P A R A L I Z E.

— — - — - — - — - —

Норвегия, Осло. 22-е декабря, 20:38

jonaswaskes: уже едешь?

evamoon: да. кажется, я даже почти приехала

jonaswaskes: звони или пиши мне, если что-то пойдёт не так

evamoon:, а что может пойти не так?

jonaswaskes: Магнуссон ведь пенетратор, а значит там будут его друзья.🆘 эти типы реально непредсказуемые

evamoon: не думаю, что они мне как-то навредят🙈 к тому же, у Вильяма нет «друзей»

jonaswaskes: в самом деле?

evamoon: дааа, для Вильяма пенетраторы — это приятели, способы скоротать время, но уж точно не друзья

— Почти приехали. Как будете расплачиваться? — обратился ко мне таксист. В салоне было очень темно; единственным светом, который проникал внутрь машины, был лишь свет от фонарей на улице. — Наличными, — отвечаю я, задерживая взгляд на многочисленных кучах снега, лежащих прямо на бордюрах. — Вот и приехали, — говорит таксист, припарковываясь у уже знакомого мне дома Вильяма. Я протягиваю водителю деньги и выхожу на улицу, чью тишину прерывала лишь громкая музыка, бурная речь и заразительный смех от дома Магнуссона. Хрущу снегом и останавливаюсь у входной двери, прежде чем войти.

evamoon: я уже на месте

jonaswaskes: напиши, когда приедешь домой

evamoon: ты мой сосед. можешь даже зайти)

jonaswaskes: будет слишком поздно. к тому же, твоя мама дома👮‍♀️ Слегка улыбаюсь, и уже было начинаю писать ответ, как вдруг дверь передо мной резко раскрывается и из дома Вильяма камнем выпадает полный парень со второго курса. — Блять, да вали ты отсюда, сало! — крикнул пенетратор, которого, кажется, звали Стиво. Пухленький парень привстал со снега и что-то сплюнул в ближайший сугроб. — Ну, пожалуйста… Меня, правда, пригласили, — говорил выгнанный, вновь пытаясь зайти, но Стиво лишь снял чью-то куртку с крючка позади себя и кинул её в парня. — Твоя? — спросил пенетратор в фирменной толстовки его компании. — Д-д-а, — заикаясь ответил полненький, сразу же надевая на себя куртку. — Вот и вали отсюда! Тебя сюда, блять, вообще не звали, — лицо пенетратора Стиво перекосилось. — Да и как тебе вообще пришло в голову прийти на день рождения Вильяма Магнуссона, а сало? Я морщусь, наблюдая за всей этой картиной. Мне бы совсем не хотелось, чтобы и со мной так когда-нибудь обошлись. — А я пришёл с ней! Её ведь пригласили, верно? — пухлый парень бросился ко мне, как к спасательному кругу, и я чуть-ли не опешила от неожиданности. — Терпеть не могу, когда врут, — шипит пенетратор Стиво, а затем смотрит на меня и я только сейчас замечаю, что у того ярко-выраженное косоглазие. — Мун, это правда? — мне стало даже как-то неловко смотреть ему в лицо. — Ну-у… — протягиваю я, всё-таки решая помочь пухлому парню пройти на вечеринку пенетраторов. — Да, он со мной. Это правда. — Что тут за проблемы?! — из-за спины Стиво появляется Вильям: на нём была чёрная рубашка, с расстёгнутыми двумя верхними пуговицами; такие же чёрные штаны и белые кроссовки. Взгляд Магнуссона встречается со мной и мы одновременно усмехаемся при виде друг друга. Не знаю почему, но вдруг стало просто забавно. — Это сало говорит, что оно пришло вместе с Мун. Но это ведь откровенный пиздёшь — это и так понятно. Я прав? — Стиво смотрит на Вильяма каким-то преданным взглядом, будто от решения кареглазого, зависит абсолютно всё, включая даже его дальнейшую судьбу. — Да мне всё равно. Пусть заходят уже, — Магнуссон кивает мне в сторону дома и я послушно захожу. —Ну, с днём рождения, именинник, — поздравляю я, стягивая с себя куртку и одновременно доставая подарок. Через пару секунд, я уже протягивала Вильяму небольшую запакованную коробочку с ярким красным бантом. — Не стоило мне что-то дарить, — говорит тот, всё же принимая подарок. — Было бы вполне достаточно, чтобы ты просто пришла. Для меня это прозвучало как-то многозначительно, но я решила не задерживать на этом какое-то особое внимание. — Открывай, — шепчу я, просматривая реакцию кареглазого. Мы всё ещё стояли в коридоре, но здесь музыка, казалось, играла как-то отдалённее. Неподалёку танцевали люди, целовались различные парочки, обжимаясь в углах, но и это тоже казалось чем-то далёким и несерьёзным. — Хорошо, — соглашается Вильям и в этот момент мимо нас проходит косоглазый Стиво в компании с пухлым парнем, которого все называли просто «сало». — Надеюсь, ты всё ещё куришь, — подмечаю я, закусывая нижнюю губу, чуть ли не проговорившись с подарком. Карие глаза Магнуссона смотрят на меня из-под лобья и тот хитро улыбается, словно чеширский кот: — Для Нуры — нет, а вообще курю. — Тогда мой подарочек тебе точно понравится, — я переступаю с ноги на ногу. Вильям окончательно срывает обёртку вместе с бантом, и только теперь ему открывается вид на набор фирменных сигар. — «La Flor Dominicana Andalusian Bull» — читает тот название на красивой деревянной коробке. — Эва, спасибо, — Вильям смотрит на меня и благодарно кивает. — Сегодня же скурю пару штук. Я расплываюсь в довольной улыбке: — Не за что. Магнуссон смотрит на меня ещё секунд пять, прежде чем ответить. — Что ж, Эва… проходи. Веселись. Чувствуй себя как дома, — Вильям указывает на танцующих людей. — Выпивки много, так что будет весело. Затем на кареглазого радостно налетают пенетраторы и неожиданно поднимают его в воздух прямо на вытянутых руках: — А вот и наш именинник!!! — грохочут те и практически все оборачиваются на заварушку. Среди огромной толпы я даже смогла рассмотреть Нуру в компании с девочками-третьекурсницами. Моя бывшая подруга не заметила меня, так как смотрела лишь на своего парня, которого вертели в воздухе, но зато её увидела я. — С днём рождения! С днём рождения! С днём рождения! — стали кричать все на перебой и я присоединилась к их числу. — С днём рождения! Это был совсем другой мир, где было приоритетное место громким вечеринкам, поцелуям в тёмных углах, дешёвому алкоголю и безудержному веселью. Этот мир отличался от мира, в котором я жила вместе с Юнасом, в нём нет вечеринок, сигарет и танцев: в нём были уютные вечера перед телевизором, вкусные поедания вредной еды… в нём был комфорт и покой. А нужен ли мне этот уют?

***

Норвегия, Осло. 23-е декабря, 9:11

      Сегодня был выходной, так как завтра светлый праздник — Сочельник, который я и моя мама будем отмечать вместе с семьёй Юнаса. Я сидела на кухне и поедала свой завтрак под непринуждённые звуки телевизора. Мама копошилась в халате неподалёку, поэтому когда она заговорила со мной, то я её прекрасно услышала: — Сегодня обязательно будем наряжать ёлку, — сказала та, протирая столешницу. — И, кстати, позови Юнаса, он нам с радостью поможет. — Хорошо… — вяло отвечаю я и мама подходит ко мне поближе. Она выдержала недолгую паузу, что означало только одно — сейчас будет разговор в стиле: «я твой родитель, ты мой ребёнок». — Вообще-то, Эва, я слышала, как ты пришла домой во втором часу ночи, — мама говорила как-то несерьёзно, поэтому я догадалась, что наказания мне за это не будет. — Ты же знала, что я иду на день рождения к знакомому, — подмечаю я, облокотив тяжёлую голову на ладонь. — Но так поздно прийти — это нужно постараться, — мама качает головой. — И между прочим, от тебя до сих пор несёт перегаром, — затем она берёт прядь моих рыжеватых волос и громко вдыхает их запах. — Так я и думала: сигареты. А есть ли вообще смысл оправдываться, сказав, что рядом со мной курил Вильям, а не я? Я автоматически плотно сжимаю губы и опускаю взгляд. Стыдно ли мне? Я бы так не сказала. Не люблю, когда мама отчитывает меня, словно маленькую девчонку. Маме звонят на телефон и та сразу же отвечает: — Алло?.. — на другом проводе, кто-то что-то старательно объяснял. — Да, это я… — слышутся очередные неразборчивые объяснения. — Что?.. —мама смотрит на меня внимательным взглядом и я вопросительно изгибаю бровь. Что же такое случилось? — Нет, она сидит прямо передо мной… Хорошо, я сейчас ей всё передам. Мама убирает свой телефон в огромный карман халата. — Кто это был? — интересуюсь я. — Администрация школы, Эва! Завтрак так и застревает посреди горла. — А зачем она тебе звонила в такую рань? — Потому что тебя нет в школе! — Так ведь выходной же, мам! Завтра праздник… Да и вообще, выходные будут длиться ещё три дня, — моему возмущению не было предела. — Мне сказали, что ты должна быть на отработке, так как пропустила один из учебных дней в начале месяца, — мама скрещивает на груди две руки. — Я больше не буду разбираться что, да как. Собирайся и едь в школу, потому что мне сказали, что тебя не аттестуют в этом полугодии, если ты не прибудешь на отработку в течении часа. — Что?! — я вскочила со своего места. Я столько усилий потратила, чтобы закрыть все долги и незачёты, а мне говорят, что меня могут не аттестовать?! — Эва, быстрее! — подгоняла мама и я, позабыв о своей головной боли после дня рождения Вильяма, понеслась в свою комнату собираться в Хартвиг Ниссен. Я быстро умылась, на скорую руку нанесла макияж, натянула одежду, вновь спустилась на первый этаж — надела куртку, шапку и ботинки, а затем выскочила на улицу, сразу же начиная, буквально, утопать в белоснежном снеге. Мои ноги уходили под снег чуть-ли не по колено, но я мчалась к остановке. А когда же я подъехала к школе, то чёртово волнение всё равно не покидало меня. Я также выскочила из транспорта и бросилась к Хартвиг Ниссен, будто за мной бежала толпа зомби или ещё хуже. Забежав в школьный коридор, я с удивлением застала там около двадцати учеников. Громко дыша, я стала проходить сквозь них, пока не наткнулась на мистера Биркинса — учителя испанского языка, у которого я вчера пересдавала один из экзаменов. — Мун, да ты опять самая последняя! Сколько можно?! — язвит учитель, щуря на меня свои маленькие глаза. — Тебе, может, часы подарить?! — Простите. Я не знала, что будет отработка, — призналась я, неотрывно смотря на мистера Биркинса и доказательством было моё сбивчивое дыхание. — Ну, ну… Да, да, — подначивал меня учитель испанского языка и бросил взгляд на других ребят, которые стояли позади нас. — В общем так, Мун. По парам я уже всех распределил и в напарники тебе опять достался Шистад. С моих губ чуть не сорвался вопрос: «Что?» или же «Почему?», но в жизни я лишь прошлась взглядом по каждому из прогульщиков, пока не нашла Криса, который облокотился об шкафчики и выглядел так, будто и сам проснулся около часа назад. — Вы будете убирать физкультурный зал, — в последний раз обратился ко мне мистер Биркинс, а затем громко добавил остальным. — Ну что?! Теперь у всех вас есть задания, напарник и, кончено же, свой класс! Так что за работу, за работу! Живо, живо! Мне опять предстояло провести время с Крисом, но на этот раз наедине… Чёрт.