Неопубликованное

Куртку раздувает ветер, из носа течет, а руки от пальцев до запястья покрываются мурашками и краснотой собственной глупости. Справа вышагивает дорогой друг с короткой толстой сигаретой во рту и тяжелым рюкзаком за спиной. Тэхен на него изредка косится, но жаловаться — не жалуется: сам позвал, сам пригласил, сам терпи. За шумом ветра совсем не слышно о чем шепчутся идущие впереди Чон Чонгук и Пак Чимин, которые вызывают странную неприязнь даже у такого доброжелательного парня, как Тэхен, но парень уверен, что строят они дьявольские планы. Юнги, словно читая его мысли, фейспалмит. Тэхен в отместку вырывает у друга сигарету. Вредно курить, вредно. — Паршивец. Они раскладываются только к рассвету. До этого были привалы, но на них Тэхен успевал разве что отлить, съесть дешевый паштет из индейки и какие-то вонючие печенья с отрубями и злаками, а потом пострелять в Чона и Пака взглядами. Тем до него не было дела. — Естественно, — хмыкает Юнги, — они тебя даже не знают. Зато знает Тэхен, которого лишили премии из-за этих двух бухгалтеров этажом ниже. Тридцать три листа а4 четырнадцатым шрифтом отчета и одна ошибка, сулившая фирме потери всего лишь в каких-то двадцать тысяч вон — с кем не бывает. Понимания, однако, в лице начальства Тэхен не дождался. — Это будут отличные выходные! Костер оказывается кривым и временами потухающим, но десять офисных клерков благодарны и ему. Джексон так вообще щелкает его на свой новенький смартфон, не заботясь о заряде, тогда как Тэхен надеется не попасть в кадр со своим красным носом. — Отдохнули? — радостно улыбается их начальник, однако настрой Намджуна никто не подхватывает. — В любом случае, сейчас расставим палатки и ляжем спать. Еда и приключения после сна. Тэхен вздыхает. Палатки он ставить не умеет. Гадкий-гадкий Чон Чонгук задает самый резонный вопрос в мире, потому что с Намджуном нельзя ни в чем быть уверенным. Он спрашивает: — Делить палатки, я надеюсь, мы будем с кем захотим? — Естественно, — хмыкает Намджун, — нет. В чем тогда смысл нашего похода? Мы должны сплотить коллектив нашей фирмы! — Но мы ведь даже не контактируем друг с другом на работе, — резонно замечает Югем, который новых знакомств смущался. И темного леса тоже. — Вот и я о чем! С непередаваемым лицом Юнги вытаскивает соломинку красного цвета — такую же, какую вытащил и Сокджин мгновением раньше. Они смотрят друг на друга с неприязнью, но Тэхен-то знает, что эти бывшие любовнички сойдутся обратно на раз. Не впервой. Сам он держит в руках синию соломину, и, пока что, никто не вытянул такой же. Юнги его подбадривает шлепком. Словно что-то знает. А Юнги всегда знает все и даже больше. Кажется, у него есть третий глаз на тощей заднице. Чон Чонгук смотрит ему прямо в глаза. И дергает синей соломинкой. — Кажется, мы не встречались ранее, — дружелюбно говорит Тэхену его личное зло. — Я Чон Чонгук, двадцать три. — Ким Тэхен, двадцать пять, — шмыгает носом тот и отводит взгляд. — О, так это ты, кхм, — Чонгук тоже тушуется, — ну. Сделал ошибку начинающего, когда третий год горбатится на фирму Намджуна? Точно. Бинго. — Умеешь ставить палатки, хен? Благородно, совсем не так, как представлял себе Тэхен, Чонгук помогает ему со спицами и колышками, то и дело подбадривая хена, когда вся палатка опускается на землю из-за неловких движений старшего. На них двоих, все еще не продвинувшихся ни на каплю, с сочувствием смотрят коллеги. Помочь Намджун не позволяет. Потом уже, наконец-таки справившись, Тэхен снимает с себя теплую, отвратительного оранжевого оттенка куртку и взамен натягивает на себя милый свитерок. Лезет в спальный мешок. Чонгук рядом с ним тоже возится, возится и остается в одной черной майке, светя крепкими накаченными руками. Тэхен отводит глаза, спрашивает: — Тебе не будет холодно? — Не, я буду в порядке. Почему-то личное зло, которое обычный бухгалтер, оказывается очень накаченным. Будят всех вопли Цзя Эра, по которому ползет маленький черный жук с красными точками на брюшке. Югем выглядит отчаявшимся, когда речь заходит о следующей ночи с ним вдвоем. Тэхен даже думает, что это ему еще повезло. За завтраком, который готовит хмурый Сокджин с огромным засосом под шарфом, Тэхен сбегает в окружение друга, состоящее из сигареты и довольной рожи. — Как оно? — для вида интересуется Тэхен. — Ничего. Чон Чонгук и Пак Чимин на него подозрительно косятся. Знают теперь кого подставили, засранцы. Как назло, выпадает первый в году снег. Тэхен недоуменно смотрит на цветы под стволами деревьев, а потом снова на белый порошок на земле. Что-то здесь не сходится. Возможно, слепящее из-за туч солнце и Чон Чонгук за его плечом. — Намджун сказал, мы вдвоем идем с отделом продаж за водой. Тэхен вздыхает. Только Джебом кажется в этой компании адекватным. Они плетутся по лесу еще медленнее, чем когда шли в это место с тяжелыми рюкзаками.