Зая

      Глухой стук копыт о землю отдается в сердце, дарит мысли о долгожданной свободе, которую отнимает город. Арсений медленно наклоняется вперед и слегка бьет каблуками по бокам коня.       Чешуйчатый хвост мелькает среди деревьев, будто бы поддразнивая мужчину. Пальцы Арсения вытягивают стрелу из колчана. Тетива трещит от напряжения, а впереди показывается крепкая спина саламандра.       Попов расплылся в предвкушающем оскале, обнажая белоснежные клыки. Уж сегодня-то он точно доберется до этого ящера…       Напряженную атмосферу разрывает телефонный звонок с какой-то очередной попсовой песней.       Отвлекшийся на мобильник мужчина, не заметил, как добыча выскользнула из его поля зрения. — Да? — раздраженно прорычал в трубку Арсений, на ходу останавливая коня. Все равно саламандра он уже упустил. — Зай, ты где? — Попов буквально увидел, как его мальчик капризно дует пухлые губы. — Я же, блять, скучаю. — Я же говорил тебе, что буду на охоте, — голос мужчины смягчился, — сейчас поймаю одного вредного ящера и сразу же к тебе. И сколько раз мне говорить тебе, что межпространственные звонки — это дорого. — Ну-у, — разочарованно протянул Антон, — я соскучился. — Да, малыш, я тоже, — взгляд Арсения зацепился за странное шевеление в кустах. Прищурившись, мужчина наугад запустил туда стрелу. — Антон, ты даже не представляешь, кого я поймал! — в ответ Попов услышал лишь недовольное фырканье. — Все. Саламандра у меня, уже бегу к тебе.       Арсений удовлетворенно взглянул на обмякшее тело ящера в своей руке. За такую живность ему отвалят немало золотых. — Надеюсь, я не помру тут от скуки, — недовольно пробурчал в ответ Антон, тут же бросив трубку.       Мужчина на это лишь обреченно вздохнул и, оседлав коня, направился в сторону ближайшего селения. Сейчас время такое — в каждой захудалой деревеньке есть портал в другие измерения. Удобно, но лишь до тех пор, пока заключенные не начали сбегать из тюрем в соседние миры. Арсений лично отлавливал таких и отправлял на казнь. — Как же я ненавижу все эти ваши… Порталы, — пробурчал Арсений, вступая в тесную будку.       А кому может понравиться, когда тебя расщепляют на мелкие кусочки, а потом собирают обратно, но уже на другом клочке вселенной?       Вдруг еще соберется что-нибудь не в том месте…       Дом, в котором жил Антон, находился совсем недалеко от набережной, что всегда нервировало мужчину. Мало того, что портал регулярно выбрасывал его не на твердую землю, а прямо в реку, так еще и неизвестно какие твари проживали в этих водах. Конечно, сам Попов никого из них не боялся, но ведь Шастун каждый вечер гулял по берегу! За него Арс перегрыз бы глотку самому сатане.       Медленным шагом направляясь к дому парня, мужчина думал о том, почему вообще начал отношения с таким непостоянным созданием. В голову сразу лезли мысли о яркой улыбке и заразительном смехе мальчишки. И, конечно, его недовольно-смущенное личико.       Антон был профессиональным фотографом. Ничего интересного в этой работе Арсений не видел, но ему нравилось смотреть на счастливые глаза парня, когда тому удавалось запечатлеть что-то по-настоящему стоящее.       Убедившись, что вокруг никого нет, Попов в один прыжок преодолел расстояние от земли до балкона, ведущего в квартиру Шастуна, и огляделся.       Антон как всегда ковырялся в своем фотоаппарате, беспечно заткнув уши наушниками. Даже балконную дверь не закрыл. Конечно, не многие смогут забраться на пятый этаж, как Арсений, но все же.       Предвкушающе усмехнувшись, мужчина как можно тише подкрался к парню и опустил ладони на его плечи. Тот вздрогнул, выронив фотоаппарат из рук. — А-арс! — облегченно вздохнул он, тут же бросившись обнимать Попова. — Придурок. Нельзя же так пугать! — Нельзя расслабляться, — фыркнул в ответ мужчина прежде, чем Антон захватил его губы в плен.       Губы у Шастуна холодные, так же как и ладони, что сейчас покоились на талии Арса. Клыки Попова то и дело цеплялись за нежную кожу, оставляя небольшие порезы. Люди такие хрупкие.       Отстранившись от мужчины, Антон слизал с губ капельки крови и фыркнул: — От тебя воняет. — Ну знаешь, — прорычал Арсений и, чуть приподнявшись, слегка прикусил шею парня, — это запах охоты. — Это запах пота и крови, — Шастун поморщился, — иди-ка ты в душ, Попов.       Мужчина заискивающе улыбнулся, на миг в его чертах лица появилось что-то хищное.       Перехватив Антона поперек талии, он ловко закинул его на свое плечо и направился в сторону ванной. — Не хочешь пойти со мной? — насмешливо произнес Арсений, хлопнув ладонью по тощей заднице Шастуна. — Дьявол, поставь меня назад! — воскликнул парень, болтая ногами в воздухе. — У меня работа! — За дьявола, конечно, спасибо, но, к сожалению, я обычный ифрит. — Да хоть троюродная бабка гоблина! Пусти, блять, а то по ебалу получишь!       Несмотря на все возражения, Антон был благополучно раздет (стараниями Попова, вся футболка в клочья). Ежась от теплых капель воды, Антон недовольно скрестил руки на груди и показательно отвернулся от мужчины. — Ну не дуйся, — Арсений мягко коснулся губами выступающей лопатки и начал медленно спускаться вниз, иногда царапая кожу клыками.       Антон прерывисто вздохнул и обернулся. Мужчина тут же прижал Шастуна к стенке, на его губах играла легкая ухмылка. Наклонившись к ключицам парня, он провел языком по тонкой косточке. — Смотри, не сожри меня, зая, — буркнул Антон, тем не менее, подаваясь навстречу ласкающим губам и ладоням.       Кратко хохотнув, Попов вновь припал к пухлым губам мальчишки. Его ладони мягко заскользили по худому телу, получая в ответ тихие стоны. — А-арс, — протянул Шастун, ловко вывернувшись из объятий мужчины, — мы здесь для того, чтобы отмыть тебя от всякой гадости.       В такие моменты Арсений понимает, насколько влип в это ушастое недоразумение. Могущественный ифрит, по силе не уступающий верховным демонам, позволяет человеку манипулировать собой и, что более унизительно, называть себя «зая». Боги, знал бы об этом покойный отец Арсения… — Ты неисправим, — фыркнул Шастун, уворачиваясь от рук мужчины, скользящих к его ягодицам, — идиот.       Несмотря на свои слова, Антон поддался вперед и поцеловал Попова. — Зая… ****       Попов лежал на кровати, умостив голову на ноге Шастуна. Его умиротворенный взгляд скользил по тонким чертам лица, пухлым губам, покрытой укусами и засосами шее мальчишки. — Так, какие фотографии тебе нужны?       Арсений лениво приоткрыл глаза и взглянул на парня, что с задумчивым видом глядел в свой мобильник. — Вот, эта штука.       Антон продемонстрировал мужчине экран, на котором был запечатлен огромный волк, скалящий окровавленную пасть. Мужчина на это лишь фыркнул, вновь прикрыл глаза и потерся щекой о бедро парня, словно большой кот. — А, волколак. Ну, знаю я одного. Только вряд ли он будет тебе позировать. Но у него семья из тридцати человек, кто-нибудь да станет твоей моделью. — Тридцать? — Ага. Они же в стае живут. У одного только Сереги семь старших сестер и два младших брата. — Поехали! — восторженно воскликнул Антон, тут же вскочив на ноги.       Арсений пробурчал себе под нос что-то про мальчишескую неугомонность, но все же поднялся вслед за ним. — Малыш, ну, может, завтра? — Ага, знаю я твое «завтра», — фыркнул Антон, осторожно складывая фотоаппарат в рюкзак, — пошли, зая. — Нечисть мчится к нему, как к родному мужу, из другого измерения, а он… — недовольно пробурчал Попов, и легко подхватив мальчишку на руки, направился к окну. — Блять, ну почему мы не можем просто выйти через дверь?       Не слушая причитаний парня, Арсений быстро перелез через перила и спрыгнул вниз. Их падение сопровождалось громким «твою мать!» из уст Антона.       Небольшая прогулка по набережной, поворот за угол и вот, они уже в нужном здании. Первым через портал всегда проходил Шастун с его вечной тягой к «скорее-быстрее-ну-где-там-чудо».       Как всегда пропустив парня вперед, Арсений захлопнул дверь кабинки и вздохнул. А ведь когда-то мальчишку было за уши из дома не вытащить, если дело не касалось работы.       Спустя десять минут после Антона, на место прибыл и Попов. Как ожидаемо, парня в здании уже не было. Мужчина недовольно хмыкнул и огляделся.       Шестое чувство сообщило о посторонней сущности, что посмела подойти непозволительно близко.       Внезапно, он обернулся и схватил за руку мелкого беса позади себя. Мобильник выпал из его ладони и с тихим звоном упал на пол. — Ах ты сука, — прошипел Арсений, прожигая воришку взглядом, — да как ты посмел протянуть свои грязные лапы ко мне, ифриту?! Я глотку тебе перегрызу, подонок… — Зая, ну ты скоро? — Антон возник рядом совершенно неожиданно. — Сейчас, малыш, — Попов оскалился, — только прикончу одного ублюдка и сразу приду.       Шастун протянул понятливое «а-а» и скрылся где-то в толпе.       Селение волколаков находилось неподалеку от леса и занимало совсем немного времени, чтобы добраться туда. Конечно, немного, это только если вы можете применить магическую силу проклятых лошадей. У обычного человека на такой поход ушло бы дня три.       К слову, эти самые лошади привели Антона в полный восторг. Он даже сделал несколько фотографий их костлявых морд и облезлых боков, прежде, чем наконец усесться в седло. — А лук-то тебе зачем? — недоуменно пробормотал Шастун, глядя на то, как мужчина прячет колчан за спину. — Это на случай, если дриадам не понравится наш визит.       К счастью, поездка прошла относительно спокойно, если не брать в счет то, что парня замутило от быстрой езды и он пару раз чуть не вылетел из седла на полном ходу. Благо, Арс был рядом.       Стая волколаков приняла их довольно радушно. Самые младшие ее члены тут же окружили Антона. Кто-то из детей пытался стянуть с пальцев парня пару колец, кто-то залез ему на спину, а кто-то просто с открытым ртом глядел на «высокого дяденьку».       Попов наблюдал за этим со стороны, изредка посмеиваясь над растерянным лицом парня. Рядом плюхнулся Матвиенко, тут же зарываясь пальцами в мягкую траву. — Так сколько, говоришь, ему лет? — Двадцать. — Двадцать? — Сережа подавился воздухом, голос его понизился до нервного шепота. — Ты ебнулся? Это же на двести с лишним лет меньше, чем тебе! Ты связался с малолеткой! — Он совершеннолетний, — прорычал Арсений, невольно выпуская клыки. — Мать мой сатана! Так он чело… — мужчина успел заткнуть рот другу прежде, чем он крикнет это на все селение.       Заметив возню, Антон сбросил с себя щенят и направился в их сторону. Привычно склонив голову на бок, он спросил: — Зай, все в порядке? — Да, малыш, все просто прекрасно, — произнес Арсений, не давая Сереже сказать и слова. — Пиздун, — фыркнул парень и вновь вернулся к своим фотографиям. — Зая? — едва сдерживая смех, повторил Матвиенко. — Так ты у нас, оказывается, милый и пушистый. — Заткнись! — Арс оскалился, обнажая клыки. — Скажешь кому — скормлю гарпиям. — Зая-я… — протянул Сережа и нагло заржал, чуть ли не хватаясь за живот от смеха. — Видел бы ты свое лицо… Да ты покраснел! — Иди к черту, — смущенно бросил Попов и отвел взгляд.       Арсений многим жертвовал, начав отношения с человеком. Но взамен он получал искреннюю улыбку и любовь от самого замечательного парня во вселенной. И за эти два года Попов ни разу не пожалел о своем выборе.       Солнце давно скрылось за горизонтом, и округу начал освещать мягкий свет луны. Откуда-то издалека доносился волчий вой, что, впрочем, не было удивительно.       Антон прижимался к Арсению, закинув на него свои невозможно длинные конечности. Нос парня уткнулся куда-то в макушку мужчины, отчего волосы лохматились при каждом выдохе. — Я люблю тебя, зая, — то ли во сне, то ли в полудреме пробормотал Шастун.       Попов на это лишь усмехнулся и, сильнее обняв мальчишку, прикрыл глаза. — И я тебя.