POV Нура Время 11:29
Чёрт, действительно, Шистад всё испортил. Я там чуть не откинулась от удовольствий. Эти новые ощущения, такие приятные… Сейчас мы лежим в его кровати и смотрим друг на друга. Шистада и Эву не слышно, прекрасно. — Что сегодня делать будем? — Сегодня суббота… — он поправил, чёлку. — и я не знаю. Можно дома посидеть, потухнуть и посмотреть кино. — Ну тебе как раз нужен покой. Так что, будем дома. — Хорошо. Вильям поправил мои волосы и притянул к себе. Его рука опустилась на мою талию, теперь я очень близко к нему. Поцелуй снова был страстным и сладким. Его рука ёрзала, мяла и сжимала мою футболку, что кстати, больше возбуждало. Я была прижата к своей подушке, его сильной грудью. — Давай же уже, Сатре. — прорычал сквозь поцелуй. После этих слов я резко отпихиваю его на спину и залезают на пах. Его руки лежат на моих бёдрах. Его холодные руки… так возбуждают. — Уверен, что это лучший момент? — Да. — Ну просто тут Эва с Кристофером. — Если ты не хочешь, то мы можем просто целоваться. — Хорошо. Вильям улыбнулся, я прильнула к его губам. Его язык сильно врывается в мой рот и начинает что-то вытворять с моим. Эрекция всё больше и больше начинает тычить мне между ног. От этого мне неловко и стыдно (немножко). Руки уже как пять минут мнут мои ягодицы, а поцелуи всё страстнее. Медленно он ведёт вверх от ягодиц, заводит руки под футболку и начинает сжимать талию. — Стой, подожди. — я оторвалась от него и выпрямилась. Он смотрел на меня что-ли с какой-то злостью? — Что такое? — он оттягивает пальцами край футболки и смотрит на ключицы. — Что там? — он убирает руку и проводит по губам. Уже не выдержав я слезаю с него и подхожу к зеркалу. В зеркале я увидела, что все мои ключицы в багровых пятнах. Чёрт, засосы! Блять, что он такой страстный?! — Блять. — А я о чём? — сзади подходит Вильям и тоже смотрит в зеркало. — Посмотри, это я виноват. — Да, брось! — я поворачиваюсь к нему. — Нет, Нура, ты понимаешь, что пока меня не было тебе было лучше. — он уже кричал на меня. — Не ори… те на меня. — мы ещё долго стояли и смотрели на друг друга. Каждый не знал, что сказать. Было неловко. — Ты не знаешь как я страдала тогда. Сейчас ты обо мне заботишься. Понимаешь, что, если меня сбила бы машина, то я бы там и осталась. До меня им было всё равно. Сейчас я могу о себе позаботиться, но такой поддержки как ты у меня не было. Понимаешь? — Вильям отрицательно покачал головой и обнял меня. — Прости. В ту же минуту в дверь постучались, открывать пошла я. Передо мной была Эва. — Доброе утро. — Привет. Давно не спишь? — Да нет, буквально час назад проснулись. — А что нас не разбудили? — Мы, а точнее я подумала, что после вчерашнего вам лучше побыть вдвоём. — Вы кушали? — Ммм… да. — Ладно, хорошо. Подождите нас внизу. — Окей. Я закрыла дверь и повернулась к Вильяму. Он подошёл и обнял меня. Ответив взаимностью, я уткнулась в плечо.Время 15:53
— Ладно, когда приедет Нура? — Я её привезу в воскресенье или… — он посмотрел на меня, а потом на Эву. — не привезу, а оставлю с собой. — Хей! — я ткнула его в бок. — Я вообще-то учусь. — Да ладно тебе. — они с Крисом переглянулись и засмеялись. Боже, дураки. Эва взяла под руку Кристофера и покинули дом, а мы остались одни. — Ну что? — Фильмец? — Да, давай. Я села на диван, Вильям сел рядом со мной, взял за руку и начал искать кино на телевизоре. Выбрав фильм, Вильям убрал пульт и положил голову мне на плечо. Как мило.Время 22:14
После всех фильмов мы очень хотим спать. Ведь время уже позднее. Тем более, мы не выспались. Сейчас я уже смотрю на себя в зеркало, в ванной комнате Вильяма. Я стою перед зеркалом оперевшись на руки, в розовых коротких шортиках и чёрном топе. Идеально. Выйдя из ванной, я аккуратно легла рядом с Вильямом и обняла его сзади спины. — Поцелуешь меня? — прошептала я. Вильям повернулся ко мне и сразу же застыл на моём топе. — Позволь мне снять с тебя топ? — Ну если только вы, папочка. В моём животе сжался сильный узел, а дыхание и вовсе спёрло. Сильные руки сжимают мою талию, прижимая всё ближе к нему. Я чувствую его нарастающую эрекцию. Его губы сильно мнут мои. Они уже горят. Между нами не единого миллиметра, ведь в этот раз нам никто не помешает. Своим телом я толкаю его на спину, но получается наоборот. — Я всё сделаю сам. Я снова была прижата спиной к подушке, он навис надо мной и чуть приспустился вниз. Его руки были на моей талии, они начали поднимать мой топ вверх. Медленным движением он поднимает топ на руки, останавливает сверху головы и заводит за голову. — Не бойся, тебе понравится, главное не опускай руки вниз. — Как скажете, папочка. Я закрыла глаза и откинула голову назад. Его горячие губы коснулись моей шеи и начали опускаться ниже. Холодная ладонь поднялась на мою грудь и сжала её. Моё тело выгнулось и из уст вырвался стон. — Ах…ммм… — Ты можешь громче, я это знаю. Господи, его горячее дыхание вызвало у меня мурашки и узел сжался ещё сильнее. Язык Вильям прильнул к моему затвердевшему соску, сделал мокрый кружок вокруг него. Когда я попыталась опустить руки, то рука Вильяма тут же их прижала обратно. — Потерпи. Я выдохнула и снова откинула голову назад. Рука Вильяма, которая сжимала мою грудь перешла на другую, а его язык принялся за ту. Господи, как приятно. Покончив с грудью, он снял с моих рук топ. Опустив руки на его шею, я притянула его к себе. — Готова? — сквозь поцелуй прорычал он. — Да. Он оторвался от моих губ, встал на колени и положил руки на шорты. Медленным движением он потянул их на себя. Всё, Нура, их на тебе нет, как и трусиков. Его холодные, длинные пальцы коснулись моего лобка, провели по клитору, коснулись моего влагалища. — Ох, Сатре, вы же уже давно готовы. — Вильям… — простонав его имя, я вцепилась в его спину. Один палец Вильяма вошёл в моё влагалище. По всему телу пробежались мурашки. — Ах... — вскрикнула я и провела ногтями по его спине. Из-за сильного возбуждения ему было легко двигаться. После нескольких толчков пальцем, он добавил ещё второй. — Ах... Вильям сделал пару толчков пальцем и поцеловал меня. Боже, я слышу как его пальцы хлюпают в моём влагалище. Его пальцы двигались уже привычно и входил он уже полной длинной пальцев. Вильям вынул пальцы из влагалища и облизнул их. — Нет, прошу. — Потерпи. Я же сдерживаюсь. — Ох, точно. — я посмотрела на его боксёрки, которые были охренеть как натянуты. Вильям приспустил свои боксёрки и надел презерватив. Блять, это сейчас войдёт в меня? Нагнувшись ко мне, он раздвинул мои ноги, завёл свою руку мне под спину и я чувствовала, как головка его твердого члена упирается в клитор. И мне до безумия хорошо. Я готова кричать и кончить тут же. Он водит головкой по моему клитору и смотрит на то, как я извиваюсь в желание. Я стону, сжимаю простынь в кулаки, извиваюсь, поднимая свои бедра, хочу, чтобы он оказался внутри. Вильям вошёл. Так горячо и сильно. Когда он наполняет меня всю, я задыхаюсь от неожиданности. Он оказался значительнее больше, чем я ожидала, хоть и видела в душе. Вильям задерживается на секунду, давая мне привыкнуть к размеру. И продолжает так же волнообразно. Это невероятное чувство. Его напор усиливается, толчки становятся частыми, а дыхания не хватает. Я вижу белые точки, всё плывет, меня накрывает. Мы раздаемся в пошлых стона. — Перевернись. — послушно встав, я посмотрела ему в глаза и послушно легла на живот. — Сейчас, будет приятно. Его холодная рука проверяла по изгибу, и я выгнулась. Ладонь аккуратно провела по моей ягодицы, затем последовал шлепок. Ого! — А-а! Я ещё сильнее выгнулась и повернула голову набок. — Ну как? — с отдышкой проговорил он, смотря на меня. — Приятно. — усмехнулась я. Руки Вильяма взяли мои ягодицы и он вошёл. Стон тут же раздался по его комнате. Его бёдра хлопали по моим ягодицам, что больше возбуждало меня и его. Его толчки были сильными, приятными. Он чередовал свои медленные, грубые толчки и аогла были грубые толчки, он шлепал меня по моим ягодицам.. это возбуждало еще больше. Он вышел .По моему телу протекла волна приятных, горячих ощущений. Я сжимаю ноги, и не могу отойти от прекрасных чувств, подаренные им только что. Желанного чувства, от моей сбывшейся мечты. Открываю глаза, я смотрю на него. Вильям доволен, ему понравилось, он просто расслаблен как никогда. — Ты так прекрасна, Сатре.