Нить.

      Большая перемена выдалась как никогда шумной и насыщенной различными сплетнями и историями. Ученики разбежались куда глаза глядят, некоторые классы все вместе пошли в сад академии, чтобы провести небольшой пикничок; кто-то спокойно занял лавочку в тени или же сидел на траве в компании друга или самого себя; а кто-то, как обычные нормальные люди, хотел посидеть в столовой и съесть что-нибудь, чтобы не урчал желудок.       Этот проказник, требующий у него еду, попытался сорвать уже несколько уроков. Хорошо, что в сумке Шото завалялся батончик. И именно с такими мыслями и, главное, действиями, Тодороки младший хотел провести перемену. Однако кто-то там наверху решил, что ученик не заслужил полноценного обеда. Яркая табличка с не менее яркими буквами, что так сильно бросалась в глаза, гласила: «Столовая сегодня не работает».       Тодороки не постеснялся своего жалобного стона-выдоха. Он рукой погладил свой пустой живот, откуда доносились уже страшные звуки, и хаотично думал где бы раздобыть еду. И, как бы смешно или глупо это ни звучало, но да, он забыл сегодня деньги. Аплодисменты, пропитанные сарказмом, раздались в голове, из-за чего виски жутко заболели. Парень еще раз посмотрел на табличку и ушел в неизвестном направлении, надеясь заглушить голод учебой, в чем очень сильно сомневался.       Выбора у него не было, поэтому он вежливо улыбнулся Мидории, что угостил его шоколадной конфетой. Уж слишком вкусно и громко кучерявый парень разматывал блестящий фантик. Шото уже чувствовал, как приятная горечь черного шоколада с мелкими орешками и странной, приторной начинкой растворяются во рту. Он блаженно прикрыл глаза, на губах заиграла легкая полуулыбка, и он со спокойной душой и обманутым желудком откинулся на стул.       То, что на них нападут злодеи стало огромной неожиданностью. Они ведь даже не второкурсники, чтобы в открытую сражаться со злодеями. Однако в тот момент, когда на тебя нападают с явной целью убить, все эти правильные мысли улетучиваются в мгновенье ока. Тодороки сначала все заморозил, а потом долго старался справиться с легким головокружением, что волной накрыло его сразу после применения причуды. Пока Всемогущий разбирался с, так сказать, главарем прибывших злодеев, многие ученики пытались найти учителей и хоть как-то им помочь.       Тодороки же не искал легких путей. Отец частенько устраивал ему «пробные бои» на фоне непредвиденных обстоятельств, после чего Рей часто плакала. Это немного закалило Тодороки младшего, и теперь он мог потягаться с этими самоубийцами, что ринулись на него без задней мысли. Лед всегда будет его тенью, всегда будет покрывать его сердце довольно толстой коркой, защищая от всех возможных угроз. — Так, так, так. Кто тут у нас? Неужели сын самого Старателя?! — прошептал неприятный голос над ухом. И в следующую секунду Шото бьют в крестец чем-то металлическим и тяжелым. Юноша падает лицом в песок и в следующий миг на его голову становится чья-то нога, прижимая к песку сильнее. Его руки уже зафиксировали, ноги тоже. Что ему делать? — За тебя отвалят нехилые деньги! Не так ли, — его хватают за волосы приподнимая голову, так чтобы злодей мог посмотреть ему в глаза, — Шото?       Шото хочется плакать. Он чувствует, как губы начинают предательски дрожать, тело тяжелеет только от одного этого взгляда. Юный будущий герой пытается вырваться, но хватка в волосах крепкая, и Тодороки причиняет себе только боль. Он шипит, сверля лицо напротив гневным взглядом, но на его реакцию только смеются. И Шото готов взвыть от досады и собственной беспомощности.       Даби отдает какие-то приказы, а затем на разноцветную шевелюру юноши надевают что-то черное, после и вовсе закрывая лицо, опуская «мешок» до самой шеи. Он затылком чувствует резкий запах, слышит, как воздух рассекает что-то довольно увесистое и уже полностью приготовился к неизбежной темноте, но… ничего. Все звуки на несколько секунд меркнут, когда Шото вновь слышит этот сладкий голос: — Будь хорошим мальчиком, малыш.       А затем легкое прикосновение пальцев к шее и вязкая темнота накрывает его с головой.

***

      Обрывки слов и фраз изредка долетают до сознания Тодороки через толстый слой тьмы. Он словно находился в вакууме: голова была пуста, а тело казалось пушинкой. Давно ему не было так хорошо. Он полностью расслабился, полностью отдаваясь новым ощущениям.       Его легонько потрепали за плечо, стараясь таким способом привести в чувства, но будущий герой упрямо не желал отпускать такую сладкую негу блаженства. Разлепить глаза оказалось той еще задачкой, но юный герой с ней справился, и уже во все глаза пялился на спокойного Мидорию. Одноклассник был переодет в более гражданскую одежду, в прочем, как и сам Шото. Он сидел на коленях перед лежащим на полу Тодороки, и только обеспокоенный взгляд зеленных глаз выдавал парня с потрохами. — Мидория? — герой скорее уточнял, нежели спрашивал. Он оглянулся по сторонам, но ничего, кроме голых бетонных стен, он не увидел. Они находились в какой-то комнате, где пахло краской, и ничего, кроме ободранных серых бетонных стен и изредка тускло мигающей лампочки, освещающей помещение, здесь не было. Он тихо шикнул, поднимаясь на ноги и подходя к металлической двери — единственному выходу отсюда. — Как ты здесь очутился? — Шото повернулся к все еще сидящему на полу Изуку. Тот немного смутился и отвел взгляд в сторону, забавно почесывая щеку. — Н-ну… — Деку постарался взять себя в руки и не опозориться хотя бы перед Тодороки.       Воспоминания о неожиданной атаке злодеев и небольшой засаде мигом всплыли в голове. Он хотел, но не смог. Он прекрасно помнил, как перед ним появился Ному, как странный блондин с пепельными, почти белыми, волосами что-то сказал рядом стоящему брюнету и тот удалился. Он помнит, как у него подкосились ноги, и он упал на колени перед своим доминантом. Перед глазами до сих пор стоял ошарашенный взгляд Качана, а его кровожадный взгляд до сих пор холодил кровь. — Похоже по той же причине, что и ты. Меня похитили, — он поднялся с пола и обтряхнул колени. — Вот только я не понимаю: зачем злодеям я? За тебя, Тодороки-кун, хотя бы заплатят выкуп, а я?       Гетерохром пожал плечами: ему и самому не до конца все было понятно. Одно дело, когда тебя похищают и предъявляют какие-либо условия: вымогают через тебя у родителя деньги, желают утолить свои мечты или еще какой-либо бред. Тодороки не привыкать к подобному, но он действительно не понимал, зачем злодеям понадобился Мидория. Неужели они что-то задумали?       В любом случае, Всемогущий найдет их и злодеи поплатятся за свои выходки. — Ты ведь понимаешь, — Изуку замялся, подходя к Шото и облокачивается о стенку спиной, — мы можем и не вернуться.       Они шумно выдыхают, и уже оба сверлят гребанный грязный пол взглядами, каждый думая о своем.       Старатель непременно согласиться выкупить сына, показав публике, как сильно любит и оберегает свою семью. И у младшего Тодороки не было ни единого желания возвращаться туда, играть свою роль счастливого и любящего сына. Ему было необходимо поподробней узнать то, где же на самом деле его дом. Он обычный высокомерный бармен или же кретин-злодей? Как бы глупо это не звучало, но ему было интересно.       Ладно, Шото, но ОН-то как тут мог очутиться?! Что от него нужно злодеям? Неужели кто-то прознал про Один за Всех? И… черт, он встретил его. Кто бы мог подумать, что человек, предназначенный ему небесами, окажется злодеем. «Что теперь делать?» — прозвучало в голове у обоих.