Потомок охотника на ведьм, или защитник "мальчика, который выжил"?

      Конец августа. Отец все чаще пропадал на работе. Мама объяснила, что со мной поедет только она. Меня тревожило чувство того, что отец избегает меня. В голове было много вопросов: Почему мои родители сменили свои фамилии на Нойманнов? Почему все обращались с моей мамой так отрицательно? И что значит фамилия фон Дернбах? Надеюсь разберусь со всем в Хогвартсе.       Чемоданы были собраны. Я была в фиолетовой кофте и джинсах. Волосы были распущены. Я села на чемодан и глубоко выдохнула. Рассматривала свою спальню. В дверь постучались, вошел папа.       - Ты готова? – спросил он. Я ему кивнула: - Давай я спущу чемоданы.       - Почему ты избегаешь меня, пап? - произнесла я, и посмотрела на него: - Ты не любишь волшебников?       Отец подошел и сел передо мной.       - Нет, милая. Дело во мне. Ты удивительная девочка, - он нежно коснулся моей щеки: - Я люблю тебя, моя Линда. Ты особенная для меня и мамы. Ты же сильная, так что не вешай нос даже в плохие времена. А теперь пошли, тебя ждет удивительный мир! – улыбнулся он, за столь долгое время. Я обняла его. Он всегда пахнет кофе и сигаретами. Его борода щекочит мою кожу.       Папа подвез нас до аэропорта. Он грустно стоял и махал нам. Любопытство и нетерпение росло с мерой приближения. Перелет прошел хорошо. Мы остановились в отеле Лондона. Мама устала с дороги и спала без задних ног. Мне не спалось. Вышла на балкон.       - Звезд не видно, - прошептала я сама себе. Небо было в тучах от этого стало грустно.       «Меня схватили и волокли по улице. Ноги болели от ран. Люди смотрели на меня. Страх оковывал. Пытаюсь кричать, но голоса нет. Вспыхнул огонь. Он прожигал мою кожу и было невыносимо больно».       - Амелинда? – мамин голос. Открываю глаза. Передо мной сидела мама: - Что с тобой, милая? Тебе приснился кошмар? – спросила она сонным голосом. Я молчала, пыталась осознать, что мне снилось. Восстанавливала дыхание.       - Тебя что-то тревожит? Я заметила, что тебе постоянно снятся кошмары, и ты не высыпаешься. Расскажи мне.       Поделилась с мамой о своих снах. В ее взгляде читался страх и непонимание.       - Не переживай, моя дорогая. Это всего лишь сон! – она с беспокойством в голосе поцеловала дочь в лоб: - Давай позавтракаем и в путь, - сразу же улыбнулась женщина. Я встала с кровати, ведь меня ждал прекрасный день.       По дороге до вокзала все время зевала, потому что эти проклятые сны не давали покоя. Мама сидела очень сдержано и о чем то сильно размышляла, это было заметно по ее привычке, ее губы немного дрожали будто она что-то говорила в пустоту. Я положила свою руку поверх ее, от этого жеста она очнулась из своих раздумий и посмотрела на меня. Вокзал встретил нас с шумом и спешкой. Люди туда-сюда бегали, не замечая ничего на своем пути. Все вещи разгрузили в тележку. Виктория шла с уверенной походкой сквозь людей, я не отставала от нее. Подняла голову и просматривала стеллажи с номерами отправки поездов.       - Мам, а какая у нас платформа?       - 9 ¾       «8 платформа. За ней 9, и дальше 10».       - А это точно? Мы же прошли 9 платформу, а за ней 10       Мама загадочно улыбнулась мне, будто ожидая такой реакции. Мы подошли к безымянной стенке. Перед нами стояла многочисленная рыжая семья.       - Чарли покажи, как проходить, - говорила пухленькая женщина с копной рыжих волос. Рядом с ней стоял высокий мужчина и тоже рыжий. Две его руки были заняты ручками детей, с другой стороны девочка, с другой мальчик. Высокий, коренастый парень резко разбежался и пропал в стене. Я успела только разинуть рот от увиденного. «Ну, конечно чего можно ожидать от волшебной школы? Волшебного прохода к поезду».       Вся семейка прошла, за ними были мы.       - Готова? – спросила мама, сжав мою руку. Я кивнула, и рванули к стене. Конечно же, сознание и тело понимает, что это стена, и мы можем врезаться и разбить лбы. Зажмурила с силой глаза.       Теплая ладонь мамы легла на плечи. Раздался звук пыхтения поезда и голоса людей. Мне открылся мир, мир прощаний. Платформа 9 ¾. Это была она.       - Идем, милая. Иначе поезд уедет без тебя, - Виктория потянула меня к поезду. Было много родителей, которые с большой гордостью отправляли юных волшебников. Загрузили вещи и сову в специальный отсек для багажа и животных.       Резко услышала четкий шепот: - Это же Виктория Элеонора Брайн? Боже мой!       Виктория делала вид, что ничего не слышит. Амелинда специально повернулась к сплетницам и посмотрела на них с отвращением. От этого они быстро ушли прочь.       - Почему они все тебя знают и так плохо отзываются о тебе мам? Ты была бунтаркой в молодости? – спросила я в шутку.       - Потому что, - она остановилась и губы матери задрожали: - Я была из семьи Брайнов, - она схватила меня за плечи и всмотрелась в мои глаза: - Слушай меня, милая. Ты поймешь, что все волшебники не одинаковые. Бывают те кто ненавидит меня и наподобие меня. Никогда, слышишь, никогда не становись как они. Будь собой, это главное. Знай, что мы с твоим отцом есть у тебя! – после такой речи, она крепко обняла меня.       - Мама, ты же знаешь я сильная. Пусть только попробуют хоть, что мне сказать, - произнесла я.       - Вот этого я тоже боюсь, - голос мамы повеселел.       Прозвучал гул, и это означало, что уже всё. Я попрощалась с мамой молчаливым взглядом. Она даже прослезилась. Чтобы успокоить ее, я ей улыбнулась. Вошла в вагон, было немного страшно, но любопытство было сильнее.