Феникс

Добрались до кабинета достаточно быстро, а вот когда мы начали в него заходить, у меня перехватило дыхание. Абсолютно все смотрели с интересом, минута и ребята стали расспрашивать о том, о сем. Очень медленно, но легкая улыбка тронула мои губы, я старалась отвечать сдержанно, и не поднимать голос, периодически бросая нечитаемые взгляды на Кацуки. Парень какое-то время внимательно смотрел на происходящие, но через пять минут балагана отвернулся. Айзава не в лазил в наш разговор, лишь бросал недовольные взгляды, но минут через десять напомнил о своем присутствие. С горем пополам, но меня прикатили к парте, уже своими способностями, я достала все, что нужно для урока и приготовилась слушать и «записывать». Уроки проходили незаметно, мои мысли часто улетали в другое русло и с трудом возвращались. Меня даже пару раз спросили, но в конце концов, какой-то чувак, заменяющий учителя по литературе сказал «И что инвалид делает в этой академии, ты никого не сможешь защитить, а вот тебя придется», меня опять начали поедать скверные мысли. После его слов, Феникс то и дело напоминал о себе, за долгое время, он наконец-то решил со мной поговорить, а то что-то все время наблюдал и высматривал. Я, кстати, уже могу сжимать и разжимать руки. Это, честно говоря, настоящие достижение, об этом я узнала к концу уроков. К моему разочарованию, мое прикрытие (Очако и Мидория) отправили помогать Айзаве, ну, а мне пришлось самой катить к лестнице. Подъезжая к ней, я просто тупо замерла. Ну серьезно, и что я должна делать? Использовать причуду в таком объеме палево, а по-другому я шею сломаю. Прикусив губу, по телу прошлась волна дрожи, вперемешку с болью. Расслабившись, я как отсталая просто тупо пялилась на эту лестницу, при этом отойдя в бок, ну мало ли… вдруг кто-то спихнет. Мои мысли вновь плавно перетекли к тем словам, что мне сказал тот чувак, и я просто отошла от мира. Скажу честно, сколько я так просидела, понятия не имею, но через какое-то время я почувствовала чьи-то теплые и большие руки. Сначала у себя на спине, потом чуть выше бока и другую под коленями, меня довольно-таки легко подняли, хотя я и не пушинка. Переведя расфокуссированный взгляд на того кто решил меня спустить, я слегка обомлела. — Бакуго? — Взгляд быстро сфокусировался, и я внимательно уставилась на парня. — Заткнись. — Даже не посмотрел в глаза, он был слишком спокойный, хоть и грубый. В руках меня держали на удивление слишком аккуратно, как фарфоровую вазу, и спускался по лестнице он тоже аккуратно, меня это удивило. Посадив на первую скамейку, он развернулся и вновь взметнул на этаж вверх, через несколько минут, он спустился с коляской и поставил ее передо мной. Слава богу, но сидеть я могла ровно, сама, хоть и было проблематично и спину ломило неимоверно. Бакуго пробежал по мне критичным взглядом, пододвинул коляску, вновь взял меня на руки и усадил на мой трон. Он вел себя слишком спокойно и тихо, это поведение совершенно с ним не ассоциировалось. Парень молчал и продолжал игнорировать мое существование, лишь изредка пробегал взглядом. Меня вполне аккуратно докатили до ступенек, только вот спустили на руках вместе с коляской… Он точно просто подросток? — Тебя заберут? — Спокойно уставился мне в глаза Кацуки. — Да… машина должна подъехать. — Разрывая зрительный контакт, я уставилась на свои руки. — Спасибо… Кацуки. — Подняв глаза, я твердо произнесла его имя, хоть в Японии так и не принято. Я ожидала ну вот просто ЛЮБУЮ реакцию, но не как не спокойствие, он просто прожигал меня взглядом. Его лицо не дрогнуло, он внимательным взглядом прошелся по моему лицу, шеи, груди, рукам, ногам, слишком внимательно осмотрел мою тушку. Увидев мои нахмурившееся брови, он лениво перевел взгляд на стоянку. — Вон та — Кивнул в сторону парковки, и, встав сзади коляски, развернул к этой самой парковке. — За тобой приехала? — Такое его поведение слишком напрягало, я слишком привыкла за эти несколько дней к его «взрывоопасности». — Да. — Кивнула. Словно только этого и дожидаясь, он повез меня к той самой машине. За весь наш короткий путь у меня было такое чувство, будто сзади стоит не учение ЮуЭй, а какой-то серийный маньяк, серьезно. Уже сидя в машине, сердце колотилось об ребра, а руки леденели, этот мальчишка слишком опасен, а ведь ему только шестнадцать лет. Даже у Феникса были странные предчувствия, он то и дело вспыхивал во мне с гневом и готовностью защищать, вот только второе его использование я просто не переживу. Печально. Самые разнообразные мысли одолевали меня, а эмоции просились вылезти наружу. Глубоко и тяжело дыша, я пыталась согреться, на душе было слишком холодно, а я отлично понимала, что теперь я одна. Калеке не выгодно помогать, это я поняла по сегодняшним вопросам и поведению, гнев, злость и бессилие одолевало меня. Я чувствовала, что что-то во мне меняется, и это вряд ли кому-то понравиться… А Феникс продолжал нашептывать и говорить что рядом…