Её брат

- Алекс, твою мать, какого хрена?!?! Ого! Что-то я впервые вижу Стаса таким разгневанным. И это, чёрт возьми, нереально весело! А для тех, кто ещё не догадался, упомяну, что эти причиндалы оказались собственностью фриканутого блонда, в чём он признался, когда Надя уже была на грани нервного срыва. - Soooory, Stas. It is… just a present*, — Алекс прятался за спиной Макса, уклоняясь от гневных выпадов Стаса, а тот старательно целился своим рюкзаком прямо по его блондинистой макушке. - Какой ещё нафиг present?! Хватит мне зубы заговаривать! Давай по-человечески объясняй: какого чёрта этот набор юного извращенца делает в чемодане моей будущей жены?! Алекс едва заметно покраснел и впервые за всё время нашего недолгого знакомства замолчал, не находясь, что ответить. Интересненько, и что же будет дальше? Шоу под названием «А шкафчик Алекса полон скелетов и скоро они все оттуда повываливаются» начинало мне доставлять удовольствие. И надо же было такое отчебучить? В этот раз Штирлиц… тьфу-ты, Алекс был на грани провала. Стас уже начинал раздувать ноздри от ярости (что веселило меня в не меньшей степени), а блондин продолжал молчать, не решаясь выйти из-за спины Макса, которому, кажется, откровенно было на всё это до звезды. Это, совсем недавно ставшее человеком, создание всем своим видом говорило: «Как мне надоели ваши склоки. Хочу поскорее назад к своему любимому ноутбуку». В поле зрения также попадала Надя, онемевшая от шока. Впрочем, её вид напоминал скорее медленно закипающий чайник, который только на первый взгляд выглядит безобидно. А вы подождите ещё пару минут и из него повалит пар и будет во все стороны расплёскиваться кипяток. Нет, ну любое телешоу отдыхает! Ни у кого поп-корна не найдётся? За всем этим концертом я забыла про свою ненаглядную. А Милка, всё это время стоявшая позади меня, внезапно сделала шаг вперёд и уже даже приоткрыла свои очаровательные пухлые губки, когда я осторожно перехватила её ладонью за плечо. «Не надо, — шепчу на ушко. – Пусть сам выкручивается». Знаю ведь, что она хотела взять вину Алекса на себя. Честно говоря, у меня самой возникла такая мысль – сказать, что это мы с Милкой сумки перепутали. Ох и представляю тогда побагровевшее лицо Стасика, извращенца-недоучки. Вот только нужно ли спасать это крашеное чудо? Может, давно пора ему набраться смелости и выложить друзьям всю правду как на духу? В конце концов, Стас и Надя с лёгкостью приняли наши с Миланкой отношения, а Максу так вообще нет дела до простых смертных. (Вот если бы у нас были уши как у эльфов и мы бы владели целительной магией пятого уровня, то тогда конечно – да, а так…) В общем, чего этот безумный блонд молчит, я ума не приложу. Милка с сомнением взглянула на меня, а я молча кивнула. Пусть сам решает. - Алекс, последний раз спрашиваю, что это за нелепая шутка? - Это... ну... подарок это… Я просто думал ради шутки подарить тебе это на мальчишнике… — пробубнил блондин, делая совершенно невинные глазки. Значит всё-таки отмазываемся, да? Ну ладно. Дело твоё. - Шутки у тебя, Алекс, дебильные, — фыркнула Надя, и Стас даже, кажется, облегчённо выдохнул. Снежная королева оттаяла, буря отменяется, да и жениху уже явно надоело разыгрывать благородного защитника чести своей обожаемой невесты. (Мысли о том, что Стас в действительности выбьет всю дурь из лучшего друга, похоже, ни у кого не возникло. Разве что у самого Алекса, который, произнеся «Это мои…», тут же побелел от страха, заметив глаза Станислава.) - Хорошо, пусть так. А как эта гадость в сумку к Наде попала? – чуть спокойнее, но всё равно достаточно сурово, произнёс Стас, недоверчиво наблюдая за тем, как Алекс выходит из-за спины Макса. - Ну, моя под завязку была, а у Нади куча свободного места. Я и запихнул туда – всё равно же нам чемоданы тащить. А дома уже забрал бы. На пару мгновений воцарилась тишина. Алекс, забывший про стыдливый румянец, пытался разжалобить Стаса «кавайными глазками». Макс со скучающим видом оглядывал зал ожидания на предмет какого-нибудь кафе с надписью «wi-fi». Надя продолжала играть роль оскорблённой девицы, но уже с меньшим энтузиазмом. Мы же с Милкой молча переглянулись. Ну, раз не хочет говорить – его право. - Да ну вас, с вашими разборками. Мне срочно нужен кофе и розетка, — буркнул неожиданно Макс и, поправив сумку с ноутбуком, направился в сторону ближайшего кафе. - А может, лучше 100 грамм для храбрости? И полёт пройдёт значительно веселее, – хихикнул Алекс и, пользуясь случаем, улизнул следом за другом. - Иди ты, блонд проклятый! – Макс оттолкнул навалившееся на него со спины тело. – Только попробуй сесть со мной рядом – я тебе устрою весёлый полёт! - А у нас нет выбора, сладкий мой. Тут, видишь, одни пары. Придётся тебе сегодня побыть моей пассией. - Чего?! Парни уже отошли на несколько метров, когда Стас подошёл к Наде и обнял её, целуя в макушку. - Ну прости ты этого придурка. Он не со зла, — прошептал он, поглаживая её по спине. - Да знаю я, что он просто сам по себе на всю голову долбанутый. И как вы вообще дружите? – девушка уже явно успокоилась и ворчала только ради приличия. - Должен же кто-то следить за ним, чтобы ни во что не вляпался? - Это он может, — согласилась Надя, и ребята направились следом за ушедшими вперёд парнями. - Давай помогу, — спохватилась я, заметив, как Милка надевает тяжёлый рюкзак. Говорила ведь – надо сдать его в багажное отделение, но нет – там же туфли от Моноло-что-то-там, которые она купила на распродаже и в которых непременно должна будет появиться прямо с трапа самолёта. И ещё какая-то сумка. Сумка в сумке? Где это видано? И почему в такие моменты мне кажется, что Милана гораздо в большей степени девушка, чем я? Да потому что так оно и есть. Все эти её платьица, серёжки, босоножки. Ну и как её такую не любить? Чудо моё. - Да я справлюсь, — продолжала упираться Милка. Самостоятельная моя. А я тогда, спрашивается, на что? - Мил, ну, хватит, а? - Я возьму, — звонкий голос отвлекает нас обеих, и через пару секунд, Милкин рюкзак уже красуется на плече у неизвестно откуда взявшегося Алекса. - Сюда тоже что-нибудь весёленькое запрятал? – издевается Милка, а я давлю в себе усмешку. Ага, небось, наручники и зажимы для сосков в Надин чемодан не поместились. - Ну хватит уже, — нахмурился Алекс, но Милана, не обращая внимания, направилась в сторону кафе. - Алекс, — одергиваю направившегося следом блонда за рукав. - Чего? - А правда, зачем тебе столько? – ну, любопытно же. В ответ, совершенно невинным голосом: - Ну, там распродажа была – три по цене одного. Пауза. Долгий, безудержный смех. Фриканутый блонд. Но зато с ним всегда весело. *** Ну, и как это называется? Сижу в центральном кресле, зажатая между Снежной королевой и пирсингованным блондом. Одна – ушла с головой в какой-то тупой женский журнал, а другой – храпит, развалившись в кресле и удобно устроившись головой у меня на плече. Приложила бы его в ухо, да жалко – как-никак намучился он с Милкиным рюкзаком: «Ой, Алекс, я там зеркало забыла – достань… А теперь убери… Ой, а леденцы для Макса тоже там… Да-да, можешь убирать… Блииин! Я ж телефон не выключила… Аааалекс!». Да, вот это моя Милка. Умеет она быть капризной принцессой и притом даже не краснеет. То ли я её избаловала, то ли она всегда была такой. Надо будет спросить у Стаса. Кстати о Стасе. Он-то и устроился вместе с моей кареглазой принцессой, которая изъявила желание непременно сидеть у окна. А с ними вместе Макс. Картина маслом – бледный, даже сероватый я бы сказала. Нервно постукивает пальцами по подлокотнику и уточняет через каждые 5 минут, скоро ли подействуют Надины успокоительные таблетки? Да доза, которую он выпил, уже должна была лошадь свалить. Или, по крайней мере, какую-нибудь более мелкую парнокопытную животинку. Но, видимо, фармацевты сильно недооценивают суровых русских программистов – в них-то лошадей 10 помещается, не меньше! В общем, садиться на моё место, в центр, Макс категорически отказался – сказал, что на всякий случай сидеть ему лучше у прохода (так до туалета быстрее бежать). А ещё ему было категорически необходимо сесть рядом со Стасом, потому что только тот знал какой-то волшебный способ, как унять тошноту при помощи акупунктуры, ну типа пальцевое нажатие на какие-то биологически активные точки. (По мне так лучший способ – прижаться сразу всеми пальцами, сложенными в кулак, к его виску – пусть вырубится уже и не достаёт всех своей глупой паникой.) Итого, имеем. Похрапывающий на моём плече блонд, безмолвная Снежная королева, дёрганный бледно-серый Макс через проход от неё, воркующий с моей девушкой о чём-то сугубо личном Стасик, ну и конечно же моя Милка. Сияющая, улыбающаяся и бесконечно прекрасная с собранными в хвост каштановыми кудрями и едва подкрашенными ресничками. И эти пухлые розовые губки, которые так и хочется поцеловать. От этого, жизненно необходимого, желания даже во рту пересохло. - Да не смотри ты на неё так – дырку прожжёшь, — звонкий голос заставил меня вздрогнуть. Надя продолжала листать журнал, едва заметно улыбаясь. – Ты же не ревнуешь её к брату? Это глупо. - Иногда мне кажется, я ко всем её ревную, — нехотя призналась я. – К её друзьям, подругам, к тому же Максу и даже Алексу… (Что уж совсем полный бред, сама знаю.) - Она тебя любит, — Надя подняла глаза, и мне на миг показалось, что не такие уж они и холодные. - И я её люблю, — шепчу это в ответ, словно боюсь спугнуть своё счастье. – Она лучшее, что случалось со мной в этой жизни. И понимаю, что каждое слово – чистая правда. Всё, что было до Миланы, это несерьёзно, это не важно, это не по-настоящему. Флирт, жаркие ночи в чужих постелях, запахи чужих духов, ненадолго остающиеся на моей одежде. Лица, которые на утро кажутся незнакомыми, имена, которые и не хочется запоминать. Даже Дашка – моя первая девичья влюблённость – это всё не то. То, что сейчас у нас с Миланой, это несравнимо больше. Это то, о чём я только могла мечтать. Засыпать, прижимая её к себе, так крепко, словно кто-то хочет её отобрать. Целовать так, чтобы подкашивались ноги и немели губы. Дарить ей всю нежность, всю ласку и заботу, всю любовь – на которую только способно моё сердце . - Знаешь, я когда-то тоже ревновала Стаса… - … — возвращаюсь на землю и перевожу взгляд на Снежную королеву. - К Милке, — поясняет она, смеясь. – Знаю, что глупо, но эти его бесконечные «Милана то, Милана сё…» — мне иногда казалось, что у него нет в запасе ни одной истории, без Милкиного участия. Это раздражало. «Ох, как же я тебя понимаю», — подумала я, и в эту секунду мне показалось, что лицо Нади стало более «человечным» что ли. - Но сейчас, глядя на них… Не знаю. Наверное, это меня даже радует. То, как он относится к Милане. Если он будет так же относиться к нашему ребёнку… Стоп! Я сейчас всё правильно расслышала?.. Надя осеклась и перевела взгляд куда-то в пол. - …В смысле в будущем, — пробормотала она. - И как скоро будет это будущее? – от меня такой отмазкой не отделаешься. - … — Надя нервно теребила в руках журнал, принимая важное решение. – …Месяцев через 7, — наконец произнесла она, заливаясь краской, и в этот миг её лицо оттаяло – Снежная королева превратилась в обыкновенную милую девушку. — …Только никому не говори!.. Пока… Я просто сама буквально пару дней назад узнала, и Стас ещё не в курсе. Я ему перед свадьбой расскажу, а пока – тшш, — она приложила палец к губам и улыбнулась. Вот так дела. Смотрю на Милку, радостно болтающую со Стасиком, и медленно перевариваю информацию. Оказывается… Её брат скоро станет папой. --------------------------------- — Soooory, Stas. It is… just a present* — Извинииииии, Стас. Это... всего лишь подарок.