Мы могли бы попробовать...

понедельник

      — Ну заходи, Драгоций, чего так-то стоишь? В ногах правды… — и она снова закашлялась.       — Я… — Фэш хотел было что-то сказать, но слова застряли в горле и он просто подошел к Василисе и сел на ковер возле кресла, положив руку на колено, скрытое пледом. Ее кашель почти мгновенно прекратился, но на рукав черной рубашки упал маленький синий лепесток, который Драгоций заметил. — Василиса? Вась, что с тобой?       — Все в порядке. Какого черта ты здесь делаешь?       — Да я просто, — тут он запнулся. А действительно, что «он просто»? Просто пришел к ней. Просто когда они не общаются. Просто по привычке. Но его ведь здесь никто не ждал. — Забудь. Серьезно, забудь.       — Ну уж нет, так не пойдет. Ты вообще себя слышишь? Ты пришел ко мне в комнату, как к себе домой, без предупреждения, без приглашения и говоришь мне просто «забудь»? Извини, это так не работает. — Она убрала его руку с колена, взмахнула часовой стрелой и напротив появился точно такой же стул, как тогда, в лесу, перед созданием ее личного уголка. — Садись. Садись и рассказывай, какого дьявола ты тут забыл.       Брюнет выглядел растерянным. Он действительно не знал, что сейчас должен рассказать Василисе, чтобы она поверила. Это ведь действительно ненормально.       — Хотел добить меня во сне? — она жестко ухмыльнулась, так, что у нее треснула губа. Она тут же собрала капельку на язык и прикрыла глаза, чувствуя специфический привкус крови на языке. Он стал уже таким привычным, будто нормальным. Правильным.       Фэш замешкался. Говорить правду? А как она отреагирует? Что будет, если он расскажет все, как есть? В лучшем случае она просто его заэферит и сдаст бабушке или отправит в Змиулан. А в худшем… Что может сделать Василиса? Та Василиса, которая была раньше и которую он знал, ничего не могла сделать, а эта… От такой новой Огневой можно ожидать чего угодно. Полубезумный, немного рассеянный, полный усталости взгляд, в котором не было ничего от того василькового океана, который ему так понравился в самом начале. Впалые щеки, огромные тени под глазами, темные настолько, что были одного цвета с безлунным и беззвездным небом за окном. Она все еще красивая, но с ней произошли такие ужасные изменения…       — Ау, Драгоций, куда залип? — прохрипела Огнева и снова закашляла. Спустя время, когда приступ прекратился, она вновь уставилась на него с немым вопросом в глазах. Надоело уже сидеть в молчании. Оно было настолько вязким, что ни вдохнуть нормально, ни выплыть не было никакой возможности. Напряжение, что царило в комнате, можно было потрогать пальцами, но вас прошибло бы насквозь.       — Прости, я даже не знаю, с чего начать… Я пришел, чтобы проверить, как ты тут.       — И поэтому ты, — начала рыжеволосая часовщица, но тут же вскрикнула, — ауч!       Фэш не понял, что произошло, но Василиса вдруг запустила руку в волосы и зажмурилась, будто ей было дико больно.       Чертовы васильки, как же я их ненавижу. Василиса почувствовала, как за ухом прорезался еще один цветок.       — Драгоций, черт тебя дери, зачем? Зачем ты приперся? Не из праздного же любопытства, — произнесла Василиса и снова зашипела.       — Василис, с тобой точно все в порядке?       — Ты можешь уже отве… Нет, просто проваливай. — Увидев недоверчивый взгляд брюнета она повторила еще раз, проговаривая чуть ли не по буквам, — проваливай отсюда.       — Хорошо. Хорошо, я ухожу, — и действительно, Драгоций поднялся и направился в сторону двери. В проеме он еще раз обернулся, но тут же вышел.       — Господи, как вы меня все достали… — вытащив с помощью стрелы зеркальце, она поставила его на столик, чтобы не разбить при очередном приступе, убрала волосы и стала рассматривать свое ухо. Как она ни пыталась, у нее ничего не вышло, но Василиса смогла нащупать крошечный росток чуть выше мочки. Оторвав цветочек и чуть не потеряв сознание из-за накатившей слабости и боли, она ожесточенно растерла его в руках, а потом подожгла.       Горите в аду, чертовы цветы.       Огнева не думала, что эти растения можно так сильно возненавидеть.

***

      Когда наступило утро, Василиса хотела уже было уйти в свой уголок и просидеть там до вечера, но увидела на столике записку радом с подносом, на котором располагалась тарелка с блинчиками и чашка горячего шоколада. Для завтрака то, что надо.       Лишь поев, Огнева открыла записку, чему, к слову, была очень рада.

Дорогая внучка, к ужину спустись в Каминную Залу, у нас будут гости. Чтобы для тебя это не стало неприятной неожиданностью, скажу сразу — нас навестят Мортинова с Марком и твой отец с братом и сестрой. И еще несколько немаловажных лиц. Состоится небольшое торжество, причину которого в принципе, нельзя назвать праздником, как таковым, но все же. Пожалуйста, подготовься заранее, физически и морально. И да, постарайся, я тебя прошу, скрыть следы своей слабости.

ЧК

      Вот это подарочек с утра, Ваше величество. М-да, и что теперь с этим счастьем делать?       Василиса собралась с силами и пошла собираться. Эмоции, даже негативные, придали ей силы и помогли немного прийти в себя. Стоит также отметить, что чувствовала она себя на порядок лучше, чем, к примеру, на прошлой неделе. Ноги не подкашивались при каждом шаге и глаза не закрывались сами собой. Она приняла душ, высушила эфером волосы и кое-как заплела их в косу набок. Платье выбрала темно-синее, так как к нему обязательно шли перчатки, которыми можно было скрыть чертов василек. Точно, василек! Косу пришлось расплетать. За ухом точно может кто-то увидеть, а она даже не сможет это контролировать.       Собравшись и одевшись к вечеру, она позволила себе немного просто посидеть, чтобы успокоить нервы. Идти вниз совершенно не хотелось, но это было необходимо.       Когда Огнева подходила к дверям залы, она услышала громкий смех Мортиновой и ее передернуло от отвращения.       Василиса зашла в Залу и пожалела, что вообще появилась на свет. Сейчас тут было столько народу, что " маленьким и скромным» торжеством это сборище мог назвать только полный идиот. Ну, или бабушка. Она королева, для нее это действительно все скромно. Рыжая побоялась представить, что в понимании Черной Королевы означает «пышно и помпезно».       Ни к кому не подходя, здороваясь короткими кивками, девушка прошла к одной из стен, где ее было не видно из огромной толпы, но даже выдохнуть облегченно не успела, как ее тут же кто-то потревожил.       Обернувшись, Василиса не смогла сдержать удивленного вскрика. Перед ней, галантно протянув руку в приглашающем жесте стоял человек, которого она сейчас меньше всего хотела видеть. И одновременно больше всего.       — Девушка, вас можно пригласить на танец? — произнес, улыбаясь, Ляхтич.