Bad to the bone

      Хозяин «Виверны» оказался подозрительным и молчаливым типом. Он холодно смерил новичка проницательным взглядом, словно норовил забраться под кожу, и повернулся в сторону Малфоя, чуть приподняв кустистые брови.       — Вам хоть семнадцать-то есть? — наконец пробасил он, прервав монолог Драко, который представил своего приятеля как Гидеона Мёрфи.       — Обижаешь, — коротко улыбнулся шестнадцатилетний Малфой, блеснув хитрющими глазами. — Мы не первый день вроде бы знакомы, да и как бы мы трансгрессировали без разрешения доблестного Министерства?       Пухлое круглое лицо лишь на секунду расплылось в скупой ухмылке. Малыш Джо пробежался секундным взглядом по списку, протянутому робкой Бланш, которая смущённо косилась на Драко, блистая щербатой улыбкой, и скрипучим голосом проговорил:       — Добро пожаловать, Гризли. Я надеюсь, Дракон рассказал тебе о наших правилах? — Кастор на автомате кивнул, переглянувшись с Малфоем. — Принимать участие в дуэлях могут волшебники, достигшие семнадцати лет; никакой ответственности за оторванные конечности и произнесённые тёмные проклятья мы не несём.       Бильярдисты словно по команде гаденько расхохотались, протянув что-то про молокососов и не заросший родничок.       — Тихо, — коротко отрезал Джо, подняв вверх полную руку, прежде чем закипающий от недовольства Малфой успел бросить проклятье, невольно ухватившись за палочку. — Мы уважительно относимся к каждому гостю «Виверны».       Хозяин бара обернулся вполоборота, коснулся бородатым подбородком плеча и прошелся цепким лезвием тёмных глаз по вмиг притихшим волшебникам. Сразу стало понятно — у Джонатана Мастерса был непоколебимый авторитет, его уважали и побаивались. Он вновь обернулся к подросткам и добавил:       — Но не прощаем предательства.       Изучающий взгляд дольше необходимого задержался на Касторе, словно бы проверяя мальчишку на прочность. Кастор стойко выдержал атаку, даже не моргнув.       Спустя полминуты компания волшебников направилась на второй этаж, стреляя скептическими взглядами в сторону подростков, точнее — в сторону Кастора. Малыш Джо в это время перечислял имена из списка, дожидаясь воинственного клича-подтверждения каждого «бойца». Это было какое-то своеобразное соревнование на самый устающий победный рёв, в котором не участвовали только надменный Драко, всем своим видом показывая, что сборище этих «животных» ему противно до глубины души, и Кастор. Он до сих пор не мог поверить, что согласился на Гладиаторские — дементор их подери! — бои.       — Не бойся, — пренебрежение на лице Малфоя вмиг сменилось лучезарной улыбкой, стоило последнему «рыцарю» исчезнуть из поля его зрения. Он положил руку на плечо задумчивому Кастору и послал очередную ухмылку краснеющей Бланш. — Сегодня тебя поставят разве что только против меня. Видишь ли, здесь считается, что мастерство мага напрямую зависит от его возраста. — Малфой закатил серые глаза и сморщился, словно его заставили съесть лимон целиком. — Хотя на деле магического резерва у этих пропойных «колдунов», — он пренебрежительно выплюнул последнее слово, сделав жест пальцами, означающий кавычки, — хватит разве что на простенькие защитные чары. От былой роскоши остались только воспоминания и бесконечные разглагольствования о том, что Гладиаторские бои уже не те…       Кастор не смог сдержать ухмылку, хотя прекрасно понимал, что если бы сказанное Малфоем было правдой, то смысл во всём происходящем напрочь бы растерялся. Хотя нет — он упустил один момент: платят ли сейчас за «бои»?       — За это платят? — перебил Кастор увлекшегося собственным монологом Малфоя, направившись за ним следом на второй этаж. — Какой тебе прок со всего этого?       — Платят, — кивнул Драко. — Если так хочешь, можешь делать ставки. — Предки ограничили карманные расходы? — гоготнул ему в спину Кастор и чуть не влетел во внезапно замершего и напрягшегося Драко.       Он небрежно обернулся, губы тронула ехидная кислая усмешка, серые глаза — наточенное лезвие — сверкнули, и Малфой медленно проговорил, растягивая слова:       — Не-е-т. Я здесь чисто из дани праздному времяпрепровождению… и ещё здесь приятная компания! — добавил он под конец, разворачиваясь.       — Выкладывай начистоту. — Кастор перехватил Малфоя за предплечье, довольно сильно дёрнув на себя. — Твои тайны каждый раз выходят мне боком, — губы Драко лишь дрогнули в нахальной усмешке, на мгновение скривившись от сильной хватки Кастора. — Говори!       Малфой недовольно закатил глаза, резко дёрнул рукой, освобождаясь из хватки Кастора, небрежно пожал плечами и взлохматил шевелюру, мазнув по суровому приятелю стальными глазами.       — Это единственный способ выпустить пар и попрактиковаться в боевой магии. А также получить пару уроков Малыша Джо. Если ты не знал, он обучался в Дурмстранге, а там, к сведению, Тёмную магию изучают наравне со светлой. И да, — он развёл руки в стороны, глубоко вздохнув, — несмотря на общество этих пропитых засранцев, вечно вставляющих палки в колёса, мне здесь нравится. По крайне мере, тебе в лицо говорят всё, что думают, а не расползаются в приветливых подхалимских улыбках, за спиной поливая дерьмом.       Кастору оставалось только пожать плечами. Малфой полон противоречий и, наверное, сам до конца не был уверен, а чего же ему хочется на самом деле…       На втором этаже располагался небольшой зал, где в самом центре соорудили специальную площадку для Гладиаторских сражений, именуемую в быту «рингом». Марлоу огляделся: большинство мужчин вальяжно подпирали стены спинами, некоторые сидели на корточках, а самые «солидные», скрестив руки, оседлали стулья, повернув их спинками вперёд. Тесное помещение, которое, как понял Кастор, в былые времена использовалось под гостевую комнату, было заполнено удушливым сигаретным дымом и отвратительно резким запахом пота. Да, на просторном первом этаже вонь немытых тел не ощущалась так отчётливо, как в этой толкучке.       Кастор подошёл к Малфою, который как и все опирался на стену, подперев её правой ногой, и блаженно выдыхал сигаретный дым к низкому потолку. Он вновь успел вступить в словесную перепалку с очередным мрачным мужиком и, казалось, получил от этой стычки неподдельное удовольствие. По крайней мере, тонкие губы, сложенные в еле заметную довольную улыбку, говорили именно об этом. Когда кто-то включил совершенно обычный маггловский магнитофон, прибавив громкость на максимум, все присутствующие резко оживились, словно предвкушая великую забаву.

I want it all! ¹

      Малфой выдохнул дым носом, взлохматив свои непривычно тёмные волосы, — заводное начало песни будоражило и его кровь. Обветренные губы сложились в очередную довольную улыбку, словно он действительно получал огромное удовольствие от нахождения в этом удушливом помещении, в окружении пренеприятнейшего общества.       — Малыш Джо — ценитель маггловского рока, — проговорил он, обернувшись к Кастору. — Ещё один приятный бонус «Виверны».

Adventure seeker on an empty street Just an alley creeper, light on his feet A young fighter screaming, with no time for doubt With the pain and anger can't see a way out²…

       В чистокровных семьях всё маггловское было под строжайшим запретом. Это было негласным правилом, не требующим каких-либо объяснения. Дети впитывали его с молоком матери, с младенчества усваивали простую истину: изобретения простецов — мерзость и скверна. Но к огромную разочарованию старшего поколения, одна из лучших школ магии, Хогвартс, принимала — как ни прискорбно! — не только чистокровных волшебников, но и всякое грязнокровое отребье, которое неизменно заражало остальных студентов маггловскими привычками. Это было неотвратимо.

I want it all, I want it all, I want it all, and I want it now! ³

      Кастор не мог удержаться от улыбки, разглядывая взбудораженных волшебников, которые каждый на свой лад подпевали знаменитой группе. Малфой вальяжно посмеивался, но было видно, он сам с трудом придерживался той тонкой грани «аристократии», чтобы в момент не забыть о формальностях и родительских запретах и не окунуться с головой в это полное свободы и независимости общество. Здесь было не важно, кто ты — чистокровный или полукровка, — здесь всем нравился маггловский рок, здесь все были братьями.

But just give me, huh, what I know is mine People do you hear me, just gimme the sign⁴

      Кастор и Драко переглядывались, качая головой в такт словам и ритму, беспечные улыбки сами собой скользили по их лицам, а в глазах блестел особый радостный огонёк, словно всё происходящее было таким естественным и… желанным?!       — Here's to the future for the dreams of youth!⁵ — неожиданно выкрикнул Малфой, подняв вверх кулак.       Никто не посмотрел на него косо, не стал шептаться, что мальчишка выкрикивает строчки из маггловских песен (в школе-то точно кто-нибудь из малфоевского окружения уже отправил бы сову с донесением Люциусу). Прокуренные мужики лишь добродушно хмыкнули, скривив губы в ироничной усмешке, мол, сейчас посмотрим, какого твоё ближайшее будущее, малец, — ступай на ринг.       Малфой благодарно кивнул краснеющей Бланш, разносившей на подносе пиво, взял стакан и поднял руку в шутливом немом тосте, с ухмылкой взглянув на своих противников.       — Твоё здоровье, Душитель.       Худощавый тёмноволосый мужчина повторил жест Драко, ухмыльнулся в ответ и продемонстрировал квадратные жёлтые зубы, которые в сочетании со впалыми щеками и острой седоватой бородкой придавали ему схожесть с козлом.       «Душитель коз», — усмехнулся Кастор, пряча свою улыбку в кружке с пивом. Видимо, полпинты эля на голодный желудок сделали своё дело, да ещё и уменьшение крепости напитка только поспособствовало опьянению. Одно хорошо — у него хватило здравомыслия оставить все наблюдения при себе.       В первом Гладиаторском сражении сцепились в жестоком противостоянии Благословлённый Мерлином и Минотавр — мускулистый и физически сильный маг, что мог уложить своего оппонента одной левой, поскольку был крупнее раза в полтора; Благословлённый же не отличался высоким ростом и внушительными габаритами. Однако маленькие крысиные глазки и длинный нос, время от времени подёргивающийся, будто бы хозяин постоянно к чему-то принюхивался, выдавали человека жесткого, хитрого и ловкого.       Перед началом боя Малыш Джо напомнил всем присутствующим о главных правилах: не использовать непростительные и взрывные проклятья, а также постараться не укокошить друг друга.       Победу в сражениях одерживал тот, кто обезоруживал противника.       После хлопка Джонатана начался бой. Лёгкое дурманящее опьянение Кастора испарилось в мановение ока, а рассеянная улыбка, от которой уже начинали болеть щёки, лопнула, словно перетянутая струна. Минотавр начал наступление первым: он словно дробью запускал в противника различные режущие заклинания, которые Благословлённый отражал лёгким движением палочки, порхал по рингу, как балетный танцор, и лишь изредка веселил публику заклинаниями-подножками, которыми пытался запутать и вымотать противника.       Малфой оказался не прав. «Пропойные клоуны» мало того, что пользовались не только защитными чарами, да и колдовали к тому же невербально! Кастору невербально удавались лишь бытовые чары, а в бою каждый его ход и выпад был на ладони противника.       Он опасливо обернулся в сторону Малфоя, который внимательно наблюдал за тактикой ловкого «крыса», чуть сощурив глаза. Почувствовав на себе недоуменный взгляд Кастора, Драко похлопал его по плечу, с ухмылкой по-отечески сообщив, что он его «не больно нагнёт».       Пять минут боя показались Кастору вечностью. Пару раз Минотавру удалось полоснуть проклятьем по противнику, но в конечном итоге тактика Благословлённого возымела успех — хлёсткая палочка здоровяка оказалась точно в жилистой руке победителя, ознаменовав конец сражения.       Марлоу ожидал, что утомившийся от искусных хореографических плясок оппонента Минотавр как минимум уничтожит того заточенным взглядом, но мужик лишь коротко фыркнул, принимая поражение, и протянул руку для традиционного рукопожатия. Малфой коротко похлопал в ладоши, еле заметно кивнув победителю в качестве поздравления, и обернулся к приятелю.       — Запомнил урок?       Кастор отвёл оценивающий взгляд от первого победителя и посмотрел на Драко, в глазах которого читалось: «Я тебя первый раз вижу». Марлоу все ещё помнил недавнюю насмешку приятеля, но в конечном итоге все же сделал неопределенный жест в воздухе, мол, просвети меня, всезнающий.       — Хороший дуэлянт побеждает не силой, а хитростью, умением и нестандартным мышлением.       Кастор закатил глаза, покачав головой: эта прописная истина была ему известна давным-давно. Не зря же он студент Слизерина.       — Ну-ну, — снисходительно усмехнулся Малфой, сквозь сощуренные глаза наблюдая за приятелем. — Не забудь эту прописную истину через пару минут, когда наступит наш бой.       — Уже? — всякая ирония вмиг испарилась с лица Кастора. Он планировал по крайней мере получить ещё парочку наглядных «уроков», да и вообще рассчитывал, что сегодня его обойдет эта учесть, ведь он совсем не владел невербальными чарами.       — Ага, сейчас организую, — самодовольно усмехнулся Драко, в последний раз взглянув на побледневшее лицо встревоженного Кастора, и направился куда-то в разгорячённую толпу, пересчитывающую выигрыш со ставки на Благословлённого.       — Эй, Никостран! — выкрикнул он, заметив свою цель.       — Моё имя Никостратос, — скривился курчавый юноша немногим старше самого Малфоя, недовольно сощурив тёмные глаза, — запомни уже, Дракошка.       — Сочувствую, — как можно серьёзнее произнес Драко, однако улыбка неуловимой тенью скользнула на его губах. — Будь добр, уступи нам с приятелем следующий бой, а то время позднее, его матушка ругать будет.       Малфой говорил нарочито громко, специально, чтобы услышал Кастор, но тот проигнорировал очередной выпад, всем своим невозмутимым видом противореча его словам.       Никостратос скользнул по Марлоу секундным оценивающим взглядом и вновь вернулся к Малфою.       — Я ставлю на тебя, Дракон, не разочаруй.       — Естес-с-твенно! — протянул Драко, склонив голову в шутливом поклоне. — Я не собираюсь поддаваться Гидеону, — он хитро подмигнул «Гидеону», и Кастор впервые вспомнил, что его представили именно так.       «Гидеон "Гризли" Мёрфи», — закатил глаза Кастор, послушно направляясь в сторону распорядителя Джо следом за Малфоем. Вполне себе сносный псевдоним; главное только чтобы отец не прознал, что он именовал себя маггловской фамилией.