Ты мой рай в аду.

Положив ладони на его щеки, покрытые легкой щетиной, я поцеловала его губы нежно, как только могла. Через поцелуй я пыталась передать то, как люблю его, как схожу с ума от одного действия его рук, как жажду его. «У тебя получилось, детка» Я оторвалась от манящих губ и посмотрела в его расширенные зрачки глаз. Улыбнулась уголками губ и снова примкнула к губам, вспыхнув новой волной возбуждения, хотя после анального секса мне было немного больно. Кристофер положил свои крупные ладони мне на бока, спускаясь все ниже и ниже, пока не дошел до ягодиц. Я приподнялась, опираясь на колени, пока его рука скользнула к члену, проводя по нему — было чертовски возбуждающе смотреть на эти действия. Губы на лице моего мужчины изогнулись в ухмылке, глаза смотрели на меня из-под ресниц. Он провел головкой члена по половым губам, отыскивая вход, и вошел, я тяжело выдохнула ему на щеку. Шистад сам насадил меня на свой агрегат, наполняя полностью, без остатка. После резкого толчка я простонала и укусила его кадык, который блестяще выставлялся мне на показ. Очередное глухое рычание дрогнуло в его глотке, отчего я покрылась мурашками. Я подняла свою попу и снова опустилась, выпустив всхлип из рта от чувства наполненности, во второй раз. Но это было иначе. Член так глубоко и широко помещался во мне, что это казалось немыслимым. Ощущения были намного четче и лучше. Каждой клеточкой я чувствовала такой прилив наслаждения, что при очередном толчке я вскрикивала и стонала в губы парня, который помогал мне, держа одной рукой за ягодицу, а другой — за левый бок. Мои же ладони вцепились в его мускулистые плечи, которые каждый раз заставляют меня восхищаться ими. Совсем неожиданно и одновременно наши руки соскользнули вниз, впиваясь в клеймо друг друга, будто кто-то повелел так сделать. И, как тогда, в первый раз, когда мы признали нашу связь, произошло нечто фееричное. Вокруг словно время остановилось, в мыслях ничего не было, только он — Кристофер. Мы продолжали двигаться, в отличие от времени. Нас окутало каким-то зелено-голубым сиянием, а после это взорвалось и начало наседать на наши обнаженные тела, тут же испаряясь. Я остановилась, закрыв глаза и прикусив губу от этого маленького волшебства. — Боже, — выдохнула я и прижалась к груди Кристофера. Он крепко обнял меня за спину и шепнул: — Никому тебя не отдам, — я отстранилась от него, медленно потерлась носом об его нос и улыбнулась. Шистад приподнял меня и вонзился до самого конца, вызвав громкий стон. Я сидела на нем и двигала тазовой частью, чувствуя, как во мне набухает его член, как мое влагалище сжимается около него. Я простонала и продолжила подниматься, следом опускаясь, пока Кристофер не впился пальцами в мои бедра, задержав в этом положении. Моя голова откинулась назад, выпуская стон, пока я изливалась на его член, ощущая, как смазка течет по коже вниз, как и его, что смешалась с моей вместе. Обессиленно я упала на него, тяжело дыша, как только слезла с его агрегата. Он перебирал мои волосы, сильными руками обнимая. Сейчас мы были полностью раскрыты, как внешне, так и внутренне. Никакие границы. Только истина. Не знаю, сколько мы пробыли в таком состоянии, но я пришла немного в себя. Язык прошелся по сухим губам, которые мягко прильнули к ключице Шистада, что продолжал сминать мои волосы, делая еще больше беспорядок. — Поехали домой, — с каких я стала называть его дом нашим? Господи, что вообще творится вокруг меня? — Ты правильно говоришь, маленькая, — также тихо, но хрипло, произнес он, — это наш дом, а не только мой, — я измученно улыбнулась ему, получая сладкий поцелуй в губы. — Сейчас я свяжусь с Алеком, он нас отвезет, я не хочу вести на данный момент машину, просто обнимать тебя, — покрывшись румянцем, я положительно кивнула, пока парень поднимался с кровати, заботливо укрыв одеялом, после чего стал искать наши вещи. По разговору Кристофера с Алеком я поняла, что этот клуб принадлежит ему. Вот почему здесь есть такая комната. Но как он успел обустроить ее, если прежде не водил сюда ни одну девушку? — Кристофер, — шепнула я, поморщившись от некой боли там, а Шистад помогал надеть мне платье. — А… — он прервал меня, видимо, поняв суть моего вопроса. — Я просто ждал своего соулмейта, — улыбнулся парень, поднимая мое слабое тело на крепкие руки. — Если бы ты была внимательнее, то заметила, что в квартире есть подобная комната, — я легко засмеялась, уместив голову на его плече. Шистад закрыл эту стену-дверь и двинулся на выход. В клубе, несмотря на то, что время близилось к утру, все еще были множество людей, которые веселились под музыку и алкоголь. Мы оказались на улице, где уже возле машины Кристофера стоял Алек, которому я приветливо, слабо улыбнулась, получив в ответ короткую улыбку и никаких вопросов. Уместившись на заднем сидении автомобиля, мой соулмейт посадил меня боком между своих ног. Я легла на его грудь, прикрывая глаза из-за усталости. — Ты в порядке? — нежно спрашивает, поглаживая по спине. — Тебе больно? — Немного, — признаюсь, боясь лишний раз пошевелиться. — Но эта боль затмевает то, что я получила от тебя. Он приглушенно смеется, вытягивая и мою улыбку. Но я хочу спросить у него про то, что произошло во время пика близости. — Я сам не знаю, — не дает мне сказать, прочитав мои мысли. — Бабушка говорила, что мы необыкновенные, так оно и есть. Просто давай оставим это, пусть идет своим чередом, — переосмысливаю его слова и соглашаюсь. Пусть будет так, как решила Вселенная. В квартире мы оказываемся довольно быстро. И только сейчас вспоминаю про подругу и ее парня, но Кристофер сообщил, что они уже давным-давно дома — это успокоило меня, и я со спокойной совестью легла, точнее меня положил парень, на кровать. Шистад куда-то ушел, поэтому принять для меня душ — был самый лучший вариант. Войдя в душевую кабинку, я заметила, что мой шампунь и гель лежали уже тут. Как это так получается? Я сама не понимаю, но мне комфортно. Предельно комфортно. Укладываюсь в теплую постель, которую нагрел своим телом Кристофер. Я еле передвигала ногами, пока дошла до кровати, точно также легла. Парень притянул меня к себе, я готова была расцеловать его, потому что не в силах больше сделать самостоятельно что-либо. — Я должен попросить прощения у своей принцессы? — хохотнул он, укрыв трепетно одеялом мои оголенные от пижамных шорт ноги. — Сделаешь это потом, когда я приду в себя, — засыпая, шепнула ему на ухо, проводя остренькими ногтями по его боку. Он, поняв мою… пошлую мысль, сильнее захохотал. — Что? Ты и так должен мне желание, — причмокнув губами, напомнила я. — Все прекрасно помню, — оповестил, аккуратно взяв мое бедро, которое закинул меж своих, переплетая. — Ты только поскорей приди в себя, и я тебя… — он замолчал, намекая на очередное безумное слияние наших тел. Мои ресницы затрепетали, щекоча его шею, после чего он улыбнулся. Видимо, Кристофер и сам устал после своих стараний. Я даже и не представляла, что со мной когда-нибудь будет такое. Он так все искусно и невообразимо делал, после чего я хочу еще много раз подобного рода действий. Не думаю, что могу сейчас описать все то, что чувствую, ощущаю. Но знаю одно: я не хочу, чтобы это когда-то заканчивалось.