Влюбленность без памяти

      Теплое июльское солнце, начиная с самого утра, грело всё и всех: яркие лучи света попадали через окна даже на тех, кто совершенно не планировал выходить на улицу и сидел дома, не желая подставлять свою макушку под жарящие прикосновения солнца. Правду говоря, таких людей было достаточно мало, а большинство все же предпочли не оставаться дома в столь хороший день, и они вышли на совместные прогулки с семьей или друзьями. День обещал быть теплым и солнечным. Ничего не предвещало беды.       Мэйбл, которая смогла проснуться только к одиннадцати часам дня, спокойно завтракала, в перерывах между едой разговаривая с Биллом. Он уже давно не спал, давно позавтракал, но не стал будить девушку, видя, как мило она лежала, иногда посапывая во сне как котенок. Его это умиляло и немного забавляло, поэтому, особенно в такие моменты, он не решался прервать сон той, кому он действительно необходим для поддержания жизни.       Во время еды, девушка старалась рассказать Биллу обо всем, что успела прочитать за последний вечер и ночь, ведь именно новая, недавно купленная книга, стала причиной её позднего отбоя и пробуждения. На удивление, Мэйбл читала очень быстро и уделяла книгам в своей новой жизни большое внимание. Она часто просила Билла что-то купить или заказать и читала это буквально за пару дней. Демон без лишних уговоров покупал то, что просила девушка, и всегда слушал ее короткие или длинные отзывы о них. Даже если ему было абсолютно неинтересно и скучно. Главное, что его Звезде это приносит огромное удовольствие.       — Ты не представляешь, как я была этому удивлена! — размахивая руками, с энтузиазмом говорила девушка. — Нет, правда, Билл! Я ожидала всего, кроме того, что произошло потом!       — Да-да, я тоже удивлен, — отвечал он. Билл слушал ее, но не вникал в суть.       — Я бы сделала совсем по-другому, — уже с набитым ртом пробормотала Пайнс, вставая и убирая со стола грязную посуду, — тогда бы и финал истории получился интереснее и романтичнее. Как ты считаешь?       — Полностью согласен.       — Я понимаю, что тебе это не очень интересно, но всё же спасибо, что выслушал, — с искренней улыбкой на лице сказала Мэйбл и поцеловала Билла в щеку. Билл улыбнулся ей в ответ. — Я бы почитала ужасы, как ты любишь, но для меня это слишком страшно.       — Ты еще ужасов настоящих не видела, — спокойно ответил он, а после тихо, так чтобы девушка его не услышала, добавил: — Эти книги — ерунда по сравнению с тем, что я видел и делал в своей жизни.       Возможно, их разговор продолжался бы еще долгое время, пока бы Мэйбл не перечислила всё, что бы хотела прочитать, или пока бы Билл не стал сходить от этого с ума, что было маловероятным для него. Но, неожиданно для каждого из них, раздался звонок во входную дверь. Кто-то ждал, когда его впустят внутрь. Пара переглянулась, ведь они никого сегодня не ждали. Мэйбл вытерла руки полотенцем, повесила на место и пошла к выходу, чтобы узнать о том, кто стал их неожиданным гостем.       Билл пошел за ней не сразу. В его голову мгновенно пришла не самая лучшая мысль, касающаяся возможных посетителей. «Нашли», — подумал он. Он встал со своего места и пошел вслед за девушкой, надеясь, что за дверью их не будут ждать девица из Гравити Фолз и брат — параноик Звезды. Но лучше бы там были они, а не тот, кому Мэйбл уже успела открыть дверь.       — Эд?! — послышись радостные, но в то же время очень удивленные восклики девушки. — Я не думала тебе здесь больше увидеть, но очень рада встрече! Какими судьбами ты тут?       — Привет, малышка, — уже проходя в дом, ответил тот. Эд по-дружески обнял девушку, которая так и светилась от встречи со своим старым знакомым. — В гости пришел, надеюсь никто не против моего визита.       — Я точно не против этого! Так давно тебя не видела.       — Да, — парень оглянулся по сторонам, — давно я не был в этом доме… А где же сам хозяин этих владений? Или Билл сегодня занят очередной работой?       Сайфер в это время подошел к выходу, и, увидев там Эда и мило беседующую с ним Мэйбл, его настроение моментально испортилось, а выражение лица сменилось: безмятежность и спокойствие испарились, словно никогда не появлялись на лице демона.       Эд был последним существом, которое Биллу хотелось бы видеть не только в своем доме, но и рядом со Звездой. Эта тварь, а после последних событий он стал называть его только так, не имеет права здесь появляться и быть вблизи его собственности. Именно в тот момент, когда Эд подошел к Пайнс ближе, Сайфер пожалел о том, что сам не пошел открывать дверь, и что давно не создал защитный барьер и от Эллера, который не смог бы приблизиться к дому даже на километр.       — Эд, — прищурив глаза, начал Билл, подходя к нему ближе и ближе медленным шагом, — что ты делаешь там, где тебя не должно быть? То есть здесь.       — Здравствуй, Сайфер, — Эд хищно оскалился, — мимо проходил, решил в гости заглянуть. А что, нельзя?       — Нельзя. И ты это знаешь. Проваливай.       — Немного грубо, не считаешь? Прогонять гостя… Так некрасиво, — даже не думая уходить, словно невинный дитя, пролепетал Эллер.       Конечно, он был рядом не случайно. Его цель это место. А тот короткий, но достаточно грубый разговор, завязавшийся между ним и его бывшим товарищем, лишь маленькое развлечение. Эд ненавидел Билла всей своей черной и прогнившей душой, а злить его, бесить и выводить из себя стало чем-то вроде хобби, приносящего дикое удовольствие. Девчонка — слабость Сайфера, за которую тот будет убивать. И Эд это прекрасно знал: знал, что Билла бесит присутствие Эда рядом с ней, бесят их разговоры и общения. Все это выводит его из себя, и так происходит лишь потому, что демон уступил своим чувствам, перестав думать головой. Влюбился и теперь пожинает плоды своих внезапно вспыхнувших чувств — ревнует.       Не получив на свой вопрос никакого устного ответа, а лишь серьезный, полный злости, ненависти и презрения взгляд, Эд продолжил, коротко пожав плечами:       — Что ж, в любом случае, мне плевать на твое мнение. Я пришел ни к тебе, а к своей подружке, — он улыбнулся и указал рукой на Мэйбл, стоявшую все это время с растерянным выражением лица в стороне, — которую я не видел, по твоей же милости, очень давно. Так что, раз тебе не хочется меня видеть, иди запрись у себя в комнате или еще где-нибудь и не мешай. А мы пока пообщаемся.       Эд нахально улыбнулся. Мэйбл была удивлена словам и тону парня. Ей всегда казалось, что он очень спокойный, мирный и дружелюбный человек, не стремящийся решать свои проблемы и конфликты агрессивными способами. Её всегда удивляло, как Билл и Эд — два совершенно разных человека по характеру — нашли общий язык и стали друзьями и коллегами, пусть сейчас они и не общаются. Девушка задумалась о том, что Эд не совсем такой, каким он ей казался раньше: не такой идеальный и простой парень. Возможно, позже она, если решится и наберется достаточно смелости, спросит Билла об их истории знакомства и настоящей сущности Эллера, которую ей пока что не удается понять.       Она оторвалась от своих мыслей только тогда, когда невзначай перевела взгляд на Билла. В тот момент ей казалось, но она никогда не видела его таким. Он был весь напряжен. Руки были сжаты в кулаки так, что костяшки на тыльной стороне успели побелеть. Его взгляд был пугающим, словно тот хотел испепелить им. Эти ярко-желтые глаза, так полюбившиеся Мэйбл, казалось, стали еще ярче и чуть ли не светились. Было трудно понять, что происходило в голове Сайфера, но девушка была уверена, что ничего хорошего.       — Сукин сын, — всё, что сказал Билл, перед тем как сделать шаг навстречу Эду. Тот не стал отходить и сделал такой же шаг, сохраняя на своем лице былую уверенность.       Мэйбл быстро преградила им путь, заставляя остановиться. Они покорились ей, но лишь своими взглядами они продолжали уничтожать друг друга на расстоянии. Пайнс осторожно коснулась руки Билла, привлекая его внимание к себе и только одними губами, не произнося ни слова, просила его немного успокоиться. Он смотрел на неё, и спустя пару секунд, находясь под её требовательным, но в то же время теплым и любящим взглядом, он глубоко вдохнул, выдохнул, и напряжение слегка начало отступать на задний план. Она улыбнулась ему и, отпустив руку парня, спокойно, как только могла, проговорила:       — Я понимаю, вы не ладите. Но меньше всего мне бы хотелось, чтобы здесь была драка, которая не закончится ничем хорошим. Поэтому я вас прошу, очень прошу, успокоиться и не делать глупостей. Хорошо?       — Ничего бы и не произошло, — возразил Эд, — по крайней мере, мне насилие ни к чему. Я просто пришел пообщаться.       — Лжец, — реакция Билла не заставила себя ждать. Он видел демона насквозь, словно открытую книгу. — Но раз ты так говоришь и уверяешь в своих словах, то сперва поговорим мы с тобой. Мне есть что сказать, и я знаю, что тебе тоже.       — Договорились.       — Мэйбл, — Сайфер уже обратился к девушке, — можешь нас оставить ненадолго? Мы разберемся с нашими проблемами, а потом ты уже поговоришь с ним, — он зло глянул на Эллера, развалившегося в кресле, — если у него еще будет, что сказать.       — Оставить вас? Ну уж нет! Чтобы потом прийти и увидеть чей-нибудь труп? Вы бы видели себя несколько минут назад!       Билл усмехнулся от того, как верно она подметила про труп.       — Не волнуйся, — сказал он, — мы просто поговорим. Без рук. Обещаю. Верно же, Эд? — демон зло выделил интонацией имя гостя.       — Конечно, детка, не волнуйся, — Эд подмигнул Мэйбл, а Билл с огромным усилием удерживал себя от того, чтобы не выпустить луч смерти в сторону Эллера.       — Ну не знаю… Что-то мне мало вериться… — девушка замялась.       — Давай-давай, иди отдыхай или почитай. И не волнуйся, все будет под контролем.       — Ладно…       Мэйбл крепко обняла Билла и еще раз попросила быть его благоразумней. Он обнял ее в ответ и поцеловал, уверяя ее, что они с Эдом просто поговорят. Билл еще раз погладил девушку по голове, поцеловав ту в лоб. Эллера тошнило от чувств и их проявления. Он закатил глаза и отвернул голову в противоположную им сторону.       Пайнс попрощалась с парнями и ушла на второй этаж, в свою комнату. Билл проследил за ней глазами, а после, не смотря в сторону своего собеседника, кратко выдал:        — Здесь говорить не будем. Идем в мой кабинет.       Эд послушно встал и пошел за ним.       — Чувства. Фу, мерзость, — буркнул он.       — Закрой свою пасть.       Они пришли в кабинет Билла, который находился на первом этаже, чуть дальше кухни. Комната была достаточно большой и просторной. Черные стены с мелким желтым рисунком, черная блестящая плитка, книжные шкафы, расположенные вдоль двух противоположных стен. У входа небольшой черный лаковый диванчик для гостей, напротив — окно, а перед ним рабочий стол и высокое кресло. Множество папок и неразобранных бумаг на полу, полках, столе. И пыль. Много пыли.       Сайфер практически не бывал в этом месте. Кабинет был в доме лишь для вида, и им никогда не пользовались по назначению. Возможно, беседа с Эдом, как с коллегой по работе и бывшим товарищем, будет первой и последней для этого кабинета.       Эд вальяжно расположился на выше упомянутом диване, откинувшись назад и положив свои руки на спинку дивана. Он похлопал рядом с собой, словно приглашая Билла присесть радом, но тот прошел мимо, даже не уделив действиям Эллера должного внимания. Он остановился около стола и, опершись на него всем своим телом, обратился к гостю с прямолинейным вопросом:       — Ну и что тебе здесь нужно?       — Как же грубо и нерадушно по отношению к своему бывшему товарищу, — Эд сделал вид, что был задет словами демона. Но выражение лица сменилось быстро: теперь он ухмылялся. — В любом случае, я пришел поговорить с Мэйбл, и ты был прав, сказав, что и у нас с тобой есть что обсудить. Лучше с тобой, чем с ней.       — И что же? — Билл слегка прищурил глаза, когда услышал имя девушки.       — Знаешь, — Эд откинул голову назад и уставился в потолок, — то, что мы не виделись пару недель, не означает, что я не знаю о том, что здесь происходило. Мы успели пообщаться с девчонкой гораздо больше, чем я планировал, но твоя вечная «занятость» была мне на руку. Хотя, твоя слабость, возникшая в связи с реальными чувствами к ней, сыграла большую роль.       Билл не понимал, к чему клонил Эд. Тот говорил все слишком запутано. Много лишних слов и ни одного по делу.       — Видел вас в Гравити Фолз. На приезжем шоу, в кафе и в паре туристических мест. Рад, что она прислушалась к моему совету съездить в это странное место. Жаль, вы Хижину чудес не посетили, а я ведь так ее нахваливал, но да ладно. И без того все вышло.       Сайфера прожигала злость. Вся эта идея посетить Гравити Фолз была не просто задумкой Мэйбл, а она была навязана ей этим мерзавцем. Эд подтолкнул ее к этому, а Билл не смог отказать прихоти той, чье мнение и счастье стало важным для него. Глаза демона засветились от злости, но он все еще продолжал стоять, не двигаясь.       — Вот это выдержка, — Эд безумно улыбнулся. — Все шло по моему плану. Я даже сумел привести родню девчонки прямо к вам, или кем они ей приходятся? Не важно. Преподнёс им все на блюдечке, так сказать. Но даже так от них не было никакой пользы. В который раз убеждаюсь, что люди — настоящие бездари. Упустили вас, а были вы прямо под носом у них.       — Так вот почему они там были. Ты постарался, — процедил Билл. — Тварь.       — Ты льстишь мне, Билл, правда. А впрочем, ты прав. Я затеял это давно. Был такой грандиозный, но в то же время простой план. Но даже вся моя помощь была бесполезной, ведь они не смогли понять и додуматься до таких простых вещей. Даже не смогли понять, что за всем этим стоишь ты, — Эд пожал плечами и с невинным лицом произнес: — Пришлось самому им об этом сказать. О том, что Мэйбл с тобой.       По телу Билла пробежал холодок. Он не сразу поверил словам Эллера, но когда понял, что тот не врал, былая уверенность начала испаряться. На ее место пришли сомнение, страх и волнение.       — Что ты сделал? — переспросил Сайфер.        — Пришел к ним и сказал все так, как есть. Они обо всем теперь знают, Билл.       — И зачем же ты сказал? Или про себя умолчал? Да и даже если так, то зачем ты рассказываешь мне об этом? Думаешь, я испугаюсь? Нет, этого не произойдет.       — Я сказал все, как есть. И ты боишься, Билл. Не скрывай, — Эд поставил локти на свои колени, руки сцепил в замок, а них положил свою голову, — ты боишься. Но не того, что тебя найдут или раскроют. Ты боишься лишиться девчонки. Боишься, что ее увезут, вернут домой и спрячут от тебя подальше. А во мне ты видишь того, кто может это сделать, поэтому и не подпускаешь к ней близко. Я знаю больше, чем нужно, и могу сделать больше, чем тебе хотелось бы.       — К чему ты ведешь? Хватит ходить вокруг да около. Говори.       — Я хочу свободы от обязательств, свободы от своего прошлого. Мне нужна новая жизнь. И начать ее я смогу только тогда, когда распрощаюсь с прошлым. А заканчивать прошлое на чем-то плохом — не самая лучшая идея, верно? Я хочу исправить свою последнюю ошибку: помощь тебе. И это намного легче, чем можно себе представить. Нужно лишь вернуть девчонке память, — Эд долго думал, как красиво поднести Сайферу свою ложь. — И здесь я именно для этого. Вернуть Мэйбл то, что по праву принадлежит ей.       Лицо Эда стало серьезным, только мгновенная усмешка коснулась его губ. Его история звучала так убедительно, что ему удалось запутать и заставить сомневаться самого Билла Сайфера, который действительно, не вслушиваясь в притворную интонацию собеседника, задумался о его словах.       — Ты не сможешь этого сделать. Ты слишком слаб против моих чар.       — Ты ошибаешься. Я смогу. А твои силы давно сами стали развеиваться. Тебя поглощают человеческие чувства и слабости, вытесняя твою демоническую сущность. А я с каждым днем становлюсь только сильнее. Ты сам говорил мне много лет назад, что у меня есть потенциал, который нужно развивать, и с которым я достигну небывалых высот. И вот оно. Все идет даже лучше, чем могло бы. Поэтому вернуть память твоей дорогой подружке, — он говорил это сквозь скрипящие зубы, — у меня получится без всяких усилий. И поверь мне, она скажет за это спасибо.       — Ты пытаешься угрожать мне, используя её?       — Нет-нет, Сайфер, ты не понял. Пока что это лишь предупреждение! И наш разговор — это мой шанс, который я даю тебе!       — Шанс чего? — Билл усмехнулся, но этот смешок выдавал его и его состояние целиком и полностью. Смешок был не злым или расслабленным. Билл был напряжен. Слова Эда, его мимика, тон — всё это заставило Билла поверить ему, поверить в его возможности, которых на самом деле никогда не было и не будет.       — Шанс сделать это самому, самому вернуть ей память. Менее болезненно, чем это собираюсь это сделать я.       — Ты не посмеешь! — руки Билла объяло голубое пламя, а в комнате стало становиться меньше воздуха.       — Да ну? — Эллер рассмеялся. — Не пытайся провернуть свои фокусы сейчас. Это не помешает мне прийти и сделать то, что я тебе сказал. Ты можешь вернуть девчонке память, не вредя ей. А я… — Эд снова улыбнулся так безумно, что даже Билл не видел его таким раньше. — А я не обещаю, что она вообще выживет после моих процедур. Выбор за тобой, Сайфер. Я дам тебе на это три дня. А на четвертый день приду сам.       Билл молчал. За каменным выражением лица скрывалась целая буря эмоций, которые он тщательно скрывал и не собирался показывать своему оппоненту. Убивать Эда было нельзя, хотя именно это демону и хотелось сделать в тот момент. Эд Эллер стоял на особом межгалактическом учете. И если о его смерти узнают, то у убийцы будут такие проблемы, от которых отделаться будет просто невозможно.       Эд встал с дивана, подошел к двери, повернулся лицом к Биллу, и перед тем как выйти сказал:       — Если действительно любишь её, то избавь ее от тех мучений, что будут ждать ее со мной.       После своих слов, он покинул кабинет, прошел по коридору и через гостиную, и вышел из дома. Смысла говорить с Пайнс больше не было. Он сказал все, что хотел Биллу. Убедил его в своих лживых словах, заставил поверить в то, во что сам Эд не верил. Он заставил его бояться. Эд мечтал об этом столько, сколько помнил себя. Он радовался своей маленькой победе над ним, предвкушая еще более крупную победу, грядущую совсем скоро.       Билл продолжал стоять в своем кабинете, обдумывая слова Эда. Он не был до конца уверен в правоте его слов, но риск был, и он был слишком большим. Но если Эллер не врал, а Билл сейчас действительно стал слабее и не сможет дать тому отпор, то возвращать память Мэйбл нужно именно ему, чтобы она не пострадала. Он не даст Эду издеваться над ней и причинять какой-либо вред.       Теперь она — его жизнь, и он готов отказаться от нее, если это означает спасти ее.

***

      Следующие два дня прошли незаметно и для Билла, и для Мэйбл. После разговора с Эдом, Мэйбл расспрашивала о том, что произошло, но Билл увиливал от ответа. Он оправдывался тем, что это было связано и их работой и увольнением Эда из компании, и что это будет очень скучно и неинтересно для нее. Ему не хотелось вспоминать и думать о разговоре с Эллером, но мысли об этом только и делали, что заполняли его голову на протяжении этих дней.       Билл сидел в своей комнате, не раз прося девушку оставить его одного. Он много думал. Пытался придумать, как избежать возврата памяти Звезде, думал о том, как уберечь её от воздействия Эда. Он хотел уберечь ее, но совершенно не хотел отпускать ее от себя. Не хотел терять и лишаться ее улыбки, ее теплых и полных любви взглядов, ее прикосновений и объятий. Он любил её, но начал осознавать и принимать это в полной мере лишь тогда, когда уже лишался ее.       Возможно, что эти три дня, данные ему Эдом, были последними, когда он, Билл Сайфер, сможет побыть с Мэйбл, прикоснуться к ней и получить в ответ радостную улыбку, а не крики ужаса, страх и ненависть.       На вечер третьего дня Билл все же решил поговорить с Мэйбл по душам. Он избегал этого последние дни, но оттягивать больше было нельзя. Либо он сейчас вернет ей память сам, либо из-за его сомнений и нерешительности она пострадает или — что еще хуже — умрет. Он разрушит ту сказку и тот мир, который он создал специально для Мэйбл, и в котором она жила практически пол лета.       Сайфер вышел из своей комнаты и неспешным шагом пошел к комнате девушки. Он остановился у самой двери, простояв так несколько секунд, задумавшись. А правильно ли он поступает? Он постучал и, услышав голос Мэйбл, открыл дверь и зашел внутрь. Девушка сидела на своей кровати. Радом с ней лежала непрочитанная книга, заложенная почти в самом ее начале. Пайнс приветливо улыбнулась парню и убрала книгу с кровати на тумбочку, освобождая место для Билла.       Он сел рядом с ней, не отрывая своего взгляда от нее, и улыбнулся. Мэйбл была очень милой и раскрепощенной, но она еще не знала, о том, что ее ожидает через пару минут. Он обнял ее и почувствовал на своей спине ее руки. Её объятия согревали его, делали его черствому бесчувственному сердцу слишком приятно. Билл погладил ее по волосам, снова притянул к себе и поцеловал. Но это был не тот быстрый, короткий поцелуй. Он был долгим и чувственным, и Мэйбл на него отвечала. Демон надеялся, что сможет запомнить и оставить в своей памяти каждый момент, каждую секунду, проведенную рядом с ней. Но, как говорят, перед смертью не надышишься. И этим поцелуем ему не передать все свои чувства, и не заставить реальную Мэйбл Пайнс принять все это.       Он отстранился от нее, не желая этого.       — Вообще, я пришел с тобой поговорить, — начал Билл, наблюдая за слегка покрасневшим из-за смущения и неловкости лицом девушки. Она закрутила тонкую прядь волос на своем пальце и посмотрела на парня с огромным любопытством.       — Я тебя внимательно слушаю, — она широко улыбнулась.       — Я серьезно, Мэйбл. Мы давно с тобой так не говорили, и, может, больше и не поговорим…       — Почему?       — Ну… Это не важно. Забудь, что я сказал, — Сайфер поздно понял, что сказал ту фразу зря.       — Я все хотел спросить тебя, что будет, если ты резко вспомнишь всё свое прошлое?       — Я даже не знаю, но мне кажется, что я уже много чего помню из прошлого. Все эти фотографии, — девушка указала рукой на стену, увешенную различными снимками, — твои рассказы и все записи в моем личном дневнике, они вроде как помогают мне. Поэтому я не думаю, что я отреагирую на это как-то по-особенному. А что?       — Нет, подожди. А если то, что ты вспомнишь, будет совсем не таким, каким ты это представляешь? Я имею в виду, что и я всего не знаю, и в дневник ты не все записывала, и все эти фото — это лишь часть той жизни. Если тебе поразит и ужаснет то, что было?       — Боже, Билл, ты меня пугаешь… Что-то случилось? — Мэйбл с волнением посмотрела на парня. — Ты весь бледный…       Она коснулась тыльной стороной руки его лба, чтобы проверить температуру, надеясь, что ее нет. Ей не хотелось, чтобы Билл заболел. Он взял её руку в свою ладонь, аккуратно поцеловав её и немного сжав.       — Все в порядке, Звезда, честно, — он врал, — не волнуйся. Просто ответь на вопрос. Как бы ты отреагировала на то, что прошлое, ну, — он замялся, — хуже, чем ты себе представляешь?       — Я не знаю… То есть, так просто и не скажешь… Это наверное зависит от конкретного случая и…       Мэйбл не знала, что говорить. Поведение парня ее пугало и настораживало. Он был сам не свой; вел себя совершенно по-новому. В его голосе никогда прежде не звучала тревога, сомнение или волнение. Но в этот раз все было совсем иначе. Было не привычно видеть его таким. В голове девушки родилась мысль о том, почему он так себя ведет. Мэйбл подумала, как лучше сформулировать свой вопрос, и, чуть-чуть помедлив, поинтересовалась у Сайфера:       — Билл… Скажи, в нашем с тобой общем прошлом есть что-то такое, о чем лучше не вспоминать? Что-то плохое, да? И ты переживаешь, что наши отношения как-то после этого испортятся?       Демон посмотрел на нее с удивлением. Он старался говорить не прямо, но, как видно, у него этого совсем не вышло. Он всегда считал, что только он видит девушку насквозь, а все оказалось совсем наоборот: это она читает его, как открытую книгу.       Билл немного помолчал, не отвечая на вопросы Пайнс, а когда решил что-то сказать, то был быстро перебит:       — Понимаешь…       — Билл, — быстро начала говорить Мэйбл, — переживать не стоит. Я считаю, что то, что было в прошлом, должно там и оставаться. И даже, если я об этом чём-то вспомню, что я не буду придавать этому особого значения. Возможно, моя потеря памяти — это шанс свыше, чтобы можно было начать всё с чистого листа, понимаешь? — она широко улыбнулась.       Сайфер смотрел на нее и ничего не говорил. Он видел ее лицо, полное счастья, радости и позитива. Ему нравилось это, но в то же время было больно осознавать, что видит он это в последний раз. Мэйбл говорит, что прошлое нужно оставить в прошлом, но она не понимает того, о чем говорит. Не помнит. Пока еще не помнит, но скоро все изменится.       — В любом случае, Билл, — продолжила она, — я всегда будут любить тебя, слышишь? Что бы ни произошло.       — Это вряд ли, милая, — Сайфер сказал это очень тихо, почти не слышно. Но Мэйбл услышала его.       — Почему?       Билл улыбнулся ей, так тепло и нежно, но ничего не сказал в ответ. «Это я всегда буду тебя любить, Звезда» — подумал он и поцеловал ее в лоб в последний раз. Тянуть дольше было нельзя. Нет, время еще было, но Сайфер понимал, что еще немного, и он просто не сможет ничего сделать. А этого не должно было произойти. Он не мог допустить того, что бы девушка пострадала от рук Эда.       Сев напротив Мэйбл, Билл еще раз посмотрел в её глаза, на её лицо, запоминая каждую ее эмоцию в тот момент. Её искреннюю лучезарную улыбку, блестящие голубые глаза, ее немного пухлые нежно-розовые губы, что стали такими любимыми. Посмотрел на её кудрявые непослушные волосы — он осмотрел её всю. Он прощался с ней. Будь он простым смертным человеком, он бы уже давно дал волю своим эмоциям. Но он держался, через силу преодолевая себя.       Пока Пайнс не успела ему ничего сказать или спросить, он сглотнул и только губами произнес:        «Прости меня»       Билл коснулся лба девушки, и его руку обдало голубым пламенем. Оно не жгло никого из них, но оно делало хуже совсем по-другому. В то мгновение в голове Мэйбл начали всплывать давно забытые моменты из ее жизни, которые были удачно подтерты демоном в самом начале лета. Она вспоминала свою настоящую жизнь, настоящую себя, начиная с самого детства.       Она вспомнила свой дом, своих родных и друзей. Вспомнила Диппера, которого, по словам Билла, даже не существовало. Вспомнила свои детские годы: садик, школу. Вспомнила дни, когда много гуляла с друзьями в своем городе, когда уезжала в лагеря и на море. Она вспомнила и свой первый приезд в Гравити Фолз, то, как ей там сначала не нравилось, а потом, то, что именно там научилась по-настоящему жить. Нашла настоящих верных и близких друзей. И нашла себе врагов, о которых никогда более не хотела думать.       Билл видел все то же, что видела Мэйбл. Он видел ее, видел себя. И чувствовал всю ее ненависть и презрение к себе. Видел всё, что она и ее близкие тогда пережили. Такого не прощают. Могло показаться, что на мгновение Билл дал слабину, и по его щеке стекла слеза, от которой демон тут же избавился.       Пайнс вспоминала свои другие поездки в Гравити Фолз, свои последние школьные годы. Вспомнила все, что с ней было. Она вспомнила и тот роковой для нее день. Спешку, машину, удар, дикую боль, а после чье-то прикосновение, от которого все тело перестало чувствовать хоть что-то.       Билл убрал от нее свою руку и выжидающе посмотрел на нее.       Девушка медленно открыла глаза. И они были уже совсем другими, не похожими на те, которые видел демон несколькими минутами ранее. Это были полные ужаса красные с лопнувшими капиллярами глаза, смотрящие в никуда. А по щеке пробежала одинокая слеза.       Она всё вспомнила.