Её брат

Полёт в целом прошёл нормально, без эксцессов. Надины таблетки (на поверку оказавшиеся обыкновенным снотворным) спасли нас от нервных истерик Макса, а вот проснувшийся от запаха кофе Алекс, напротив, был бодр, полон сил и смешил нас с Надей до самой посадки. Кстати о Наде. При более близком общении, эта девушка вызывала искреннюю симпатию. Присматриваясь к ней, я с каждой минутой всё больше понимала Стаса – она ведь и вправду настоящее сокровище. (Нет, с Милкой конечно её не сравнить.) Но в самом деле. Для туповатого русского программиста, она просто идеальна. Красивая, умная, хорошая хозяйка и главное терпит все его закидоны. Вовремя Стасик решил предложение сделать – такую девушку просто так одним гражданским браком не удержишь. А вот колечко на пальчике это уже что-то. И кстати вовремя, учитывая быстро подрастающее в утробе обстоятельство. Ну кто бы мог подумать? Не представляю я Стаса отцом. Хотя… *** В аэропорту нас, естественно, уже ждали. Едва мы получили багаж и вышли в зал, как Милка с радостным воплем «Папа!» бросилась куда-то вперёд, сбивая всё на своём пути (и бросив на меня все свои вещи). Ну, нам не привыкать… Командир прибыл точно ко времени и ждал нас там, где было оговорено. Людмила Сергеевна предусмотрительно осталась дома, потому что для нашей делегации, да ещё и с таким количеством багажа, и так пришлось заказывать микроавтобус. После горячих Милкиных объятий, которым Дмитрич не сопротивлялся, хотя суровый вояка явно к таким нежностям не привык, но любимая дочь – это исключение из любых правил, — протянутая ладонь Стаса была встречена крепким рукопожатием. - Ну вот. Хоть на человека стал похож! — Командир одобрительно оглядел сына с головы до ног. Мне Валерий Дмитрич тоже рефлекторно пожал руку (честно говоря, это было даже приятно). - Ну, что, Ольга, в гостях хорошо, а дома лучше? …Давай сюда, – ободрительно похлопав меня по плечу, Дмитрич перехватил на себя тяжёлый рюкзак (я не сопротивлялась, ибо нет ничего глупее, чем перечить приказам Командира). Затем из-за плеча Стаса робко выглянула Надя: - Здравствуйте, Валерий Дмитриевич, — хрупкая ручка ненадолго задержалась в ладони Командира. - Наденька, я так рад. Как долетели? – лицо мужчины засияло улыбкой. - Спасибо, хорошо, — на фоне высокого крепко сложенного Командира Надя смотрелась совсем хрупкой девушкой, не то, что рядом с щупловато-бледноватым Стасиком. А вообще, по одной только тёплой улыбке Дмитрича, сразу понятно, что невестка родителям Стаса очень даже по душе. Милка рассказывала, что когда Надя приезжала на выходные в Россию – познакомиться с будущими свёкром и свекровью, то Людмила Сергеевна уже к концу дня её величала дочкой – так ей приглянулась интеллигентная, хозяйственная, тактичная девушка. Н-да, видели бы они как эта супер-вумен «тактично» строит Макса, Алекса и Стаса – наверняка бы удивились. Впрочем, думаю, Дмитрич счёл бы это за неоспоримое достоинство. «У Станислава до сих пор ветер в голове свищет. Ему периодически нужно магического пенделя давать для профилактики». Нет, ну как после этих слов я могла не полюбить Командира? Такой умный мужчина в самом расцвете сил. Хотела бы я себе такого отца. Да и мама у Милки что надо – всё о семье да о хозяйстве печётся. Не то, что моя – только бизнес и мода на уме, а на моё воспитание она, по-моему, ещё в третьем классе рукой махнула. А может, и ещё раньше. Пока я размышляла о том, как Стасу и Милке всё-таки повезло с родителями, к нам наконец-то присоединились Алекс и Макс, задержавшиеся в зале выдачи багажа. - Валерий Дмитриииич, здрааааасте!!! – фриканутый блонд кинулся на шею к Дмитричу, отчего Командир вытянулся в струну и сурово сморщил брови. - Здравствуй, Алексей, — Валерий Дмитриевич, с трудом отстраняя парня от себя, протянул ему руку. Блондин сначала в замешательстве поглазел на протянутую ладонь, и только спустя пару секунд догадался её пожать. - А Вы, как всегда, прекрасно выглядите! Вот честно, ни за что не сказал бы, что Вы старше 35. Мужчина в самом соку! – улыбаясь во все белоснежные 32 зуба, продолжал тараторить Алекс, пока мы с Милкой давились от смеха, а Командир краснел (разумеется, от ярости, а не от смущения). - Спасибо, — процедил он сквозь зубы – видно, что энтузиазм блонда был ему не по душе. Да как и сам Алекс. Это пирсингованное пергидрольное чудо в непонятной одежде, мало напоминающее парня, совершенно не радовало глаз сурового вояки. Готова поспорить, что в этот момент Дмитрич про себя выругался: «Тьфу ты, что за чудище заморское – ни баба, ни мужик. Так, ошибка природы». Всё это буквально было написано у него на лице. Впрочем, Алекса такая реакция Командира ничуть не смутила. То ли ему не было до этого совершенно никакого дела, то ли он успел привыкнуть к тому, что многие именно так реагируют на его неординарную внешность. - Ну, а где же Максим? – Дмитрич внимательно вглядывался в толпу, не замечая стоящего рядом Макса. - Валерий Дмитриевич, тут я. Здравствуйте, — новоявленный принц, словно стесняясь своего внешнего вида, переминался с ноги на ногу и то и дело поправлял ремень сумки на плече. - Максим?! Да быть этого не может! – удивление Командира было сложно описать словами. Ещё несколько секунд он пристально разглядывал этот шедевр, пока наконец не согласился, что перед ним действительно стоит тот самый старый добрый Макс, лучший друг его сына, которого он помнил ещё ребёнком. Высоким для своего возраста, худощавым, в забавных очках и вечно хмурым выражением лица. Он их на пару со Стасом пытался немного муштровать по-отечески, зная, что у Макса отца нет, а мать уехала за границу с новым мужем. Дочка у неё должна была родиться, но что-то там со здоровьем плохо было – иностранным врачам по мнению мужа-консула виднее, что там и как, и что именно нужно сделать, чтобы жизни ребёнка и любимой женщины ничего не угрожало. Макс ехать в Прагу тогда не захотел, маленький был, замкнутый, да и отчим не настаивал – не до чужих детей ему было. Вот и оставили мальчонку на попечение бабушки. А она, как ни старалась, к не разговорчивому малоподвижному мальчику подход найти не могла. Вот и приводила иногда внука к соседям, у которых тоже сын, его ровесник, подрастал. Мальчишки на удивление сдружились, на почве компьютерных игрушек и общего сопротивления «дрессуре» Командира. С тех пор Макс был почти как член семьи. Людмила Сергеевна ему чуть не мать заменила, а Дмитрич – отца, так что со Стасом они всегда негласными братьями считались. Спустя несколько лет родная мама Макса хотела забрать сына в Прагу, где у него уже имелась маленькая сводная сестрёнка, Наденька, умница-красавица, вся в отца, Максимкиного отчима. Но мальчик к тому моменту уже был достаточно смышлёным, чтобы оценить сложившуюся ситуацию и прийти к выводу, что в Чехии ему делать нечего. Скучал он конечно по маме и обещанный новомодный компьютер в подарок от отчима манил согласиться, но здесь в России у него тоже была семья, которую бросать он не хотел. Совсем по-взрослому, объяснив маме, что бабушка старенькая, и одна без него не сможет, да и школу закончить надо — всего-ничего, три года, Макс добился своего и остался в России. Отчим регулярно присылал им с бабушкой деньги, а мама звонила и писала электронные письма с фотографиями его родной семьи. А потом закончилась школа, и Стас с Максом собрались поступать в один и тот же вуз, естественно, на компьютерную специальность. При этом отчим с мамой не переставали звать Макса в Прагу, понимая, что у парня за границей будут отличные перспективы, учитывая его способности и хорошее знание английского. Но тот раз за разом отказывался, объясняя, что одному ему там делать нечего. Догадавшись, где собака зарыта, отчим предложил Максу переехать в Прагу вместе со Стасом – оформить какой-то там договор для студентов по обмену и помочь с отдельным жильём на двоих. В общем, предложение было весьма достойным. И когда, всё хорошенько обдумав, семья Станислава согласилась с тем, что это отличный шанс для мальчишек, всё было уже решено. К моменту, когда парни уехали жить в Прагу, Макс уже плавно превращался в заросшего сисадмина, за что регулярно получал взбучки от Командира, но когда спустя год Макс приехал вместе со Стасом погостить, то узнать его было невозможно – окончательно деградировавший Леший, Дмитрича не порадовал. «А вот пока ты в России жил, мы с Людой тебе так распускаться не давали. И куда твои мать с отчимом смотрят!». И всё-таки, прочитав нудную лекцию о достойном внешнем виде настоящего мужчины, Валерий Дмитриевич сдался, махнул рукой и просто был рад повидать своего «второго сына». В общем, образ патлатого Макса прочно засел в голове у всех, кто был знаком с Лешим до того, как его коснулись чудотворные ладони Алекса. Теперь же, изменившийся до неузнаваемости, молодой мужчина вызывал у всех настоящий шок, и Дмитрич не был исключением. - Кто же этот умелец, который снова сделал из тебя человека? Покажите мне его, я ему руку пожму в знак уважения, – ухмыльнулся Командир, пожимая крепкую ладонь Макса и продолжая внимательно оглядывать его. - Пап, это Алекс постарался, — хихикнула Милка, а блонд просияв улыбкой нарисовался рядом, видимо, для обещанного рукопожатия. Командир хмыкнул, бросив в его сторону короткий взгляд, и как ни в чём не бывало обернулся к Стасу. - Ну, что? Все на борт. А то к столу опоздаем! А я, знаете ли, не люблю опаздывать! - Пап, да ты вообще никогда не опаздываешь, — прокомментировал Стас. - Вот именно. Поэтому поживей. Бегом марш! *** Следующие пару дней я провела отдыхая от шумного семейства у себя дома. По словам Милки, я пропустила кучу всего интересного. (Объяснять ей, что обсуждение предстоящей церемонии, нарядов, праздничного стола и гостей мне не очень интересно, я предусмотрительно не стала. Просто сослалась на усталость.) Макс с Алексом, разумеется, разместились у его бабушки. Кстати говоря, Милка рассказывала, будто подслеповатая и глуховатая старушка приняла фриканутого блонда за девушку, причем за девушку своего внука. Первый день она звала его Алечкой и постоянно интересовалась на предмет, где они познакомились, давно ли совместно проживают, вместе ли работают и какие планы имеют на дальнейшее будущее. Макс сообразил, что что-то не так, только когда вечером бабушка отвела его в другую комнату для приватной беседы и высказалась: «Нет, она у тебя девка-то симпатичная, за собой следит, весёлая и умная, вон как по-иностранному-то шпарит! Вот только серёжки все эти снять бы надо. Ну, что люди скажут? Мне-то что – мне всё равно, лишь бы вы счастливы были, но соседкам-то я что скажу? Никифоровна так вообще засмеёт». После того как первая волна безудержного смеха отпустила, Макс объяснил бабушке, что Алекс – парень — его друг Алексей, с которым они просто вместе снимают квартиру после переезда Стаса. Старушка долго пыталась осмыслить услышанное, а потом ещё искоса поглядывала то на Алекса, то на самого Макса. И лишь на следующее утро за завтраком выдала: «Так ты правда парень что ль?». «Ну, да», — ничуть не смутившись, ответил блонд. С бабушкой они всё равно нашли общий язык – особенно теперь, когда его пирсинг не выглядел чем-то постыдным в глазах «соседок по лавочке». - Они ж, старые клуши, ничего не понимают. У вас, молодёжи, такая мода – вот вы и вставляете себе эти железки куда попало. Ну, нравится вам так – ходите, лишь бы не пили, не курили и с головой дружили. А мы что, разве в молодости, не пытались на голове какую-нибудь дулю оригинальную навертеть? Или платок поярче на плечи набросить? А сейчас сидят эти слепые клячи и бухтят себе под нос «Молодёжь, молодёжь!». Ты ж вон из моего внука какого красавца сделал. Руки у тебя, Алексей, золотые. Тебе в енти, как их, стиляги надо. - Стилисты, Анастасия Ивановна, — ухмыляется блонд, прихлёбывая чаёк. - Ага, вот-вот. *** В общем, подготовка к свадьбе, до которой оставалось всего ничего, шла полным ходом, под личным контролем Командира, поэтому никто ни капельки не сомневался, что к положенному сроку всё будет готово. По традиции, в ночь перед церемонией, было решено устроить девичник, и я уже обдумывала, что полагается делать на подобных мероприятиях, как мой телефон радостно запищал от входящего звонка. - Оль, привет, тут такое дело… — голос Макса я узнала сразу. – Я звоню, чтобы по… попри… просить тебя об одолжении. - Да говори уже. В чём дело? - Стас предложил тебе позвонить, — продолжал нечленораздельно изъясняться Макс, и это начинало бесить. – В общем, мы тут устроили мальчишник, ну, как полагается, да. Для Стаса. Это всё-таки его последняя холостяцкая ночь, и мы хотели нормально отметить… «Оторваться по полной!» — проорал где-то на фоне развесёлый голос Стаса. - И? Я-то тут при чём? - Но тут возникло одно обстоятельство. В общем, мы со Стасом были бы тебе очень при… призн... признательны, — в этот момент мне подумалось, что захмелевший Макс наверное то ещё зрелище, — если бы ты приехала и помогла нам провернуть одно дельце… - Какое ещё «дельце»? – по-прежнему ничего не соображала я. - Ну... понимаешь… Мы по-тихому... — пока, ик… никто не видит. Ты, я и Стас… мы… ну это… хотя бы… ну… - ЧЕГО?! – проорала я в трубку, офигевая от пришедшей в голову мысли. Они что совсем рехнулись? Её брат с лучшим другом предлагают мне тройничок?!