Ты мой рай в аду.

Я медленно спустила ладонь к ладони Кристофера, сжав их воедино и не переставая смотреть на мужчин перед собой, которые явно собирались схватить нас. — Что вы этим добьетесь? — выдал Шистад, когда те дернулись в нашем направлении, но после его стального голоса остановились. — Мы — не угроза. Если бы так было, то почему все человечество существует, раз мы опасность? — усмехнулся, глядя в их лицо, пока я, как маленькая девочка, прижималась к нему сильнее и сильнее. — Я и… мой соулмейт не приносим никакого вреда, поэтому нет причины беспокоиться. Да, мы не такие, как все — и это пугает. Мы понимаем ваш страх и тревогу, даже не будем перечить вам, — лицо рыжего мужчины стало менее напряженным, когда мой любимый произнес это. — Эва, как и я, хочет простой жизни, как у всех: любить, быть любимой мною, иметь семью и просто жить. Разве мы не достойны этого? — произнеся эти слова, Кристофер тяжело вздохнул и посмотрел на них с надеждой. Мое сердце пробило тысячу кульбитов в эту секунду. Его слова грели меня, и я понимала, что в надежных, мужских руках — под защитой. Я аккуратно, совсем незаметно поцеловала его плечо, которое было не расслабленным. Мои глаза переместились с Кристофера на мужчин. Боже, я надеюсь, что они будут снисходительны к нам. И, в конце концов, поймут нас и не потревожат больше, потому что мы, правда, ничего плохого не предвещаем, а их страх — бессмысленный. — Разве не видно, как мы любим друг друга и всего лишь хотим быть вместе? Даже слепой это увидит, — «вместе»… если у нас только получиться. Я готова молиться, лишь бы история предков Кристофера не повторилась с нами. Я не смогу без него, я даже думать об этом не могу. Они смотрели на нас. Жестко и напористо. Всего минуту, а после самый главный из них, нахмурив брови, сказал: — Одно условие: вы не покинете этот остров, — его голос был суров и груб. — Так все будут знать наверняка, что им ничего не грозит. И, поверьте, мы узнаем тут же, если вы покинете остров. Мы будем жить здесь всю жизнь? Одни, без никого, только вдвоем… А как же дорогие мне люди, что будут за пределами сего острова? Я заметила, как стала учащенно дышать. Тут же посмотрела на Кристофера, который стоял с раскрытым ртом. «Черт… — услышала я его спутанные мысли и прикусила до боли губу» На глазах накопились слезы отчаяния. Мы не могли ничего сделать — от этого еще хуже. Если мы будем против того, чтобы оставаться тут до конца наших дней, то нас тут же схватят… и убьют, избавятся. Я не могла пойти на такое. Смотря на своего соулмейта, я понимала, что ему не легче. Скулы его были напряжены до остроты, глаза почернели. «Что бы ты не выбрал, знай, что я на твоей стороне, — тихо подумала, надеясь на то, что он услышал меня» И он услышал. Его пальцы стали поглаживать мои костяшки, а кадык дернулся, когда мужчина сглотнул ком. — Мы согласны на это, — спокойно произнес, хотя я знала, что внутри него сейчас бушующий цунами, который мне необходимо остановить. Рыжеволосый оглядел нас снова и развернулся на носках, удаляясь вместе со своими людьми. Я видела его суровый взгляд, от которого пошли мурашки по спине. Еще пару минут мы стояли молча, наблюдая за теми, кто чуть бы оборвал наше существование. Что ж, всю жизнь прожить на острове… не думаю, что это очень плохо, в особенности неплохо, когда рядом он — Кристофер. Я обошла своего мужчину, становясь перед ним. Он был поникшим, это было заметно для меня. Наклонив голову слегка в бок, я встала впритык к нему, проводя кончиком носа по правой скуле. — Я готова прожить тут, рядом с тобой хоть вечность, Кристофер, — он поднял опущенные глаза, вздыхая. — И я понимаю, что другого выхода нет, милый, — кратко коснувшись мягких губ, я продолжила: — Мы с тобой будем вместе, а разве это не главное? — полу-кареглазый кивнул, обнимая меня, уткнувшись лицом в мои волосы. — Прости, что так произошло, маленькая… — его сердце только сейчас стало равномерно стучать, потому что ранее оно буквально разрывалось. — Все хорошо, Кристофер, — целую его в губы, получая взаимность, — все хорошо, — он продолжает ласкать мои губы лишь несколькими движениями своих губ, доводя меня до блаженства. — Покажешь мне наш дом? — я улыбнулась, и моя родственная душа тихо засмеялся. — Пошли, папочка, — хватаю его за руку, мчась в дом, только бы забыть произошедшее. Мы вошли в дом, и я тут же забежала в ванную комнату, прихватив легкую и открытую одежду, потому что уже не могла ходить по такой жаркой погоде в джинсовых штанах. Как только я вышла из ванной, была захвачена в плен объятий Кристофера, который поднял меня на руки, следуя к берегу необыкновенно красивого моря. Его мускулы на руках напряглись — это отлично видно, потому что на нем были лишь пляжные шорты, ибо он нес меня на руках, пока я целовала его улыбающееся лицо. Он посадил меня возле берега, на песок, так, что ноги омывались теплой волной моря. Сам же он пристроился сзади меня, обнимая за живот и немного за грудь, усадив меж своих ног. — Думаешь, мы сможем прожить только вдвоем? Всю жизнь? — спросил он, устремляя взгляд на море, на большие потоки волн. — Не знаю, — честно ответила я, прикрыв глаза. — Во всяком случае, думаю, что к нам смогут приехать, — надеюсь, что смогут, правда. — Надеюсь, — шепнул на ухо и оставил нас в полной тишине, пока не произнес хитро: — У меня еще никогда не было секса в море, пошли, дорогая моя, — ущипнув меня за оголенный животик, он подорвался с места, поднимая и меня. — Кристофер! — захохотала я, обвивая крепкую спину своими ногами, когда мы начали погружаться в воду. — Ты невыносимый человек!