуации. Знаешь, в наше время уже никого ничем не удивишь. В школе не афишируйте, а скоро нацистов посадят, и Виктор сам не захочет тут оставаться. Уедете. Максим, кстати на этот как отреагировал? – спросила Вера, еще шмыгая носом. - Примерно, так же как и ты. А еще уходя, посоветовал еще и с Пашей роман завести, а то с ним, видите ли, двое отцов не справятся, – засмеялась Маша. Перед её глазами вмиг всплыл её разговор с Максимом. Каким счастьем светились его глаза, когда мать говорила с ним. Эти светлые воспоминание теперь, похоже, на всю жизнь отложились в подсознании девушки, вытесняя те, от которых разревелась даже Назарова. - Вот видишь, даже Макс не против. А ты ломаешься ещё, – подытожила Вера, как-то загадочно улыбаясь. - Вер, а что это ты сегодня такая счастливая? – наконец, спросила Маша. Скрытая за пеленой своих проблем, она не сразу заметила, какая загадочная сегодня её подруга. - По сравнению с твоими новостями это просто ерунда. Просто, сегодня утром мне Кирилл предложение сделал! – последнюю фразу девушка буквально прокричала, показывая Маше правую руку с золотым кольцом на безымянном пальце. - Да, с моими новостями этому не сравниться, – засмеялась девушка, обнимая подругу. – Господи, как же я за тебя рада. - Сколько я нервов истратила с ним, не зря, получается. Вот только боюсь, Князь этого не одобрит, – грустно произнесла Вера. - Да, ладно тебе. Зная вашего Князя, могу предположить, что он уже давно пробил твоего Кирилла по всем источникам, по которым только мог, поэтому не переживай, – приободряющее произнесла Маша, сжимая руку подруги. – Ладно, пойду я. Найду, своих остолопов. Спасибо за помощь, – с этими словами девушка вышла из комнаты и направилась к себе. «Нужно переодеться, собраться с мыслями и найти их», - размышляла Маша, не подозревая, что всё намного проще. Володя с Виктором уже давно ждали её. Когда девушка зашла в комнату, она подумала, что попала не туда. На полу были расставлены свечи, на кровати лепестки роз и любимые мужчины, стоявшие напротив. Девушка искренне улыбнулась им и уверенно утонула в двойных объятьях.