Младшая сестра

      Если заметите ошибки, сообщайте пожалуйста в ПБ       Некоторое время спустя.       Тёплый вечер входил в свои права, солнце освещало скалу, на которой с большим трудом угадывались черты лица Шодайме Хокаге — Хаширамы Сенджу. Иногда Хаширама ходил туда-сюда и смотрел на поселение. Небольшие домики уютно расположились по рядам, недалеко от самой Резиденции Хокаге строили так называемую Академию Шиноби. По задумке Тобирамы задача Академии — обучить бесклановых ребят азам шиноби, и если есть предрасположенность, то дети дальше развиваются и идут по этой стезе.       Свадьба состоялась недавно. Тобирама выглядела необычно — с её белоснежными волосами, белым кимоно, а Изуна, одетый во всё чёрное. Про себя Хаширама сравнил это с образами светлой и тёмной сторон, инь и ян.       Эта свадьба стала поворотным событием. Мадара сообщил Хашираме, что после того, как Тобирама станет Учиха, то она больше не сможет навещать клан Сенджу. Эту новость следовало ждать, и горечь внутри оставляло.       Сенджу ушёл в себя — воспоминания вставали картинками, картинки становились реалистичнее. Очередное сражение сопровождалось запахом крови или пота, а вслед за ними слышались лязганье клинков катаны или боевые кличи. В глазах противников Учиха активировался Шаринган, узор которого манил и очаровывал.       Сейчас всё по-другому: деревня расцветала, ширилась, население росло, и это было уже не просто деревней с одними кланами. Больничный лазарет, в котором лежали калеки или раненые с прошлых боёв шиноби увеличивался, появились новые комнаты, небольшой задний дворик, в котором больные сидели и дышали свежим воздухом и восстанавливались.       Переулки и улицы обстроили лавками и небольшими магазинчиками. Где-то можно было закупаться оружием, где-то — экипировкой или письменным принадлежностями, а в каких-то магазинах свозили второсортные оружие или поношенную одежду. Тобирама аргументировала это тем, что если обычные люди, у которых будет потенциал внезапно захотят стать шиноби, а средств на это не будет, то они могут найти альтернативный вариант.       Также Тобирама внесла в инфраструктуру нового поселения такое понятие, как аналитические центры, архив документов, библиотека. Когда девушка озвучила подобное, то даже Мадара удивился, зачем так заморачиваться, что это в себе несёт, и какое во всём этом предназначение.        — Смысл есть во всём! — изрекла Тори. — Например, в нашу деревню приходят всё больше и больше народу, и нам нужно вести учёт роста населения, не так ли? Как ты справишься с подобным моментом?        — Хорошо, в таком случае архив важен, — Мадара прикрыл глаза, — но зачем те аналитические центры? Или библиотека?        — Мадара, какой ты однако отсталый от жизни человек, — Хаширама обошёл Учиха сзади и похлопал шиноби по плечу, что не понравилось самому Мадаре. Тот, впрочем, ничего не сказал и продолжил слушать Хашираму.        — Может ты и не знал, но на западе обосновалась довольно молодая деревня, Скрытая в Песке или деревня, скрытая в Камнях. С ними бы тоже неплохо было наладить отношения, а для этого нужны аналитические центры. Иначе перефразируя — аналитические центры предназначены для разрешения определённых задач в различных сферах. А первым наперво нужно решить эти самые отношения с другими деревнями.        — Предположим, — кивнул Мадара. — А библиотека?        — Мадара, ну сам посуди, — вмешалась в разговор Тобирама. — У клана Сенджу, у нас, — на этих словах Хаширама едва заметно вздохнул — Тобирама, его сестра, теперь окончательно обосновалась и стала Учиха, — есть много секретов, которые неподвластны обычным людям. И библиотека — это как наши кладези знаний. Одно-другое, пятое-десятое, обычные бесклановые встанут наравне с нами, гениями кланов.       …Сейчас стало непривычно. Прошло достаточно времени, чтобы все кланы, с которыми Учиха и Сенджу налаживали связи, пришли, зарегистрировались, обосновались на выделенных им территориях.       Тобирама вышла замуж, да и сам Хаширама взял в жёны девушку из клана Узумаки — Мито Узумаки, ставшую сосудом для Девятихвостого Демона Лиса. Мадара во время одного из рейдов обнаружил следы пребывания этого существа, однако новоиспечённая жена Хаширамы взяла над ним шефство и теперь зверь был запечатан внутри Мито.        — Такова моя судьба, я её сама себе выбрала, — холодно ответила женщина.       Тори она не понравилась с первого взгляда, с первого слова. Что-то было при этой Мито, что отталкивало, Тори говорила себе, что это из-за долгого нахождения бок о бок с Учиха. В последнее время Тобирама стала более резкой, раздражительной и временами — что стало удивительно и для старшего брата — не желала видеть бесивших её людей.       Однажды они встретились. Изуна предупреждал, что в последний раз они встретятся перед свадьбой, а дальше всё пойдёт на более официальном уровне. И после смерти Таджимы Мадара придерживался этого устоя.       Но Хаширама и Тобирама откладывали встречу, а потому пересечься им удалось только после свадьбы. Молодая жена носила кимоно клана Учиха — тёмно-синего цвета и гербом клана Учиха на предплечьях и огромный на спине. Волосы Тори убирала в высокий конский хвост, что придавало ей более строгий вид, но в глазах по-прежнему играл огонёк. А на лице застыла совершенно новая улыбка.        — Привет, сестрёнка, — Хаширама неуверенно протянул руки навстречу сестре, на что Тори сначала закатила глаза, но затем бросилась навстречу брату с объятиями. Ей стало так тепло, так уютно, как в детстве, когда на их долю выпадали нелёгкие испытания.       Хаширама чуть расслабился в плечах и прижал сестру. Это не Мито, не её клан, где все члены — импульсивные и спесивые демоны. Это Тобирама — пусть и принявшая черты Учиха, но всё же родная и близкий человек.        — Что расскажешь нового? — поинтересовался Хаширама.        Я? — чуть опешила Тори, рассеянно отстранившись от брата.        — Ага, мне всё интересно знать, — старший брат шире улыбнулся, но внезапно напрягся в плечах, что приметила и сама Тобирама.        — Хаширама-нии-сан?        — Тобирама? — на площадке, где стояли брат и сестра, появился Изуна. При первом появлении его лицо исказило раздражение и — казалось бы — злость. Но, заметив Хашираму, Учиха расслабился. — Доброго времени, Хаширама-доно!        — Привет, Изуна!       Изуна перевёл взгляд на Тобираму. Женщине показалось, что Изуна что-то выскажет, но вместо осуждения тот произнёс:        — Поскольку в то время мы были слишком заняты, то ты можешь побыть с братом, но только час — у нас скоро ужин. И не забудь сказать брату самую волнующую новость, которую ты так хотела рассказать.       И Изуна подмигнул.       Когда он ушёл, Хаширама обернулся к сестре и спросил Тобираму:        — Что за волнующая новость?       Тобирама махнула рукой — в горле появился ком, мешавший говорить, а потому девушка хотела успокоиться, прежде чем произносить подобное. Хаширама кивнул, но напрягся: мало ли что сестра могла скрывать; с другой стороны, до сознания брата проходили мимолётные волнения, как будто Тори хотела что-то сказать, но стеснялась, терялась.       «Она готова, просто ей хочется меня удивить», — кивнул про себя Хаширама.       Голову забили много мыслей — от самых невинных до самых тревожных. Дела в клане Учиха обстояли нормально, Тобирама рассказала, что девушку из клана помолвили с Мадарой. Сенджу усмехнулся, представив товарища в образе не строгого и дисциплинированного шиноби, а как простого человека, который занят своими повседневными, обыденными делами.       Это… умиляло.        — А как у тебя дела? — Тори склонила голову набок и улыбнулась. — Как обстоят дела с Мито-чан?       Тобирама заметила, что после её вопроса Хаширама побледнел и сразу помрачнел.        — О, ну… э-э-э, — тянул он. — Она, да, красивая, но… э-э-э…        — С ней сложно найти общий язык? — заморгала часто-часто Учиха.        — Ты же в курсе, что клан Узумаки — это клан дьяволов? — спросил Хаширама, на что Тобирама твёрдо кивнула. — Это не выдумки, они действительно жуткие, особенно когда управляют волосами чакрой!       Тори нахмурилась, пытаясь представить подобную картину.        — Это как? — не понимала девушка.        — Когда увидишь её в гневе — то поймёшь, — нервно сглотнул Хаширама. — А сейчас, — брат посмотрел на небо. — Давай немного прогуляемся в сторону квартала? Я тебя провожу в последний раз.       Тобирама не против и потому они оба отправились неспешным шагом вдоль недавно выстроенных домов по дорожке. Магазины и прилавки сворачивали, закрывали. Новые жители деревни ходили по полупустынным улочкам, прогуливаясь, либо возвращаясь домой.        Тишина — и только редкие крики птиц в небе.       Тёплые краски неба — спокойствие на душе.       Тобирама выдохнула и снова вдохнула — чуть спёртый воздух, в котором улавливался тот придушлевый запах земляной пыли. Под ногами земля твёрдая, нога в ней не провалится, с чем Тори сравнивала с будущем мира шиноби. Новый шаг — новый виток в истории, новый мир, в котором абсолютно все должны жить дружно, не зная никаких войн.       Но Учиха понимала, что это долго не продлится — кланы, которые воевали в других частях континента, постепенно и сами образовывали деревни. Появлялись деревня, скрытая в Песке; деревня, скрытая в Камне…       Одно неверное движение — новая война. Но уже между деревнями, и количеств жертв достигнет больших чисел.       Тобирама отпустила голову.        — Всё хорошо? — обеспокоенно спросил Сенджу.        — Д-да, — Тобирама быстро подняла голову и посмотрела на брата. — Просто задумалась о будущем.        — О будущем? — вскинул бровью брат.        — Мы основали новое поселение, — начала Тобирама. — Это как начать жить с чистого листа, не находишь? Но придёт время, и нам придётся идти на войну или того хуже — посылать наших детей на верную смерть, — и после этих слов Учиха положила руку поверх живота.       До Хаширамы долго доходило, пока взгляд не упал на руку на животе.        — Т-ты… ждёшь ребёнка? — Хашираму словно окатило ледяной водой. Он встал в ступор, дыхание перехватило: эта новость — глоток свободы. Эта новость — не неожиданный поворот, это нечто неожиданное, совершенно новое, неизученное. До этого времени ни Хаширама, ни Тобирама ничего не знали и не смыслили в этом.       Их всю жизнь преследовали войны и сражения.       Выросшие в условиях клановых войн не сразу поймут, что делать дальше и как воспитывать собственных детей.        — И… какой срок? — с трепетом спросил Хаширама.        — Два месяца, — пожала плечами Тобирама.       Хаширама вытянулся в лице: его переполняли множество эмоций, он не знал, как реагировать.        — И все из твоего клана знают о твоём положении? — спросил мужчина.        — Да, все знают, — кивнула Тобирама. — И все ждут того дня, когда появится новый у нас появится новый человечек в семье. И если ты волнуешься по поводу того, что его не примут — то я сделаю всё, чтобы ребёнка не обижали, даже не позволю забрать его!       На этих словах Тобирама оскалилась, словно подтверждала свои действия.        — Верю-верю, — осторожно помахал руками Хаширама, сдаваясь перед напором сестры.       Тори выпрямилась.        — Не переживай, со мной всё будет хорошо, — проговорила молодая женщина.       Они медленно шли к кварталу Учиха и болтали. Хаширама часто дёргал руку, показывая переживание и радость. Иногда Хаширама ускорял, иногда замедлял и равнялся с сестрою. Тобирама улыбалась расположению духа брата, тоже временами ускоряла шаг, но замедляла, так как изменения в организме женщины-шиноби происходили на раннем этапе, и Тобирама с трудом бегала, прыгала, как раньше. Но лёгкость, которая вспыхивала временами, заполняла душу Учиха. ***       Они издалека заметили, как к ним вышел Изуна. Он подошёл к жене и приобнял её за талию.        — Всё хорошо? — заботливо спросил он и посмотрел на Хашираму.       Сенджу похлопал зятя по плечу.        — Я счастлив, что моя сестра в таких надёжных руках, — проговорил он.       Изуна слегка опешил, но спустя несколько секунд улыбнулся в ответ.        — С ней всё будет хорошо, обещаю, — проговорил Учиха. Он посмотрел на Тобираму, а она — на него, а затем оба — на Хашираму Сенджу.        — Что же, нам пора, — грустно отметила Тори.        — Да, — печально вторил ей и Изуна.       Он пожал руку Хашираме, а затем расстались на этой ноте.       Пока Тобирама шла, она думала, что жизнь — не такая страшная вещь. Да, в ней не всё слишком приятное, но даже среди кошмаров отыщешь хорошие мгновения. И сейчас Тори была благодарна мужу, что он ей разрешил встретиться с братом.       В последний раз.       Последняя встреча.       Сейчас деревня расцветала, будущее строилось, намечая неясные планы. Война могла в любой момент настигнуть их всех, но пока была такая возможность — надо наслаждаться жизнью.       «Я буду скучать по тебе, братец! — подумала про себя Тобирама. — А вы, Мито-сама, присмотрите за моим немного несносным Хаширамой. Я полностью доверяю его вам!»       И Тобирама с Изуной переступили порог квартала клана Учиха.