Система (М)Учителя

      Иссей вытер пот со лба, развалившись на земле. В последнее время он перестал обращать внимания на такие неудобства как: песок, попадающий за шиворот, жуткое пекло, исходящее от искусственного солнца, или на одну-две отрубленные конечности.              — Ты уже всё?              — Так быстро?              — А мы надеялись ещё поиграть с тобой, — в два голоса тоскливо протянули его личные мучители, которые когда-то одним своим видом вселяли в него ужас. Хотя, чего греха таить, Хёдо и сейчас побаивался близнецов, но не до такой степени, что тело отказывалось двигаться. Так… всего лишь липкий пот и лёгкая дрожь в ногах.              — Ваше время закончилось, — Иссей прикрыл глаза. — У меня перерыв…              — Ну во-о-от, — Саша недовольно надулся, доставая из кармана платочек и бережно протирая им лезвие катаны от капель крови.              — Ты ск-у-учный, — Женя покачал головой и, убрав пистолеты себе куда-то в недра одежды, посмотрел на наручные часы. — Хотя да, мы и так немного задержались. Деда Йозя будет недоволен, что мы не соблюдаем твой режим.              — Сколько раз вам говорить, что я вам не «Деда», и даже не «Йозя», — покачал пальцем Шустер, привычно развалившись в кресле-качалке и листая какую-то газету. — Для вас я — Йозеф Альбертович. Вот Доктора вы зовёте по имени-отчеству, а я чем хуже?              Саша и Женя приглянулись, дружно хмыкнув и одновременно почесывав затылок.              — Ну…              — … вообще…              — … Филипп Филиппович стра-а-ашный…              — … не так как папочка…              — … но всё же!              Шустер, усмехнувшись, закрыл газету и, положив её на колени, слегка насмешливо посмотрел на близнецов.              — А я, по-вашему, добрый самаритянин?              — Нет! — близнецы широко улыбнулись. — Ты деда Йозя!              — Ох-хо-хо, — качнул головой Йозеф и, вздохнув, встал с кресла. — Ладно, шурыгайте отседова, цурипопики, пока я таки вам не сделал вирваные годы.              — Чего? — наклонил голову Саша.              — Кыш, говорю.              — А мы посмотреть хотим! — вклинился Женя.              — Эх, там наверху, Филипп Филиппович мясо делает…              Йозеф не успел закончить фразу, как от близнецов не осталось и следа, лишь громкий хлопок люка оповестил, что парни отправились донимать Доктора.              — Ну, шо, дружок, — Шустер ехидно улыбнулся Иссею, доставая из-за пазухи небольшой блокнот. — Проверим, как правильно вы усвоили выданный вам давеча материал? Я тут вам сотенку вопросов набросал, так, шобы пробежаться по буковкам, так сказать.              Хёдо глухо застонал, вспомнив, что толком и не прочитал выданный ему талмуд, по ошибке называемый «Кратким справочником по нормам общения в разных сословиях». И главное — Йозефу было глубоко наплевать на причины, побудившие парня не уделить внимание книге. Хёдо был уверен, что даже если бы он был в состоянии комы, то Шустер всё равно спросил у него за материал.              

* * *

      

      Йотуа, закинув ногу на ногу, читала глянцевый журнал, на обложке которого была изображена красивая девушка, запечатленная в откровенной позе.              — И почему людям так интересна чужая личная жизнь? — неко фыркнула себе под нос и перелистнула страницу, пропуская неинтересное ей интервью, рассказывающее об очередном браке какого-то актёра. — О, а это что такое? «Интересные вопросы друзьям и близким»?              Она облизнула губы и углубилась в чтение. Спустя пару минут, журнал был закрыт, а девушка, преисполненная энтузиазмом, спрыгнула с кресла, в котором до этого восседала, и отправилась на поиски людей, которым можно было бы задать вопросы из журнала, ответы на которые ей хотелось узнать.              По идее, первым можно было опросить Изуну, сидевшего напротив, но неко, как бы она не кичилась, теперь опасалась мужчину. Слишком свежи в её памяти воспоминания о той жуткой ауре, что выпустил Коохи.              «Позже, опрошу последним, наверняка у него будут самые стандартные ответы», — примерно в таком духе пыталась обмануть себя Йотуа, отказываясь принимать это как страх.              Поэтому она решила начать с того странного Доктора, который, вроде как, готовил на кухне. Стоит сказать, что Филипп Филипповича об этом вообще никто не просил, он просто сходил на рынок, купил мяса и занял кухню.              Йотуа зашла в помещение. Мужчина, интересовавший её, стоял возле стола и методично нарезал свинину. Неко заострила внимание на том, что кости, мясо и даже сало были разложены отдельно. Это ведь каким навыком нужно обладать для подобного?              — Эм, вы не особо заняты? — поинтересовалась девушка, приближаясь к Доктору. Тот, не отвлекаясь от разделки мяса, ответил:              — Не особо.              — Можете ответить на несколько вопросов, не задумываясь. Говорите первое, что взбредет в голову.              — Хорошо.              Йотуа довольно улыбнулась и раскрыла журнал, зачитывая вопросы:              — Чем отличаются самолёт и утка?              — Количеством посадочных мест.              — Э? Хорошо-о-о… Какая ваша любимая группа?              — Первая отрицательная.              — Оу… Далее… Что помогает вам расслабиться?              — Нарезка, — лаконично ответил Филипп Филиппович, не отвлекаясь от процесса готовки. Йотуа закусила губу, подобных ответов в журнале не было вообще. Видимо, были не рассчитаны на таких людей.              — Последний. Вспомните любую песню с признанием в любви.              — Die Fahne hoch.              Неко не знала такой, делая себе пометку в голове о том, что нужно будет найти и послушать.              — Спасибо за ответы, — Доктор на это лишь кивнул.              Когда девушка уже собиралась покинуть кухню, в проходе в неё врезались два светловолосых близнеца.              — Простите! — одновременно произнесли Саша и Женя, решая обойти неко, но та схватила их за рукава кофт.              — Стоять. Сначала ответьте на некоторые вопросы.              — Зачем? — синхронно наклонив головы, поинтересовались близнецы.              — Надо, — и не став слушать возражения, Йотуа начала, — Назовите любой предмет. Первое, пришедшее вам в голову.              — Дум-дум! — воскликнул Женя.              — Игла, — запоздав на мгновение добавил Саша.              — Это что такое? — если с «иглой» всё было понятно, то что такое назвал первый близнец — Йотуа даже не догадывалась.              — Это дум-дум, — Женя произнёс это таким тоном, словно каждый должен был знать это.              — Ладно, — поняв, что ничего не добьётся, неко перешла к следующему вопросу. — Какой кличкой вы назвали бы собаку из чужого двора, в который вам почему-то пришлось зайти?              — Котлета! — ответ прозвучал хором.              Девушка сглотнула.              — Где бы вы хотели побывать?              — Внутри, — незамедлительно ответил Женя, радостно улыбнувшись. Йотуа хотела было спросить, где именно, но заметив слегка безумный огонёк в глазах парня, решила поберечь свои нервы.              — Какой ваш любимый предмет?              — Большие… секционные… ножи… — с придыханием произнёс Саша, мечтательно закатывая глаза, и потом, резко подобравшись, добавил шепотом:              — Только Филипп Филипповичу не говорите.              — Почему?              — Мы у него их привоте… прева…              — Приватизировали, — закончил за брата Женя.              — Ясно… свободны, — заторможено пробормотала неко. Близнецы, словно ждав этого, ринулись к Филиппу Филипповичу.              При выходе из кухни, Йотуа успела услышать их просьбу сделать несколько кусков мяса слабо прожаренными.              «Чтобы чувствовался вкус крови».              — Дурдом, — прошептала себе под нос неко, решив отказаться от расспросов у дальнейших жильцов данного дома.              

* * *

      Заслышав звуки будильника, Иссей оторвал голову от теплой и мягкой подушки. Скатившись с кровати, парень упал на пол, сразу принимая упор на руки и начиная отжиматься. Мысленно отсчитав сто раз, Хёдо встал и перешёл к приседаниям, выполнив их такое же количество.              — Ненавижу пресс, — недовольно проворчал Иссей себе под нос, но всё же ложась на спину.              Когда стандартная утренняя разминка, «чисто для бодрости духа» по словам учителя, была закончена, парень всё-таки соизволил посмотреть на часы.              Половина шестого утра.              Хёдо хмыкнул. Когда-то давно он бы выл волком, встав в такую рань, желая лишь вернуться в теплые и нежные объятия кровати. Но сейчас парень чувствовал лишь едва заметную сонливость, которая точно пройдет через десяток-другой минут. Ну, или после утренней пробежки.              — И всё же, почему мне нужно именно такое количество: сто приседаний, пресса и отжиманий, плюс сверху десять километров пробежки? И почему сенсей иногда так внимательно смотрит на мою голову? — парень подошёл к зеркалу и оглядел себя. Вроде ничего особо не меняется.              Только добавились седые пряди волос на висках, после особой процедуры учителя по избавлению от страха. Сколько тогда расспросов было от матери — ужас. Благо, что всё списали на биологические особенности. Некоторые, вон, и в тринадцать полностью седые ходят. А у него всего лишь какие-то виски. Да и, стоит отметить, выглядит довольно стильно.              Повертевшись перед зеркалом и покорчив рожи, Хёдо сладко зевнул и полез в шкаф за одеждой для пробежки.              — Что, опять? — Иссей недовольно отбросил в сторону футболку, которая теперь ему откровенно жала. — Нужно в магазин…              Парень опять бросил взгляд на зеркало. И куда делся его небольшой, но благородный жирок, а? Иссей бы слукавил, если сказал, что ему не нравится видеть тугие канаты жил на руках или рельефный торс. Но возникало ощущение, будто это и не его тело вовсе. Да и как-то быстро оно изменилось.              — К слову, сколько там прошло времени с начала тренировок?              Взяв в руки телефон, парень посмотрел на дату, в очередной раз зевая.              — Че. кх-а-кх-а. го? — вытаращив глаза, Иссей не мог поверить в один маленький факт. Сегодня уже тридцатое августа.              Тридцатое, чёрт побери, августа!              А это значит, что послезавтра уже начинается второй учебный семестр. Он же ещё даже не приступал к выполнению домашнего задания. Плюс надо будет купить учебные принадлежности!              Мысленно успокоив себя и остановив накатывающую панику, Иссей попытался вернуться к начальной задаче. Сколько он там уже тренируется?              — Сорок дней? — Хёдо, почувствовав слабость, рухнул на кровать, смотря пустым взглядом в пол. — Всего лишь жалких сорок дней?              Почему-то ему казалось, что это длится уже много лет. Ну, или хотя бы больше года. Но меньше двух месяцев?              — Жесть… — только и мог произнести Иссей, ошарашенно почесывая голову.              Посидев несколько минут, Хёдо отказался от идеи пробежки и решил принять душ. Может хоть немного поможет освободить голову?              По дороге в ванную комнату, парень мурлыкал себе под нос строчки песни на неизвестном ему языке, которую однажды слушал Изуна. Хоть Иссей и не понимал смысла, а Коохи отказался перевести.              — Вйедь ми зивём для таво, чтоби завта сдохнуть. Мы зивём для таво, чтоби за-а-авта сдо-охнуть.              

* * *

      

      — Учитель, у меня к вам дело.              — По какой статье? — Изуна перевёл взгляд на ученика, который, переминаясь с ноги на ногу, смотрел в пол.              — Никакой. Просто, понимаете…              — Не понимаю.              — Видите ли…              — Не вижу, — на эту ремарку Филипп Филиппович, сидящий рядом на диване, достал из кармана пару человеческих глаз и протянул их Коохи. — Спасибо, не надо, это было образное выражение.              Доктор, пожав плечами, убирал их обратно.              — Коротко и ясно можешь?              Иссей вздохнул и, немного помолчав, произнёс:              — У меня начинается учебный год и я не смогу продолжать заниматься в том же графике.              — И что? — недоуменно спросил Изуна.              — Ну-у-у, что мы будем делать?              Изуна бросил взгляд на Хёдо, причем такой, что тот почувствовал себя самым тупым человеком на свете.              — Будем заниматься после учебы и до наступления ночи, чего непонятного.              — А домашнее задания когда мне делать?              — У тебя есть целая ночь, — пожал плечами Изуна.              — А спать когда?              — Не мои проблемы, — Коохи всем своим видом показал, что разговор закончен и вернулся к чтению, напоследок бросив:              — Завтра у тебя выходной, можешь заниматься своими делами. Я понимаю, что тебе нужно подготовиться к школе.              Иссей понуро кивнул и отошел от учителя, понимая, что следующий день пройдет в рамках: «Успеть сделать всё летнее задание за двадцать четыре часа». Конечно, Мотохама и Мацуда ему в этом помогут, но и его друзья — ещё те лентяи.              Плюс новость о том, что тренировки даже не намереваются заканчиваться, немного подкосила Хёдо. Кажется, его ждёт новый виток ада, в который теперь добавиться ещё и учёба.              — Жизнь — боль, — простонал Иссей.              — А боль — это наслаждение! — близнецы радостно подхватили его фразу. Глядя на их довольные лица, Хёдо почувствовал себя гораздо хуже.              Лишь Геннадий, усевшись парню на плечо, ласково похлопал его крылом по голове, морально поддерживая Иссея.