Ты мой рай в аду.

Кристофер резко схватил меня и прижал к себе, пробираясь одной рукой под мое платье, где отыскал тонкую ткань моих кружев и выдохнул в мой рот, отчего я вцепилась ногтями в крепкие плечи. Оторвавшись от моих губ, он повел меня к кровати. Я, в предвкушении невообразимого, прикусила губу. Шистад подошел к тому самому столу и взял в руки… кожаные, широкие наручники, которые положил на край кровати, снова посмотрев на меня. Его пальцы игриво и медленно поползли по моему животу, ребрам, добираясь до молнии платья, которое не спеша стянул с меня. Клянусь, я задыхалась от нехватки кислорода. Губы, которые он облизнул соблазнительно, припали к моей шее и стали покрывать поцелуями, что будоражили меня и мое тело всецело. Он потянул мои волосы, чтобы я откинула голову я большего пространства на шее, что я и сделала. Я выпустила легкий стон, когда застежка моего бра щелкнула. Высвободив мою небольшую грудь на волю, полу-кареглазый взял один сосок и оттянул его, после чего вылетел еще один стон, более громкий. Губы не переставали мокро целовать мою мягкую кожу, в особенности вздымающуюся грудь. Слишком неожиданно он оторвался от меня, устремив взгляд в мой размытый. — Протяни руки вперед, — негромко произнес парень, я не могла не выполнить его пожелание. Руки выпятила вперед к нему, и Шистад затянул кожаные наручники на каждом запястье, удостоверившись, что не слишком больно. Его крепкие и мускулистые руки подняли меня над полом и положили спиной на черные, шелковые простыни, что были очень приятны. Он опять отошел к тому столу, но посмотреть я была не в силах, что Шистад делал. Когда шатен вернулся ко мне, я заметила на его лице серьезность. Это было настолько возбуждающе и сексуально, особенно с его оголенным, накаченным телом и нахмуренными бровями, что я глубоко выдохнула, изнывая от недостатка прикосновений. Мой соулмейт посмотрел на меня перед тем, как опуститься к моим ногам. Его влажные губы невесомо коснулись щиколотки и постепенно стали подниматься выше и выше, пока не дошли до внутренней стороны моего правого бедра. При одном только касании к моему телу, я хотела заплакать от переизбытка накопившихся чувств и ощущений. Зубами впился в кожицу, посасывая, щекой касаясь мокрых трусиков. Я густо покраснела, когда он вдохнул громко, полной грудью запах моего возбуждения. Он целовал мою влажную плоть через кружевную ткань, изредка пуская в ход язык. Его пальцы прошлись по моей киске и разорвали прямо на мне ненужную ткань. Я громко простонала. Хотела прикоснуться к нему, но не могла, я проскулила от досады. Но он все равно продолжал доводить меня до безумства, до отключения мозга. Его длинный язык прошел по моему сочащемуся лону вдоль и поперек, слегка проникая между складками. Губы стали сухими от частого дыхания и стонов. Кристофер поднялся надо мной и прикусил сосок, оттянув. Я закатила глаза от удовольствия. Он перевернул меня на живот, вытянув мои руки вперед для удобства. Ладонями поднял мою тазовую часть, выпятив попу так, что все мои прелести были ему видны. А я чувствовала, как вниз по бедрам стекали капли естественной смазки. Губы снова обрушились на меня, теперь на мою мокрую от пота спину, поцелуями считая каждый позвонок. Я ахнула, когда его палец надавил на мой налившийся клитор, легко царапая ногтем. Мое тело само поддавалось его ласками, я вжималась лицом в кровать и попой в его пах одновременно, мучаясь, желая большего. — Тебя это возбуждает, верно? — хрипло шепнул мне на ухо, прикусывая мочку, не переставая теребить мой нервный комок. — Что же будет, когда я войду в твою узенькую щель, а потом растяну ее, чтобы входить намного глубже? — дрожь пробежала по телу после его слов. — Ты ведь хочешь, Эва, этого? Выгнулась еще сильнее, прижимаясь теснее, прекрасно чувствовалась его эрекция через плотную ткань джинсов. Вздохи увеличились и их было слышно только в комнате, в этой возбуждающей тишине. — Хочешь, Эва? — повторил вопрос, сильно давя на клитор, вызвав мой негромкий крик. — Да, Кристофер, хочу, — пролепетала заплетающимся языком, ощущая, как он отстранился от меня. — Прошу, продолжай. На слух я определила, что он снимает с себя оставшуюся одежду, возвращаясь ко мне. Неожиданно по моим сочным складкам прошлось что-то невыносимо мягкое, невесомое, щекоча, как перо, отчего я вздрогнула. — А я хочу, чтобы ты стонала мое имя, всегда, — снова этот неизвестный предмет прошелся по моему лону. Его член упирался мне прямо в бедро, еще сильнее возбуждая. Кажется, я скоро взорвусь от переизбытка возбуждения, которое дарит мне Кристофер своими манипуляциями. Не могу больше терпеть. «Как и я… Но для тебя я приготовил нечто другое, о чем ты даже не думала никогда в своей сладкой жизни».