Мисс Блэк

Осада началась с того момента, как в тринадцать часов на горизонте показались одетые в чёрную одежду Пожиратели Смерти. Я вскинулась от дремоты, и тут же почувствовала, как замок вскинулся от древнего сна. Всё вокруг стало темнее, но я заметила, как магическая сила чуть ли не ураганом развёртывается вокруг. И правда, с двух сторон на кучу волшебников полетели огромные смерчи, сметающие всё на своём пути. Волшебники начали падать, кто-то взлетал в воздух, а кто-то просто удирал обратно. Пожирателей было не так много — большинство должно было атаковать Хогвартс. И тут я увидела Воландеморта — третий вихрь, который нёсся прямо к нам… Где-то в миле от нас он внезапно остановился, будто врезавшись в невидимую преграду, защиту, мешающую ему приблизится… И сполз будто по стенке. Это зрелище надо было видеть собственными глазами. Пожиратели бежали, и врезались в невидимую преграду. Некоторые магией пытались ворваться внутрь, но в мгновение ока проваливались под землю — их просто-напросто хоронил заживо Кариад. Воландеморт каким-то заклятием почти ворвался внутрь, но его отбросило и чуть не убило. Хотя как его могло убить?.. Он же почти неубиваем. И тут ему стало плохо. По крайней мере мне так показалось. Он встал, как вкопанный и вдруг случился какой-то магический выброс, будто бы звезда вспыхнула, и вновь погасла. Через несколько секунд все выжившие уже убегали отсюда подальше, унося с собой одежду тех, кто был погребён в землю нашим замком. Внезапная тишина словно загудела. Спустя несколько минут я оклемалась. — Это и засадой-то назвать сложно! — возмутилась я, как внезапно появился Кариад. Он слегка мне улыбнулся и добродушно сказал: — Конечно, бывало и хуже, но этот… Воландеморт… он просто чудовище. — Ты так говоришь будто знаешь его… — я не понимала, как он может понимать этого… человека так хорошо. — Я увидел это в его глазах. У него в глазах такой маниакальный огонь, что сразу видно — он одержим своей идеей. — Я знаю, что он одержим идеей бессмертия. Но не знала, что ты видишь всё вокруг когда тебя самого не видно. Кариад облокотился о стену. Теперь он был ещё больше похож на человека — голубой блеск сходил на нет, словно мы стали родственными душами или… я не знаю ничего о таких делах, но он стал почти человеком. — Я всё вижу, и многое помню. Помню самое кровожадное и самое жуткое за тысячу лет. Но также я помню и хорошее. Глаза у Ричарда-Кариад были карие, словно шоколад. А ещё в них была какая-то искорка, немного желтоватая, охристая, и довольно весёлая, но одновременно с этим и грустная. Словно отблеск свечей. Словно магия, наполнившая человека с ног до головы. Словно… душа, которая просачивается через человеческую оболочку. Я никогда не видела, как душа выходит из человека, но сейчас я чувствовала, что душа замка слишком большая, чтобы влезть в одно единственное тело. Это было неожиданно.

***

Вечер спускался на море, и мы с Драко сидели в гостиной, рассматривая камин. — Все ожидали от Воландеморта большего, — слегка улыбнулся Драко. — Ага. Такое чувство будто он… ослаб, — это прозвучало не то как вопрос, не то как утверждение, но я сама не знала, спрашиваю или утверждаю. Камин полыхал, освещая всё вокруг. В глазах Драко сверкали языки пламени. Я не замечала, что у него зелёно-серо-голубые глаза. А может, просто цвет поменялся, и теперь вокруг зрачка они отливают ярко-синим, дальше серым а около белков глаз — зелёным. Это необычный переход… — Завтра нужно связаться с друзьями, — сказал Малфой и посмотрел на меня. — А-то они потеряют нас из виду. — Вот именно, что завтра, — сказала я и потянулась. Укрывшись пледом, я достала книжку и погрузилась в чтение. Драко постучал по столику и попросил вечернее какао, которое не замедлило явится. Отпив изрядный глоток напитка, Малфой задумался о чём-то и вскоре впал в дремоту. Было спокойно и тихо, а море за окном мерцало в свете полной луны. Я читала, пока сама не захотела спать и побрела в спальню которую облюбовала для себя. Через полчаса я уже посапывала в мягкой кроватке и даже думать забыла обо всём, что происходило вокруг. Я спала, мне снились сны, и в этих снах всё было хорошо. Безмятежная жизнь в Шотладнском замке Кариад, трое детей, дружба с иностранцами и огромным количеством известных людей через океан… Всё было прекрасно, но пока это был лишь мир фантазий. На утро меня разбудил Драко. Он ворвался в комнату и чуть не грохнулся, оступившись на самом пороге. — У меня две новости. Одна хорошая, а другая плохая. — Начинай с плохой. Я села в постели и попыталась пригладить волосы. Я потянулась за расчёской и начала расчёсываться, чуть ли не выдирая себе волосы на затылке. — Рон погиб. Он сбежал от Гарри и Гермионы и погиб. — А хорошая? — спросила я, надеясь, что вторая новость это то, что смерть друга оказалась уткой. — Мама убила змею Воландеморта. Ей, конечно, пришлось бежать, но всё же… Осталась диадема, но Гарри и Гермиона уже думают. — Мне нужно время, — сказала я, и Драко, поспешно кивнув, вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. В комнате воцарилась мёртвая тишина, но не мирная и успокаивающая, а пугающая. Словно мир погрузился во тьму, из которой нам уже не выбраться. Словно я в огне, который тихо потрескивает, а все остальные ждут, пока я не сгорю и вот-вот готовы вскричать с радостью, что ведьма сгорела. Мне было плохо. Внутри всё скрутило, и я почти теряла сознание от боли в висках. Я и не подозревала, что способна испытывать настолько сильные чувства. Я не думала, будто после такого долгого отсутствия общения Рон будет мне настолько дорог. Я начала чувствовать шум крови в ушах, и просто откинулась на подушку, свернувшись калачиком, чтобы никто меня не трогал. Чтобы никто и никогда больше меня не трогал. Я хотела, чтобы я навсегда осталась в этой кровати и не выходила отсюда во веки веков. Я хотела умереть прямо здесь. Но не сейчас. Я не хотела умирать и болезненно боялась смерти. Я просто хотела лежать здесь, пока время не наложит на меня отпечаток старости и моё сердце не остановится. И всё, больше ничего не будет, больше ничего не случится… Больше ничего…

***

Привет! Сегодня дождь и скверно, А мы не виделись, наверно, сто лет. Тебе в метро? Скажи на милость, А ты совсем не изменилась, нет-нет. Привет! А жить ты будешь долго, Я вспоминал тебя вот только в обед. Прости, конечно же, нелепо Кричать тебе на весь троллейбус «Привет! » Привет! Дождливо этим летом, А, впрочем, стоит ли об этом? Ведь нет… Тогда о чем? О снах, о книгах? И черт меня попутал крикнуть «Привет! » Как жизнь? Не то, чтоб очень гладко, Но, вобщем, знаешь, все в порядке, без бед. Дела отлично, как обычно. А с «личным»? Ну, вот только с «личным» — привет… Привет! А дождь все не проходит, А я с утра не по погоде одет. Должно быть, я уже простужен, Да Бог с ним! Слушай, мне твой нужен совет. В конце концов, мне дела нету, Решишь ли ты, что я с «приветом» иль нет, Но, может, черт возьми, нам снова… Выходишь здесь? Ну, будь здорова… Привет! Сначала незнакомый голос внезапно превратился в голос Ричарда Кариад, который пел в соседней комнате. Вопреки своему желанию (преждевременному, каюсь) я выбралась из кровати и заглянула в щёлку двери в соседнюю комнату. Кариад поднял на меня свои шоколадные глаза и хитро улыбнулся. Словно знал, что сейчас я стою в одной пижаме в коридоре и подглядываю в пустую спальню. А потом Кариад исчез, оставив лишь гитару, которая на проверку оказалась моей. — Ты чего тут делаешь? — спросил Драко, зайдя в спальню, пока я перебирала струны гитары. — А? — спросила я, подняв голову. — Я ничего… Я так… И тут же быстро перенесла гитару в мой шкаф и начала переодеваться. — Ты уже позавтракал? — спросила я у Драко, словно ничего не было. — Сейчас обед, вообще-то, — сказал Малфой, поглядывая на меня с непониманием. Я ему улыбнулась, словно сумасшедшая, и пошла в столовую. — Обед, пожалуйста! — сказала я, постучав по столу. Тут же появился обед, и я села уминать жареную картошку. Драко не стал на меня смотреть а просто вышел из комнаты с немного подозрительным видом.