Грани реальности

       Акира — черноволосая девушка с невероятно яркими фиолетовыми глазами. Она страдает от редкого психического заболевания, шизотипическое расстройства личности. Все из-за тяжелого детства и постоянных избиений матерью. Она не может находиться в одном стотоянии. Ее эмоции и поведение часто скачут из стороны в сторону. Делая ее то апатичной, то агрессивной, или же чрезвычайно игривой. И какая бы эмоция не настала она всегда выкручена на максимум. Ее заболевание достигло того что она не понимает где она, не может отличить свои галлюцинации от реальности. А порой живых и реальных людей она не видит считая их воображением других. Сменяя клинику за клиникой она случайно попадает к молодому психиатру, доктору — Ми Тао. Тао — молодой парень со светлыми волосами и синими глазами. Он суров и безэмоционален. После повышения он узнает что ему передали так называемый «весяк» и что этот пациент будет у него на попечении до конца дней, ее или его еще неизвестно. И хоть ее болезнь странная и до конца не изученная, ученые махнули на нее рукой. Из-за невозможности с ней контактировать. В ее карточке были множественные предупреждения, о том что ее агрессия не контролируема, о том что с ней вынуждена находиться охрана, и о том что на нее не действовали успокоительные и снотворные… Тао помотал головой. Вот и что с этим делать? Ему недавнему студенту и без года бывшему помощнику глав врача?! Он заходит в палату где сидела Акира. Она методично складывала кубики в башню под настороженные взгляды своих охранников. — Добрый день, — голос Тао прозвучал неожиданно мягко для его обычно сурового характера. Акира подняла голову, и её лицо озарилось странной улыбкой. — Привет! — воскликнула она. — Хочешь поиграть в кубики? Смотри, какая высокая башня у меня получилась! Охранники напряглись, готовые в любой момент вмешаться: — мистер Ми Тао, держите дистанцию! — сказал один из них. Парень понимающе кивнул и присел на отдалении от пациентки. — Да, башня впечатляет. Меня зовут Тао. Я буду твоим лечащим врачом. А тебя как зовут? — Акира… так меня назвала бабушка, а мама меня называла Аки… можешь тоже звать меня так! — ее голос был взрослый но его оттенки типично детскими. — хорошо, Аки сколько тебе? — Тао записывал ответы пациентки сверяя их с показаниями в карте от прошлого врача. Девушка замерла смотря в одну точку. Один из охранников быстро но плавно подошел к Тао и резко увел его подальше от девушки которая стала озираться по сторонам и молниеносно снесла игрушки кинулась на охранника. Охранник быстро уложил ее в кровать и прижал сверху чтоб она не могла встать. — штож впечатляет, и часто такое? — озвучил Тао. — чаше чем хотелось — ответил второй охранник — на что такая реакция? — да кто ее знает! — ответил первый продолжая держать вырывающуюся пациентку. — Аки! Ты слышишь меня?! — вновь начал говорить с ней Тао. Ее взгляд был почти безумным словно она была в другом измерении, и видела то что не видят они… Но вместе с тем ее глаза становились настолько яркими, что фиолетовый свет сменялся белым. Сердце молодого врача невольно дрогнуло. «вот это офигеть… впервые такое вижу» Девушка не отвечала Тао стоял в растерянности. Успокоительные и снотворные на нее не действуют, слова она походу тоже не слышит. Ее рычание словно от дикого зверя а не девушки, и боролась она так будто от этого зависела ее жизнь. — вы с ней давно, что делайте в таких случаях? — поинтересовался Тао. — ждем когда она вырубиться… много еды ей не дают чтоб не было сил бороться. Стоило охраннику озвучить о диете Аки, как тут Тао сразу обратил внимание и на худобу девушки. Слишком истощенная… — а если оставим ее одну в палате? — пустая комната катализатор, а если будет хоть что то она будет использовать это как оружие. — Охранник привязал девушку к кровати и укрыл одеялом. Акира продолжала биться и вырываться как могла. — ну теперь это на долго… Тао стоял в тишине палаты, наблюдая за неподвижной фигурой Аки. Её тонкие руки были привязаны к кровати, Под веревками темные багровые следы от крови, а под одеялом угадывалось хрупкое, почти детское тело. В этот момент она показалась такой уязвимой, что его профессиональная маска суровости дала трещину. «Нужно что-то предпринять» — подумал он, отмечая нездоровую бледность её кожи. — «Такое истощение только усугубляет её состояние» Он достал планшет и начал делать заметки: — Недостаточное питание — Частые приступы агрессии — Отсутствие реакции на медикаменты — Резкие перепады настроения — Галлюцинации — Возможно, стоит скорректировать режим питания — размышлял он вслух. — Может, это поможет стабилизировать её состояние. Один из охранников, заметив его озабоченность, тихо произнёс: — мистер Ми Тао, вы не первый, кто пытается найти подход к ней. Многие пробовали, но всё заканчивалось одинаково. Тао поднял взгляд: — я знаю, видел записи… что плохого в том что я буду еще одним кто попытается? Под их короткую беседу девушка наконец стихла. Охранник подошел к ней и развязал: — все она без сознания — почти без эмоций произнес он. Тао молча наблюдал, как охранник освобождает Аки от пут. Её тело казалось таким хрупким и беззащитным, что у молодого врача защемило сердце. Он подошёл ближе, осторожно поправил одеяло, укрывающее девушку. «Нужно будет поговорить с диетологом» — подумал он, отмечая болезненную бледность её кожи. — «Такое истощение может быть опасно для её здоровья». Охранник, заметив его заботу, хмыкнул: — Доктор, вы слишком добры к ней. Она опасна! Покалечила не одного врача и охранников… — из-за галлюцинаций?.. — да хрен его знает от чего! «Возможно, ключ к её лечению кроется в том, что она любит», — размышлял он. — чем она увлекается? Наблюдали? — спросил Тао в слух. — мы не знаем, вроде всем… единственное что мы запомнили это начальные попытки атаковать. она замирает и ищет возможное оружие.

***

Пока Акира была все еще без сознания, Тао пошел к диетологу. Но тот тут же отослал врача подальше. — я не буду давать ей больше калорий! — но она истощена! — чем хуже? Умрет она от истощения или периубивает тут всех! Тао ты не первый ее врач! Послушай, в прошлой клинике любая попытка поговорить с ней заканчивалась трагедией. — Но мы не можем просто допустить, чтобы она умирала от истощения! Должен быть другой путь. Может, стоит изменить подход к питанию? Не увеличивать резко, а постепенно, под наблюдением? — Ты слишком наивен, — покачал головой диетолог. — Она уже убила двоих пациентов и покалечила несколько человек персонала. Её агрессия неконтролируема. Диетолог тяжело вздохнул, его взгляд стал ещё более усталым и циничным. — Тао, послушай… — начал он, понизив голос. — Я лично голосую за то, чтобы она умерла. Так будет проще… для всех. Меньше проблем, меньше жертв. Эти слова ударили по молодому врачу словно пощёчина. Он замер, не в силах поверить своим ушам. — Я попробую, — тихо, но твёрдо ответил Тао, глядя прямо в глаза старшему коллеге. — У неё есть шанс, и я должен его использовать. Диетолог несколько секунд молча смотрел на него, затем устало махнул рукой: — Ладно, не убейся. Только не говори потом, что я тебя не предупреждал.

***

Тао тихо вошёл в палату, его шаги были почти бесшумными. Полумрак комнаты окутывал всё вокруг, создавая почти интимную атмосферу. Акира лежала неподвижно, её дыхание было ровным, но в нём чувствовалась какая-то напряжённость. — Сколько она так спит? — спросил Тао, подходя ближе к кровати. Один из охранников, сидевший в углу, устало потёр глаза: — Надеемся, что до утра… Тоже спать хотим… Молодой врач посмотрел на часы. Было уже поздно, и он понимал, что охранники действительно устали: — Так идите! До утра её состояние вряд ли изменится. Я останусь. Второй охранник переглянулся с напарником: — Мистер Ми Тао… это не самая лучшая идея. Она может очнуться в любой момент. Но парень был непреклонен: — Идите! Я справлюсь. У вас тоже должен быть отдых. Охранники, перебросившись ещё парой обеспокоенных взглядов, всё же решили послушаться. Они вышли из палаты, тихо закрыв за собой дверь. Тао внимательно осмотрел палату, которую выделили Акире. Обстановка была минималистичной: койка, бескаркасный диван, ковёр и пластиковый стол. В углу стояла корзина с игрушками, рядом лежали листы бумаги и карандаши. Всё выглядело достаточно безобидно, создавало атмосферу детской комнаты. Его взгляд остановился на девушке. При более детальном осмотре он заметил то, чего не увидел утром, тёмные круги под глазами, растертые в кровь запястья и впалые щёки, которые говорили о длительном голодании. Сердце сжалось от жалости к этой хрупкой девушке, запертой в теле монстра. Он решил изучить рисунки, которые Акира успела сделать за два дня пребывания здесь. На листах были изображены простые, но трогательные картины: уютный дом, цветущая полянка, милые животные — собачка и котик, деревья и яркое солнце. Ни одной тревожной линии, ни намёка на агрессию или страх. Эти рисунки говорили о светлой стороне её души, которую она, возможно, сама не осознавала. Его внимание привлекли разбросанные кубики — те самые, которые она использовала как оружие во время приступа. «Она отшвырнула их как преграду», — подумал Тао, размышляя о том, что могло спровоцировать такую реакцию. Взгляд врача упал на зелёного плюшевого кролика, уютно устроившегося на диване. «Интересно, — подумал он, — это она его туда посадила?» Учитывая характер Акиры и то, как бережно она обращалась с игрушками в моменты просветления, это казалось вполне вероятным. Девушка всё ещё спала, её дыхание было ровным. Тао аккуратно обхватил запястье быстро проверил пульс, удовлетворённо кивнул и тихо вышел из палаты, тщательно закрыв за собой дверь. Ми Тао погрузился в изучение медицинской документации Акиры, чувствуя, как с каждой страницей история девушки становится всё более трагичной. Толстая папка лежала перед ним, словно тяжёлый груз чужих неудач и разочарований. По мере чтения перед ним раскрывалась ужасающая картина её прошлого: убийство матери и её сожителя, постоянные пьянки в семье, чередование периодов агрессии и насилия над Аки, когда она могла рисовать, играть или смотреть мультфильмы. Она ведь была совсем маленьким ребенком… Он отмечал важные детали, на которые сам недавно попадался: Триггерные фразы — особенно вопросы о возрасте, которые вызывали у Аки ярость. Дезориентация — она не понимала, где находится, что усиливало её гнев. Запретные темы — вопросы о страхах и желаниях были категорически противопоказаны. Агрессивные состояния — в моменты приступа она полностью теряла связь с реальностью, видя перед собой лишь врагов. Записи предыдущих врачей пестрели пометками о безуспешных попытках лечения: Медикаментозная терапия — отсутствие положительной динамики. Поведенческая терапия — не дала результатов. Изоляция — лишь усугубляла состояние. Арт-терапия — прерывалась из-за внезапных приступов. На полях документов он находил мрачные комментарии: «Безнадёжно» — писал один врач. «Не поддаётся лечению» — утверждал другой. «Клинический случай, неизлечимый» — констатировал третий. Что-то в глубине души Тао откликалось на нее. Может быть, это была профессиональная гордость, что хотела быть луче предыдущих враче. А может простое человеческое сочувствие, Аки не была плохой, она жертва обстоятельств. Что то в его душе желало увидеть ее здоровой… Парень представил на мгновение Акиру идущую по улицам города, возможно в милом бледно розовом платье или чем то бунтарском, в спортивном костюме или простых джинсах с футболкой… она была невероятно красивой, и если бы не ее состояние… Читая строки о том, как нашли Акиру — убившую собственных родителей в состоянии аффекта. Тао видел не монстра, а ребёнка, загнанного в угол жестокой судьбой. Полицейские, которые доставили её в первую клинику, действовали грубо, словно с животным, а не с травмированным подростком. История её жизни разворачивалась перед ним, как трагическая пьеса: — Детство, наполненное насилием и пренебрежением. — Психологическая травма, превратившая её в того, кем она стала сейчас. — Момент перелома, когда она потеряла контроль над реальностью. Ми Тао понимал, что стандартные методы здесь бессильны. Предыдущие врачи пытались лечить симптомы, но не причину. Они видели только агрессию, но не замечали за ней испуганного ребёнка. Тао достал свой блокнот и начал аккуратно переписывать ключевые моменты из медицинской карты аки. Его почерк был чётким, каждая буква выписана с особым вниманием. Вверху страницы он крупно вывел: «АКИ» Затем, используя знания латыни, добавил под именем изящную надпись: oculi pulchri (красивые глаза) Ниже он начал систематизировать информацию, полученную из медицинской документации.

***

Парень осторожно приблизился к палате, стараясь не нарушать хрупкое спокойствие утра. Охранники, отдохнувшие и посвежевшие после ночного сна, следили за пациенткой с привычной бдительностью. Акира сидела на диване, уютно устроившись с ногами, и увлечённо рисовала. Её сосредоточенное лицо, погружённое в творческий процесс, казалось почти детским. — Мистер Ми Тао! Дистанцию! — привычно предупредил охранник, когда врач сделал шаг вперёд. — Да-да, помню — кивнул Тао, останавливаясь на безопасном расстоянии. — Привет, Аки что делаешь? — Рисую, — тихо ответила она, не отрываясь от своего занятия. — Замечательно! А что рисуешь? — Кико! — она указала на зелёного плюшевого кролика, сидевшего на столе. На листке бумаги были аккуратно выведены зелёные линии, повторяющие очертания игрушки. — Кико? — чуть недоуменно спросил Тао, но быстро сообразил — Его так зовут? Мило… а расскажи-ка мне о нём! Акира подняла голову, с удивлением глядя на врача. В её взгляде ярко фиолетовых глаз читалось искреннее недоумение, словно она не ожидала, что кто-то может проявить интерес к её игрушке. «Ребёнок» — пронеслось в голове у Тао. Все записи, прочитанные им утром, вдруг обрели новый смысл. Аки, которой было уже 23 года, была все еще ребенком. В совокупности травм и возможно наследственных заболеваний, в этот момент она действительно казалась пятилетним ребёнком, застрявшим в своём травмированном сознании. — Ты хочешь послушать? — переспросила Акира, слегка отстраняясь от врача. Её движение было почти инстинктивным, словно она боялась, что он передумает. Охранники напряглись, готовые в любой момент вмешаться. Их руки непроизвольно легли на пояса, где обычно находились средства сдерживания. Тао, несмотря на предупреждения и предостережения, решился на смелый шаг, он сел на кровать напротив Аки. Его движение было плавным и уверенным, словно он пытался показать, что полностью доверяет ей. — Да, я очень хочу послушать, — ответил он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно мягче и искреннее. Аки, заметив его готовность слушать, широко улыбнулась. Её лицо буквально засветилось от счастья как ребёнок радуется, когда взрослый проявляет интерес к его игрушкам. Она облокотилась о стол, наклонилась ближе к врачу и заговорщически прошептала: — На самом деле он не живой! — её глаза сияли от восторга. — И был белым! Я его покрасила… зелёнкой! В её голосе слышалась гордость за содеянное, словно она поделилась какой-то невероятной тайной. Тао не мог не улыбнуться в ответ — перед ним сейчас сидела не опасная пациентка, а маленькая девочка, рассказывающая о своём любимом плюшевом друге. «Она знает, что это игрушка!» — Эта мысль поразила его. Значит, несмотря на все её проблемы с восприятием реальности, у Акиры сохранялась способность различать реальное и воображаемое. Это было обнадеживающим знаком. — Зелёнка, значит? — осторожно подхватил он разговор. — И как же ты уговорила его покраситься? — Так он не может возразить, он же не живой! — весело ответила Аки, активно жестикулируя и подпрыгивая на диване. Её глаза светились от радости, словно она рассказывала самую увлекательную историю в своей жизни. — Окей, а почему зеленка? — спросил Аки, стараясь поддерживать этот удивительный контакт. — Потому что зеленый! А он кролик! Кролики любят травку и листики! — с энтузиазмом объясняла очевидной вещью на свете. «Она понимает причинно-следственные связи», — пронеслось в голове у Ми Тао. Это открытие наполнило его новой надеждой. — Это логично! — похвалил он её. — А что ты ещё рисуешь? — Врач начал говорить с ней как с ребёнком, каким она, по сути, и оставалась в своём сознании. Акира на мгновение задумалась, её взгляд стал более серьёзным. — Я рисую дом… а в нём… — она замерла, как и вчера. Но Тао в этот раз мгновенно среагировал, громко произнеся её имя. — АКИ! — она дёрнулась, посмотрев на врача. Парень тут же обратил ее внимание на другой листок — У тебя рисунок с деревьями, тоже ты нарисовала? Охранники замерли, с удивлением наблюдая, как врачу удалось предотвратить приступ. — Да… — прошептала она, разглядывая свои рисунки. — Это лес… Ее голос осип, Акира смотрела по сторонам словно потеряла один из карандашей. В полном недоумении и не понимании что только что произошло. — Красивый лес! — Там было красиво… — её голос дрогнул, и она погрустнела. — А что случилось? Всё такое же зелёное, как деревья, и яркое солнце… Акира внезапно осела на диван, отодвигая стол ногой, и отвернулась от врача в сторону. Её плечи дрожали, словно она пыталась сдержать эмоции. Ми Тао замер в нерешительности, его рука невольно потянулась к блокноту. Он понимал, что сейчас нельзя торопить события, но профессиональный инстинкт подсказывал — нужно зафиксировать важные наблюдения. Охранники стояли неподвижно, их напряжённые позы говорили о готовности к любому развитию событий. В палате царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием Аки и отдалённым гулом больничного коридора. Медленно, стараясь не издавать ни звука, достал блокнот и начал аккуратно записывать свои наблюдения: «Дом — триггер» «Лес — вызывает грусть и отстранение» Акира всё ещё сидела, отвернувшись от него, её плечи слегка подрагивали. — Аки? Ты хочешь ещё что-нибудь нарисовать? Девушка покачала головой и молча пошла к корзине с игрушками. Обронив её, она села на пол, на ковёр, и принялась раскладывать кубики в башню. — Ты не хочешь говорить? — спросил он, и Аки покачала головой. — Ладно, понимаю. Поговорим потом… Тао задумчиво смотрел, как Акира сосредоточенно строит башню из кубиков. Её движения были плавными, но в них чувствовалась какая-то внутренняя тревога. Он понимал, что сейчас не время давить на неё, но её поведение давало новые подсказки. «Кубики… Башня… Возможно, это символ чего-то важного для неё», — подумал он, делая очередную запись в блокноте. Выйдя из палаты, парень столкнулся с одним из охранников, который тут же устремился за ним. — Как?! Как вам это удалось?! — воскликнул охранник, его голос дрожал от волнения. — Она же совершенно неуправляема! А вы смогли вернуть её к спокойствию буквально за считанные секунды! — Помедленнее, пожалуйста, — попросил Тао, стараясь сохранять спокойствие. — Вы же говорили, что не наблюдаете за ней, а теперь утверждаете обратное. — Да нет же, — замялся охранник, — просто… когда следишь за ней постоянно, волей-неволей начинаешь замечать всё. Но как вам удалось так быстро остановить её? — Видите ли, — медленно произнёс Тао, хотя и сам не до конца понимал как это объяснить. — в моменты приступов агрессии она фактически отключается от реальности. Я просто попытался выдернуть её из этого состояния, и, похоже, это сработало. Ничего особенного, просто случайный эксперимент. Охранник всё ещё выглядел озадаченным, но в его глазах промелькнуло уважение: — А что, если бы это не сработало? — тихо спросил он. — Если бы она восприняла ваши действия как угрозу? — На это есть вы. — честно ответил Тао. — Тогда мы бы вернулись к тому, с чего начали, она не монстр… она ребенок! Охранник внимательно посмотрел на молодого врача, в его взгляде читалось сомнение, смешанное с любопытством: — Ребёнок, который способен убить несколько людей?! — тихо произнёс он, понизив голос до шёпота. — Вы действительно в это верите? Тао на мгновение задумался, прежде чем ответить: — Да, — твёрдо сказал он. — внутри неё живёт ребёнок, который пережил такое, что большинство людей не могут даже представить. Её агрессия это защитная реакция, крик о помощи, который никто не слышит. — Но она опасна, — настаивал охранник. — Вы видели, на что она способна. — Именно поэтому она здесь, — ответил Тао, глядя прямо в глаза собеседнику. — и врачи здесь чтобы помочь ей справиться с этой опасностью, а не просто запирать её в четырёх стенах.

***

Ми Тао быстрым шагом направлялся к столовой, его шаги эхом отдавались в пустом коридоре. Мысли о очередном предстоящем разговоре с диетологом не давали ему покоя. Он знал, что разговор будет непростым, но не представлял, насколько шокирующим окажется увиденное. В столовой царила привычная утренняя суета. Поварихи расставляли подносы с завтраками, а медсестры готовились к раздаче. Тао сразу направился к подносу с карточкой Акиры. То, что он увидел, заставило его остановиться как вкопанный. На подносе лежала миска с жидкой гречневой кашей, одинокая сосиска, сиротливо плавающая в ней, и стакан чая без сахара. Даже для обычного человека такой завтрак был бы недостаточным, а для истощённой Аки это просто издевательство. — Это что, серьёзно? — голос Тао дрогнул от возмущения. — Вы называете это оптимальным питанием? — Ми Тао я уже сказал я не буду увеличивать ей рацион! Ты не видел и не знаешь на что она способна, А Я ВИДЕЛ! Тао решительно шагал по коридору, крепко сжимая в руках пакет с едой. Несмотря на протесты охраны, он был твёрдо намерен накормить Акиру. В буфете он взял не только свою порцию, но и дополнительно приобрёл пару тёплых булочек и яблоко — продукты, которые, по его мнению, могли принести хоть немного радости истощённому организму пациентки. Охранники, скрестив руки на груди, наблюдали за его действиями с явным неодобрением: — Вы точно уверены? — спросил старший охранник, нахмурив брови. — Мы предупреждали… — Я принимаю на себя всю ответственность, — твёрдо ответил Тао, не отводя взгляда. — Ну хорошо, — неохотно согласился охранник. — Но если что-то пойдёт не так, вы сами виноваты! — понял — перебил его Тао, входя в палату.

***

В палате царила привычная атмосфера: Акира сидела на диване, обхватив колени руками, и смотрела в пустоту. Её взгляд был отрешённым, а кожа казалась ещё бледнее обычного. Парень аккуратно поставил поднос на столик и достал яблоко. — Вставай, завтрак прибыл! — произнёс он, стараясь, чтобы его голос звучал бодро и дружелюбно. — Аки, знаешь, что это? В этот момент её пустой желудок издал громкое урчание, а глаза невольно устремились к яблоку в руках врача.: — Яблоко… — тихо, почти шёпотом, произнесла она, и в её голосе промелькнула робкая надежда. — Будешь? — улыбнулся он, протягивая фрукт. — Давай, садись, поешь! Несколько мгновений девушка колебалась, словно не веря в происходящее. Её взгляд ярких фиолетовых глаз метался между яблоком и лицом врача, будто пытаясь понять, не является ли это очередной иллюзией. Наконец, медленно, почти нерешительно, она поднялась с дивана и подошла к столу. Её движения были неуверенными, словно тело забыло, как правильно двигаться. Ми Тао наблюдал за ней, затаив дыхание: — Ешь медленно, — мягко произнёс он, присаживаясь напротив пациентки на кровать — Не торопись. Акира, словно маленький испуганный зверёк, осторожно пододвинула тарелку к себе. Её движения были почти механическими, а взгляд постоянно возвращался к еде, будто она боялась, что в любой момент её могут отобрать. Она ела, прикрывая еду руками, словно защищая свой скудный завтрак от невидимых врагов. Тао почувствовал, как сжалось его сердце при виде этой картины. В её поведении читалась целая история боли и лишений, где каждый кусочек еды приходилось отвоёвывать. — Всё хорошо, Аки, — тихо произнёс он, стараясь, чтобы его голос звучал максимально спокойно и уверенно. — Это всё тебе. Я не заберу, обещаю. Он осторожно подвинул к ней яблоко, стараясь не делать резких движений. — Вот, возьми. Это тоже твоё. Ешь спокойно, никто не будет отбирать у тебя еду. Тао внимательно следил за каждым движением Акиры, пока она ела. Её осторожность, с которой она пережёвывала каждый кусочек, говорила о глубоких травмах прошлого. Девушка словно ожидала подвоха, готова была в любой момент отпрянуть. Ложка неуклюже лежала в руке и она часто хватала еду руками. Но в эти же моменты она прикусывала и собственные пальцы… Когда она наконец отодвинула пустую тарелку, её взгляд стал пронзительным. — Тут ничего нет? — спросила она, протягивая ему посуду, будто проверяя, не спрятал ли он что-то на дне. — Да, ты всё съела, поэтому тарелка пуста, — спокойно ответил Тао, стараясь не выдать своего непонимания. — Нет лекарств… — прошептала она, и в её голосе прозвучало что то такое отчего у него защемило сердце. Тао замер, не зная, как реагировать на этот неожиданный вопрос: — Ну… да, — медленно произнёс он. — Это же просто завтрак. С чего бы в нём быть лекарствам? Акира смотрела на него недоверчиво, её глаза, обычно такие яркие, сейчас казались почти потухшими. — Ты ничего не добавлял? Почему? Ахо всегда добавлял… — её голос дрожал, выдавая страх и неуверенность. Тао почувствовал, как внутри него что-то оборвалось. «Ахо?» — Тот самый врач из предыдущей клиники, откуда перевели Акиру. Что же он делал? Подмешивал ей препараты без её ведома? Молодой врач с трудом подавил вспышку гнева, стараясь сохранить спокойствие. — Аки, — мягко начал он, — лекарства обычно дают, когда человек болеет… — Но я болею! — тихо произнесла она, не отрывая взгляда от последнего пирожка. — Да, ты права — осторожно согласился Тао. — но немного… и я обещаю, что выясню чем именно ты болеешь, и помогу тебе выздороветь, хорошо? Аки, казалось, ожила. Её движения стали более уверенными, хотя она по-прежнему ела осторожно но быстро словно боясь, что еда исчезнет. Она продолжала молча жевать, но в её глазах появилась искорка надежды. Он внимательно наблюдал за ней, отмечая малейшие изменения в поведении: — Я никогда не буду добавлять тебе лекарства в еду, — твёрдо произнёс Тао. — Обещаю, не переживай! Девушка на мгновение замерла, словно взвешивая его слова. Затем медленно кивнула, будто принимая его обещание. Её пальцы крепче сжали пирожок, но в этом жесте уже не было прежней настороженности. «Нужно будет запросить её медицинскую карту из предыдущей клиники», — подумал Ми Тао. — «И разобраться, что на самом деле там происходило».

***

Парень вернулся в свой кабинет с тяжёлым чувством неопределённости. Его не покидали мысли об откровении Аки. «Что же на самом деле происходило в той клинике?» — эта мысль не давала ему покоя. Он сел за стол и начал оформлять запрос на медицинскую карту пациентки. Процедура была стандартной, но Тао знал, что получить полную информацию может быть непросто. Спустя час в его кабинет постучали. Медсестра принесла тонкую папку с документами. — Вот всё, что удалось достать, — произнесла она, кладя папку на стол. — Только анализы за последний год. Ми Тао недоумённо приподнял брови: — А где остальные записи? История болезни, протоколы лечения, заключения? — Говорят, что остальные документы временно недоступны, — пожала плечами медсестра. — Технические проблемы с архивом. — Ну да конечно… — недовольно буркнул он, но поблагодарил медсестру и погрузился в изучение того что есть. Чем дольше он рассматривал анализы, тем больше его охватывало недоумение. Цифры в результатах словно принадлежали разным людям, показатели скакали от нормы к патологии без какой-либо системы или логики. «Что здесь происходит?» — пробормотал он, вглядываясь в колонки цифр. — «Такие результаты просто невозможны». Решив не полагаться на сомнительные данные, он написал направление на повторное обследование: — Нужно провести все анализы здесь, в нашей лаборатории. Только так мы получим достоверную картину. Но его инициатива наткнулась на неожиданное сопротивление. Старшая медсестра, узнав о его планах, решительно воспротивилась, скрестила руки на груди, а её взгляд был непреклонным: — Доктор Ми Тао, вы не понимаете! У неё невозможно взять кровь! — настаивала она. — Она начинает биться в истерике при одном виде шприца. Все попытки заканчиваются одинаково — либо она убегает, либо начинает драться. Тао почувствовал, как внутри закипает раздражение, но постарался сохранить спокойствие: — Но мне нужны актуальные данные! — твёрдо произнёс он. — Без них я не могу правильно оценить её состояние и назначить лечение. Медсестра пожала плечами: — Тогда давайте сами! Никто из нас не рискнёт к ней прикоснуться после того, что было в прошлый раз. Вы же теперь её лечащий врач — вот и решайте эту проблему! Тао медленно вошёл в палату, стараясь не делать резких движений. Атмосфера в комнате резко стала напряжённой, словно перед грозой. — Аки, — начал он осторожно, — мы можем поговорить? Девушка подняла глаза, в которых читался немой вопрос. — Да… о чём? — её голос дрожал, выдавая внутреннее напряжение. Она почувствовала, что-то было не так… Тао замялся, подбирая слова. — Как бы так по-простому начать… — усмехнулся он, пытаясь разрядить обстановку. — Тебе нужно сдать анализы… Поможешь мне? Он едва успел он закончить фразу, как Акира резко отодвинулась, поднимаясь на ноги. Её поза была явно оборонительной, готовой к действию. — Не нужно паники! — быстро произнёс Тао, поднимая руки в примирительном жесте. — Заставлять не буду! Поэтому я здесь… просто поговорить Аки молча смотрела на него, и в её взгляде читалось полное недоверие. Тао видел, как она напряжена, как готова в любой момент сорваться. — Аки… — он сделал шаг вперёд, но она отступила. Девушка замерла, глядя перед собой невидящим взглядом. Тао мгновенно узнал этот взгляд — так она смотрела перед своими приступами. Он понимал: ещё немного, и она снова уйдёт в себя. — АКИ! — крикнул он, но тут же пожалел об этом. Девушка вздрогнула, по её щекам потекли слёзы. Она бросилась в угол комнаты, забившись между стеной и диваном, пытаясь стать как можно меньше. — Эй… тише! — Тао подошёл ближе, но остановился, не желая её пугать. — Я же… я не желаю тебе зла! Аки плакала, уткнувшись в колени, её плечи содрогались от рыданий. Тао опустился на корточки рядом с ней, но не касался её: — Я просто хочу помочь, — тихо произнёс он. — Без боли, без принуждения. Просто хочу понять, как тебе помочь. — мне нельзя помочь… — проскулила Акира. Тао замер, услышав эти слова. Они были полны такой безысходности, такой глубокой боли. — Почему ты так думаешь? — спросил он мягко, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и уверенно. — Кто тебе это сказал? Аки подняла на него глаза, полные слёз. В них читалась такая тоска, что у Тао перехватило дыхание. — Все говорят… — прошептала она, и каждое слово давалось ей с трудом. — Все говорят, что я опасна, что я бесполезна, что неисправима… что ненужная… что мне место только здесь… в психушке… «Она осознаёт, где находится», — промелькнула мысль в голове Ми Тао. Это открытие одновременно обрадовало и встревожило его. Осознание своего положения, важный шаг к выздоровлению, но сколько же боли и страданий ей пришлось пережить, чтобы дойти до такого самовосприятия. Её голос дрожал, превращаясь в прерывистый шёпот, а слёзы текли по щекам, оставляя солёные дорожки. Тао видел, как тяжело ей даётся этот разговор, как болезненно отзываются в её душе все эти слова, когда-то произнесённые другими. — Это неправда — произнёс он тихо, но с такой твёрдостью в голосе, чтобы она почувствовала его уверенность. — Ты не опасна. Ты просто напугана. И ты заслуживаешь помощи, понимаешь? — Посмотри на меня, Аки, — мягко попросил он, не меняя положения. — Я здесь не для того, чтобы осуждать тебя или бояться. Я здесь, чтобы помочь тебе… Тао осторожно, почти невесомо, протянул к ней руку, надеясь на малейший знак доверия. Но в следующее мгновение его рука была встречена резким, точным ударом. Боль пронзила его ладонь насквозь, Акира ударила с такой силой, что костяшки её пальцев окрасились кровью. Он отдёрнул руку, изумлённо глядя на девушку. В её глазах не было ни капли раскаяния, ни тени сожаления. Только холодная решимость и настороженность. — Что ты сделала? — выдохнул он, разглядывая свою ушибленную ладонь. — Ударила тебя! — её голос прозвучал твёрдо, почти вызывающе. «Она полностью осознаёт свои действия», — промелькнуло в его сознании. Это было неожиданно, такая чёткая, целенаправленная агрессия. И Она все осознает! — Зачем? — спросил он, стараясь сохранить спокойствие. — Чтобы ты меня не трогал… — просто ответила она, словно это было само собой разумеющимся. «Она действует осознанно и целенаправленно», — отметил про себя Тао. — Но я не собирался… Я протянул тебе руку, чтобы помочь. Я бы не стал прикасаться к тебе против твоей воли. Акира лишь молча отвернулась, снова пытаясь спрятаться в своём углу. Её поза говорила яснее слов, она не верит ему, не доверяет его словам. Ми Тао медленно повернулся к Аки, его рука всё ещё ныла от удара. На костяшках проступали багровые следы, явное доказательство силы её удара. Он понимал, что сейчас нельзя показывать слабость или боль. «Чёрт, она сильно приложила», — промелькнуло в его голове, но голос остался спокойным, когда он снова протянул к ней руку. Её глаза расширились от страха и настороженности. В них читалось явное предупреждение: «Не приближайся». Тао замер, осознавая, что совершил ошибку. Его жест доброй воли только напугал её ещё больше. Он слишком поторопился, забыв о её травмах и страхах: — Прости, — тихо произнёс он, опуская руку. — Я не хотел тебя пугать. Тао отступил на шаг назад, внимательно наблюдая за реакцией Аки. Его голос звучал спокойно и твёрдо: — Ты можешь встать следом? — спросил он, стараясь, чтобы его слова не звучали как приказ. Несколько секунд в палате царила тяжёлая тишина, нарушаемая лишь их дыханием. Аки продолжала сидеть, вжавшись в угол, её глаза не отрывались от лица врача. — Я здесь, чтобы помочь! — повторил Тао, стараясь донести до неё свои намерения. — Я не желаю тебе ничего плохого! Клянусь! Его слова повисли в воздухе, словно невесомые нити надежды. Тао понимал, что сейчас не время настаивать или давить только терпение и понимание могли помочь преодолеть этот барьер. Он развернулся и направился к двери, но перед тем как выйти, остановился. Медленно, почти неощутимо, он приоткрыл дверь, бросив последний взгляд на сжавшуюся в углу фигуру. В этот момент он отчётливо осознал, насколько сложной будет их дальнейшая работа. Путь к доверию Аки будет долгим и тернистым, полным препятствий и неожиданностей. Но одно он знал наверняка — Она понимает что делает а значит сможет это контролировать!

***

Ми Тао нервно расхаживал по кабинету, его переполняло возбуждение от сделанного открытия. Он то и дело останавливался у окна, потом резко поворачивался и начинал мерить шагами пространство между столом и шкафом с документами. «Она осознает реальность!» — повторял он про себя, не в силах сдержать радость. — «Она понимает, где находится, и знает, что делает… Это огромный шаг вперёд!» Его лицо светилось от воодушевления. Наконец-то появилась реальная надежда! То, что казалось безнадёжным случаем, начало обретать очертания возможного выздоровления. Он достал блокнот и начал быстро записывать свои наблюдения. «Это меняет всё!» — подумал он, перечитывая свои заметки. — «Теперь я знаю, с чего начать. Нам нужно не только лечить симптомы и работать с её травмами, а восстанавливать доверие и уверенность». Тао подошёл к столу и начал перебирать бумаги, связанные с историей болезни Аки. Теперь всё выглядело иначе — не как набор симптомов, а как путь, который можно изменить. — Она не безнадёжна! — твёрдо произнёс он глядя на фотографию пациентки в её медицинской карте. — есть шанс помочь ей вернуться к нормальной жизни! Впервые за долгое время он почувствовал, что движется в правильном направлении. Это открытие давало ему силы продолжать борьбу за выздоровление Аки, несмотря на все трудности, которые ещё предстоят.

***

Ми Тао осторожно вошёл в палату, держа в руках поднос с обедом. Акира, погружённая в свои игрушки, не сразу заметила его появление. Она увлечённо что-то сооружала из кубиков, словно в этом занятии находила своё убежище от реальности. — Ты не хочешь есть? — мягко спросил он, ставя поднос на столик. Аки подняла глаза, и в них промелькнуло что-то похожее на настороженность. — Это глупо, — произнесла она, не отрывая рук от своих кубиков. — Я всё равно не сплю от лекарств… Тао замер, удивлённо глядя на неё: — Что?.. Ох, Аки… — он постарался, чтобы его голос звучал максимально спокойно. — Я же сказал, я не буду подмешивать тебе лекарства в еду! Просто поешь, пожалуйста. И почему ты говоришь о сне? — Ты же хочешь взять анализы, — пояснила она, продолжая строить свою башню из кубиков. — Это будет проще сделать, если я буду спать… Тао на мгновение задумался. В её словах была своя логика, но он не мог согласиться с таким подходом. — Разумно, — признал он. — Но всё же… Я уже говорил, что не буду принуждать и заставлять! Я хочу помочь тебе по-другому, понимаешь? Акира замерла, её пальцы застыли в воздухе, держа очередной кубик. Вопрос повисел в воздухе, словно невидимая нить, связывающая их души. — Потому что я хочу, чтобы ты доверяла мне, — повторил Тао, осознавая, что его следующие слова могут всё изменить. — Потому что ты мне нравишься… — неожиданно вырвалось у него. В палате повисла тяжёлая тишина. Акира медленно опустила руку и подняла глаза, в которых читалось недоумение смешанное со страхом. Ее глаза блеснули своим фиолетовым огнем. Ми Тао вдруг понял, что, возможно, зашёл слишком далеко. Никто не говорил ей таких слов. Никто не проявлял к ней искреннего интереса. Его честность могла как укрепить доверие, так и разрушить хрупкую связь между ними. — Я… — начал он, пытаясь подобрать правильные слова. — Я имею в виду, что ты сильный человек. Ты борешься, даже когда страшно. Ты контролируешь свои действия, и это достойно уважения! Акира продолжала смотреть на него, словно пытаясь разгадать его истинные намерения. Её пальцы снова начали перебирать кубики, но движения стали более нервными. Она явно что то обдумывала в голове. Но что? , тут Тао угадать не мог. Аки неожиданно усмехнулась, и в её глазах промелькнуло что-то похожее на искреннее веселье. — Ты просто дурак! — произнесла она, впервые за всё время проявляя что-то похожее на эмоции. Тао не ожидал такой реакции, но его губы сами собой растянулись в улыбке. — О да… — согласился он. — Это сложно отрицать. В палате впервые за долгое время повисла не напряжённая, а почти уютная тишина. Аки, казалось, расслабилась, её пальцы уже не так нервно перебирали кубики. Она беззвучно смеялась, а ее улыбка была широкой и добродушной. Тао осторожно присел на краешек стула рядом с ней, стараясь не нарушить это хрупкое равновесие. Он не стал торопить события. Просто остался рядом, наблюдая, как она строит свою башню из кубиков, и понимая, что этот маленький шаг может стать началом чего-то большего. — Почему именно кубики? Тебе они нравятся? — спросил Тао, наблюдая за тем, как Аки продолжает перебирать игрушки. — Нет… — прошептала она, словно признаваясь в чём-то сокровенном. — Мне нравятся пазлы… — Ась? — удивлённо переспросил Тао, не ожидавший такого ответа. — Почему же ты тогда играешь с кубиками? Аки на мгновение замерла, а потом резко подняла глаза на врача: — Потому что… пазлов нету! Ты что, слепой? — в её голосе прозвучала неожиданная резкость, смешанная с лёгкой обидой. Тао улыбнулся, понимая её реакцию: — Знаешь, — сказал он, — мы можем это исправить. Если ты хочешь пазлы, мы можем попросить их принести. Аки опустила глаза, словно обдумывая его слова: — Правда? — в её голосе промелькнула робкая надежда. — А ты не будешь смеяться? — Смеяться? — искренне удивился Тао — С чего бы мне смеяться? У каждого есть право на свои увлечения.