С нуля

Короткая дорога по давно известным коридорам, заблудиться невозможно, маршрут выучен наизусть, осознание того что дома никого и полнейшая темнота только придают храбрости и некую долю волнения. Громкий скрип открываемой двери выдаёт его с потрохами. - Гокудера-кун, ты что пьян? - такой тихий и слегка хрипловатый голос ото сна. Савада садится в кровати и удивленно смотрит на вошедшего хранителя. В ответ – истерический смех. Совсем не его. Это немного пугает, но Десятый старается не подавать виду. Стащить Тсуну с кровати не составило труда, кажется, что парнишка невесом, даже не пытался оказать сопротивления. Все получилось само собой, Гокудера не хотел калечить босса. - Больно! – вскрик. - Больно? – Хаято вновь заливается смехом, кажется не до конца понимая, что боль причинил именно он, – А ты знаешь как мне больно? Знаешь? Ответить не удалось. Грубый поцелуй, до ужасна жадный и по-своему звериный. Прокушенная губа и алая струйка крови тянется по тонкой шее, что заставляет Хранителя Урагана зарычать от переизбытка эмоций и возбуждения. Руки блуждают по телу, избавляя Тсуну от одежды быстрыми движениями. - Я же люблю тебя, Бооосс. Как ты не поймешь? – Темные глаза ничего не выражают, а остатки одежды летят вниз. Гокудера навис над своим боссом, не позволяя тому встать или дать хотя бы шанс на то, что его отпустят. Бесполезные попытки вырваться сразу же прерываются ударами по лицу. Это настолько неожиданно, что Савада на мгновение впадает в оцепенение. - Как тебе такой расклад, а, Босс? – кривая ухмылка на лице хранителя нисколько не красила его лицо. - Отпусти – пытается унять дрожь в голосе Хранитель Неба, он совсем перестал что-либо понимать. Но Гокудера-кун вовсе его не слушает, даже в мыслях не было. Рука сильно сжимает вставший колом член, и это вовсе даже не приятно. Хаято наслаждается дрожью, тихими стонами и слабыми попытками вырваться своего Босса. Нравится на это смотреть. Легкий толчок и Савада уже на четвереньках. Тсуна ничего не понимает, мысли в голове путаются, теряются, при этом продолжая сумасшедше носится. Хранитель долго думать не стал, и через мгновение Савада уже забыл как дышать от боли, на лице выступили капельки пота, а всё тело пробила мелкая дрожь. Резким толчком Гокудера вошел в него, без всякой подготовки или хотя бы подобия её, вовсе не заботясь о том, что до этого у босса никого не было, что он легко может порвать его. Слабый вскрик, невыносимая боль разносится по всему телу, чужая плоть грубо толкается в тело, входя все глубже, будто пытаясь пронзить насквозь. Тяжёлые толчки словно врезаются в душу, заставляя запоминать это чувство боли и унижения. Руки сильно сжимают бедра, ногти впиваются в кожу, оставляя глубокие царапины, по ногам стекает кровь, а дикая пытка все продолжается, обещая быть долгой и неумолимой. Савада еле держится, уперевшись руками в пол, стискивая зубы чтобы не закричать. Даже в таком положении, он пытается сохранить честь. Даже когда его тело полностью в руках Гокудеры. Даже тогда он не будет показывать насколько сейчас ему плохо. Хочется разреветься, но он не маленький мальчик, он выдержит это. Резко ускорив темп, подрывник делает еще несколько толчков и густая смесь изливается в бессильно лежащее тело. Тсунаёши уже не чувствует этого, не чувствует ничего, его тело подрагивает, продолжая испытывать боль, хоть не такую яркую как в начале. Уже далеко наплевать что происходит сейчас, он просто отрубается, обессиленный, униженный, слабый. А Гокудера с непониманием смотрит то на босса, то на свои руки, ещё не до конца понимая, что только что он натворил...