Туманы Арвалона, или Охота на дракона

— Буженину или яйцо? Курт Богарт сидел на веранде своего дома, расположившегося в десятке миль от города, в первой приморской полосе. Приближалась осень, а зимой здесь было слишком сыро, и потому Курт решил провести в этом особняке последние тёплые деньки. Он неторопливо пригубил кофе из фарфоровой чашки и поставил напиток на стол. — Яйцо, — задумчиво сказал он. Стюард кивнул и удалился, чтобы вернуться с подносом через несколько минут. С момента путешествия на ипподром вместе с чудесным мальчиком, который так внезапно попался Богарту на пути, прошло уже почти две недели. Курт не звонил Джастину, потому как хотел, чтобы тот сделал следующий встречный шаг сам. В качестве запасного варианта на случай, если тот окажется слишком застенчивым, Курт сохранял возможность связаться с ним — но только после того, как Джастин хорошенько соскучится по нему. Впрочем, на наивного провинциала Тенеси не походил. Богарт видел и по бумагам, и по глазам, что тот отлично знает, чего хочет от жизни. К своему удовольствию Курт так же отмечал, что тот пока что не выглядит охотником за наживой, хотя чёрный гравилёт, без конца следовавший за ним по пятам, и заставлял задуматься о подобных вещах. В Джастине скрывалась тайна, а Богарт был спортсменом по жизни, и тайна эта будила у него под кожей нестерпимый зуд. Но Богарт был также и охотником и умел сидеть в засаде, пока дичь сама не выскочит под прицел. Он взял в руки сигару и раскурил. Вспомнилась их первая встреча, и он невольно задался вопросом: почему Джастин в тот раз так спешил сбежать от него? «Что, если за ним тянутся и другие грешки, кроме игры? Например, долги… Кто-то может использовать его». Вдохнув густой ароматный дым, Богарт подержал его в лёгких и выпустил на волю. Потом усмехнулся, подумав о том, как разгулялась фантазия, и взял со стола газету. Нужно было подумать и о делах. Богарт без особого интереса пролистал первые несколько страниц. Он читал только заголовки, уделяя чуть больше внимания новостям экономики и международных отношений. Обо всём, что происходит в Конклаве, он знал и так. По-настоящему важные новости для него собирали секретари, чтобы затем подать в кабинет персональный дайджест. Газета же, которую Богарт просматривал по утрам за кофе, стала для него скорее атрибутом стиля. Когда он ещё был подростком, Богарт мечтал, что однажды будет сидеть на веранде с чашкой кофе на столе и сигарой в руках и вот так, с серьёзным видом, перелистывать пахнущие свежей краской страницы. Теперь эта привычка превратилась в ритуал. Добравшись до колонки сенсаций, Богарт замер, увидев своё собственное имя, написанное крупными буквами. «Курт Богарт, знаменитый меценат, жертвует деньги на поддержку зелёных боевиков». — Вот дерьмо! — выдохнул он. — Брэд! Нильсон! Как это понимать! Никто из секретарей не отозвался — часы показывали восемь утра, и скорее всего, ни один из них ещё даже не встал. Богарт хлопнул газетой по столу и уставился перед собой, мысленно перебирая имена тех, кто мог спровоцировать этот скандал. Оружие он действительно продавал, но кто без греха? Пальцы отбивали торопливую дробь по столу, когда знакомый голос вырвал Богарта из задумчивости. — Курт! Богарт резко обернулся и, увидев Джастина в паре шагов от себя, не поверил собственным глазам. «Только тебя сейчас не хватало», — пронеслось в голове. — Как ты сюда попал? — На хеликоптере, как ещё? До твоего особняка ни один гравилёт не дойдёт. Богарт продолжал в недоумении смотреть на него. — Я прочитал… — сказал Джастин, приближаясь к нему, и опустил точно такую же свёрнутую трубочкой газету на стол рядом с ним. — Знаю, как это неприятно, когда за твоей спиной несут всякую чушь. Всё утро переживал, а потом решил, что должен увидеться с тобой. — Собираешься подлить масла в огонь? — Курт бросил сигару в пепельницу и поднялся с плетёного кресла. Прошёлся по террасе туда и сюда. Он не раз уже сталкивался с тем, что подобные мальчики легко пользуются чужими деньгами — пока не почуют идущий от них тухлый душок. — Курт, успокойся, — если лицо гостя и выражало что-то, то Богарт этого выражения разобрать не смог. — Возможно, я помешал. Но я просто хотел тебя поддержать. Курт стиснул зубы. «Я не верю тебе», — читалось в его глазах. Джастин сделал глубокий вдох, подошёл к нему и обнял, прижавшись щекой к плечу. Он был ненамного ниже Богарта, хотя и заметно уже в плечах, и сейчас его собственный рост ему слегка мешал. Джастин чувствовал, что Богарт не примет помощи от равного. — Ты лжёшь, — спокойно сказал тот. Джастин на самом деле не так уж и сильно врал. Когда он увидел статью, его тряхнуло всерьез и он понял, что больше не может ждать. — У меня в жизни бывали разные ситуации, — медленно, стараясь убаюкать Курта собственным голосом, сказал Джастин. — Я понимаю, что сплетни могут причинять боль. Курт стиснул зубы ещё сильней. — А если это не сплетни? — процедил он. — Если ты поддерживаешь боевиков? — Джастин чуть отстранился и заглянул ему в глаза. — Не могу сказать, что мне хотелось бы встречаться с убийцей, но я хочу верить, что у тебя есть причины поступать так или иначе. Я не прав? Богарт долго молчал. — Ты хочешь дать мне шанс? — наконец спросил он. Джастин снова опустил руки ему на плечи и чуть огладил основание затылка. Богарт откинул голову назад, отдаваясь на волю его ласковых рук. — Если ты собираешься дать его мне, — сказал Джастин тихо. Помолчал и добавил. — Ты был слишком идеален в прошлый раз. Меня не оставляла мысль, что у тебя есть скелет в шкафу. Это он? Богарт промолчал. Не открывая глаз, он тоже притянул Джастина к себе и погладил по спине. Тот приехал в пиджаке, под которым виднелся ещё и жилет, и в эти мгновения Богарт проклинал его излишне куртуазный стиль. Ему хотелось стащить к чёртовой матери этот пиджак, но он сумел лишь забраться руками под него. Джастин был горячим и гибким, даже несмотря на несколько слоёв толстой ткани, отделяющей его тело от ладоней Курта. Тот огладил его от лопаток до ягодиц и замер, сражаясь с желанием сдавить их, притиснуть Джастина пахом к своему паху, почувствовать его мужское естество. Он лишь уткнулся носом Джастину в плечо и позволил тому гладить себя по волосам. — Ты не боишься меня? — спросил он.  — Нет, — Джастин прижался к его щеке и спрятал улыбку. Закрыл глаза, вдыхая густой пряный аромат, который сводил его с ума. — Я не буду спрашивать ни о чём, если только ты сам не захочешь рассказать. — Однажды я расскажу, — пообещал Курт. — Но не сейчас. Я не готов. — Я понимаю. Курт чуть отстранил его от себя и заглянул в глаза, пытаясь проанализировать каждый нюанс. — Ты хочешь встречаться со мной? — спросил он. От этого короткого вопроса у Джастина пересохло во рту. Он хотел ответить «да». Хотел, чтобы это было по-настоящему — так хотел, что слёзы навернулись на глаза. Джастин попытался напомнить себе, что это всего лишь игра. Что, если бы не «Орден», этот мужчина никогда бы не обратил внимания на него. Он смотрел в серые глаза Богарта и чувствовал, как от этого взгляда его трясёт. — Курт, — только и выдавил он. А тот молчал, явно не собираясь ему помогать. — Да. Да, я очень хочу быть с тобой. Только после того, как эти слова оказались произнесены вслух, Богарт притянул его к себе и коснулся губами его губ. По венам Джастина стремительно побежал огонь. В одно мгновение он напрочь перестал соображать, когда язык Богарта беззастенчиво проник между его губ. Игриво очертил краешек зубов, пробуждая в паху нестерпимый зуд. Джастин застонал, выгибаясь ему навстречу. Стиснул пальцы в его волосах, до боли впиваясь в кожу, и не поверил собственным ушам, когда сквозь шум крови в висках до него донёсся негромкий кашель. — Я помешал? — прозвучало у Джастина за спиной. В одно мгновенье губы и руки Богарта исчезли, оставив Джастина хватать ртом воздух. Одиночество нахлынуло с новой силой, и Джастин попытался было вернуть потерянный огонь, но стоило ему потянуться к Богарту, как тот отступил на шаг. Джастин тяжело дышал. Щёки пылали от стыда. А Богарт тем временем смотрел куда-то мимо него. Джастин, охваченный яростью и обидой потери, резко развернулся на звук. Перед ним не было никого. Джастин не сразу сообразил в чём дело и, только когда опустил взгляд, увидел перед собой говорившего — это был молодой человек в светлой тенниске, какую люди его круга определённо могли позволить себе носить только дома. Тёмно-русые волосы его слегка завивались у шеи. Он сидел в инвалидном кресле и с высокомерным любопытством разглядывал гостя. — Ты не сказал, что… — пробормотал Джастин, не зная куда деваться от стыда. Конечно, он прекрасно знал, что Богарт меняет любовников как перчатки, но никто не предупредил его о том, что Курт живёт с кем-то прямо сейчас. «Тем более, что этот кто-то инвалид!» — Крис, это Джастин, — напряжение так и звенело в голосе Курта, когда тот заговорил, — Джастин, это Крис. Крис, Джастин мой… — Я понял, отец, — голос у Криса был холодным и точно таким же презрительным, как и взгляд. — Джастин, это мой сын, — с облегчением закончил Курт. Джастин продолжал смотреть на нежданного собеседника. Крис так же пристально разглядывал его. — У тебя есть сын, — негромко повторил Джастин. Он не знал, что шокировало его больше: сам факт существования Криса или инвалидное кресло. Но то, что он хотел спросить по настоящему, Джастин сейчас не имел никакого права произносить вслух. — Как видишь, — ответил Курт. «Это проблема?» — откровенно читалось в его голосе. — Джастин, прежде чем ты спросишь — мне тридцать семь и я не женат. — Прости, мне надо идти, — выдохнул Джастин, не дослушав до конца. Он заставил себя потянуться к Богарту и коснуться вежливым поцелуем его щеки, а потом пулей вылетел с веранды и почти бегом направился к посадочной площадке. — Кажется, я сорвал тебе пару приятных вечеров, — заметил Крис, глядя ему вслед. Богарт стиснул зубы и долго молчал. — Ему придётся привыкнуть, — наконец выдавил он. А Джастин, добравшись до хеликоптера и активировав автопилот, всю обратную дорогу до города копался в Сети и гадал, как Дэвид мог ничего ему об этом не сказать. Церебральный паралич — диагноз Криса был опубликован на двух десятках сетевых СМИ. «Болезнь, которая легко лечится в Сети. Но не здесь».